Клан Хизуру

      На следующий день Микаса решила последовать совету Леви и навестить свою лошадь. Новый конь прекрасно справлялся со своими обязанностями, но для девушки не было никого лучше той, что прошла вместе с ней огонь и воду.       Леви также утром попросил захватить с собой какое-нибудь платье, если оно у неё, конечно, имелось. Девушка не знала, какой чёрт его укусил, но всё же решила исполнить просьбу Леви. Платье у неё было всего одно, и то оно появилось только потому, что Микасу заставила его купить Хистория. Обычное белое хлопковое платье так и пылилось в личном шкафу юной Аккерман в самом дальнем углу до этого момента.       По пути к выходу из замка, Микаса встретила Нико, который нёс в руках коробочку с символом Хизуру. Увидев вскользь брошенной взгляд девушки на эту вещицу, он посчитал это неплохим началом для разговора.       — Сегодня на удивление прекрасная погода, мисс. — он расплылся в самой доброжелательной улыбке, на которую вообще был способен, но Микаса этого не оценила.       — Обычная. — ответила та и уже поспешила удалиться, но парень не собирался так просто её отпускать.       — Я сейчас буду делать Госпоже иглоукалывание, а затем хотел бы пригласить Вас на прогулку. Столько времени провёл в этих стенах, а даже главной площади не видел!       — Сочувствую, но у меня есть другие дела. Если так хотите где-то побывать, то обратитесь к командору Зоэ, она сможет быстро всё организовать.       — Но компания приятной девушки всё же лучше, не находите?       — Кажется, вас уже заждались. — Микасе явно не нравилось столь сильное внимание этого человека, но развернуться и уйти не могла, гость мог это счесть оскорблением, а девушке не нужен выговор.       — Хорошо, я Вас понял. Но, напоследок… прошу извинить меня за то бестактное поведение в катакомбах. Я был под впечатлением, поэтому не смог подобрать нужные слова.       — Я подумаю. Хорошего дня.       Не дождавшись ответа, Микаса оставила Нико в одиночестве и, наконец, продолжила путь до конюшен. Этот странный парень ей совершенно не нравился, он напоминал ей изворотливую змею, которая так упорно пытается скрыть свою личину. Они все ей напоминали это пресмыкающиеся. В душе Микаса надеялась, что Хизуру покинут остров на следующий день после возвращения. Они узнали всё: причину гонения их клана, связь с Аккерманами и жертву, которую принесли их предки. Пора, как говориться, и честь знать.

***

      День сегодня и правда был хороший: солнечная погода и легкий южный ветер — то что нужно для прогулки с любимой лошадью. Микаса оставила вещи около входа в конюшню и отправилась к нужному стойлу. Как только Кабула завидела свою хозяйку, она чуть ли не сломала дверь.       — Тише-тише… что ж ты такая нетерпеливая? — скармливая ей сочное красное яблоко и поглаживая её, нежно произнесла девушка. — Хочешь погулять?       Услышав звук открывающегося засова, она стала ещё более беспокойной, но старалась сдерживать себя, хотя с трудом получалось. Микасы не было три дня, и за эти три дня кобыла так к себе никого и не подпустила. Конюхи пожаловались на это хозяйке, но что она могла сделать?       Как только Микаса закончила приготовление своей кобылы, в конюшню зашёл Леви. На нём были чёрные штаны, от их нового снаряжения, и белая рубашка с жабо, которое было обязательной деталью в его образе. Для обычной прогулки слишком нарядно.       — Слишком долго, Микаса. — бросил он, подходя к своему коню.       — Я не знала, что вы меня ждали, капитан. — поправляя сбрую, ответила она.       — Меня зовут Леви и обращайся ко мне на «ты». — он стал выводить своего коня из стойла.       — Мы куда-то собираемся? Я думала сегодня будут решаться вопросы касательно Хизуру, поэтому нужно быть в штабе.       — Ханджи прекрасно справиться с этим одна. Тебе моя помощь нужнее будет.       — Твоя «помощь»? — переспросила девушка.       — Ты прекрасно поняла меня и в первый раз. Сегодня будет очень важный день для твоей дальнейшей жизни. — Леви мастерски справился с амуницией и оседлал своего коня. — Жду тебя во дворе, прошу не отставать.       Микаса кивнула и продолжила закреплять седло.       Уже через пять минут она стояла рядом со своим командиром и терпеливо ожидала дальнейших указаний.       — Просто следуй за мной, Микаса, и не отставай! — произнёс он и направил свою лошадь в сторону полей.       Конь Леви был быстрее и выносливее кобылы Микасы, поэтому, когда мужчина перешёл на галоп, девушка начала существенно от него отставать, но мириться с этим наездница и лошадь не хотели, поэтому вскоре, прикладывая чуть больше сил, сумели обогнать их, что отразилось победным блеском в глазах Микасы, отчего Леви слегка улыбнулся.       — Аккерман! Мы не соревнуемся! — выкрикнул он, всё же увеличивая скорость, но из-за ветра девушка его не услышала.

***

      Весь путь занял у них около сорока минут. Целью поездки было поле, где заготавливали лучшее сено для лошадей легиона разведки. Запах сена нравился Микасе, поэтому она закрыла глаза и постаралась вдохнуть столько воздуха, сколько это вообще было возможным. Леви же слез с коня и взял немного сухой травы в руки.       — Нужно будет убирать, если зайдут дожди, то мы потеряем его. Из-за Хизуру столько дел застопорилось…       Здесь же был небольшой амбар, куда складывали готовое сено. Частично он был уже заполнен, а значит работы здесь всё же ведутся. За амбаром текла речка, где купались уставшие рабочие после тяжёлого дня под палящим солнцем.       — Зачем мы сюда приехали? — осведомилась Микаса, привязывая лошадь к стволу ближайшего дерева.       — Скоро всё узнаешь. А пока переоденься. Ты же взяла, что я тебя просил?       Она кивнула.       Пока Микаса пошла переодеваться, он взял в охапку соломы и спустился к реке. Рядом стояли вёдра, чтобы поить лошадей. Про себя мужчина отметил, что их можно было бы занести и в амбар, но сейчас они были как нельзя кстати. Он набрал два ведёрка и начал готовить место для будущего костра. Когда приготовления были окончены, то к нему, наконец, подошла и Микаса.       Леви тут же похвалил себя за то, что решил попросить её надеть это платье. В нём девушка смотрелась куда милее и женственнее, нежели в обычной армейской форме, но ей явно было некомфортно.       — А теперь встань вот сюда. Хорошо. Можно начинать.       Леви положил солому в центр импровизированного костра и чиркнул спичкой. Солома быстро прогорит, поэтому нужно всё делать в темпе. Он полез в сумку, которую специально собрал в замке и достал оттуда старую женскую форму.       — Микаса, — он решительно посмотрел на девушку. — решение пойти в наши ряды было твоим собственным?       Сначала она замешкалась, не понимая к чему всё это, но потом тихо ответила:       — Нет, я шла туда ради своих друзей. Их защита — моя цель в жизни.       — Ради них, Микаса, ты похоронила в себе всю ту женственность, которой наделила тебя природа. Даже сейчас ты чувствуешь себя некомфортно в обычной для девушки одежде, а тем более молодой девушки. Ты строишь из себя сильного воина, когда сама нуждаешься в опоре и поддержке. К чему я всё это веду: пусть эта старая форма символизирует ту самую черту, за которую ты так упорно боишься зайти. Не знаю, может тебе кажется это слабостью или ещё чем-то, но это совершенно не так. — капитан передал ей идеальную стопку и упорно ждал.       Девушка долго смотрела на полученные вещи, вспоминая всё то, что она прошла за эти годы. Форма действительно служила для неё своеобразными оковами, но готова ли она избавиться от них?..       Первой в костёр полетела белоснежная рубашка. Огонь стал нещадно поглощать брошенное одеяние. Затем туда же полетели ремни и штаны. Огневая терапия Леви определённо заставила почувствовать её немного свободнее, а с одеждой постепенно сгорали и её оковы.       — Хорошо. — продолжил Леви. — На очереди следующее. — он достал маленькую тряпичную куклу в чёрными короткими волосами. — Это ты, Микаса. Когда ты пришла ко мне вчера, то я почувствовал будто передо мной не взрослая девушка, а упорно скрывающая себя под этой маской маленькая девочка, которая была вечно одна и несла на себе всю тяжесть своей судьбы. Закрытая, диковатая, одинокая. Ей хочется открыться кому-то, но она боится непринятия себя такой, какая она есть на самом деле. Я прав?       Микаса ничего не ответила ему. Ей было больно слышать это. Он словно внедрялся в её голову и вытягивал самые потаённые мысли и желания.       — Я сказал тебе вчера и скажу тебе это же сегодня: со мной тебе не придётся строить из себя ту, кем ты не являешься. Не нужно носить маски и скрывать свои истинные чувства. Я готов помочь этой маленькой девочке справиться со своими самыми потаёнными страхами и кошмарами. Готова ли ты?.. — он протянул куклу Микасе.       Готова ли она открыться этому человеку? Девушка и подумать не могла, что этот черствый, брезгливый и грубый коротышка, как она его окрестила в начале их знакомства, сейчас будет говорить ей всё это. С ещё большей неуверенностью она потянулась к этой девочке, как-то по-детски спрашивая глазами разрешения. Долго держала её в руках, взвешивая все за и против, но, в конце концов, решила довериться ему.       Последней вещью был тот самый красный шарф, который Микаса забыла у Леви в кабинете. Символ её привязанности к сводному брату и самая больная точка. Леви не стал ей объяснять почему эта вещь оказалась здесь. Она прекрасно знала это сама. В молчании он передал ей такую раньше дорогую сердцу вещь и подошёл к ней. Микаса смотрела то на огонь, то на шарф. Отказаться от всей прошлой жизни… отказаться от Эрена… Обида была в ней до сих пор, но чтобы перейти к таким радикальным действиям? В свою очередь Леви не торопил её, понимая, что этот выбор один из сложнейших в её жизни. Микаса поднесла край некогда дорогой вещи к ярким языкам пламени и слёзы невольно покатились из её глаз.       Ну вот и всё. Она сделала первый шаг к тому, чтобы всё это отпустить. Микаса до сих пор плакала, сев на пожухлую траву, а Леви гладил её по спине, успокаивая. Ей определённо станет легче, немного позже, но станет.       Когда девушка уже успокоилась, а мужчина погасил тлеющий костёр водой, то он решил перейти к последнему, но самому важному действию.       — Помнишь, я говорил, что никогда не покину тебя? — его голос был непривычно неуверенным, он будто собирался всем своим духом.       Микаса подняла на него свои серые глаза и кивнула в знак согласия.       — Я человек, который не просто говорит, но подкрепляет все слова определёнными поступками. — он достал маленькую коробочку тёмно-синего цвета. — Микаса Аккерман, готова ли ты оставшуюся жизнь пройти со мной до конца?       Микаса в удивлении распахнула глаза, не веря в происходящее. Что только что произошло? Она прекрасно знала ответ на этот вопрос, но так боялась, что сейчас всё это окажется сном и она проснётся на своей постели, а рядом будет мирно сопящая Саша.       — Да… — тихонько произнесла девушка, принимая украшение, а после заключила Леви в свои объятия.       — Тогда сделаем это сегодня…

***

      — Я всё думаю про эту девочку… — рассуждала Киёми, пока Нико нащупывал нужные точки. — мне бы очень хотелось, чтобы она вернулась с нами. Такие как она определённо нужны нашему клану.       — Она определённо редкий экземпляр, но навряд ли она покинет родные места по собственной воле, Госпожа.       — Так уговори её. Будто я не знаю о твоих чарах перед молодыми особами.       — Даже если я это сделаю, то её не отпустят друзья и командир. Слишком ценная она для них. А кем бы Вы хотели её видеть? — спросил Нико, втыкая иглу чуть глубже обычного.       — Она бы неплохо растормошила нашу итак немногочисленную армию.       — Не думаю, что возможного потомка клана Аккерман нужно так расточительно использовать.       — У тебя есть на это свои соображения?       — Я по-прежнему считаю, что она должна послужить на благо Хизуру, распространяя свою кровь на наших землях. Пусть рождает для нас сильных людей, и нам не нужна будет никакая армия.       — Забавный ты! — усмехнулась Киёми. — Это ведь её убить может.       — Вы просто слишком привязаны к «старому», Госпожа, и пренебрегаете новым. Это опасно…       Новая иголка вонзилась глубже обычного.