Лондон. Стартап

Стоя перед величественным зданием в престижном районе города, Баффи разглядывала новенькую табличку с витиеватой надписью «Общественный союз в пользу». В пользу кого был создан этот союз, оставалось неизвестным, но заходить на территорию штаба Совета наблюдателей Баффи категорически не хотелось. Все её инстинкты, молчавшие при появлениях Спайка, сейчас вопили, как оглашенные. При мыслях о неведомых наблюдателях, Баффи будто бы становилась слабее. Теряла свою силу. — Ну уж нет, — пробормотала она, — я не буду слушать советов первого встречного вампира. Резко развернувшись, она налетела на молодого человека, из рук которого рассыпался ворох пестрых бумажек. — Ох, простите, — Баффи бросилась помогать собирать яркие листовки с надписью «XXX турнир наблюдателей: музыкальный конкурс». Выпрямившись, она протянула юноше постеры, но он не взял их, потому что таращился на неё во все глаза. — Баффи? — спросил он и сглотнул. — Баффи Саммерс? Она оглянулась через плечо, никого там не обнаружила, и снова повернулась к своему собеседнику. — Вы уверены? — спросила Баффи. — Я Роджер Грин, — явно волнуясь, сказал он, суетливо протягивая руку. — Стажер оттуда. И юноша неопределенно кивнул в сторону «Общественного союза в пользу». — Удивительно, — заметила Баффи, пожимая его влажную руку, — еще пару дней назад я считала, что в Лондоне у меня нет знакомых. Меж тем, я чувствую себя как на встрече выпускников. — О, простите мою бестактность, — огорчился Роджер Грин. — Возможно, вы хотели сохранить свою анонимность? — Так откуда вы меня знаете? — Вы легенда, Баффи, — просто ответил он. От изумления она едва не выронила плакаты. Роджер спохватился и забрал их у неё. — Позвольте, — робко предложил он, не спуская с неё восторженного взгляда, — угостить вас кофе. Пожалуйста. Баффи оторопело кивнула. В маленькой кофейне на соседней улице Роджер Грин заказал огромный капучино с высокой пенкой из взбитых сливок и пончики. Баффи ограничилась американо. — Я читал все отчеты вашего наблюдателя, — сказал он почтительно, вдоволь на неё налюбовавшись. — Первое упоминание в летописи: «Истребительница упряма и дерзка. Она коверкает английский язык так, что я понимаю только через одно предложение», — голос юноши упал до шепота, и он несколько запоздало оглянулся по сторонам. — Пожалуйста, скажите мне что-нибудь на вашем фирменном английском. — Мой наблюдатель? — Руперт Джайлс. Его работа «Подход к истребительнице как к личности» в свое время совершила революцию в такой традиционной организации, как наша. А сборник «Баффи. Цитаты и афоризмы во время истребления» я читал трижды. Жаль, что его трудовые отношения с Советом были нестабильны, и отчеты то и дело прерывались… Тут он увидел выражение её лица и смутился. — Простите! Я не хотел вас расстроить, — Роджер даже деликатно отставил в сторону недоеденный пончик, хоть и бросил ему вслед печальный взгляд. — От него так и нет никаких известий? Возможно, мистер Джайлс просто захотел уйти на покой, — утешительно добавил он, но не смог удержаться от проявления природной честности: — хоть это и не в его характере. — А отчеты профессора Уолш? — спросила Баффи. — Кого? — переполошился Роджер. — Я читал всю литературу, посвященную вам! Кто такой профессор Уолш? Баффи сосредоточилась на том, как оседает пенка в его капуччино. Как может такое быть? Она точно помнила, как познакомилась с Норой, и сколько разных сражений они вместе прошли. Профессор была невозмутимой и сдержанной, полной противоположностью импульсивной Баффи. При чем тут какой-то Джайлс и его отчеты? Могло ли быть так, что Нора сама писала в Совет, зачем-то притворяясь наблюдателем? — А вы? — с любопытством спросил Роджер. — Что вы делаете в Лондоне? Путешествуете? Это было приятное предположение. Да, она могла бы путешествовать. — Почему вы не зашли в штаб-квартиру Совета? Уверен, что вам многие были бы там рады. Конечно, Совет теперь не тот, что раньше, но мы проделали огромную работу, восстанавливая архивы и возраждая традиции. — Я вижу, — Баффи кивнула на листовки. Роджер Грин мучительно покраснел. — Вы правы, я путешествую, и путешествую анонимно. Мне бы хотелось верить, что вы сохраните мой секрет, — произнесла Баффи, пытаясь вспомнить, каково это — быть приятным собеседником. Она даже улыбнулась, как ей казалось, вполне дружелюбно. — Конечно. Я счастлив что смог познакомиться с вами лично. Вы мой кумир, Баффи. Его фанатство было несколько чрезмерным, и Баффи спросила, лишь для того, чтобы отвести разговор от себя: — А Спайк? Ну который вампир? Вам что-нибудь известно о нем? — Меня потрясла его смерть, — с готовностью воскликнул Роджер. — Я хочу сказать, что считается, что вампиры — это зло, с которым нужно бороться, но я рыдал, как дитя, из-за обстоятельств его гибели. Он же в итоге спас целый мир. В этом мире добро и зло так переплетаются, верно? Неужели ей попался зомби-вампир? — Послушайте, Роджер, — Баффи наклонилась вперед и подхалимски подвинула пончик к нему поближе, — вы могли бы раздобыть мне копии отчетов этого вашего Джайлса? Он испуганно вжал голову в плечи. — Выносить подобного рода документы из штаба строжайше запрещено, — зашептал Грин. — Ну, пожалуйста, — Баффи жалобно захлопала ресницами. Тяжелый, как все пороки мира, вздох был ей ответом. В «Добби и сын» царила послеобеденная идиллия. Марша Свит пила молоко с огромным куском торта и листала журнал. Том учил Дон пользоваться кофемашиной. Ровно такой же, которая стояла в канадской закусочной, где сестра подрабатывала в старшей школе. Баффи закрыла за собой дверь с пыльным стеклом. Если Дон и была сюда нанята в качестве уборщицы, то чище контора точно не стала. — О, старшая Саммерс, — обрадовался Том. — Марша, дорогая, налей девочке молока, она выглядит бледной. Том выглядел моложе, чем Баффи. — Так к какому виду демонов ты принадлежишь? — спросила она его, усаживаясь рядом с Маршей. — Милая, разве можно задавать такие личные вопросы, — огорчилась Марша. И мир моргнул. Баффи толкнула перед собой дверь с пыльным стеклом, звякнул над её головой колокольчик. — О, старшая Саммерс, — обрадовался Том. — Марша, дорогая, налей девочке молока, она выглядит бледной. Баффи растерянно провела рукой по лбу, смутно припоминая, что она собиралась задать какой-то вопрос. Но какой? Молоко, которое налила ей Марша, было прохладным и сладковатым. На Баффи накатила блаженная лень, и она, удобно устроившись в стареньком кресле, почти задремала. Совершенно некстати в голове вдруг громко и внятно прозвучал голос Спайка: «Luv, что за кровавая эквилибристика в твоих мозгах?» Она ухватилась за этот голос, как за путеводную нить. — Так к какому виду демонов, ты принадлежишь, Том? — Баффи! — сконфуженно воскликнула Дон. Баффи толкнула перед собой дверь с пыльным стеклом, звякнул над её головой колокольчик. — О, старшая Саммерс, — обрадовался Том. — Марша, дорогая, налей девочке молока, она выглядит бледной. Вместо ответа она подошла к нему и ухватила его за горло. — Что за дела, красотка Том? У меня что, на лбу написано «велкам в голову Баффи, делайте в ней, что хотите»? Злость, которая не отпускала её после прощания с Роджером Грином — злость, рожденная непониманием и, возможно испугом, — придавала сил. Мир снова попытался исчезнуть, но вместо того, чтобы упустить его из сознания, Баффи занесла руку для удара. — Перестань, — закричала за её спиной Марша, — это не Том! Это я. — Кровавый ад, — высказала свое мнение Дон. Марша выглядела вызывающе и испуганно одновременно. — Кто ты такая? — спросила она. — Я Баффи. Истребительница вампиров. Легенда, — подумав, добавила она. Дон посмотрела на неё с изумлением. — Уолш подложила нам свинью, — отпихивая Баффи от себя, простонал Том. — Эта стерва подсунула нам истребительницу. Я должен был догадаться, что не бывает таких прекрасных сделок без подвоха. Прости, дорогая, — он обошел Баффи по широкой дуге и, наклонившись, поцеловал жену в макушку. — Я поступил опрометчиво. — Не свинью, — поправила его Баффи. — Истребительницу. Марша встала со своего места и залпом допила молоко. — Это неважно, — нежно сказала она мужу. — Мы умеем с тобой справляться с истребительницами. Баффи толкнула перед собой дверь с пыльным стеклом, звякнул над её головой колокольчик. — О, старшая Саммерс, — обрадовался Том. — Марша, дорогая, налей девочке молока, она выглядит бледной. — Я бы предпочла чая, — вежливо сказала Баффи, подходя ближе к круглолицей хозяйке конторы. — Хотите, я сама его себе подогрею? На то, чтобы поднести зажигалку к фитилю наспех созданного коктейля Молотова, понадобилась доля секунды. — Что?! — отшатнулась Марша. — О, — Баффи поднесла огонь ближе к ней, — знаешь, чему научила меня твоя предшественница? Самый лучший способ, чтобы выявить демона, это ткнуть в него факелом. Факела я не нашла, прости, дорогая. Пронзительный визг, который издала Марша, не мог исходить из человека. — Баффи! — раздался предупредительный крик сестры, и, не оглядываясь, она оттолкнула ногой Тома. Послышался звук падения. Кудряшки Марши встали дыбом, превращаясь в изящные, тонко переплетенные рога. — Ненавижу эту часть, — сказала Баффи. — Почему нельзя просто поговорить? К чему всё это насилие? — Мы поговорим, — прохрипел Том. — Не трогай её. — Только попробуй еще раз провернуть эту штуку с моргающим миром, — предупредила Баффи Маршу и сделала шаг назад. Демонические рога медленно стекали снова в кудряшки. Том, кашляя, встал и доковылял до кресла. — Нора Уолш наш старый партнер, — сказал он. — Мы перевозим для «Инициативы» грузы. Ну, знаете, всю эту их химию и препараты. Боюсь, что не всегда легальные. И оказываем некоторые другие услуги. Она сказала, что мы сможем получить крупный заказ, если приютим у себя на пару месяцев двух сироток. Я велел оборудовать вам комфортные условия на складе, разве нет? — явно защищаясь, напористо добавил он. — Очень хорошо получилось, спасибо, — отозвалась Дон. — В таком случае, все отлично, — Том развел руками. — Я вас принял, обеспечил жильем и работой. А наша семейная жизнь вас не касается. Баффи обернулась к Марше. Та уже полностью пришла в себя, и только поглядывала на огонь в руках истребительницы с некоторой опаской. — Что ты сделала с Лорелеей? — Я? — оскорбилась Марша. — Вампир! Ваш образ жизни, милочка, не способствует долгим годам жизни. — А что способствует его долгим годам жизни? — Баффи ткнула бутылкой в сторону Тома. — Его питает любовь, — холодно провозгласила Марша. — Заплести тебе кудряшки в рога снова? — Расскажи ей, — испуганно воскликнул Том. — После этих рогов у тебя всегда голова раскалывается. — Память, — ответила Марша. — Я подпитываю его человеческими воспоминаниями. Это всегда эмоции. Воспоминания причиняют боль и приносят радость, и это очень богатая материя, чтобы продлить жизнь всего одному человеку. — Как много воспоминаний ты вытянула из Лорелеи, что она превратилась в призрака? — В кого превратилась Лор? — изумился Том. — Про призрака я ничего не знаю, но уничтожил её вампир, — упрямо возразила Марша. — Физически. — Мы поженились с Лорелеей очень юными, нам было по семнадцать, — сказал Том. Он встал и подошел к Марше. — Ради бога, истребительница, погаси ты эту бутылку! Баффи, помедлив, кинула её в металлическую раковину и включила воду. — Через несколько месяцев после нашей свадьбы Лея была инициирована, — продолжил Том куда более спокойно. — Ну ты знаешь, как происходит с этим истребительством. Она отсутствовала по ночам, возвращалась вся в синяках. В голове у неё были одни вампиры и спасение мира. Через несколько лет я встретил Маршу. Она поступила экономкой в наш дом. Это была словно вспышка. Как будто я наконец обрел весь смысл. — Наверное, я слишком много вытянула из Лорелеи, — неохотно признала Марша. — Я не хотела причинить ей зла. Просто… не умела с этим справляться. Она становилась все слабее, рассеяннее. Пока однажды ночью какой-то вампир не дотянулся до неё. С тех пор, — суетливо зачастила она, — я делаю это куда осторожнее. Понемногу. Если кто-то забудет что-то плохое, в этом ведь нет большой беды? Мелкие расстройства. Крохотные неудачи. Им становится лучше, а Том остается со мной. — Но ведь наши воспоминания делают нас тем, кем мы являемся, — резко бросила Баффи. — Разве имеет права кто-то другой забирать их насильно? — Скажи ей, — тихо попросил Том. Марша неуверенно посмотрела на него, потом кивнула. — Нора Уолш попросила, чтобы я вытянула из тебя по максимуму, Баффи. Из тебя и твоей сестры. Но я ничего не успела сделать. Ты просто не оставила мне времени. — Позволь, я не буду тебя благодарить за твою нерасторопность. Баффи еще раз посмотрела на них. Свиты крепко держались за руки и смотрели на неё с печальной надеждой. — Ты пойдешь со мной, — сказала она Тому. — Тебя кое-кто хочет видеть. На склад Том тащился еле-еле, вяло перебирая ногами. — Я никогда не заходил туда после её смерти, — жаловался он. — Я превратил шикарный особняк в склад, нанял людей, но никогда туда не заходил. Кто же мог представить, что моя первая жена стала призраком и что я вас отправил прямо к ней? — Недотепа, — согласилась с ним Баффи. Печальная Дон замыкала их шествие и грустно вздыхала, бросая трепетные взгляды на трагически красивого Свита. Хорошо, что Райли был первой и единственной любовью Баффи, и она не испытала всех этих юношеских разочарований. Наверное. Знал ли Райли о том, что Нора Уолш не чиста на руку? Конечно же, нет. Он был честным солдатом, далеким от подлости и интриг. Наверное. Войдя на склад, Баффи крикнула: — Свирепая Лея, к тебе гости! Душераздирающее завывание из ангара стало ей ответом. — А нам нужно собрать свои вещи, — сказала Баффи сестре. — Опять? — возмутилась она. Том, поминутно оглядываясь, поплелся в ангар. На то, чтобы упаковать чемодан, сестрам понадобилось не больше десяти минут. — Почему мы с тобой как вечные скитальцы? — спросила Дон, когда они вышли на улицу. Захлопнувшаяся дверь отрезала от них яростные крики семейного скандала, сотрясавшие склад. Уже стемнело, и фонари отражались в витринах. — В мотель? — деловито спросила Дон, доставая из кармана карту Лондона. Баффи не ответила, разглядывая темную фигуру на противоположной стороне улицы. «Я рыдал, как дитя, из-за обстоятельств его гибели. Он же в итоге спас целый мир…» Спайк перешел дорогу и приблизился к ним. — Опять с чемоданом? — спросил, склоняя голову. — Окей, — сказала Баффи. — Что там по поводу детективного агентства? Он вскинул брови, сдерживая улыбку. — Еще одна сделка? — спросил Спайк. — Снова партнеры, Баффи? Она пожала протянутую ей руку. — Надеюсь, я об этом не пожалею. — О, ты пожалеешь, — пообещал он, и улыбка все-таки осветила его лицо. — Но тебе точно понравится. В тот момент, когда они уже загрузились в разбитую колымагу, которую Спайк назвал своим лимузином, на заднее сидение просочилась Лорелея. — Наконец-то я смогла вырваться из этого склада, — сообщила призрак. — Всего-то и нужно было как следует проораться и назвать мерзавца мерзавцем. Не поверите, но мне сразу стало легче. Экономка, подумать только! Она же старая и толстая. Любовь, девочки, страшная штука, точно вам говорю… Так что? Мы будем бороться со злом, правда? Дон откинулась на спинку сидения и расхохоталась.