Лондон. Стартап

С очередной вспышкой молнии раздался стук, едва слышный за шумом ливня. Кто-то отчаянно барабанил в дверь. — Спайк! — закричала Дон. — У тебя есть фонарь или что-нибудь такое? Он тяжело вздохнул и неохотно выпустил Баффи из своих объятий. — Кажется, у Дру были свечи. — Спайк! Голос Дон приближался. Вспыхнул огонек зажигалки. Спайк нырнул в буфет, там что-то грохнуло и звякнуло, а потом вспыхнул крошечный язычок пламени. Спайк передал толстую черную свечу Баффи. — Откроешь дверь? Я посмотрю, что с пробками. — А вдруг там страшный ужасный демон? — спросила сама себя Баффи, направляясь в холл. — Будь с ним полегче. Возможно, он просто зашел за щепоткой соли. Открыв дверь, Баффи от изумления едва не уронила свечу. — О, милостивая госпожа! Подарите приют несчастной беглянке… Очень красивая девушка. Мокрый плащ, длинное пышное платье. — Спайк! — непроизвольно позвала Баффи, очень надеясь, что это не прозвучало слишком панически. Прекрасная незнакомка, воспользовавшись её замешательством, шагнула вперед и стиснула руки Баффи своими мокрыми холодными руками. — На улице страшное ненастье, а еще мою лошадь напугали свирепые собаки, которые увязались за нами. — Лошадь? — переспросил Спайк из глубины кладовки. Он нашел фонарик и вручил его Дон. — Света до утра скорее всего не будет. Баффи, что тут у нас? Оу. — Благородный лорд, — воскликнула та пылко. — Ваши глаза сверкают, как изумруды. От всего вашего облика веет изяществом и величием… Велите вашему слуге позаботиться о моей лошади. И она махнула рукой в сторону Роджера. — Лошади? — снова переспросил Спайк. — Слуге? — повторил Роджер. — Кто вы? — спросила девушку Баффи. — Розмари Делакур. Красавица в беде, — ответила она, хлопая тяжелыми ресницами. — Можно мне снять плащ и погреться возле камина? Я бы не отказалась от чашечки горячего чая. Моя жизнь полна горестей и злосчастий, и я вам с признательностью поведаю о них, о благородный лорд! И она сделала пару шагов ближе к Спайку. — Эм, — сказала Дон. — Как так получилось, что в этом доме нет камина, Спайк? — Прости детка. В восьмидесятых камины вышли из моды. Но где-то был электрогриль. Спайк обогнул пышные юбки Розмари и выглянул в сад. — Кровавый ад, Баффи. Там действительно лошадь. — Ей нужно задать овса, — подсказала красавица в беде. — Посмотрю, что можно сделать, — пообещал Спайк с улицы. — У нас есть овес? — озадачилась Дон. Розмарин распустила шнуровку плаща и кинула его на руки Роджеру. Сверкнули сережки в её изящных ушках. Локоны. У неё были локоны. И самое откровенное декольте из всех, которые Баффи приходилось прежде видеть. Чтобы не ослепнуть от такой красоты, она прошла на кухню и достала из ящиков еще пару свечей. Оставалось надеяться, что они не призовут, используя их, сатану — зная увлечения Друсиллы. — Чай, — раздался капризный голос красотки. — Отличная погода! — в дом влетела Лорелея. — Я игралась с молниями, это так весело… Вы знаете, что у вас в саду стоит лошадь? Что? У меня есть сверхъестественная наблюдательность истребительницы. — Я поставлю чайник на огонь, — сообщила Дон. — Кажется, там еще осталась пара пончиков. — Неа, — ответил Роджер. — Не осталась. — Я просто привязал её к забору и принес ведро с водой, — сообщил Спайк. — Пусть пощиплет траву. Лошади же любят щипать травку, да? Оборотни не зайдут внутрь, но они сгрудились с той стороны и жадно облизываются. — Из нас всех ты единственный, кто что-то знает о лошадях, — Баффи расставляла свечи по гостиной. — Полагаешь, я вырос на ферме? Он провел рукой по волосам, отряхивая капельки дождя, отчего его пряди превратились в мелкие кудряшки. Чертовы кудряшки. — Итак, Розмари, — спросил Спайк, — что вы тут делаете? — Меня привела к вам сама судьба, — она высокохудожественно разложила по дивану складки своего пышного платья, приняла изящную и соблазнительную позу. Несмотря на то, что девушка находилось в состоянии относительного покоя, её пышная грудь бурно вздымалась. Баффи мрачно уставилась на эту грудь, в то время как Спайк опустился на диван рядом с Розмари. — Судьба? — повторил он. Они прекрасно смотрелись рядом. Спайк со своими кудряшками и красавица со своими вздымающимися полушариями. Дон принесла ей чая. — Лор, — Баффи поманила призрака на кухню. — Ты можешь сделать кое-что для меня? — Нет, боюсь, что нет, — весело ответила призрачная истребительница. — Я не могу перемещать предметы. Но если бы могла, то обязательно бы закатала в ковер эту порочную красотку, которая выставляет на всеобщее обозрение свой богатый внутренний мир. — Это из-за меня. — Да нет. Я бы сказала, что она делает это для Спайка. Из гостиной донесся звук высокого хрустального смеха. — Помнишь, — ощущая бесконечную неловкость, начала Баффи, — Спайк рассказывал про Катарсиса? — Призрака, которого он обокрал? Ужасно низкий поступок. Я хочу сказать, что только монстр без души может быть способен на такое… — Я тоже. — О. Удачно получилось, что в Тенях выключился свет. По крайней мере, Лорелея, возможно, не увидела, как мучительно заалела у Баффи шея. — Ты тоже украла у него пижаму? — спросила Лорелея. — Вы со Спайком состоите в тайном обществе анонимных клептоманов? — Любовный роман, — страдая, словно от ангины, едва произнесла Баффи. — Что? — Любовный роман. «Красотка в беде» или что-то в этом роде. Лорелея захихикала. Она зажала себе рот обеими полупрозрачными руками, но хихиканье все равно прорывалось из неё. — Прости, Бафф. Это… это впечатляет, — наконец, произнесла она. Баффи покорно ждала, когда этот приступ веселья пройдет. Вот что бывает, когда истребительницы думают о любви. Стыд и неловкость. — Но зачем, дорогая? Почему ты просто не купила его? — Это был импульс. — Правда? Стыд и неловкость. Неловкость и стыд. Как она вляпалась во все это? — Ладно, — Лорелея перешла на деловой тон, — и теперь ты хочешь, чтобы я отправилась к Катарсису, рассказала ему, что моя подружка вся в комплексах и запуталась в себе, и любовь пугает и привлекает её, как огонь бабочку… — Лор. — И возможно спросила его, что нам делать с красоткой в беде дальше? — Да. Ну может, стоит опустить ту часть про бабочку… — Это лучшая часть. — Ладно. Полагаю, тебе весело. Лорелея снова захихикала. — Баффи! — Дон появилась на пороге. — Я думаю, тебе пора присоединиться к нам. Сестра выглядела сердитой. — Я всё сделаю, Бафф. Ты тут держись, — сказала Лорелея. — И я сказала, что лучше смерть, чем постылый брак, — пылко рассказывала Розмари, почти полностью зажав Спайка в угол дивана. — Мой отец хотел выдать меня за красивого, богатого, молодого мужа, но разве я могла выйти замуж без любви? К тому же, мое сердце трепетало из-за одного прекрасного юноши… Карл. Он был беден, добр и весел… — Правда? Увидев Баффи, Спайк попытался снять руку гостьи со своего локтя, но попытка не увенчалась успехом. Его лицо стало виноватым и немножко страдальческим. Устроившись в самом дальнем кресле, Баффи раскрыла перед собой потрепанную книжку, которую достала из кармана своей кофты, висевшей на вешалке в холле. — Значит, — произнес Роджер, слушавший с увлечением, — у вас есть возлюбленный? — О, — фиалковые глаза Розмари наполнились слезами. — Он оказался чудовищем. — Конечно, — язвительнее, чем хотелось бы, отозвалась Баффи, — Если есть красавица, должно быть и чудовище. Тоже дракон? Света свечей не доставало для комфортного чтения, и она просто бегло листала страницы. — Он… Он обворожил меня, а когда я… я не устояла перед искушением, — Розмари невинно опустила ресницы, — он превратил это в потеху. Я была всего лишь развлечением. — Еще чуть-чуть, и она полностью вскарабкается на Спайка, — Дон села на подлокотник кресла Баффи и не скрывала своего раздражения. — Вы знаете, каково это заснуть счастливой, а проснуться в аду? — спросила Розмари, и её голос прервался. Баффи подняла голову от книги. Сидящая на диване красавица перестала вызывать у неё отторжение. В эту минуту каким-то непонятным, невообразимым образом, Баффи понимала её. — Он смеялся надо мной, — продолжала Розмари, — говорил мне плохие, злые слова. Он хвастался этим перед всем городом… Тогда отец выгнал меня из дома. Сказал, что я обречена на скитания и слезы до тех пор, пока чудовище не станет снова человеком. — И где оно сейчас? — опасливо уточнил Спайк. — В вашем саду. — Что? — Роджер вскочил на ноги. — Чудовище в нашем саду? Прямо сейчас? Прямо там? — Моя лошадь. — Баффи? — позвала её Дон. Спайк тоже встал и подошел к ним. — Ты в порядке? — Да, — ответила она, не чувствуя своих губ. — Конечно. Я просто… — Ты просто стала белой, как мел, — сказала Дон. — Ваш отец превратил Карла в лошадь? — спросил Роджер. — Ого. Спайк по-прежнему не спускал с Баффи встревоженного взгляда, и ей хотелось спрятаться от него. Хотя бы ненадолго остаться одной. Закрыть все двери и понять, откуда появилась такая дыра прямо в её сердце. Как будто кто-то бросил туда камень. Получить хотя бы пару минут на передышку. — Вот чего я не понимаю, — заговорила Дон, — так этого, для чего нужно делать его опять человеком. Превращение в лошадь кажется хорошим наказанием для тех, кто обижает девушек. А ты, Розмари, можешь просто начать всё сначала. Ну знаешь, двигаться дальше. — Я не собираюсь двигаться дальше, — беспомощно ответила та. — Я так устала. Мне нужно отдохнуть. Кто проводит меня в мои покои? — Наверное, нам нужно будет подложить горошину под перину, — попыталась улыбнуться Баффи. Её неуклюжая шутка, призванная успокоить Спайка, произвела неожиданный эффект. Красавица в беде проворно вскочила на ноги и рассерженно воскликнула: — Вы находите мою историю смешной? Вам кажется, что я недостаточно страдала? Спайк обернулся к ней. — Я провожу вас наверх, и… — И попытаетесь соблазнить меня? — воскликнула Розмари трагически. — Что? Нет! Баффи, я вовсе не… — Ни один мужчина не мог бы устоять перед столь искушающей красотой. У неё как будто бы изменился голос. Стал резче, ниже. — А вы, — Розмари обернулась к Дон, — действительно считаете, что мальчик, однажды совершивший ошибку, заслуживает быть лошадью до конца своих дней? Никто не думает о нем, все думают только о локонах и фиалковых глазах, и этих её невинных взглядах?.. Но разве она сама не хотела своего падения? — А разве кто-то спрашивал, чего она хочет? — спросила Баффи саму себя. — Она наше чудовище, — Дон выхватила книжку с колен Баффи. — Или он? Подождите… Уже рассвет? Они поменялись местами. По ночам Розмари превращается в саму себя, но днем она живет как лошадь. Здесь так написано! — она ткнула пальцем в текст. — Откуда в этом доме вообще взялся этот пошлый любовный роман? Опять Спайк притащил его? — Ага. Со свалки. По традиции, — отозвался тот. — Плохая книжка. За что наказывать Розмари? — возмутилась Дон. — Потому что любовь всегда причиняет боль, — ответила Баффи. — Глупости, — отмахнулась Дон. — Так наша красавица — коварный подлец Карл? — оскорбленно уточнил Роджер. — Коварный может быть, но подлец?.. — не согласился Карл, поправляя свой пышный бюст. — Приветики, — это вернулась Лорелея. — У меня для вас новости. Чтобы расколдовать нашу парочку, Баффи необходимо самой написать окончание этого романа. — Что? — она забрала у Дон книгу и сразу перелистала в самый конец. Последняя страница была пуста. — Катарсис сказал, что если ты украла эту книгу — значит, она нужна была тебе. И знаете, он было не очень-то доволен моим бесцеремонным ночным визитом. — Баффи? — Дон изумленно уставилась на неё. — Да-да. Давайте расскажем об этом всем. — Когда я воровала вещи, — напомнила Дон, — это было сигналом о помощи. — О, — воскликнула Лор, — и ты тоже? — С другой стороны, — сказал Спайк, — повезло нам, что Баффи не забрала с собой бестиарий. Когда Баффи дочитала книгу, был уже полдень. Солнце сияло за окном. Лошадь паслась на улице. Слезы струились по лицу. Ангел. Так вот ты такая, моя единственная любовь. Страх. Симпатичный парень, которого она поцеловала — вампир. Ужас. После одной ночи с ней он лишился души и принялся убивать её близких. Боль. Она вынуждена была убить Ангела. Тоска. Вернувшись с того света, он оставил её одну. Добровольно. Недоверие. Сколько бы лет не прошло с тех пор, всегда приходилось помнить, что любовь истребительницы — разрушительна. Смахнув с ресниц остатки слез, Баффи прислушалась. Снизу доносилось множество голосов, гремел перфоратор, пахло свежей краской. Жизнь продолжалась. Перевернув последнюю страницу, на которой текст обрывался на полуслове, Баффи некоторое время просто смотрела на белый лист перед собой. Потом взяла ручку и решительно написала: «Преодолев много приключений и странствий, Розмари и Карл обрели мир. Он никогда больше не играл так жестоко с девушками, и этот урок, все еще вызывая в нем раскаяние, сделал его лучше. А она, хоть и сохранила глубоко в душе крохотное местечко, в котором хранились её боль и сожаление, больше никогда не открывала эту дверь. Розмари стала счастлива в другом месте и с другим человеком. И её прошлое не мешало её настоящему. Конец». — Давайте просто снимем номер в отеле, — рассуждала Дон, — и завалимся спать. На сутки, а то и больше. — Лошадь и красавица растворились в свете солнца, Баффи, — сообщила Лорелея. — Сон — это неотъемлемое право любого человека, — настаивала Дон. — Ты так и не выбрала, в какой цвет покрасить твою спальню, пупсик, — ворчливо сказала Роуз. — Баффи, ты же отправила Карла прямиком в ад? — Спайк. — Где он будет вынужден носить корсет во веки веков. Ну или сбрую. — Мне не хватает моих книг. Нужно съездить на квартиру и забрать их, — Роджер. — С этим драконом одни вопросы вопросы, и никаких ответов. — Точно, — Баффи ухватилась за эту мысль. — Я поехала. Роуз, в любой. Бежевый или светло-зеленый подойдет. Дон, найди беруши и иди спать в сарай на заднем дворе. Только не открывай никаких дверей. Роджер, положи деньги в карман пижамы и избавься от старого скряги. Лорелея, пригляди тут за рабочими. Спайк, верни пижаму Катарсису и это, — она всучила ему любовный роман, — заодно. Где ключи от машины? Спайк, листающий книгу, кинул ей ключи. Баффи выскочила на улицу прежде, чем он принялся комментировать прочитанное. — Ты нравишься мне, Баффи. — О, правда? Собираешься приударить за мной, Билли? — Не настолько. — Безжалостный удар судьбы. Баффи позвонила Билли Блэку, безопаснику Совета наблюдателей, по дороге к квартире Роджера. Они встретились в его перевернутой каморке, где все еще воняло чем-то кислым и испорченным. Связывая в стопки валяющие повсюду книги, Баффи искоса посмотрела на человека, знакомство с которым началось с преследования. — Значит, ты хочешь мне сказать что-то неприятное. Иначе для чего нужно было такое вступление. Билли достал с антресолей еще несколько тяжелых томов. — Роджер Грин неплохой парень. — Но? — Но слишком амбициозный, — бесстрастно добавил Билли. — Встреча с истребительницей уровня «Баффи» может стать поворотной в его карьере наблюдателя. Он спит и видит себя новым Рупертом Джайлсом. — Как опрометчиво с его стороны. — Это — не увольнение из Совета. Это служебная командировка, Саммерс. Отдуваясь, она села на только что перевязанную стопку книг. Билли Блэк сел поднял с пола перевернутый стул и опустился на него. — Давай пройдемся по пунктам. Ты приезжаешь в Лондон и случайно встречаешь Роджера Грина. На улице. Просишь его раздобыть архивы, посвященные тебе. После этого, Роджер заявляет, что его преследуют бойцы «Инициативы», имитирует нападение, прячется, но оставляет тебе адрес, как его найти. А когда всё налаживается, отказывается возвращаться и домой, и на работу. И у тебя не возникает ни единого вопроса? — Он напоминает мне Эндрю, — вздохнула Баффи. — Возможно, я становлюсь сентиментальной. — В таком случае об этом скоро станет известно в Совете наблюдателей. Баффи засмеялась. — Я просто представила себе лица наблюдателей, которые читают отчеты Роджера… Возможно, про мою жизнь проще сразу выпустить комиксы. Он смотрел на неё без улыбки. — Я разберусь с этим, Билли. Спасибо, — пробормотала Баффи, устыдившись своего легкомыслия. Безопасник сухо кивнул. — Теперь о твоем парне, с оружием. — Райли. — Большая часть его бойцов вернулась в Америку, другая пока сидит тихо. Совет плотно висит на хвосте Финна, но он пока не проявляет активности. — Совет разгневан? — Мы не любим умников, которые приезжают в наш город, трясут оружием и угрожают. У Совета и без того слишком много дел — школы истребительниц открываются по всему миру, а после взрыва мы очень слабы, у нас не хватает людей. Но это не значит, что тупоголовые американские солдатики могут творить здесь все, что им вздумается. — Совет разгневан. Скажу тебе по секрету, Билли, что у Райли Финна сейчас тоже есть все причины гневаться на «Инициативу». Возможно, ему понадобится друг? — Друг? — А еще нейрохирург не помешает. Билли помог Баффи загрузить вещи Роджера в «Фиат Панду». — И заведи себе мобильник, Саммерс. С тобой невозможно связаться. — В этом весь смысл. Она уже заводила машину, когда Билли склонился возле окна. Баффи опустила стекло. — Как твоя память? — Я пришла к выводу, что прошлого не существует. — Будущего, в принципе, тоже, — согласился Билли. — Одно сплошное настоящее. Стоя к Баффи спиной, Спайк разговаривал по телефону: — Просто садись в этот чертов самолет, Ангел, и улетай. Вряд ли ты сможешь помочь. Да, я уверен. Нет, я не пользуюсь случаем… О чем вообще ты сейчас говоришь? Послушай, ты двигаешься дальше… При чем тут… Для меня это всегда была конечная станция, ты же знаешь. Он дернул плечом и стремительно обернулся. Учуял Баффи. — Привет, — и скинул звонок. — Как тут дела? — Мы нашли четырех Джонов Беллов, которые могут быть папеньками-драконами, — ответила Дон из-за ноутбука. — Завтра проверите их. — Роуз закончила с подвалом, да и второй этаж уже почти готов. Она работает с демонической скоростью. — Ого, — Баффи уставилась на Роджера, одетого в футболку и джинсы. — Я тебя не узнала без этой пижамы. Твои вещи в машине. А ты… — повернулась она к Спайку. — Я всё вернул. Катарсис передавал привет. Спрашивал, не нужно ли нам еще чего. У него новый завоз алебард. И журналов «Бэббибаг». — Обойдемся колами. Пора патрулировать, Спайк. — Как ты умудрилась произнести это так непристойно, Баффи? — задалась вопросом Дон. Рывком распахнув дверь с надписью «Амстердам», Баффи покрепче сжала ладонь Спайка, и они выскочили наружу. Это был парк, окутанный вечерней прохладой, величественные деревья шелестели листвой, в воздухе ощущалась близость воды. Оглянувшись назад, Баффи увидела желтый шар с надписью «Если ты веришь в магию, то найдешь её». Когда Баффи положила руку на шар, то в воздухе появились едва заметные очертания двери. Путь назад. Улыбнувшись друг другу, они со Спайком решительно зашагали по дорожке. Здесь было довольно многолюдно, что-то кричали дети, носились по лужайкам собаки. — Парк Беатрикс, — сказал Спайк. — Расположен аккурат между Римско-католическим кладбищем и кладбищем Zorgvlied. Стратегически, очень сытное место. — Не веди себя как вампир. — Могу для разнообразия повыть на луну. Они добралась до горбатого мостика, перекинутого через неширокий канал. Разноцветные лодки стояли вдоль берегов. Где-то рядом галдели утки. — У тебя отличное настроение, — заметил Спайк, приглядываясь к ней. — Почему нет? Я же не могу быть всегда депрессивно-мрачной Баффи. Мы в парке, погода отличная, утки, деревья. Все говорят на другом языке, и никто нас в этом городе не знает. — Привет, Баффи, — раздался женский голос. — Спайк?..