Противостояние

      Когда ночь покрыла Детройт, я сбежал из дома. Да, я любил это делать, когда нужно было ехать на очередную ночную гонку. Отец ещё был дома, но скоро его не будет здесь, когда поступит вызов и нужно будет снова ловить меня. Да, он работал в полиции, но был внештатным сотрудником, то есть за свою работу почти ничего не получал, кроме благодарностей за поимку очередного стритрейсера.       Мой путь лежал к заброшенным гаражам, которые находились в семи кварталах от моего дома. Там мало кто ходит, но бывает пробежит какая-нибудь собачка или кошечка и всё. Ну, а в крайнем случае проскачет какой-нибудь пацан, уходя от погони гопников. Тот район не назовёшь спокойным, но и шумным тоже — скорее это что-то среднее между двумя этими значениями.       В моих чёрных наушниках играла музыка, и как бы я не старался, но один из «ушей» постоянно выпадал, иногда мне это надоедало, иногда бесило, а иногда мне было до лампочки. Главное — чтобы музыка играла, а никакая-нибудь левая реклама, которая порядком выводила меня из себя сильнее, чем выпавший наушник.       Знаете чем нравилась ночь? Это был риторический вопрос. Ночью я никогда не думал о своих тупых «друзьях», проблемах и гонках на треке. Всё потому что, мои мысли были заняты совершенно другим, я не думал как выиграть Скьора на его спорткаре, или что приготовить на завтрак, потому что утром будет некогда — нет. Мне было не до этого, я никогда не думал ни о чё, когда гнал на полной скорости на опасных трассах.       При свете уличных фонарей и едущих по дороге машин, которых было не так уж и много, я продолжал бежать по одной из улиц Детройта. Небо было затянуто тёмно-синими тучами — это означало только одно, будет дождь, а может и гроза, кто его знает. Сейчас это волновало меня, поскольку если начнётся дождь, будет довольно проблематично гонять.       Достигнув нужной мне точки, я с грохотом и шумом открыл подъёмные ворота. Скрежет, который они издавали, очень резал по ушам. Почему я ещё не починил их? У меня такой же вопрос. Ладно, завтра всё сделаю, но это не точно.

***

      Когда моя тушка появилась около заброшенного завода, девушки завопили от счастья. Не понимаю чему они радуются, когда каждый раз я приезжаю на гонку? Что первый раз в жизни видят человека в чёрном? Все эти девушки готовы пойти на любое безумство, лишь бы я согласился провести с ними ночь или её остаток — это уж как получится.       Знаете был такой довольно забавный случай с одной очень приставучей девушкой, которая в доказательство своей любви ко мне, набила себе татуировку. Я как бы нормально отреагировал на это и пошёл набить татуировку… На капоте её машины, типа свою любовь продемонстрировал. Правда потом пришлось перекрашивать машину, но это ничего не дало, поскольку через пару месяцев её парень оказался настолько оригинален и написал, что очень любит её. Угадайте где? Правильно, на капоте машины.       Заглушив мотор, я поправил капюшон чёрного худи, шлем и кожаные перчатки без пальцев. Да, мой костюм был не очень фееричным, но всё же хоть что-то. Составляющие основу костюма были такие вещи как: чёрное худи, под ним черная облегающая футболка, которая выделяла каждый кубик пресса по отдельности, но это видели раз пять не больше. Дальше были чёрные спортивные штаны и такого же цвета берцы. — Привет звезда! — крикнул рыжий парень из толпы людей, которая находилась в паре метрах от меня. Я лишь поднял руку вверх. — О, посмотрите, — послышался голос за моей спиной, я сразу узнал этот противный, мерзкий голосок. — герой ночи! Как тебя там? Ночной трусишка? Или Ночной кошмар? — это был Скьор со своими тупыми шуточками и не менее тупыми друзьями. — Я посмотрю сюда заявились гонщики, — говорил я, слезая с транспорта, и, хлопая в ладоши. — что Вам надо молодые люди? Пришли посмотреть как гоняют настоящие профессионалы? — Йоргенсон захихикал, показывая пальцем на меня. — Вы, профи? Да я вас всех сделаю в два счёта. — мои руки скрестились на груди. - Гонщики хреновы. — К твоему сведению, гонщик — это ты, а я — стритрейсер. — я ткнул пальцем в его грудь. — Запомни это слово. Понял? — он кивнул.       Я увидел, как маленькие капельки воды, скатываются по моему чёрному шлему, как и предполагалось будет дождь. Тот факт, что он уже идёт и, возможно, усилится, не очень радовал меня. Не то чтобы я не любил дождь, нет. Просто если погода ухудшится, то видимость упадёт, а это означает одно, заезд будет не из лучших, но мы же стритрейсеры любим трудности.       Повернувшись спиной к компании Скьора, я поднял руку вверх и направился к байку, у которого столпились девушки, желающие прокатится со мной. Нет, я конечно не против, чтобы кого-то покатать, но пусть платят за бензин. Да, в последнее время я стал немного меркантильным. Ну ладно, поговорим на эту тему чуть позже, а сейчас мне нужно прогнать надоедливых поклонниц от своего транспорта. — Эй дамы, — окликнул их, когда стоял за спинами красивых девушек. — не могли бы вы отойти? — они сделали вид, будто не услышали. — Я сказал вон отсюда! — они разошлись в разные стороны, я смог пройти вперёд.       Через пару минут на зажегся свет — это были переносные прожекторы, они осветили нашего ведущего с беспроводным микрофоном. Парень в красной кофте, синих джинсах и окрашенными в тёмно-красный цвет волосами пытался добиться тишины, подняв левую руку верх, но это никто не замечал, кроме нескольких человек и меня. Не выдержав, он негромко проговорил: — Кунти бада отсюда кому не интересно. — после этого непонятной некоторым фразы, оставшиеся люди обратили внимание на Микаэля. — Итак, сегодня будет одна из опасных гонок. — посмотрев на небо, он задержал взгляд на несколько секунд, а потом продолжил. — Гонка под дождём да ещё и на заброшенном заводе. — Это сумасшествие! — крикнул кто-то из толпы. — Думаешь? — спросил Микаэль, поправляя причёску. — Разве вас это останавливает?       На территории повисло молчание, только изредка где-то перешептывались люди. Я стоял около своего байка и внимательно слушал Микаэля, да я был хорошим мальчиком, но не всегда. Вот к примеру, сейчас. Разве я хороший? Нарушаю закон, разъезжая ночью по городу, хотя должен сидеть дома, но нет же отшиваюсь здесь, среди свободы и знакомых.       Сейчас нас спалят копам подумали вы, но нет ничего такого не будет. Гонщики частые гости на наших соревнованиях, поэтому мы не боимся за себя, только когда уже нас обнаружат самостоятельно, то приходится петлять почти по всему Детройту. Вы скажите, что это только так кажется, то спорить я не буду, просто пройдём дальше и вернёмся к самой интересной части.       Когда мы посмотрели на маршрут, который был переслан нам на мобильные устройства, участники сегодняшней гонки подъезжали к воображаемой линии старта. Я был почти в начале этого построения, которое можно было назвать кучей, но через несколько минут всё наладилось и позиции были полностью заняты. Я как и все ждал сигнала, но его прервал голос Скьора, который пытался правильно сформулировать предложение, но никак не получалось. Я ведь говорил, что он тупой. — Я хотел предложить гонку, точнее дуэль. — он всё же собрался и произнёс это предложение. — Ваш лучший стритрейсер против нашего лучшего гонщика. — у меня чуть глаза на лоб не вылезли от такой заявы. Нет, ну вы только представьте, что вам предлагают какую-то большую сумму денег. Да, такое себе сравнение. — Через месяц. Место потом обсудим. Эта гонка за честь каждого из нас. Проигравший уберётся из Детройта навсегда. — На-всег-да. Да нет, он просто больной, я сделаю его на первом же круге. — Хорошо, Ночная Фурия выступит за стритрейсеров. — твёрдо ответил Микаэль. — Ты согласен? — Конечно! — громко сказал я, подняв руку вверх. — Отлично, тогда нашего кандидата я назову завтра, когда приду посмотреть гонку. — он спрыгнул вниз и направился к толпе зрителей, теперь Йоргенсон один из них.       Когда рука с флажком была опущена, а заветные для стритрейсера слова сказаны, все мы как одно целое сорвались с места. Вы не смотрите, что каждый из нас пытается выхватить победу, чтобы стать профессионалом в этом направлении. На самом-то деле наша так сказать раса всегда защищает друг друга, хотя новичков иногда задирают, но мы всё равно вместе во чтобы то ни стало. Да, может мы не знаем как выглядит половина из нас, но каждый поклялся, что никогда не покинет ряды стритрейсеров. Кстати, для справки, я здесь вроде вожака, хотя организатором и является Микаэль.

***

      Войдя в поворот, мой байк оставил небольшие клубы пыли, уже не маленькие капельки стекали по-моему шлему, но я сильно не придал этому большого внимания, поэтому просто дал по газам. С каждой минутой моя особа приближалась к звёздной первой позиции, да возможно в какие-то моменты я кажусь немного единоличным и самоуверенным, но на самом деле это не так. Пусть от природы самоуверенность моё второе имя, да и первое тоже, но я никогда не предам этих людей не знаю как это всё связанно, но просто, чтоб вы знали.       О да, как же я люблю этот звук, такой ревущий и рвущийся на свободу. Он почти в точности описывал меня. Рёв мотора, как лев в клетке, который мечтает только об одном, как вырваться на свободу, поохотиться. Да, я «мастер» сравнений. Ну ладно, давайте уже поговорим о гонках, а потом о сравнениях.       Я пытался оставить за собой клубы пыли, но ничего не получалось. Дорога или её остатки были немного мокрыми от моросистого дождика, который как и каждый из нас рвался на свободу. Возможно, за сегодня я слишком много раз произнёс слово «свобода», уж простите этот простой на вид набор букв является для меня чем-то важным. Знаете, это как любовь, когда ты любишь кого-то, то он является для тебя чем-то большим, чем просто человек. Могу сказать честно, что испытывал любовь, но эта была не та любовь, которую чувствуют парень и девушка, а та, которая принадлежит твоей семье. Да, именно её, я… Всегда был… — Кого? — проговорил себе под нос, когда почти не впечатался в кирпичные остатки стены.       Оставив позади мысли о семье, любви и многом другом, что очень сильно отвлекало от происходящего, я набрал скорость. Очередной опасный поворот, где большинство стритрейсеров и сливаются, когда-то я был одним из них, но не сейчас. Пытаясь изобразить что-то похожее на дрифт на промокшей от небольшого дождя дороге, я чуть не вылетел из своего транспорта. Только сейчас я понял одну не очень хорошую вещь. Нет, это никак не связано с тем дрифтом, наверное. Так вот, капли дождика, который уже таковым не является, были большими этого я и боялся. Совсем скоро начнётся ливень, который может помочь мне сойти с дистанции, которую пройдёт не каждый в наших рядах.       Дождь всё сильнее лил, холодные капли дождевой воды падали на землю и мой шлем, отдавая барабаном в моих ушах от удара о пластмассу. Видимость для меня ухудшалась, что никак не касалось большей части стритрейсеров. Напомните мне купить дуал спорт шлем. Моя одежда начинала сильно промокать, холодок приятно распространялся по всему телу, я чувствовал эту сырость и влажность каждой клеткой своего тела — мне нравилось. Это придавало некий заряд бодрости, что толкал меня вперёд.

***

      Мне всегда говорили, что везунчик из меня так себе и в данный момент это оправдалось. Валяясь под каким-то кустом, я был мало того что промокший, так ещё и в грязи. Упав с байка, я вылетел с трассы немного покувыркавшись с травой, землёй и камнями. Капли, падающие с листьев, приземлялись на щиток моего чёрного шлема. Я продолжал лежать, пытаясь подняться на ноги, но ничего не получалось, правую ногу придавило байком. — За что мне это? — спросив себя, я ударил воздух рукой, потом она резко упала в грязь.

***

      В попытках вытащить ногу, я потратил больше сил, чем нужно, поэтому остался в бездвижном положении, надеясь, что скоро меня найдут. — Ну привет, — послышался женский голос, который смешался с шорохом листвы и глухим стуком капель воды. — Ночная Фурия. — девушка с блондинистыми волосами подходила ближе, я почти не видел её лица, но голос показался знакомым. — Вот ты и попался, теперь не отвертишься. — Хофферсон! Как твою мать! Как она меня нашла? — Как тебе больше нравится? Ночная Фурия или… — она выдержала небольшую паузу, я нервно сглотнул. — Имануэль Хэддок? — если говорить без вранья, то мне стало немного не по себе, а если соврать, то мне пофиг. Нет! Ну как, она узнала? — Не бойся, я никому не скажу, если… — она снова замолчала, я немного приподнялся. — ты пойдёшь на сделку. — сделка? Что за бред? — Ты никогда не узнаешь правды. — знаю, что это звучит бредово, но другого выбора у меня нет, а на сделку идти не собираюсь. — Я уже всё знаю, так что выбор за тобой. — она принялась поднимать мой байк, чтобы я смог вылезти. — Можешь думать что хочешь, но уже поздно заставлять меня верить в то, что ты — это не Фурия. — Даже если так, то никакой сделки не будет. Ясно? НЕ БУДЕТ! — прокричал я, остановив её напротив себя. — Хорошо, тогда все узнают, что Имануэль Хэддок — Ночная Фурия. — она решила пойти путём шантажа, но и тут я смогу уйти, наверное. — Мне всё равно. — безразлично произнёс я. — Правда? Даже тогда, когда обо всём узнает твой отец? — тут я немного занервничал, она поняла это. — Даю тебе времени до завтра, если к семи вечера не объявишь о своём решении, то все узнают правду о тебе и тогда поклонницы толпой будут стоять у твоего дома, не давая покинуть его или попасть внутрь. Завтра, около заброшенного района. — она говорила так, будто угрожала убить меня или поработить и завладеть мною, но ничего это не будет, я дам ей ответ завтра, в семь вечера.