Птица, которой не суждено взлететь

Встреча оказалась, мягко говоря, неприятной. Конечно же, Сыч прекрасно слышал, как его назвали заморышем и зверюшкой, и видел, как аура инспектора начала буквально искрить от злости. Проверка? К этому они точно не были готовы! Весь следующий день Рик вел себя отстраненно и задумчиво. Его настроение передалось и подопечному, которого уже далеко не так сильно обрадовал поход за мороженым, но самое страшное еще ждало впереди, дома. — Морти, покажи руки. Он в ответ только инстинктивно спрятал их за спину, лепеча: — З-зачем это, Рик, я… я м-могу и сам!.. Куда там — по какой-то неведомой причине инспектор всегда проводил лично эту неприятную процедуру, только теперь помимо ножниц он вооружился еще и пилочкой. Да за что он так взъелся на эти чертовы ногти?! — Опять погрыз, — неодобрительно бросил Рик, орудуя своими пыточными инструментами. — Сколько раз я уже тебе говорил… И сядь прямо! Вздрогнув, он машинально подчинился, чтобы через секунду, опомнившись, принять прежнюю позу и недовольно сморщиться. — Т-ты после этого Рика стал еще большим з-занудой? — Не капризничай, — инспектор ловко размахивал ножницами. — Ты даже не представляешь, насколько это важно, мы должны показать тебя с самой лучшей стороны! Если ты… — Если я?.. — Если ты произведешь хорошее впечатление на этих ослоёбов из Комиссии, путевка в жизнь тебе обеспечена, — щелк, щелк, клац. — Вот реабилитируешься, встанешь на ноги… — шарканье. — Я найду наконец врача, который возьмется за твои глаза, и, если все получится, ты вполне можешь рассчитывать на хорошее распределение… Распределение? У Морти даже дыхание перехватило. К счастью, занятый его ногтями, инспектор не смотрел на его лицо. И не видел, как оно в момент переменилось…

***

— Да что с тобой такое сегодня? Соберись, Морти! Но у него не получалось. Он был рассеянным и с трудом мог запомнить слова, которые хотела бы слышать Комиссия. — Ладно, давай повторим еще раз. О чем ты должен сказать обязательно? — О правильном питании, — Сыч тяжело вздохнул. — Занятиях спортом, регулярном посещении больницы, умении вести себя в обществе и о рукоблудии… ой. Я ч-что-то н-не то сказал? Судя по звукам, Рик уже рвал на себе волосы. — Дурной мальчишка, надо говорить, что твои руки теперь заняты делом, а не… А у тебя, похоже, все мысли только об одном! Как не стыдно! А что он мог поделать со своими причудливыми ассоциативными рядами?! Морти старался, правда старался, но чем больше усилий он прикладывал, тем хуже получалось, впрочем, как и всегда… Он много думал об этом в последнее время — о том качке-наркомане, к которому они ходили с инспекцией. О том, как Рик ни на йоту не внял его мольбам и сказал, что его терпение не бесконечно… Интересно, когда то же самое он скажет и про Сыча?

***

      Возвращаясь домой с работы, Рик никак не ожидал такой подставы. Первым, что он услышал с порога, был жуткий лошадиный ржач, от которого вся жизнь пронеслась перед глазами. — И-и короче… я такой достаю пистолет… Что?! С кем это Сыч так разговаривает? Худшие опасения подтвердились — два представителя Комиссии сидели за столом на кухне, как истуканы, молча внимая захватывающему рассказу его подопечного, хотя обещали прийти только завтра! — Достаю, значит, пистолет, приставляю к башке, — парень показательно сложил два пальца и упер их в висок. — Он, короче, о пощаде молил, аж описался, а я — бах! Ооо, как это было круто, кровища, мозги по стенам!.. Я хоть и не видел, но зуб даю, зрелище было еще то… Настала пора прекращать этот балаган. — Здравствуйте, — елейным голосом протянул Рик, входя на кухню и стараясь не показывать судорожное дерганье своего глаза. — Что, Сычик, рассказываешь гостям о том боевике, что мы вчера смотрели? Даже от лица героя говоришь, ты у меня такой впечатлительный… Морти стряхнул с себя его руки, которые он положил ему на плечи, и прошипел, с грохотом отодвигая стул: — Сычик? Какой я тебе, нахуй, Сычик?! Что, нож под печень захотел, старикашка? — Одну минуту, — попросил инспектор незваных гостей и аккуратно потянул паршивца за руку прочь от места событий. — Сычик, по-моему, ты сегодня забыл выпить свои таблетки… Тот пытался сопротивляться, но Рик все равно нейтрализовал его, без лишних церемоний закрыв в комнате. Теперь осталась проблема куда серьезнее, но и здесь он, кажется, нашел выход. — Простите за неудобства, и давайте начнем разговор трех взрослых людей… При виде бутылки коньяка у представителей Комиссии, как и следовало ожидать, сразу загорелись глаза. Сам пропустив всего пару стопок, Рик подливал им без счета, отлично зная, что будет потом. Вдоволь нахлеставшись у него, бюрократы пойдут продолжать банкет в каком-нибудь баре, оттуда, скорее всего (и он на это надеялся) уйдут в запой, а когда оттуда выйдут, такое незначительное происшествие вымоется к черту из их гениальных голов… Кажется, решение было правильным. Проводив уже двух пошатывающихся Риков, один из которых даже начал обещать вечную дружбу заплетающимся языком, он тяжело вдохнул и выдохнул. Услышал стук в дверь, идущий из квартиры и, шлепнув ладонью по лбу, вынес единственный возможный приговор: — Убью!