Кем бы ты ни был

      Усоппу не жить. Он пристукнет кучерявого засранца и жалеть никогда не будет. Если догонит. Потому что Усопп для такого задохлика почему-то развивает приличные скорости и петляет, как заяц по полянке.       Санджи попытался броситься наперерез, но носатый опять оказался хитрее, резко ныряя в другую сторону. Санджи только пропахал две черные борозды ботинками на газоне. Санджи изо всех сил сжал голову и истошно закричал, его голова горела, он умирает! — Один я не помру! Я заберу тебя в ад! — прокричал он Усоппу, но это не мотивировало его принять свою участь. — Спасите! Помогите! Полиция! — визжал тот, задыхаясь. Верно, у Санджи дыхалка лучше, он загонит его, как крысу, если не помрет. — Вы что вытворяете, — в глазах у Санджи была красно-черная пелена страха и ярости, потому он не успел сгруппироваться — со всего разгона врезался в каменный торс офицера Маримо. Схватился за нос, падая назад, но Зоро успел подхватить его за локоть, удерживая на ногах. — Пусти, я его прикончу! — зашипел Санджи, уродливо кривя шею на один бок. Все внутри чесалось и разрывалось, сколько он еще протянет, пока все не будет кончено? — Держите его, офицер! Я так молод! — прокричал Усопп с безопасного расстояния, он с трудом дышал, опираясь на колени. — Я тоже! Я дал тебе дом, а ты убил меня! — трагически возопил Санджи, пытаясь вырваться из крепкой хватки Зоро. Последние минуты своей жизни он хочет провести на свободе. Зоро нахмурился, но не отпустил, только крепче придвигая к себе. — Как убил? — Зоро вглядывался в него сурово, но заботливо. И Санджи подумал, что совсем не плохо умереть под заботливым взглядом своего маяка. Лучший исход, что он мог себе представить. — Это просто светлячки! Они не смертельные! — прокричал Усопп, кажется, отодвинувшийся еще на пару метров от греха подальше. — Но не в моем ухе! — рявкнул Санджи и затряс бешено головой на левую сторону, пытаясь в очередной раз безуспешно вытрясти из уха заползшего туда жука. — Усопп засунул тебе в ухо светлячка? — лицо Зоро вдруг разгладилось, из него ушла нервная взволнованность. — Да! И я умираю! — обиженно настаивал на своем Санджи. Кажется, он теперь и сочувствия собственного маяка не дождется. Но там же гребаный светляк! Вот будет на похоронах светить ухом из гроба — тогда они поплачут. — Ничего я не засовывал! — вещал с дальних планов Усопп. — Я просто наловил светлячков и пустил их полетать по комнате перед закатом. Чтобы они в ночи засветились. Я хотел перед отъездом сделать что-то запоминающееся! Я же не думал, что он тебе в ухо залезет!       Что-то в ухе Санджи опять заскребло лапками, и у того по всему телу прошла конвульсия. — И-и-ик! Перед отъездом на кладбище! — он рванулся из лап Зоро, но тот резко дернул его обратно, хватая теперь и второй рукой. — Спокойно! — Себе говори «спокойно»! Не твои же мозги сейчас выедает мерзкий жук! — бесновался Санджи. И Зоро вдруг усмехнулся. Санджи даже обомлел от такой беспардонности. По мнению Зоро такая уродливая гибель — это нормально? — Завитушка, — не спеша протянул Зоро, оглядывая Санджи с ног до головы, — жить хочешь? Тогда слушайся меня.       Санджи хотел жить. Он страстно хотел жить с тех пор, как Рэйджу сообщила о смерти Ниджи, с тех пор, как понял, что ему отмерен всего год. А Зоро предлагал жизнь, и звучало это как подарок, потому Санджи покорился. — Ложись. К верху тем ухом, в которое заполз светляк, — Зоро говорил ровным уверенным тоном, и Санджи перестало потряхивать от того, что внутри его тела копошится мерзкий жук. С детства он испытывал к насекомым иррациональный страх, и Усопп его будто в фильм ужасов забросил. Если бы светлячки разом загорелись в его комнате ночью, он бы заорал.       Зоро присел на траву одновременно с ним, не отпуская плеч. Его движения были плавными и четкими, словно он уговаривал сбесившуюся лошадь потерпеть. — Вот так, Завитушка, ложись сюда.        Санджи сам не понял, но Зоро не грубо, но настойчиво заставил его лечь на траву и положить свою голову ему на колени — левым ухом вверх, почти утыкаясь носом в пряжку его полицейского ремня. Санджи все еще немного боялся, что жук опять даст о себе знать и заскребется в ухе, потому поджал ноги ближе к груди, сворачиваясь в клубочек. Зоро успокаивающе положил руку ему на волосы. На секунду показалось заманчивым и правда умереть так, в клубочке под тихий шепот Зоро. — Эй, Усопп, неси тонкие щипчики или две острых длинных зубочистки. А лучше и то, и то, — приказал он Усоппу, и тот, счастливый спасению от страшной расправы, поспешил в дом.       Жук в ухе опять заработал лапками, и Санджи сдавленно вскрикнул, не в силах сдержаться даже при Зоро. — Все хорошо, Завитушка. Ничего не случится. Ты лежишь ухом вверх, к свету, и жук не будет пытаться залезть глубже, — спокойно говорил Зоро, поглаживая его по волосам. — Если я умру, обещай убить за это носатого придурка, — прошептал Санджи.  — Тсс, никто не умрет.       Санджи зажмурился, прижимаясь носом к крепкому прессу склонившегося над ним Зоро. Жар тела чувствовался и через форменную рубашку, и он удивительным образом успокаивал Санджи. — А ты что тут делаешь, Маримо? — прошептал он. — Перед концом смены решил заехать в единственный район, где может начаться кавардак, — хмыкнул Зоро, и Санджи улыбнулся. — И потом, у меня дело есть. — Перед этим своим делом попрощайся с Усоппом. — Ты его все-таки убьешь? — от смеха живот Зоро мелко дергался, приятно щекоча, и Санджи неосознанно прижался в него плотнее носом. — Нет, — уже тихо и спокойно прошептал он. — Усопп уезжает завтра утром. Сегодня у нас вечеринка — мы его провожаем. Луффи придет, и вообще… народ. Ты тоже можешь.       Зоро поначалу ничего не ответил, Санджи ощущал, как он перебирает пальцами его волосы, но не протестовал — боялся побеспокоить притихшего жука. Потому позволил Зоро делать то, что ему вздумается, и тот на удивление не намеревался воспользоваться его слабостью и отыметь в каком-нибудь окопе. — Спасибо, — сказал Зоро немного погодя.       Они замолчали. Санджи лежал, зажмурившись, и ощущал теплоту тела Маримо, и то, как медленно ерошат волосы его пальцы. Колени Зоро тоже были твердыми, но очень уютными, ах да, они же изначально и были созданы для того, чтобы на них лежала голова Санджи. Просто однажды все пошло не так. Впервые после ожога перестала болеть рука. Если сейчас светлячок его убьет, то ничего страшного.       Зоро немного склонился над ним. — Завитушка… — Вот! Нашел! — Усопп закричал еще с крыльца, едва не бухаясь с лестницы на газон. Санджи зажмурился крепче, не желая, чтобы момент так быстро заканчивался.       Зоро принял у Усоппа щипчики и присмотрелся к уху Санджи. Жук, почувствовав внимание, зашевелился, и Санджи в страхе сжался плотнее клубочком, хватая рубашку на боку Зоро в кулак. — Тихо, Завитушка, не надо дергаться, — прошептал успокаивающе Зоро и положил ему на затылок ладонь, плотно фиксируя его голову на коленях. — Нужно вытащить его одним рывком, чтобы не царапался и не портил тебе перепонку.       Санджи весь напрягся, ожидая боли. Но Зоро был спокоен — он слышал стук его сердца. Вдруг что-то холодное быстро скользнуло в его ухо на долю секунды, рывок с самурайской точностью… он испуганно вскрикнул, ожидая, что жук тут же рванет еще глубже. Но вдруг все прекратилось, Зоро гладил его по голове и приговаривал: — Все хорошо, я достал. Уже все.       И Санджи недоверчиво приоткрыл один глаз, тут же прищуривая его от злости. Над ним стоял, нагнувшись, Усопп и рассматривал его в минуты отчаянья и страха. Пока он мечтал умереть на коленях Зоро. Санджи залился краской и разжал вцепившиеся в Зоро руки. — Вот какой, — Зоро показал щипчики. — Кья! — выдал Санджи совсем уж по-девчачьи, снова пряча лицо в теплый пресс Зоро и тут же краснея от своего поступка. Испугался жука и пошел прятаться за Зоро, как маленький. И тут недобрая заставила Усоппа тихонько усмехнуться. Носатому все равно не жить.       Усопп почувствовал опасность и отступил на один шаг. Санджи с достоинством поднял голову с чужих колен и сел на траве. — Ты думаешь, все обошлось, юный Ромео? — угрожающе спросил он. — Пожалуйста, Принс… Офицер Ророноа, спасите! — прохрипел Усопп.       Санджи медленно и неумолимо затянул шнурки на ботинках и расслабленно, как хищник, поднялся на ноги. — Прошу, я еще так молод! Я еще не встретил своего маяка! Я еще ни разу не целовался! — отступал задом Усопп. — Ах не целовался он! — вскипело в Санджи. — Что же, готовься, я придумал тебе наказание, мелкий паршивец! Я лишу Кайю шанса получить твой первый поцелуй! Муа-хаха! — и он бросился за завизжавшим от коварного замысла Усоппом во вторую погоню за вечер. — Нет, лучше убей! — Стой! Тебе понравится! — Санджи опять преследовал верткого Усоппа по газону. — Мой первый поцелуй для Кайи! — Больше нет! Я расскажу ей, как это было! — Санджи ловко перемахнул через кусты. — Эй, бровастый, ты что, собрался растлить пацана?! Ему восемнадцать-то хоть есть?! — прокричал Зоро, так и оставшийся на лужайке с жуком в щипчиках. — Я готов нарушить закон ради справедливости! — проорал Санджи, загоняя Усоппа в угол около лестницы в голубятню. — Офицер Ророноа! — пищал Усопп. — Молчи, гаденыш! Полиция тебя не спасет, — и сейчас наверное Санджи был больше всего похож на мафиози, которого так презирал Зоро. Но ему было плевать, все равно он не получит того, чего желает. — Эй, эй, не трожь пацана, — как-то взволнованно прокричал Зоро и побежал к Санджи, пытаясь его схватить и прижать к себе. Санджи не улыбалось опять плавиться в руках Зоро, осознавая, что тот никогда не будет его по-настоящему. Потому он ловко увернулся. Но засранец Усопп успел выбраться из угла и припустил опять по лужайке. — Стоять! Твой первый поцелуй — мой! — конечно Санджи не собирался целовать Усоппа только из мести. Он очень ценил нежные трогательные отношения Усоппа и Кайи, потому никогда бы не украл у них что-то настолько хрупкое и важное, как первый поцелуй. Но Усоппа нужно как следует напугать за такие проделки.       Он бежал за Усоппом, за ним бежал Зоро и кричал, что может и электрошокером жахнуть. — О, вы уже веселитесь? Круто! — на лужайке перед домом Зеффа стоял Луффи и улыбался до ушей. — Я тоже с вами в кошки-мышки.       И он пристроился бежать за Зоро. — Луффи, блин, мы не играем! — прорычал Зоро, потея от того, как ловко уворачивается от него Санджи. — Да я вижу, что тут уровень профессионалов, хи-ши-ши!       Усопп вбежал на крыльцо, резко дергая за ручку, и замер. Прямо в дверном проеме стоял Зефф, сложив руки на груди. Почти настигший свою жертву Санджи благоразумно притормозил. — Ну нет, в дом я этот карнавал-балаган не пущу, — Зефф занял плечами весь дверной проем, физически демонстрируя свои намеренья. — Уф… попался, — вот Зоро тормозить не стал, он догнал притормозившего Санджи и ловко схватил его за руку, заводя назад. Не больно, но крепко фиксируя. И тут же кривясь и шипя. — Ай, Луффи, ты зачерта меня укусил?! — Ну я же не знал, какие у вас правила! — Эй, у нас же вечеринка по поводу отъезда Усоппа, — возмутился зафиксированный Санджи. — А ты нас не пускаешь. — Именно. Вся вакханалия — на улице, — отрезал Зефф. — Хи-ши-ши, так даже прикольнее, — расхохотался все еще повисший на Зоро Луффи. — Смотрите, что я придумал!       Они поставили палатку — большую на несколько человек. Такая была у Луффи, потому что он любил странствовать. Получилось что-то вроде шатра посреди газона, внутри зажгли лампу, и он смотрелся очень уютным пристанищем в уже начавших сгущаться летних сумерках.       Зефф впустил внутрь дома только Санджи за продуктами, и судя по звукам из дома — немного воспитал его там, пока никто не видел. Зоро не стал ездить домой переодеваться, остался со всеми на полянке так, в полицейской форме. Они точно устроят тарарам сегодня ночью, пусть хоть вид копа держит их в узде.       Пришло еще несколько гостей, Фрэнки притащил укулеле, явилась та девчонка с сумасшедшинкой из супермаркета, Виви что ли. — Ой, сколько народу пришло, — смутился Усопп, и не думавший, что успел завести столько приятелей за короткую остановку в городе. Он приоткрыл для Виви полог, чтобы она могла забраться в их шатер. — Может, еще подушек принесешь из дома, Принс? А то вдруг твоя девушка придет.       Уже было нагнувшаяся, чтобы юркнуть внутрь, Виви резко распрямилась, едва не ударив Усоппа головой. Она повернулась к стоящему снаружи Зоро. — У Принса есть девушка? — Да, Пуддинг-чан! Она такая милая, но занята сегодня. Думаете, все же стоит пригласить ее еще раз? — промурлыкал стоящий тут же Санджи. — Офицер Ророноа, у Принса есть девушка? — Виви в упор игнорировала Санджи и спрашивала Зоро в обвинительном тоне, будто иметь девушку было преступлением, и Виви недоумевала, почему полицейский все еще не арестовал Принса. — Насколько я знаю, это не преступление, мэм, — пожал плечами Зоро. — Принс! Нам надо поговорить! — резко развернулась Виви, все же ударяя хвостом из волос Усоппа по лицу. — Я очень занят, Виви-чан! — Санджи попытался спрятаться за Зоро, тот непонимающе вертел головой. Виви уверена, что все маяки и парусники обязательно должны быть вместе, и ему было немного стыдно вносить в ее счастливый мир мрачные коррективы. — Как ты можешь! — злилась Виви, но Санджи мог. А что ему оставалось? Попытаться скрыть все свое прошлое навсегда и отираться около Зоро в виде не слишком-то нужного ему Принса. Быть может, нарваться на несколько трахов, но в итоге остаться с разбитым сердцем, не нужный ни как Санджи Винсмоук, ни как Принс Блэк?       Санджи юркнул в палатку, протискиваясь подальше, к Фрэнки и Луффи, чтобы Виви точно не могла сесть рядом. Она все же пробралась в палатку и села напротив, стреляя в Санджи осуждающими взглядами. А потом высунулась и дернула за штанину Зоро, заставляя его тоже занять место в кругу в шатре-палатке.       И все равно Санджи был счастлив. Впервые его окружало столько друзей, и каждый смотрел на него без опаски, готовый подшутить по-доброму без страха перед Винсмоуками. Никто не трепетал от фамилии Санджи, и все хвалили его угощения. Маленькая лампа светила им внутри палатки, они сидели кружком, и на душе разливалось благодатное тепло. — Давайте играть! — расхохотался Луффи. — В правду или действие! — вдруг быстро вставила Виви. — Но я хочу в бутылочку… — протянул Санджи. — С кем ты тут собрался целоваться! — Усопп испуганно зажал рот, он снова в опасности. Нами опаздывала из-за работы, Пуддинг не пришла, потому из девушек тут оставалась только Виви. — Да уж, если хочешь засосать Фрэнки — так и скажи, — усмехнулся Зоро, от пары банок пива и легкой атмосферы его тоже немного вело, и он смеялся над шутейками Усоппа и эмоциональными порывами Фрэнки. Однако Виви посмотрела на Зоро так, словно четвертовать хотела. — А вы видели его девушку, офицер Ророноа? — прошипела она. — Видел. Вся такая… девушка, — пожал плечами Зоро. — Какой ужас. — Будем играть и в бутылочку, и в правду или действие! — вынес вердикт Луффи, доставая пустую бутылку. Он широким жестом сгреб в сторону закуски на импровизированном столе и крутанул бутылку в центре свободного круга. — Вот! Усопп, тебе первому отвечать, выбирай: правда или действие! — П-п-правда, — трусливо признался Усопп, опасаясь, что его заставят делать что-то унизительное. — Тогда отвечай, правда ли, что существуют жуки, способные убить человека! — обрадовался Луффи. — Луффи, ты немного не так понимаешь суть игры, это должен быть вопрос… — попытался было вмешаться Фрэнки. Но Санджи его перебил его: — О, он знает ответ на этот вопрос!       Игра снова была для Санджи в новинку, никогда еще у него не было таких теплых полных дурацких шуток и шумных вечеров. Вертлявый Луффи постоянно пихал его локтями в бок, а на лице смуглого Зоро Санджи впервые заметил легкий румянец от смеха и жары. В ходе игры Фрэнки успел по заданию спеть любовную серенаду Зоро, и все давились от смеха, с каким серьезным видом тот ее выслушивал. Усопп еще раз выбрал правду, и ему пришлось признаться в своем самом страшном страхе: что он не понравится Кайе и она его не полюбит. Все принялись ерошить его по волосам и уверять, что он неотразим.       Санджи всегда выбирал действие, не желая врать друзьям по личным темам. Что он мог ответить на их вопросы? Больше всего на свете я боюсь? Что умру от генетической бомбы внутри меня раньше, чем успею увидеть мою сестру счастливой. Больше всего мне хочется? Чтобы это лето началось с начала, но когда к нам с Зеффом в дверь позвонил вызванный на шум офицер полиции, первое, что он бы сказал Санджи, было бы обомлевшее: «Это ты?! Наконец-то!»       Моим самым безрассудным поступком, о котором я никогда не жалею? Схватить семилетнюю дочь Дракуля Михоука, будучи самому двенадцатилетним пацаном, и рвануть с доверчиво бегущей с ним девчонкой через пургу на дальний вокзал.       Потому что Дракуль Михоук объявил войну Джерме, отказавшись повиноваться его отцу, и должен был умереть через час. Но кто станет слушать лопочущего об этом мелкого пацана, терпеть его злые крики и увещевания. Михоук был уверен, что победит в этой борьбе. А Санджи, хотя ему было гораздо меньше лет, знал — никто еще не побеждал. Все умирали, умрет и Михоук, но самое главное — умрет эта славная девочка с розовыми хвостиками, что пытается сейчас скатать на лужайке уродливого снеговика из первого снега.       Михоук отослал его, велел убираться, и что он убьет его, явись Санджи еще раз, хотя Михоук и не убивает детей, даже детей Винсмоуков. Как глуп был этот мужчина с соколиными глазами, потому что Винсмоуки — убивали.       Санджи выбежал на улицу в ярости на тупого старикана. — Эй, не пинай моего снеговика! Я его еще не доделала, но он уже мой друг!       Санджи подумал, что она так и не доделает своего снеговика. Она скоро умрет, потому что ее отец выбрал ввязаться в мафиозные разборки. Он не спрашивал ее, хочет ли она умирать вместе с ним. Отец Санджи тоже никогда не спрашивал, чего бы тот хотел. Они все одинаковые.       И Санджи решился, потому что не решиться было бы подлостью. Винсмоуки будут здесь через полчаса, даже если есть система охраны, она наверняка уже взломана Ниджи… Он схватил девочку за руку в красивой варежке со снежинками и побежал что есть мочи. Их бы точно поймали, бежать открыто по улицам прямо через главные ворота было глупо, но в тот час внезапно повалил такой сильный снегопад, что не было видно собственной вытянутой руки. Он легко укрыл опрометчивого мальчишку и доверчивую девчонку-кнопку от любых глаз.       Михоук нашел их уже на вокзале через три часа, где Санджи заботливо укутывал в свой шарф замерзшую и хныкающую девочку. Он увещевал: — Я купил тебе билет до конечной. Я не могу поехать с тобой, нас сразу поймают. Выйдешь там и скажешь, что ехала из Флеванса, билет выкинь. Никому не говори своей фамилии, поняла? Не плачь, у меня немного осталось, вот, возьми, — он протянул ей дымящийся от тепла пирожок, купленный на вокзале. Кто знает, когда малышка в ближайшее время поест. Она взяла пирожок и тут же счастливо улыбнулась, показывая дырку в зубах. Все-таки девочки такие милашки!       Он поднял глаза и замер — угрожающий, готовый убить одним взглядом Михоук в опаленной шляпе и подгоревшем по краям плаще рассматривал мелкого Винсмоука, словно тот насекомое. Он успел спастись в последнюю секунду, потому что заметил пропажу Пероны и бросился ее искать прямо перед взрывом. — Это ваш выбор — бросать вызов Джерме и умирать, — нахохлился Санджи. — Она этого не выбирала. Вы никогда не спрашивали, что бы выбрала она.       Подъехал поезд, и Санджи нервно вскочил. Он купил ей билет на последние деньги, у него не было больше, нужно было садиться. Он схватил Перону за руку, но Михоук в два шага оказался рядом и перехватил руку своей дочери, опаляя Санджи холодным непонятным взглядом.       Двери поезда с шипением разъехались, Михоук повернулся и шагнул внутрь, так ни слова и не сказав Санджи. Быть может, он был уязвлен своим проигрышем Винсмоукам, быть может, еще более уязвлен тем, что его дочь спас малолетний пацан, а сам Михоук едва не погубил ее.       Перона, укутанная в его теплый шарф, развернулась и тихонько помахала Санджи варежкой со снежинкой. Он заворожено помахал ей в ответ. Двери поезда с шипением захлопнулись.       Санджи никогда не жалел об этом безрассудстве. Во-первых, он спас Перону-тян. А во-вторых, именно Михоук стал тем, кто вытащил Зоро из беды и сделал их встречу возможной. Так Санджи победил Джаджа. Потому что если у тебя нет компаса, не все еще кончено, порой этим самым направляющим соулмейтов компасом могут стать люди, которым ты помог.       Ему некому рассказать такую правду, а он не хочет множить еще больше лжи, потому Санджи всего выбирал «действие».       Зато выбирая действия, он смог продемонстрировать всем свои таланты, например — умение делать вертикальный шпагат. Он чуть не снес палатку в процессе, но все так восхищенно аплодировали. Даже Зоро.       А потом бутылочка оказалась в руках Виви. Она взяла ее с решимостью опытного стрелка, посмотрела на Санджи и крутанула бутылку так, что горлышко точно указывало на него. Не иначе, Виви умеет колдовать. — Принс… — начала она. — Действие! Виви-чан, я выбираю действие, — поспешил он. — Я могу пронести вас на руках сколько угодно вокруг дома. — Нет, — отмахнулась Виви. — Раз действие… Скажи тому, кого давно любишь, что любишь его. — Э-э-э? А разве это не «правда»? — возмутился захмелевший Усопп. — Это действие, — с нажимом произнесла Виви и посмотрела в упор на Санджи. Он сглотнул. Да все он понимал, и волнение Виви тоже. Ее маяк Коза скоро должен был вернуться и начать подготовку к свадьбе, она хотела поделиться счастьем и считала, что раз Санджи спас ее и подарил шанс найти своего соулмейта, она обязана сделать то же самое. Но Санджи не считал ее обязанной ему, он спас Виви, потому что не мог иначе — это была его форма жить и не сойти с ума в Джерме. Потому что дети мафиозных кланов — не должны покорно умирать жертвами разборок их родителей. Он не мог отвоевать своей свободы, но это не значило, что не может вытолкнуть других из этой ловушки. — Хорошо, — Санджи поднялся, немного покачиваясь, и выбрался из палатки на свежий воздух. Летняя ночь приятно освежила его, и он вдохнул полной грудью. — Куда он пошел? — спросила Виви. — Наверное, за телефоном, признаваться в любви Пуддинг. Хотя она, наверное, уже спит… — отвечал Усопп. Санджи усмехнулся и повернулся к голубятне.       Булочка уже спала, зато Кураре встрепенулся, когда Санджи просунул внутрь голову. Он погладил его по маленькой хохлатой головке. Больше всего теперь он беспокоился за Рэйджу. Что будет с ней, когда он — последний член ее семьи, ради которой она сравняла с землей саму Джерму, умрет? Она останется одна на всем белом свете, не любящая никого, кроме близких, и умеющая без жалости убивать. Как сможет она стать счастливой, а не основать еще один безжалостный синдикат? Он должен говорить ей, что любит, каждый день, что ему отмерено.       Санджи прицепил записку к лапке Кураре и выпустил в темноту. Тот, ни капли не испугавшись, нырнул в нее, все же это был голубь Рэйджу. Бесстрашный и решительный, как она сама.       Внизу послышались ругательства низким голосом, Санджи вздрогнул и поспешил по лестнице вниз. В бреющем полете Кураре налетел на блуждавшего в темноте Зоро, обхлопал его крыльями и скрылся в темном небе. Нести записку той, кого Санджи давно любит. — Маримо? — Санджи легко спрыгнул с середины лестницы, прямо перед Зоро. — Что ты тут делаешь? — Да эта странная девка меня послала. Велела за тобой сходить, чтобы ты пешком к этой Пуддинг не пошел, если не дозвонишься, — пробурчал Зоро, опасливо вглядываясь в темноту. Мало ли что еще налетит. — А… нет, нет, я уже все, — смутился Санджи, осознавая, что они с Зоро одни в ночи, далеко от светящейся уютным светом палатки. Неподалеку от утиного домика, может Зоро выдаст очередную гениальную идею завалить его на глазах его уточек? Санджи слегка напрягся. Не хотелось бередить себе душу в такой дивный вечер, когда вся атмосфера пронизана теплотой. — Кстати, про дело, по которому я в начале заехал, — Зоро почесал затылок. Не наступал на Санджи, не зажимал его в углу. А полез в карман и достал какую-то коробочку с красной ленточкой бантиком. Смущенно протянул ее Санджи. — Ч-ч-что это, Маримо? Новая форма полицейской повестки? Уведомление об аресте? — насторожился Санджи. — Нет… возьми, это тебе, — еле выдавил Зоро, и Санджи пожалел, что не умеет видеть в темноте и не разбирает выражения лица Маримо. Он неуверенно принял коробочку и с опаской потянул за один край ленточки. Под крышкой оказался странный плоский брелок с кнопкой. Санджи озадаченно повертел его в руках. — Что это, Маримо? — Тревожная кнопка, — смущенно выдал Зоро. — Э? — Ну когда ты опять попадешь в передрягу, не надо обдалбывать случайных прохожих или взрывать газ, как Зефф. Просто положи его в карман и нажми, когда тебе понадобится помощь полиции. Сигнал сразу поступит на такой же мой брелок, — пояснил Зоро. — А бантик на коробочке зачем? — Чтобы ты заинтересовался и взял кнопку. — Ты дохера продуманный, — хмыкнул Санджи, зачарованно рассматривая простой плоский брелок. Сердце против воли сжалось, губы дрогнули. Сначала Маримо подарил ему корицу, потому что Санджи обожает печь, и никто кроме Рэйджу не дарил ему ничего для готовки раньше. Теперь Маримо беспокоится о его безопасности, пока все в мире хотят его убить.       Пользоваться кнопкой Санджи, конечно же, не будет. Из-за него Зоро уже схлопотал пулю от Гина и большой шрам через грудь от наемника. Санджи не может и дальше так рисковать жизнью Зоро. Всю свою жизнь он хотел уберечь его от Норт-Блю. Но сама кнопка как символ желания защитить Санджи от угроз, с которыми он сражается в одиночку, лежала в руке приятной каплей и наполняла душу невесть откуда взявшимся божественным пением. Он поймал себя на том, что глупо улыбается. — Спасибо, — наконец выдавил он и сунул брелок в карман. — Черт, в этом городишке полиция такая заботливая. Нажму ее, когда Виви зажмет меня в угол. — Она странно себя ведет, — вздохнул Зоро. — Все мы далеки от нормы, — Санджи легкомысленно хлопнул Зоро по плечу, отходя от голубятни. — Ты уже напризнавался там? — повернулся вслед за ним Зоро. — Ага. — А где твой телефон?       Санджи запрокинул голову вверх, смотря в темное небо, куда улетел Кураре. — Чтобы признаваться в любви, не нужен телефон, Маримо. — Э? — Зоро ничего не понял, но Санджи улыбнулся и кивнул: пойдем. — Погоди, — Зоро поймал его за руку, и Санджи вздрогнул. Потому что если Зоро опять примется за свое, его снова будет разрывать на части. — Обещай, что воспользуешься ей. — Чего? Да это же самый тихий городок во всей стране, Маримо… — попытался высвободиться Санджи. Но Зоро крепко держал его ладонь. — Обещай, что не будешь пытаться решить проблему сам каким-нибудь ебанутым способом. — Да что ты зарядил! — Обещай, что воспользуешься ей, если что-то случится, — Зоро упрямо стоял на своем, но его большой палец вырисовывал плавные круги на руке Санджи. Будто коварный Зоро знал, что такие маленькие осколки нежности вышибают дух из груди Санджи и землю у него из-под ног. — Послушай, Завитушка, я просто хочу знать, что ты в безопасности. Что бы ни случилось. Я не могу быть с тобой круглые сутки, да и ты сам этого не хочешь. Представь, если я начну таскаться след в след за вами на свидании? Потому, чтобы ты был свободен, но я был за тебя спокоен, пообещай мне, что нажмешь ее, если случится беда? Обязательно. Тогда пока она не звонит, я буду знать, что с тобой все хорошо, и буду спокоен.       Санджи замер, низко опустив голову. Почему-то веки обожгло изнутри горячим. Зоро был так настойчив, но все, чего он хотел — не попользоваться, а защитить Санджи. Рука, схваченная в плен Зоро, сжалась в кулак. — Эй, Завитушка… — Хорошо, — выдохнул Санджи. Потому что как он мог сопротивляться такому. Ророноа Зоро из него просто веревки вьет, и лучше ему об этом не знать. — Вот и отлично, — по голосу было слышно, что Зоро улыбается.       Зоро медленно разжал пальцы, отпуская руку Санджи безвольно выскользнуть из его руки. Тот уже не убегал, стоял, потерянный в летней темноте. Пусть у него не будет хэппи-энда как во всех тех романтических фильмах, которыми он мучил Адель в его очередь выбирать в кино-пятницу. Он уже получил больше, чем мог надеяться Санджи Винсмоук с выжженной еще в детстве меткой — его маяк правда думает о нем: все ли у него хорошо? В безопасности ли он?       Хорошо, что он уже отправил голубя и выполнил задание от Виви-чан, и ему можно не говорить о чувствах тому, кого он любит. — Пошли, бровастый, — Зоро мягко положил ладонь ему на спину. — Не хочу возвращаться на пепелище, когда Луффи с Усоппом спалят палатку. — Ум.       Зоро пошел, и Санджи пошел за ним. Если напрячь воображение, можно было прикинуться, что они все еще маяк и парусник, и Санджи тянет следом неведомая магнитная сила компаса, а не просто желание преданно следовать за Ророноа Зоро просто за то, что тот подержал его за руку.