Городские сказки

Осень в этом году в Городе-у-моря особенно урожайная выдалась. Чем, конечно, мадам Ирина не могла не воспользоваться — она, хоть и была варениевой ведьмой, но любила и просто готовить, самые разные блюда. Посему с утра, как только упала роса, отправилась в лес, откуда вернулась с несколькими тяжёлыми корзинами, которые летели перед ней благодаря чарам. В Городе начали шептаться, что на Осенней ярмарке всех ждёт роскошное угощение. Так бы оно и было. Малам, вернувшись домой, принялась нанизывать на леску подберёзовики, белые, волнушки и грузди для засушки, выложила на стол в саду ягоды для прослушивания, поставила в беседку ведро с лещиной. И без всяких опасений пошла готовить — для задуманных ею блюд нужно было много всяких заготовок. Однако, вернувшись в сад, она увидела, что некто подивился среди её припасов: сливы надкусаны, облепиха разворочена, часть опят сорвана и обглодана, яблоки-дички почти все украли… — Лучик, ты чего это мышей не ловишь?! — набросилась она на давно уже выросшего из котёнка-найденыша в матёрого толстого котищу фамилиара. — У тебя под носом шмыгают, а ты и ухом не ведёшь! Рыжий толстяк, лениво приоткрыв глаза, лишь потянулся на солнышке. Мол, какие мыши, нас итак неплохо кормят. — Лентяй! — ускорила его мадам, решив сама поставить чары против мышей и крыс. К её удивлению, на завтра ещё часть припасов пропала или была покусана. «Значит, не мышь. Белка?..» Ведьма поставила чары от белок. Кот, разумеется, никого ловить и не думал. Но и они не дали нужного эффекта. На сей раз вору приглянулись лесные груши. — Да кто же это такой? Не мышь, не белка, не ёж?! — ворчала Ирина на пятый день противостояния с неведомым вором. — Ух, поймаю — хвоста накручу! На шестой день она, спрятавшись в саду, прикрыла себя маскировочными чарами — теперь любой зверь увидел бы вместо неё куст. И дождалась. Вот только, увидев своего «противника», против воли заключалась, враз позабыв сердится. Потому что из леса на садовую яблоню прыгнул маленький рыжеватый зверёк с пятью тёмными полосами. «Бурундуки у нас в Морском Королевстве очень редки. А я с детства мечтала иметь бурундука!» С этого дня мадам Ирина занялась приручением воришки. Теперь она специально оставляла для него всякие вкусности, в том числе постные галеты, в наколдованной кормушке. И с каждым днём ставила его на полшага ближе к дому. Наконец, кормушка очутилась на крыльце. И она впервые могла наблюдать зверька в шаге от себя. Бкрундук оказался любопытным и вовсе не пугливым — и к концу месяца уже жил в доме. Разумеется, пришлось наколдовать прочную просторную клетку со всем необходимым и окружить её защитными чарами против неблагожелательного внимания Лучика. На следующую осень бурундук, названный без затей Бандитом, уже сидел на плече мадам, когда та готовила ореховый торт на Осеннюю ярмарку. — Ну на, на! — в ответ на требовательное стрекотание она сунула в лапки Бандита очищенную лещину. — Невелик, а прожорлив! Впрочем, ворчала она по привычке: подвижный и озорной зверёк не давал соскучиться. То она вынет пожеванное печенье из-под стопки ночных сорочек, то он решит, что нет лучшего материала для гнезда, чем её пуховый платок, то продегустирует без разрешения персики для нового варенья… Словом, глаз да глаз нужен! Зато и преданный, добродушный: куда она идёт — и Бандит с ней. Вскочит на плечо — с тобой хочу! И никудашеньки от неё не убегает. И совсем ничего не боится. Любит свою хозяйку. А уж мадам в своей воплотившейся детской мечте и вовсе души не чает. Вот так в доме городской варениевой ведьмы и поселился забавный и озорной новый друг.