Мятный леденец

POV Мин Юнги После того, как мы за кулисами бурно обсудили концерт, я повёз его в особое место, но он снова оставался в неведении и единственное, что оставалось для него: мысленно строить догадки. А мне же просто нравится его удивлять и делать приятно. — Куда мы едем?.. — Снова попытался он спросить меня. — Скоро узнаешь, — кратко отрезал я, на что он лишь отвёл взгляд и начал смотреть в быстро переходящий во что-то несуразное Сеул, вжавшись в сиденье и поджав губы. — Мы приедем буквально через пару минут, сэр, — осведомил нас шофер. — Хорошо. И пока мы не подъехали, позволь мне… — он повернулся головой на мой голос, а я взял с сидения чёрную шелковистую повязку на глаза, от чего у нас обоих возникло дежавю. — Позволь мне сделать сюрприз. Он принял это как за нашу традицию, поэтому особо не сопротивлялся и покорно прикрыл глазки. Его ресницы трепетно дрожали, как маленькие бабочки, мне захотелось поцеловать их, но я не мог из-за водителя, это было бы крайне странно, тем не менее, держаться было крайне сложно, поэтому я всё же незаметно чмокнул его глаз через повязку. — Снова сюрприз от которого я потеряю голову? — Именно, — улыбнулся я, хотя он этого уже не мог видеть. Спустя несколько минут мы прибыли на место. Я вышел и помог аккуратно вылезти моему сокровищу с машины. Осторожно, не спеша я вел его за локоть. Нас поприветствовали и провели на место, посадив Чимина туда, куда я просил и сам сел напротив него. — Спасибо, — обратился я к человеку, который профессионально и без лишних вопросов выполнял свою работу. — Можешь снять повязку, — обратился я уже к Чимину. Он не сразу сориентировался, что происходит и где он находиться, но когда понял, чуть не вскрикнул, прикрыв свой рот руками. — Думаю, ты уже догадался. Это тот же ресторан, в котором мы ужинали впервые. Даже место то же самое. Я решил, что мы должны побывать здесь ещё раз прежде, чем я уеду. — Юнги-хён, но… Не знаю, — замешкался он, — это всё слишком непривычно для меня. По правде говоря, ты так изменился за это время… В лучшую сторону, конечно же. По крайней мере для меня. — Это всё потому что ты не оставляешь мне выбора, Чимин-и. Ты — причина моих перемен. Тебе не должно быть не ловко, ты должен привыкать к таким заведениям. Оглянись вокруг, — развел я руки, — здесь никого нет. Этот ресторан только для нас с тобой. Я могу без проблем сделать так… — я наклонился к Чимину через весь столик и поцеловал его. Нежно, робко, не углубляя его, дразня. — Или ты привык только к локации «постель Юнги»? — Усмехнулся я, в пару сантиметрах от него, сказав ему это прямо в глаза, приводя их в омут похоти. — Ох, ну, она мне стала как второй дом, — сладко подыграл он мне и потянулся за очередным поцелуем. — Ах, вот как… Я учту это, — хмыкнул. — А ещё я видел, как ты отрывался на моём концерте, а говорил, что только твой брат любит Агуста Ди. — А, ну… Не всем же дают вип-билет бесплатно, я просто не мог не использовать это… Айщ, ну ладно, может, совсем чуточку люблю. — Ага, чуточку, верю, — после последовала победная ухмылка. — Тебе они нравятся? — Взял его за запястье, поглаживая ручку. На ней тикали часы, напоминая о том, что время беспощадно идет только вперед. — Я так боюсь, что однажды ты просто забудешь меня… Со временем. — Как я могу забыть о человеке который подарил мне чувство, что я кому-то нужен, что достоин любви? Ты тот человек который вытащил меня из кошмара в котором я находился и принял меня таким, какой я есть. Хён, мне почти не о ком больше помнить, как о тебе. И вообще-то это я тоже боюсь! Ты же взрослый человек, захочешь быть с кем то другим — будешь. А-а, а я… А что я? Я подросток с дрянным характером и смазливым личиком. — Именно это я и люблю в тебе. «Дрянной характер и смазливое личико, которое принадлежит только мне и никому больше», — такие мысли появляются у меня, когда я просыпаюсь и вижу в кровати тебя. «Этот засранец весь мой». Спасибо, Минни, что породил во мне эти мысли. Возможно, они не правильные, но я хотя бы знаю, что они принадлежат мне. Не бойся, если я отпущу твою руку, ведь я всё равно привязан душой. Я… Завтра, рано утром, я улетаю в Америку. Можешь жить в моем доме, пока меня не будет, даже Тэ можешь приводить, я полностью доверяю квартиру тебе. Ты, конечно, можешь просто закрыть её на ключ и не приходить туда, но, пожалуйста, не забывай, что мои двери всегда открыты для тебя. И ещё… Я обязательно расскажу тебе то, что обещал, после того как приеду. Мы начнем нашу новую страницу с доверия, ладно? — Да, хорошо, — кивнул он мне и перевёл свой взгляд с наших рук мне на лицо. — Начнём писать свою историю заново? — Нет, малыш, всего лишь продолжим, — я грустно улыбнулся. — Хочешь что-то выпить? Не просто так ведь мы пришли сюда, — попытался сменить тему. Не хочу последние часы перед отъездом провести с грустью на лице, особенно когда я в окружении Чимина. — Кушать что-то будешь? — Да, я проголодался, что больше всего тебе здесь нравится? — Кхм… — подставил я согнутую в кулак руку ко рту, будто хочу кашлять. — Чимин, я не могу съесть твою задницу прямо здесь. Пожалуйста, подожди до ночи. От подобного ответа его щеки залились румянцем. — Ты первый выбирай, Чимин. — Х-хорошо, — он всё ещё был растерян из-за моих слов, ну не милашка ли? — Вообще-то я хотел чтобы ты мне что-то посоветовал. — Хмм, дай-ка подумать, — я скрестил руки на груди и быстро просмотрел всё меню глазами. Не то… Нужно получше! Это тоже не подходит… Всё не то! Мне нужно для Чимина что-то этакое… Элитное. Как и он сам. Мой взгляд кое-что заинтересовало. Немного поразмыслив, я вспомнил одно обещание, которое всё ещё не выполнил. — Подожди здесь немного, я вернусь. Не подглядывай, пожалуйста, это сюрприз, — я направился в сторону кухни. — Сегодня готовка на мне, шеф, — бесцеремонно сказал я. Естественно меня послушались, ведь если бы эта просьба (?) была бесплатной, меня бы давно вышвырнули, как бездомного котенка. Я взял черный фартук по пояс и завязал его. После закатал рукава белоснежной рубашки, оголяя свои мраморные руки на четверть. Взяв все приборы и непосредственно продукты, я приступил к готовке. Я обещал Чимину приготовить американский стейк. И я действительно хорош в его готовке. Мои движения были плавные и точные, ни одного лишнего. Я чувствовал себя в своей тарелке, когда готовил именно его — сочный большой кусок мяса. Конечно же я видел, что Чимин «незаметно» подглядывает, но я был слишком погружен в процесс, чтобы отвлекаться. Припомню ему это как-нибудь позже. Ухмылка не сползала с моего лица, но я был всё так же сосредоточен на готовке. Уверен, он стоял у дверей и думал о том, как бы быстрее вернуться домой, чтобы я хорошенько отжарил его. По крайней мере, в моих мыслях у меня был и такой пункт. «— Ну как, Чимин-и? Я эстетично выгляжу со стороны, когда стою возле стейка, сосредоточено делая свою работу на «ура»?» Через некоторое время я достал блюдо точной прожарки «medium» и красиво украсил гарниром и соусом, предварительно сделанным своими же руками по оригинальному рецепту, разработанного мной годами к идеальным пропорциям. Он понял, что через несколько минут блюдо будет на столе и убежал за него, будто ничего не было и он не наслаждался видом, когда я, его мужчина, делаю ему ужин высшего класса. — Мистер Пак, ваш ужин готов, — демонстративно подал ему блюдо, снял фартук и присел сам. — Вы тут не заскучали, пока мистер Мин отсутствовал? Я приготовил стейк в американском стиле с прожарокой «medium». Не знаю, какая тебе нравится, прости. Но я ориентировался на свой вкус. И всё же, надеюсь, тебе понравится, я действительно очень старался сделать всё максимально профессионально. «— Впрочем, ты всё сам видел» — осталось висеть в мыслях пока что не сказанным. -Спасибо, мистер Мин. Это было очень галантно с вашей стороны приготовить такое блюдо специально для меня, — мягко улыбнулся он, отрезав небольшой кусочек сочного стейка и попробовал. -Мммм, Юнги… — Закатил младший глаза в блаженстве, медленно пережёвывая. — Есть то, в чем ты не идеален? Это мясо… Этот стейк приготовлен на профессиональном уровне. Ты сам научился? — Да. Я ведь говорил, малыш. Это опыт, который пришел с годами. Хм… Думаю, нет чего-то неподвластного Агусту Ди. Но Юнги… Ах, думаю этому парню нужно научиться многому. Например, найти свои яйца и рассказать своему парню о своих скелетах в шкафу. Но… Не буду трогать эту тему сегодня. Не сейчас, когда я сижу напротив любимого человека, который ест в лунном свете мраморную говядину высшего класса. Я налил нам в бокалы красное дорогущее вино с надписью «Pomerole — Le Pin». — Тебе должно оно понравится. Оно невероятно вкусное, если ты действительно любишь вино. Ты ведь такого не пил, правда? Оно довольно дорогое… Но твои вкусовые рецепторы будут поклоняться тебе после него, — я поставил бутылку на стол и взял свой бокал, наполовину заполненный жидкостью рубинового цвета. — Давай выпьем за то что мы смотримся вместе охуенно, кто бы что там не говорил. — Прекрасный тост. Наши бокалы взмыли в воздух, и звонко чокнулись, немного отпивая сладко-горькую жидкость. Ах, ну и что же может быть лучше чудесного вина в компании с любимым человеком после тяжёлого трудового дня? Вряд ли для меня найдётся утеха получше. Сейчас всё так, как и должно быть — идеально и на высшем уровне. — Вот уж не думал… — обратился он ко мне, играясь с вином, прокатывая бордовую жидкость по стенкам бокала. — Никогда к этому не привыкну. Всё такое неземное, с высшего общества, что кажется будто я, мальчишка, не заслужил этого. — Естественный отбор, Минни, — пожимаю плечами. — Кому-то везёт больше, кому-то меньше. Мы просто игроки в этой жизни, просто у кого-то есть читы, а у кого-то игра вообще виснет. — А когда ты только начал свой путь в роли айдола, как ты распоряжался своими деньгами? — Я их тратил на охуеть как не нужные вещи вроде того же вина или шмоток. Впрочем, сейчас ничего не изменилось. Ничего, Чим, к хорошему привыкают быстро. Ты сам поймешь, куда их тебе стоит потратить, — я налил нам ещё. — Давай на брудершафт? — Давай, как раз научишь меня. — Уф, смотрите какие мы невинные, — взял бокал в руки. — Здесь нет ничего сложного, поставь свою руку локтем на стол, — он покорно выполнил то что я сказал. Мы перекрестили наши руки. — Теперь пей. Чим опустошил весь бокал за раз, что меня слегка ошарашило. Не думал, что он настолько любит вино. Я же поставил свой бокал на стол, аккуратно выходя из-за стола, также не спеша подошел к Минни, но в моих шагах читалась резкость. Он смотрел на меня снизу вверх не совсем понимая, почему я подошел, но я быстро и неожиданно взял его обеими руками за щеки и жадно, как зверь, впился в его губы своими. Страстно, как красное вино. Опасно, как хищный тигр. Я властно проникал в чужой рот своим языком, хозяйничая там. И я совру, если скажу, что эта часть в наших отношениях не нравится мне больше всего. Мне сорвало крышу. Вот она — тонкая грань между сентиментальным Юнни и опасным тигром Мин, блять, Юнги. И Паку это определённо нравилось. Он кайфовал от этого. К черту, правила. К черту этикет. К черту то что здесь были скрытые камеры, так как это дорогой ресторан. Я хочу его. Этим всё было сказано. Собственнический поцелуй нехотя был разорван, когда воздух был на пределе и легкие начинали гореть. Я выпил ещё вина. Прямо с бутылки, с горла. И Господь видит как это было некультурно и насколько мне сейчас плевать на это. Он вырвал у меня бутылку и сделал тоже самое, кажется, он тоже был на пике. Когда младший закончил пить, я поцеловал его ещё раз. Всё так же жадно. Кусая губу и мокро целуя. Он немного привстал, поэтому я использовал этот момент, моментально беря его за задницу и сажая на свои руки. Он быстро сориентировался и обхватил меня ногами, окольцевав шею руками. Я швырнул его стул ногой подальше. И мне блять похуй, что мне влетит за то что я «порчу имущество заведения», сейчас был только Чимин, я и наши желания получить друг друга. Я прижал его к стенке. Меня это до чёртиков заводит. Его, видно, тоже. — Поехали от сюда, иначе заставлю тебя отсосать прямо тут, — отстранился от его губ, оставляя между нами тонкую прозрачную ниточку слюны. Он слабо кивнул мне, бедняжка совсем обмяк в моих руках. Но вскоре сообразив, он чуть ли не на бег сорвался, что заставило меня ухмыльнуться и, как подросток, побежать за ним, предварительно бросив пару купюр на стол. Он буквально затащил меня в машину и одного моего взгляда хватило водителю, чтобы понять, что надо быстрее и до дома. Я сидел и чувствовал как узел внизу живота начал завязываться, поэтому уткнулся в его плечо, тяжело дыша и не поднимая головы. Эрекция не заставила себя ждать. Но вскоре и он начал хныкать. Мы оба желали друг друга слишком сильно что бы думать об обстоятельствах — Терпи, малыш, — тихо шепнул ему, а сам думал как бы сейчас не погладить его щеку с обратной стороны своим членом. Благо мы ехали кратким путем, поэтому буквально через минут пятнадцать мы были у дома. — Спасибо, — прошевелил я губами водителю, оставляя пару дополнительных купюр в долларах на заднем сидении и мигом выходя с машины за Чимином. В такие моменты, когда возбуждение было как лава в жерле Везувия, я очень жалел, что выбрал квартиру аж на тринадцатом этаже. Но об этой мысли и след простыл, когда минуту спустя мы оказались возле моей квартиры. Я кое-как открыл гребанную дверь, мечтая о способности проходить сквозь стены и шел, куда ноги вели. Все это провернуть было довольно сложно, учитывая то что мы не разрываем поцелуй уже длительный период времени. А завели меня ноги именно на кухню. — Что же, — развернул я его, как только мы дошли к столу, чтобы он мог облокотится об него, — теперь пришло время, чтобы я попробовал лакомый кусочек, да, Чимин? — Пошловато улыбнулся, хоть он этого и не видел. Я достал с кармана штанов контрацептив, быстро разорвал пакетик ртом и сделал всё возможное, чтобы защитить нас. Не составило особых усилий чтобы снять чиминовы штаны вместе с трусами. — Твоя прожарка, Чимин, — я погладил его по нежной коже попки, после чего шлепнул, наслаждаясь характерным звуком, — будет «Well done». Я шлепнул его ещё раз, от чего тот изогнулся до хруста в спине и издал протяжный сладостный стон. Так красиво… Это возбуждает меня ещё больше. Пальцы обильно смоченные слюной быстро растянули его и прошли без всяких усилий. Этот малыш тёк по мне больше, чем мои фанаты, что тешило моё самолюбие ещё больше. Но оно и не удивительно, он-то знает как это — быть трахнутым мной. И сейчас я только тяну время, дразня его и мучительно томя. От отчаяния он начал двигаться, насаживаясь на пальчики самостоятельно. — Так не годится, солнышко. Я высунул их и медленно насаживал свой член на него, после чего начал резко двигаться самым грубым способом. Он стонал без единого намека на то, чтобы сдерживаться, сам насаживался на меня, как только поймал мой темп. И сейчас я сказал бы, что мы издали были похожи на кроликов, если бы мне было не далеко всё равно. Ведь да, сейчас мы были только животными, которые следуют свои природным инстинктам. Быстро. Мокро. Пошло. Жарко. Вся кухня была адской котельной баней. Я упивался, утопал в мыслях, что когда я уеду, он будет сидеть здесь с чашкой горячего чая в невинно карамельном свитере, думая о том, как я грубо трахал его на этом же столе. — Чи… Чимин. — говорил я со сбитым дыханием. — Ты… Мой. Запомни это хорошенько. Ты принадлежишь только мне, — говорил я со всей собственнической натурой, которая у меня была. — И трахать тебя могу только я. Даже не смей трогать свою попу без меня. Не смей, Минни. А в ответ он только постанывал от удовольствия и, видимо, боли, так как я был резок с ним сейчас, а я лишь набираю темп, ведь не услышал желанного ответа. — Юнги-хён-на. А. Аах, прошу не т-так б-быстро… Прошу, — он зажмурился. — Что? Быстрее? — дразнил его я, начиная набирать темп ещё сильнее, посасывая его большую нижнюю губку и постанывая в ответ, ведь мне было не хуже, чем ему. начал двигаться, набирая темп больше. «— Прости, Чимин, но сегодня я тебя так трахну, что пол года ещё этого сделать не сможешь». — Тебе нравится, детка? — А-ах. Аггх. М-мне больно! — Крикнул он в ответ, извиваясь подо мной. Я с силой ударил его по заднице. На ней остался красный след, в виде отпечатка моей руки, а с его глаз полились слёзы, но он продолжал насаживаться на меня, пошкрябывая стол небольшими ноготками. Мои руки гуляли по его спине, которая была изогнута до невозможности красиво. Я целовал её, проводил по ней языком, оставляя мокрые следы. Он содрогался от удовольствия с каждым разом сильнее, когда я оставлял на ней небольшие розовые пятна. Я укусил его чуть ниже лопатки, отчего он вскрикнул. Уверен, он сейчас был весь заплакан. Заплакан от удовольствия. Я набрал темп ещё быстрее. Казалось, что я скоро вытрахаю с него все внутренние органы. Но он получил бы кайф даже от этого… Я знал, где его слабая точка, поэтому-то он всё ещё держался на дрожащих ногах от стимуляции удовольствием, так бы он давно упал в обморок от болевого шока. — Ты не ответил на вопрос, малыш, — я мял его попку, наверняка там останутся синяки… Но это даже к лучшему. Пусть помнит, что он мой; пусть все видят, что он занят. — Д-да. Юнги-я… Я н-не буду без тебя… — ответил он мне заплетающимся языком, еле-еле проговаривая ответ, на что я начал двигаться медленнее. Теперь толчки в нём были резкие, но медленные. — Ю-юнги, пометь меня… Я посмотрел в его омуты, вот они — мои прекрасные драгоценности, которые были с пеленой слёз. — Эти глазки не должны плакать, — говорю спокойным тихим голосом, принимая солёную жидкость. — Конечно помечу, — оставляю дорожку поцелуев на его шее, делая небольшой засос, пока он царапал теперь мою спинку. Ещё пару резких движений и он кончил, я следом за ним. В голове взрывались салюты искрами обжигая все ещё напряженное тело. Я судорожно вдыхал воздух, будто его оставалось совсем немного. Он развалился на столе, всё ещё чувствуя судорогу по всему телу, а особенно в дрожащих ногах после очередного оргазма. За этой картиной наблюдать было… Великолепно. Ветер дующий с окна накрыл тело покрывалом холода. Мы оба дрожали от пламя извергающегося внутри и холода накрывавшего снаружи. — Ммм... Ю-юнги, это было... б-больно. Я же… От тебя не сбегу в-во время ту-тура… — Он молвил не ровно, прерывисто, со сбитым дыханием. Казалось, с его рта идет пар, настолько сейчас было жарко. — Уж постарайся, малыш. Я очень на это надеюсь. Ну как? Тебе понравились мои способности жарить? — Твои навыки определенно превзошли мои ожидания, — он устало слабо улыбнулся. — Но мне холодно, — обнял младший сам себя за плечи из-за нового порыва ветра. — Иди ко мне, малыш, — я попытался его обнять, грея его своим телом. Он с удовольствием поддался мне. Я взял его на руки, неся в кровать. Честно говоря, это было сложнее, чем я думал. Мои руки уже привыкли к его весу, но я и сам еле держался на ногах. Тем не менее, кое-как я всё же его донёс. Мы вместе повалились на кровать, так и лежа друг у друга в объятиях. — Мм… Я люблю тебя, Чимин-и, — бормотал я полусонным голосом. — Завтра я проснусь здесь один? — Посмотрел он на меня с печалью, проводя по моей щёчке своей ручкой. — Да, Чимин-и. Совсем один, — взял его руку в свою, переплетая наши пальцы. — Но оглянись вокруг: все вещи будут напоминать обо мне. Ты всё ещё будешь чувствовать мой запах в этой постели. Так что не грусти сильно, малыш. — Это так трудно, знаешь? — Знаю. Прости, что так получается, я тоже не хочу оставлять тебя. — Не кори себя, я знаю, что это не твоя вина. Я буду стараться не грустить, не волнуйся за меня. Спи, хён, самых сладких снов. Ведь тебе завтра рано вылетать, да? — Так и есть, — грустно вздыхаю. — И тебе сладких снов. Он накрыл себя и меня одеялом, утыкаясь носиком мне в грудь, как котёнок, стараясь прижаться как можно сильнее, спрятаться от всего мира рядом со мной. Я так сильно ценю это… И мы могли бы ещё до утра говорить, как сильно любим друг друга, но к чему снова, когда всё очевидно?

***

На часах три утра. Мой Минни мирно спал, уткнувшись носиком в мою подушку. Рассвет потихоньку даёт о себе знать. Всё выглядело как ещё один хороший день, проведенный с любимым, но, к сожалению, это не так. Сегодня я уезжаю. Далеко и на долго. Как бы сложно это не было, я должен это сделать. Такова моя работа. Я посмотрел на него. Он всё ещё сопел себе в подушечку. Если только мог, миловался бы этим сокровищем всегда. — Мой малыш… Моя радость и счастье, — тихо мямлю, чтобы не разбудить его. Я нежно провел рукой по его щеке. Зарылся рукой в его нежные волосы, которые так полюбились мне. Всё ещё не могу привыкнуть, что они более не мои любимчики баблгам, из-за которых я иногда так называл его, на что он дул свою и без того большую губку, а я хохотал в ответ. Ну и как я без этого буду целых пол года? Мне придется даже пропустить его дебют, о котором он так долго мечтал и трудился. Надеюсь, ему будет не очень сложно учиться и выступать параллельно, хотя я знаю, это чертовски сложно. Я быстро, насколько это возможно, собрал все необходимые для поездки вещи. Это заняло у меня час. Осталось пол часа, чтобы доехать к аэропорту. Медленными неуверенными шагами, я подошел к нему. Не очень-то хотелось думать о плохом, но мысли, что я вижу его в последний раз перед долгой разлукой, не выходили у меня с головы. Такие красивые, аккуратные прядки и так небрежно падают на его глазки… Его реснички подрагивают, а между бровями образовался маленький бугорочек. Интересно, что ему снится? Кошмар? Я осторожно убрал его волосы со лба и нежно поцеловал его в лобик. Надеюсь, это его успокоит… — До встречи, Чимин, — тихо шепнул я губами и подался в путь. Жди меня, мировой тур. Дождись меня, Пак (Мин) Чимин. POV Пак Чимин Я проснулся от тихого шума, но не смел открыть глаза. Прошёлся рукой по кровати, но не нашёл родного тела. Внутри всё болезненно сжалось. Нет это сон, лишь дурной сон! Я зажмурился так, что в глазах увидел звездочки, почувствовал невесомый поцелуй в лоб и слова прощания. Такие тёплые, мягкие, но сильно ранящие. Я сжал влажную простыню у себя в руках, как только услышал хлопок входной двери. Вот… И все. Из глаз предательски полились слезы. Я сжался на постели, сминая в руках одеяло, заливаясь беззвучными рыданиями. Один, на огромной постели. Но все ещё тёплой, не остывшей, как и мои чувства к Юнги. Все ещё неустанно горящие извергающие пламя и лаву.

***

Вставать было особенно тяжело, как физически, так и морально. Всё тело ныло, а душа изнывала не меньше. Кое-как я добрался до шкафа с одеждой и с болью рассматривал полупустое пространство. Взяв несколько вещей я позавтракал за барной стойкой, в дорогущих апартаментах. Почему они резко стали такими холодными? Тело ещё неприятно ломило, но дебют должен состояться через два дня. — Интересно, как там Юнни. — вздохнул я, отложив круассан, который и в горло не лез, сразу же залезая в ленту новостей, пока не наткнулся на желанную. «Сегодня рано утром на борту частного самолета «Kim.Air» начал свой мировой тур всемирно известный рэпер Агуст Ди. Взлёт состоялся в 4:30 утра, а приземление про изошло в аэропорту Лос-Анджелеса в 16:40. «Полет прошёл удачно и без происшествий», — сообщает главный пилот. Что же, надеемся это начало большого пути!» — Уж точно… надеемся, — улыбнулся на фотографию устало улыбающегося Юнги и прошептал: — Возвращайся скорее, мой маленький котёнок, Агуст Ди.