Мятный леденец

POV Пак Чимин Я подорвался с места и побежал в туалет. И только когда вышел в коридор понял, что не знаю его местонахождение. Чёрт… Я скатился по стенке вниз. Как будто всю энергию выкачали, это было так внезапно, так необычно. Маленькие капельки пота, что медленно стекали с моих висков лишь доказывали, что мои чувства искренние и я действительно нервничал из-за нового опыта. Я увидел чёрную макушку Юнги которая оглядывается по сторонам и подходит ко мне. Из-за этого мне пришлось подняться, но у меня это вышло с трудом. Ватные ноги еле держали. В теле почувствовался новый прилив жара и мелкая дрожь по рукам. Я начал снимать кожанку и расстёгивать верхние пуговицы рубашки. Из-за этого мои острые ключицы было слегка видно. Я прерывисто дышал, а мои щёки были розовыми. В голове крутились мысли о том, что мне стыдно. На это было много причин. Мысли были хаотичными и даже в голове было сложно что-то разобрать. Надеюсь, у него то с головой всё в порядке и он поймёт мою ситуацию… Я просто растерян. Сейчас я даже не мог понять: приятный ли был этот сюрприз или не очень. Конечно, я благодарен ему за такую возможность, но были ли я готов? Как я справился? Впрочем, я ничего такого не сказал… Но что, если меня высмеют?.. Нет, я должен верить старшему. Если он посчитал, что мне стоило уже это сделать — значит всё хорошо. Я должен доверять наставнику. Наверное, ему виднее… — Х-хён, мне нужно пройти в уборную, — сказал я заплетающимся языком, отводя взгляд. POV Мин Юнги «— Чимин так быстро выбежал… Ему нездоровится?» Я извинился и быстро последовал за ним. Оглядевшись, я нашел его на полу. Это… Удивило меня. Я ошибался на счет того что он готов к такому? Нет. Все нервничают перед интервью. А учитывая то, что это была его первое. Это ещё хорошо что он прямо там не упал, как только ему сняли повязку. Он встал. Его щеки розовые с небольшим оттенком бордо. Прядь челки выбилась и элегантно упала ему на глаз. Он встал и. Снимает кожанку? Стоп! Зачем он растягивает пуговицы? Ему душно? Тошно? И почему его ключицы такие красивые?! От всех этих вопросов в моей голове меня самого начало кидать в жар, а голова заболела. Поэтому я махнул головой, будто пытался вытрясти из себя их. — Х-хён, мне нужно в туалет, — слышу я от него. Стоп. А я здесь причем? Мне с ним сходить что ли? Но спустя мгновение я понял, что да, черт побери, мне тоже нужно в туалет. — Пошли вместе, мне тоже нужно. Он тут, недалеко. Розововолосый пошел вслед за мной, а после вдруг слегка схватился за моё плечо. Мне не понравился столь резкий тактильный контакт, поэтому я посмотрел на него с возмущением, но он выглядел так, будто сейчас упадёт в обморок. В прочем, немного подумав, всё же откинул его руку. Я не подставка, чтобы на меня опирались. И я уж слишком не люблю физический контакт. Он фыркнул на это и кое-как плелся за мной самостоятельно.  — Что-то случилось, Чимин? — Всё же не выдержал я и обратился к нему, покусывая свою щеку изнутри. — Не волнуйся, всё позади, ты неплохо справился. По крайней мере, не упал в обморок прямо там. На самом деле я не любил подобные подбадривания, но Чимин всё ещё нервничал, это было видно по его состоянию. Его нужно было как-то успокоить. — Юнги, все нормально просто мне немного нездоровится. Холодная вода это всё, что мне нужно, — ответил он мне, но по его выражению лица всё ещё наблюдалось что что-то не так. — Хорошо. — каким-то неоднозначным голосом буркнул я. Мы зашли в туалет и Чимин буквально напал на раковину, обливали лицо водой. Было странно видеть его таким. — Нездоровится. говоришь… На самом деле, я хотел повезти тебя в ещё одно место, но, думаю, тебе стоит поехать домой. в таком случае… — Юнги, я тебе кое-что не рассказал, — вдруг послышалось сзади, пока я делал свои дела возле писсуара. — М? Ты о чём? — Я действительно не понимал о чем он и даже насторожился. — Это конечно не так важно, но в связи с моей гетерохромией для меня сильное повышение температуры опасно, и, — он тихонько застонал, — подай сумку, пожалуйста. — А у тебя… Давай я отвезу тебя в больницу? — Говорил я, быстро застегивая ширинку и подавая сумку. Я правда не знал, что делать с этим мальцом. — Почему ты мне не сказал об этом сразу?! Ты мой подопечный? В смысле «это не так важно»? — Нет-нет, я не хотел… Айщ, все так сложно, — говорил он себе под нос, будто говорил с человеком, который в его голове и искал что-то рукой в сумке. — Наконец-то. Нашел. Он взял какие-то две таблетки, положив из в ротик, и легкомысленно запил их водой из-под крана. — Сейчас я должен придти в норму, — начал объяснять он мне. — Эти таблетки меня не раз выручали. А по поводу больницы — не стоит. Я хожу в неё частенько из-за глаз и хорошо проинструктирован по поводу своего состояния. Так что. Ах да, Юнги, ты мне очень помог, спасибо, это бесценный опыт и хорошая возможность, — вежливо поклонился парень. — Не стоит, — флегматично кинул я. — Это просто моя обязанность как твоего наставника. Он улыбнулся мне. Кажется, ему лучше. И я только хотел об этом спросить, как он прервал меня и начал первый: — Куда ты хотел меня отвезти? — Тебе точно уже лучше? — с опасением спросил я. На что получил положительный кивок. Ладно. Поверю на слово… Всё равно сидеть там самому как-то не очень хотелось. — Я бы хотел сходить с тобой туда, куда ты хочешь, в знак моей благодарности. Эта песня. Она очень важна для меня, — я быстро продолжил, пока Пак не успел спросить детали. — Но я не знаю, что ты любишь, поэтому выбрал хороший ресторан. Ты голоден? Думаю ты не откажешься от еды. Чимин согласился на предложение себе под нос и мы пошли к машине. Откуда эта неловкость? Эта аура не очень-то мне нравится… Мы ехали в мертвой тишине, будто мы лазили где-то в закрытом магазине и боялись, что нас поймает охранник. В такой глубокой тишине мы ехали до самого ресторана, изредка поглядывая друг на друга. Не то чтобы меня это сильно напрягало, но всё же есть немного… — Видишь почему я попросил тебя снять линзы, — заговорил я, когда мы подъезжали к ресторану. — Ты должен был показать миру себя таким, какой есть. Именно это я и делаю в своих песнях. У людей есть право — слушать их или нет. И у меня много хейтеров, которые их ненавидят лютой ненавистью. Но я плевать на них хотел. Ибо если есть хейтеры, есть и фанаты. А их поддержка намного больше и ценнее желчи хейтеров. Так и у тебя. Некоторые, как те глупые дети, которые тебя задирали, могут сказать, что это некрасиво, не подходит стандартам красоты Кореи и вообще, что это уродство. Но есть люди, такие как я, которые не видят в этом ничего некрасивого, наоборот, это твоя, раз на миллион, визитка. Я говорил ему это прямо в лицо, но как только договорил, отвел его к окну, смотря на виды, что быстро меняются картинка за картинкой и сливаются в одну тягучую полосу, но не улавливая их. Мне хотелось посмотреть, как отреагирует на мои слова Чимин, однако мне было неловко, что я сделал ему за сегодня столько комплиментов, это не в моем стиле. Я и так догадываюсь, какая у него реакция. Через несколько минут мы приехали. Это был шикарный ресторан, мой любимый. Там подавали восхитительные морепродукты. Я хотел ещё раз спросить о его самочувствии, но подумал, что это будет излишняя забота… Мы вышли на улицу. Холодный ветерок приятно обдувал лицо, поэтому коже было приятно, несмотря на небольшую прохладу. Мы приближались к главному входу ресторана всё ближе, а он не скрывая оглядывал шикарное здание. — Спасибо, хен, — обратился он ко мне. — Хоть я и понимаю, что тебя оставили приглядывать за мной, но ты и вправду уже столько сделал, — отвел голову; смутился. Я ничего не ответил. Думаю, нам обоим они были не особо нужны. Я присел. Чимин сел напротив. Нас поприветствовали и сразу налили воды в бокалы, дав меню и оставив нас в покое, пока мы выбираем. Розоволосый снова стал осматривать шикарное и просторное место. Кажется, он никогда раньше не был в столь дорогих заведениях, что было бы более чем неудивительно. Я этому легонько улыбнулся. — Красиво? — спросил я. — Ты скоро привыкнешь, к роскоши и богатству быстро привыкают, главное не потеряться в лабиринте из золота. Что ты будешь заказывать? — Наверное. Мм. Я буду вот эту пасту, — показал он мне в меню маленьким пальчиком, — и кофе, — было видно, что ему неловко находиться в таком ресторане, но он старается не подавать виду. — А что будешь ты? — Я. Ах, — вдохнул я. — Ты закажешь такое простое блюдо, что лобстер с шампанским я заказать не могу. Честно, я даже расстроился немного. Но он не привык к подобным блюдам, поэтому его можно понять. — Официант., — Позвал я его и он в ту же секунду прибыл ко мне. — Две карбонары с морепродуктами и бутылочку «Pol Roger»*, — шампанское я всё же оставил, причем дорогое. Любить шампанского не люблю, но сегодня именно оно было кстати, хотя я бы предпочел виски. Да, я определенно приеду домой и выпью стакана два-три виски! Официант вежливо и профессионально принял наш заказ и отошел, а младший начал «незаметно» разглядывать меня. Я хотел сделать вид, что не замечаю этого, но это было уже слишком. — Не пялься. — Прости… Юнги-хён, почему ты решил стать айдолом? Я был в замешательстве. Потому что это был действительно хороший вопрос. Всех всегда волновало «что?» и «как?», но никто не говорил: «Юнги, почему?». Я немного помедлил с ответом, дав ему понять, что я действительно размышлял над ответом. — Думаю, я не могу тебе сказать эту информацию, так как ответ кроется в личной информации. А мы не настолько близки, чтобы я тебе такое рассказывал. — Оу, что же… Ты прав хен, извини. Я увидел его грустные глаза. В груди что-то сжалось противным комом. Фу! Отвратительное чувство! Но почему его грустные глаза, его грустные чуть поджатые пухленькие губы, блеск на которых блестит и переливается из-за освещения дорогих люстр, так огорчают меня? Это чувство можно сказать даже бесило меня! Потому что я совершенно ничего не мог с ним поделать, не мог отогнать мысли прочь. вместе с тоской Чимина… Я закатил глаза и дал себе очередную подсознательную пощечину, за сегодня в который раз… Да уж, Мин Юнги, сегодня у тебя день неконтролируемых эмоций. Запишу-ка этот день в календарь именно с таким названием. — Я думаю, дело в том, что я всегда хотел донести свои чувства людям, — закрылся я меню, делая вид, что выбираю что-то ещё и начал нехотя рассказывать. — Всё началось с малых лет. Сначала в пять лет мама купила мне фортепиано. Я был рад ему. Это… Моя первая любовь. Поэтому я написал про эту любовь. С этой песней ты мне и помог. И хоть у меня не было в планах с самого начала написать про свои клавишные, но я знал — эта песня, когда я допишу её, будет особенно важна для меня. И, собственно, я не прогадал. Так и есть. Поэтому я столь благодарен тебе и организовал всё это. Не пойми неправильно, я просто слишком долго писал её. Годами. Но дело сейчас не в ней. Сначала было фортепиано, а потом… Когда кое-какой дорогой человек меня покинул, я начал писать. Это было лет с двенадцати… Мне просто нравилось передавать на листок всё что я чувствую, без утайки. Только песням я мог рассказать, что я чувствую, какой я на самом деле. У меня было уже много таких песен, поэтому где-то в четырнадцать я начал их продавать. Я был совсем малым глупцом и продавал их за ничтожные деньги, но их критически не хватало, поэтому у меня не было выбора, — мне было не очень приятно это вспоминать, однако если я начал говорить нехотя, сейчас же я полностью погрузился в историю; в рассказ. — Где-то в шестнадцать лет меня нашел РМ-интертеймент. Оказалось, что один из менеджеров РМ однажды покупал у меня песни и заинтересовался мной. Поэтому пригласил к ним. На самом деле, я не желал быть айдолом. Мне хватило бы и андеграундного рэпера. Однако так сложилось, что я всё-таки начал сотрудничать с РМ-инт. Я должен был дебютировать ещё когда мне было восемнадцать с ником «Suga», однако мой дебют отложили. И теперь я тот кто есть. Девятнадцатилетний Агуст Ди. Я не знаю, как так вышло, что я стал айдолом. Но цель моя не изменилась. И неважно кто я. Я просто знаю, что в песнях буду всегда таким, какой есть. Хоть я и рэпер-айдол, но у меня никогда не было намерений скрываться под маской айдола. Я затих, сильно поджав губы. «— Слишком много информации для него, Юнгс! — Мысленно предупредил я себя. — Сбавь обороты.» Однако в этом не было уже смысла. Я почти всё рассказал. Было видно, что он удивлен моему рассказу. По его мимике, глазам и жестам было видно, что он внимательно слушал. Это немного меня смутило. Я был возмущен собой, что, возможно, взболтнул лишнее, но с мысленных ругательств меня вывел его голос: — Спасибо, — накрыл он мою лежащую на столе руку. — Спасибо, Август Ди что рассказал мне о Мин Юнги, я это очень ценю. Когда моя рука почувствовала тепло, я посмотрел на неё. На ней покоилась рука Пака. Он хотел меня пожалеть? Поддержать? Действие Чимина пришлось мне не по душе и как хорошо, что он понимал это и принял её, извинившись. Дело не в нём. Я просто не люблю когда меня трогают или пытаются пожалеть. Я уже начал жалеть, что всё ему рассказал. Как же вовремя подоспел официант, который принес нам блюда. Он поставил тарелку сначала Чиму, потом мне, после чего и ведерко со льдом на стол, поставил ещё два бокала (бокалы с водой мы так и не выпили) и налил нам шампанского, бутылка которого теперь была во льду. — Приятного аппетита, Пак, — сказал я так, будто ничего и не происходило. Я решил как можно быстрее замять эту ситуацию. От чего начал пить воду. Черт! Лучше бы это уж действительно было виски! — И тебе. Я немного напряженный принялся за еду. Паста оказалась очень вкусной и сытной поэтому съел почти всё, в то время как он только половину тарелки. — Невкусно? — Вкусно, — опроверг он. — Спасибо, хен, я просто наелся. Я пожал плечами и продолжил кушать дальше, а он взялся за бокал и немного отпил. Я повторил за ним действие и чуть скривился. Слишком сладко… Даже горечь спирта не чувствуется. — А я думал ты любишь напитки покрепче, — слегка улыбнулся юноша. — Это с чего ты так решил? — ухмыльнулся я. Стереотипы о рэперах? — Однако ты прав. Я люблю виски или же коньяк, иногда соджу. Но сегодня особенный день и я подумал, что шампанское будет кстати. Тем более, в основном я напитки покрепче привык пить в одиночестве, а тебе, думаю, больше подойдет этот. Тебе только шестнадцать, я не уверен что этот мой поступок, как взрослого человека, правильный. — Намекаешь на то, что ты меня пытаешься споить? — Сделал он аналогичное мне действие. — Я ни в коем случае не пытаюсь это сделать. — Ну-ну, — отпил я ещё немного, скрывая бокалом улыбку. — И да, мне не нравиться слишком крепкий алкоголь, предпочитаю вино или, — кивнул он на бутылку, — шампанское. Просто если представить тебя в темных апартаментах с большим дубовым столом, попивающим янтарный виски… — Чуть наклонил он голову, демонстративно показывая, что представил это. — Хах, круто бы выглядело, но слишком пафосно, — ещё один глоток. — Хах, думаю, со стороны это так и выглядит, — улыбнулся я. Но тут же улыбка сменилась на серьезность, правда, я немного выдавал себя, что она наигранная. — А что значит «предпочитаю больше то-то или то-то»? Тебе не рано ли что-то предпочитать? Первый раз я попробовал алкоголь, когда мне было почти восемнадцать. А ты что-то ещё и предпочитаешь? Значит, вариантов ты испробовал много? — изогнул я бровь. — Ну, во-первых, мне недалеко до восемнадцати, чуть больше года. Во-вторых, мой дом всегда был местом встреч папиных коллег, ну и меня, как старшего сына семьи директора, часто приглашали за стол. Так я и попробовал много всего. И сделал некоторые выводы. Например, что я не любитель пить. Только бокал или два шампанского или вина. И ещё, я не такой уж и ребёнок, — сказал он, но при этом надул губы, однако сразу же встряхнул головой и сделал стыдливое лицо, прекрасно понимая, что я всё видел. Однако я решил не отчитывать его. Хотя по идее, как старший, я должен это сделать. Однако это не моё дело. Да и спрашивал я не всерьез, мне в принципе всё равно. Но в любом случае сегодня я хочу с ним выпить. Сегодня особенный день. Я отвел взгляд. Кстати, заметил, что смотрел за сегодня на него слишком часто. Мой взгляд зацепил шампанское. — Давай выпьем за твой дебют, — налил я ему ещё в бокал, — и за мой камбэк, — налил и себе, подняв бокал, чтобы чокнуться. Ох и давно я это не делал. — Да, отличный тост, сонбэ. Мы негромко чокнулись и выпили из бокалов. Он облизнул пересохшие губы. Это не ускользнуло от моего внимания Юнги и он заметил это, поэтому уголки его бровей чуть нахмурились, сделав между ними небольшую, почти незаметную горбинку. «—…Он облизал губы, а. Мин Юнги, ты там ещё не кончил? Этот малолетка точно пытается тебя соблазнить!» — Насмехался надо мной внутренний Юнги, на что я ему мысленно послал его к черту. Но всё же… Он и правда облизал свои изумительные губы слишком страстно. Черт! Похоже, он это заметил. Это было всего за мгновение, но почему у меня такое чувствовать, будто я делаю что-то неправильное? — Я выйду на секундочку, — взял он свою сумку и направился к официанту, чтобы спросить, где здесь уборная. Пока он вышел на несколько минут в туалет, я решил налить нам ещё шампанского. Через несколько минут он пришёл обратно и сел за стол. Его руки были такие же сухие, а губы блестели и завораживали необычайным шармом. Было понятно, зачем он ходил в туалет и отнюдь не по нужде. Он сел, не сказав не звука. Не знаю, чего он ждал. Какой-то реакции? Его подводка стали более выразительнее, блики в глазах стали больше, наверное, алкоголь начинает действовать. И снова губы. Они как персики, стали более сочными, зрелыми и красивыми. Вот какие должны быть губы: чтобы другой человек, даже просто проходящий, хотел бы облизать их, съесть их… Они блистали ещё больше. Казалось, он пытался сделать акцент на его «недостатках» максимально большим и эффективным. Кожа с его макияжем придавала ему бледности, что давало ему возможность казаться более аристократичным и придавало ему свой шарм и элегантность. Я окончательно завис. Но не надолго. Мне нужно было отвлечься от него, поэтому я выпил весь бокал залпом. «— Ого, Юнги, да он и правда пытается тебя соблазнить!» — Орал мне прямо в ухо, доставая до самого мозга мой внутренний я. Чимина немного смутило то, что я сначала пялился на него, а потом выпил весь бокал. Мои действия не рациональны. Мне нужно успокоиться и стать прежним. Я налил себе ещё. Мои движения уже не такие резкие, что меня очень радовало. — Выпей со мной, пожалуйста. Я не могу пить такое в одиночку, — я кивнул ему на его бокал и сам взял свой. «— Ты хочешь его споить?» — Всё дразнил меня, ехидно улыбаясь, маленький внутренний чертик. Но я откинул эти мысли и слегка улыбнулся Чимину как ни в чём не бывало. Ах, качественный алкоголь всегда быстро бьет по голове, а это уже не первый и не третий бокал… POV Пак Чимин Когда я пришёл из туалета у меня был полный бокал. Я присел за стол и стал тайком выжидать реакции Юнги на мои манипуляции со внешностью. И вот он уже минуты две неприкрыто на меня пялится! Черт, внутри меня кричал маленький стеснительный Чимин, но в то же время это было чертовски приятно. Тот факт, что мой кумир вот так вот смотрит на меня сводит меня с ума. Поэтому второй Чимин ликовал, ведь хену явно понравился мой внешний вид. Я всегда стремился быть таким же идеальным, как Юнги, ведь он был красив в любой одежде, бодрый или заспанный — неважно, он был идеальным. И я не мог этого отвергать. Наоборот, я продвигал это в массы. Также не мог отвергать, что засматриваюсь на него временами; не могу отвергать, что его тело стройное и подтянутое; не могу отвергать, что его аристократичные точеные черты лица были до нельзя сексуальными. А самое главное я не могу отвергать, что каждый раз, когда его шелковистая чёрная шевелюра блестит под освещением люстр мне до жути хочется их потрогать, ощутить мягкость, зарыться в них руками и вдохнуть на полную грудь их аромат. Мне действительно интересно, как же пахнут волосы Мин Юнги? Каким шампунем он пользуется? Смогу ли я купить себе такой? Я ощущал, как здравый смысл внутри меня готовиться к переезду. Медленно, но верно алкоголь одолевал меня и я оставил попытки оставаться бдительным. Именно тогда я понял, что все мысли о Юнги можно оправдать качественным алкоголем. «— Ты пьян. Ты просто пьян, ты просто пьян», — повторял я сам себе в голове. Мои мысли снова разделились на две части. В одной утверждалась фраза выше, а другая пыталась опровергнуть её. И я не могу не согласиться с обоими, ведь отчасти и то, и то правда. Да, алкоголь просто прибавил мои мыслям красок, но я и без того часто думаю о нём. Он же часть моей жизни. Сначала просто новый кумир (и старый моего братика), а теперь ещё и наставник, и друг… Вроде. — Юнги-хен, что-то случилось?.. Почему ты так смотришь на меня, что-то не так? Черт, глаза… — Отвел я их, вспомнив, что я без линз. Вдруг у меня в голове что-то стрельнуло. А вдруг это всё для него просто клоунада? И ему не нравится лишняя ненатуральность? Не просто так же он просит ходить в линзах поменьше. Но я старался не думать об этом. Да, я стараюсь ему понравиться, но только как человек и ученик. Не в другом плане. Так что пусть принимает то, что есть. И всё же мне и правда хотелось произвести впечатление на кумира. А когда он вообще им стал? Обычно он был кумиром только моего брата… Наверное, я просто путаю термины, но всё же не могу не признать, что его музыка даже может вдохновить. Да. единственно, за что мне нравятся его песни — они вдохновляют. А их исполнитель вдохновляет меня как наставник. Интересно, а у него есть муза? Я начал думать об этом и мои губы начали медленно надуваться, я даже не контролирую. — Что? Нет, всё нормально, мне нравиться. Просто это лишнее. POV Мин Юнги — Что? Нет, всё нормально, мне нравится. Просто это, — обвел я его лицо в воздухе круговым движением пальца, — лишнее. Последнее предложение я сказал ему так, будто пытался его отчитать, однако сказал это просто для того, чтобы раздавить моего внутреннего чертика-Юнги, который плясал макарену. «— Не делай так, Чимин! Не надувай эти губки! Боже, просто ничего с ними не делай! Каждое их движение пробирает меня до мурашек.» — А ты хотел мне понравится? — С удивлением спросил я, вопросительно изогнув бровь и попутно, уже машинально пью энный бокал. — Я хотел тебе соответствовать, хён, — ответил он. Играется со мной. — Юнги-хён, почему бы не сделать фото на память? Игнорируя все мои протесты, мы переместились за один небольшой диванчик. Я почувствовал, как его бедро прижимается ко мне. Но мой мозг видимо решил это проигнорировать. И слава Богу! Он направил камеру чуть-чуть на себя и отвёл в мою сторону. Я был недоволен его поведением, что явно выражал на своем лице. — Ээй, Юнги-хён, ты выглядишь так, будто тебя на смертную казнь ведут, улыбнись. Или у тебя атрофировались мышцы лица. Но я его высказывания и упреки не слушал, мой взгляд плавно перетекал с его бедер, после к губам — на них я задержался — и до глаз. — Юнги.? — Звал он меня. …Он предложил мне сфотографироваться после того как мы выпили и подсел ко мне. Этот юноша стал более дерзким и наглым, когда выпил! «— Охох, Юнги, ты только посмотри! Он прижимается к тебе! Нет сомнений, он напрямую соблазняет тебя! — Этот чертик, который сидит во мне без утайки хохотал на всю. — Ты только посмотри, какие у него бедра!» Похоже на злую шутку. И кем бы я было, если бы не остановил подсознательный голос? Но я почему-то не смог… Что-то заставляло меня вести дискуссию с самим собой, взвешивая все «за» и «против». «— Ну да, — вел я диалог сам с собой в уме, стараясь успокоить этого бушующего, уже ни капли не похожего на себя внутреннего Мин Юнги, — он же танцор, поэтому они такие подкачанные. В этом нет ничего сверхъестественного.» «— А что ты тогда скажешь на счет этих черных облегающих джинсов? И про схожесть на твой стиль?!» «— Стоп, Юнги, он же просто равняется на тебя, — всё ещё пытался успокоить я себя, давая уже пощечину внутреннему мне, а не наоборот.» Юноша сделал несколько фоток, но ему ничего не понравилось. А мне же не нравилось, что он так близко. Его бедро жмется к моему, небольшой легкий румянец проступил на его щечки из-за алкоголя, его губы и глаза на уровне моих, так как мы практически одного роста. Нет! Только не губы… Этим-то мне это и не нравилось. С его губами теряется мой контроль. — Я не могу с тобой сфотографироваться, — чуть отодвинулся я. — Во-первых, я не люблю. Во-вторых, ты можешь выложить это фото в соц.сети и люди подумают, что у нас свидание, а нам этого не нужно. И в-третьих, это ты. У тебя и так есть фото со мной. Мало-ли что ты на них делаешь… — последнее я сказал уже шутя, конечно. После этих слов он обиженно опустил голову и встал. Кажется, алкоголь снес ему крышу и розоволосому стало немного стыдно за своё поведение, По крайней мере, только так я мог оправдать это. — Прости, — принес он свои извинения и уважительно поклонился, так как всё ещё стоял. — Хён, я не собирался никуда выкладывать эти фото, я есть только в одной соц.сети, и то только из-за общения. И, поверь мне я, не выложу это фото не из-за того что на нем есть ты, а из-за того что на нем я. Без линз. К тому же, это было бы и вправду неуважительно по отношению к тебе, но я так хотел оставить хоть одно воспоминание в памяти телефона об этом дне… Где я это я, а не кто-то другой. Он очень для меня важен, — прерывисто и тяжело выдохнул Пак. Было видно, что он подавлен. — И спасибо тебе за этот день. Для меня ещё никто никогда не делал столь большую услугу, — сел он на своё место и уткнулся в телефон, иногда поглядывая на меня. Меня очень удивила реакция Чимина. Что не так с этим мальцом? То он распутно провоцирует меня, то деликатно извиняется. Похоже, алкоголь дал ему по голове большущим кирпичом. Но он прав. Он привел меня в чувство. Я слишком был откровенен с ним и совсем забыл: я — его наставник, а он — мой подопечный. У нас чисто формальные отношения. Должны быть… Но я чувствую, что что-то здесь не так. Не понимаю. почему я веду так с ним. Мне стоит слегка отдалить дистанцию между нами в наших отношениях. Это будет самое правильное решение. — Ничего страшного. Почему ты так говоришь, когда твой наставник сказал тебе не комплексовать на счет глаз?! POV Пак Чимин Я улыбнулся от слова «наставник». Сегодня я не единожды думал, кто для меня Юнги. Да, он мой наставник. В первую очередь это именно так. Но я вижу его отношение ко мне. Читаю это по мимике, по глазам, по поступкам. Он мой друг. Даже если он этого не признает, думаю, он понимает это. — Да уж наставник хоть куда, — улыбнулся я. — Завязывает мне глаза, ведёт непонятно куда, застаёт врасплох первым интервью, а потом приглашает с ним пить, — а после не сдержался и вовсе начал тихо хихикать, взъерошив себе волосы на затылке. — Да тебе положена медаль, хён, — говорил я с дружеской, но всё же издевкой. — Ну, а если по поводу соц. сетей, то до дебюта меня хоть паяльником пытай, я ни за что не буду выкладывать фотографии без линз. Да и лучше вообще не выкладывать… Зачем мне это надо? Чтобы каждое утро мне в уведомлении приходили язвительные комментарии? Нет уж, спасибо, — почему-то на моих щеках вновь появился румянец. Теперь-то я понял, что значит «Алкоголь развязывает язык». — Блин, я снова говорю тебе совершенно ненужную информацию, — снова слегка почесал я затылок и немного отпил из бокала. Какой это по счёту я уже давно не считаю… Услышав это он немного нахмурился и обреченно отрицательно помахал головой с печальной улыбкой. — Сразу видно, что ты всё ещё трейни, — говорит он мне таким тоном, будто сейчас начнет учить уму-разуму. — Ты должен выкладывать фото, даже если не хочешь. Потому что так хотят фанаты. Плохо тебе, хорошо, тошно, прекрасно — плевать. Для них у тебя всё всегда хорошо. А фоткой ты делаешь отчёт об этом. Ты должен их радовать. Такое чувство, будто ты меня не слушал! Какая разница, что говорят хейтеры? Поверь, они когда-нибудь поднесут тебя на вершину, сами того не замечая, — повторил он моё действие. В итоге мы выпили так в полном одиночестве ещё несколько бокалов, не перебивая шепот тишины даже стуком бокалов друг об друга. Похоже, мы оба были полностью погружены в свои мысли.  — Забавно, — начал говорить черноволосый ко мне. — Ты говоришь, что не любишь пить, но шампанское, похоже, тебе по душе. — Сонбэ. — Что? — Я не готов ничего выкладывать до дебюта, я не готов, мне нужно немного времени. Я понимаю о чём ты говоришь и буду выкладывать фото когда дебютирую, но пока… — Я отрицательно покачал головой и столкнулся взглядом с Юнги, я так надеюсь что ты понял — мне нужно время. Ведь его осталось так мало. А он будто игрался со мной в непонятные игры. Ничего не отвечал, чтобы я волновался, смотрел на меня с расширенными глазами, но отвел его на бокал, крутя в пальцах, смотря, как жидкость переливается по стенкам туда-сюда. На его лице была слабая ухмылка, расслабленное тело и рука, которая облокотилась на спинку стула. — Не парься, — сказал он мне после томительного молчания. — Мне всё равно. Но ты должен будешь это делать позже, — отпил он с бокала глоток, в то время как я выпил всё. Нервничаю. Зажал нижнюю губу. Сам не понимаю от чего больше: горечи алкоголя или от нервов. В любом случае это выглядело. Красиво? Сексуально? Блять, не важно. Мне наверное уже хватит. Мы сами не заметили, как выпили целую бутылку. Кажется, немного увлеклись… Меня некому было остановить, так бы давно причитал… Черт! Тэхен! Он убьет меня, я уверен в этом… Я быстро посмотрел в предложение, которое наконец-то загрузилось.Кто бы сомневался… Десять (!) пропущенных. — Чтоб меня блять… — выругался я себе под нос. — Не матерись при старших, — сделал я ему замечание. — Я отойду, хён, — проигнорировал я его, вставая из-за стола на несколько шагов в сторону. Один гудок. Два… Я мысленно благодарил всех богов за то, что родители не дома. — Алло, Чимин, ты хоть понимаешь, как я волновался?! — Орал мне на всю глотку. Мне казалось что этот ор услышала как минимум вся улица. Хотя я и утрирую, но могу поклясться, что Юн точно слышал. — Ащщ, — отодвинул я телефон от уха, сморщившись. — Тэ, ну не переживай все хорошо, я в ресторане… — Чего? В ресторане? В каком ещё ресторане? Ты не сам. — Не сам. Но рассказать ничего не могу. Что ты хотел? Я скоро буду. — Почему не ответил? — С грустью в голосе обратился младшенький. — Плюшка, не грусти, телефон был в беззвучном режиме, извини. — Ну скажи, скажи, с кем ты? С Агустом Ди? Так ведь? Это он тебя повел в ресторан? — Я не… Айгу. Да, я с Юнги-хеном, — шепнул я. — И… Ты пил, хен? — Немного… — Боже, господин Пак, от вас одни проблемы. — Эй, мелкий! А тебе случайно не напомнить как ты вчера разбил стакан? А какой стакан? — Твой любимый… — Вздохнул он. — Мой(!) любимый. — Хен, не переводи тему на стаканы и их процесс разбития. Ты когда будешь? — Скоро буду, обещаю. И ещё кое-что, родители не звонили? — Нет. — Вот и хорошо, — выдохнул с каким-то облегчением. — Ладно, Чимми, жду дома. Будь осторожен. пожалуйста. — Ага. Я прервал связь и сел обратно к Юнги. Потянулся за бутылкой и вылил последнее содержимое в свой бокал. — Не пей больше, — остановил меня старший, схватив за запястье. — Для тебя пить пить в таком количестве, так ещё и столь качественный алкоголь — вредно. Но я ясно дал понять ему, что я расстроен и он сжалился надо мной, как над маленьким ребёнком, ведь я казался каким-то расстроенным, поэтому он отстранился. То ли от нервов, то ли от чего ещё, но факт остаётся фактом: я выпил всё залпом и Юнги явно не ожидал этого. — Эй, мелкий, — передразнивал он меня. — А не много ли тебе алкоголя за день? Ты не много пьешь, с непривычки ты можешь очень опьянеть. И ещё. — он приблизился к моему уху и говорил тихо и ласково, клянусь, у меня вмиг пробежало стадо мурашек от обжигающего шепота. — Не рассказывай никому с кем я и где, ладно, плюшка(?!) POV Мин Юнги Я был совсем рядом к нему, поэтому чувствовал как его лицо излучает тепло. Я улыбнулся. Приятно. Его лицо так близко, что можно рассмотреть каждую деталь. С ответом он не спешил. Горячее дыхание опалило мою шею. Наверное, алкоголь придал ему смелости, а может он и вправду такой, но он повернул своё лицо прямо к моему. Он слишком близко. Непозволительно. Слишком близко его волосы цвета баблгам. Слишком близко разного цвета глаза. И губы тоже слишком близко. Настолько, что я могу слышать чужое сердцебиение. Он какого-то черта облизнул губы и прикусил нижнюю губу. Я быстро отпрянул, когда увидел, что Чимин начал делать подобные манипуляции. «— Слишком по-гейски, детка.» И на этот раз я должен был согласиться со словами моего подсознания, которое тараторило сегодня целый вечер. Наверное, ему ударил в голову алкоголь и подумал, что это нечто большее, чем просто ужин благодарности, поэтому начал напрямую соблазнять меня. Я окончательно сел на свое место, пристально смотря на него. Хотя, признать, было весьма сложно. Я пытался что-то прочитать по его лицу, но было очевидно только то, что «Роджер» дал ему пощечину с обеих щек, отчего они стали розовыми. — Ты пьян, — констатировал я очевидное. — Тебе нужно домой, мы уже тут долго. — П-Прости, хён. Тебя смутила моя привычка, да? — Сказал он, поднимаясь с места. — Да, — признался я, хотя это было не так. Я просто хочу, чтобы он так не делал, потому что у меня такое чувство, будто он собрался меня соблазнить. И, поскольку он встал, вскоре я сделал тоже самое, но пройдя пару шагов, он запутался в ногах и чуть не упал назад. Как хорошо, что я был рядом, точнее сзади и подхватил его. Он навалился на меня всем телом. Оно довольно тяжелое (с виду кажется не таким) и очень теплое. Я сам чуть не упал, но всё же удержал равновесие. Стоп! И чем же это хорошо?! Ни чуточтки! Простое совпадение или явная провокация — не важно. Я повелся на это! Это меня начало злить. Я никогда не был таким неосторожным. Поэтому я нахмурился. Он смотрел на меня снизу вверх, широко открыв глаза и хлопая большими ресницами. Я делал примерно тоже самое. — Х-Хён? Прости, я запутался. Он попытался встать, но снова чуть не упал. и опять-таки мои руки его подхватили. — Айщ, да что с тобой? — Возмущался я на младшего. — Чимин, ты тяжелый, вставай. «— Похоже, он не сможет дойти даже до машины…» Я закатил глаза и щелкнул пальцами, сказав моему охраннику мне помочь. «— Черт! Не стоило было давать ему столько пить. Так и знал, что проебусь на этом.» Мой секьюрити помог ему дойти до машины и усадил его в неё. — Забавно, — хихикал он; было понятно, что тот пьян. — Ты как-будто меня похищаешь, как в фильмах: чёрная иномарка, охранник и пафосный Август Ди… Спасибо, Юнги-я~ — Это последнее, что он сказал, прежде чем уснул. — Хах, — хмыкнул я. — Похищаю? Наверное, учитывая то, что ты не сказал мне куда ехать и столь беспечно уснул в чужой машине. Я сказал охраннику, куда отправиться и мы помчались туда.