Разделим одно на двоих

      Просидев на крышке унитаза два урока, Донхёк всё же решает двинуться в сторону класса. А что, собственно говоря, терять? Правильно, уже нечего.       Надо хотя бы попытаться бороться с этой грёбаной течкой, ибо рано или поздно она сломит его. И кажется намного быстрее, чем тот недоделанный альфа-воспитатель.       В класс омега заходит под удивлённые взгляды и тишину, кидает рюкзак на свободное место на предпоследней парте и взглядом молит всех прекратить эту жалкую пытку.       — Хёк, ты где пропадал? Тебя мистер Чхве искал! — хлопает по плечу омеги сосед по парте.       Донхёк кидает злобный взгляд на руку на своём плече и немного отодвигается, чтобы избежать лишних прикосновений.       — Проспал, просто проспал, — и давит из себя самую нелепую улыбку.       Альфа смотрит на него как-то косо, но в итоге просто кивает, решая не вмешиваться больше не в свои дела. За это от омеги мысленно получает огромное спасибо.       Ли недолго мнёт свои пальцы, достаёт тетрадь и ручку и смотрит на всё ещё пялящихся на него одноклассников.       — Что-то хотели? — «любезничает» с ними Донхёк, заставляя отвести любопытные взгляды от своей персоны.       И когда отношения с одноклассниками так успели испортиться? Да хотя пофиг, у него есть Джено, который в несколько тысяч раз лучше их вместе взятых. А пока нужно время уделить учёбе. Потому что итак очень с ней проёбывается в последнее время.       Как только закончились уроки, его из класса тут же вытянул Джено, выглядевший жутко уставшим. На все вопросы касательно учёбы отвечал односложно и неохотно, желая поскорей покинуть здание школы.       — Пошли со мной, я хочу кофе, — жалобно просит черноволосый омега и даже толкает друга в сторону кафе.       — Иди один. Я не могу, ты же знаешь, — он попытался улыбнуться.       Джено остановился, заглянул в чужие глаза и, вздохнув, кивнул.       — Лаадно, но только в этот раз. Понял? — и, услышав довольное угуканье, помчался за своим кофе.       Донхёк лишь смотрел в спину друга, про себя невольно улыбаясь, потому что знает, что друг без кофе жить не может. Как только старший скрывается из виду, омега тут же быстренько печатает матери, что уже ждёт её у входа, получает «через 5 минут буду» и пихает руку в карман в поисках наушников.       — Эй, куда прёшь? — негромко ворчит он, когда его, спокойненько в сторонке стоявшего, кто-то сильно задевает плечом.       И ладно бы, дело с концом, но очень напряжённое омежье сознание реагирует совсем по-другому. Потому что тело — как будто желе, если заденешь, то будет больно везде. Омега, жмурясь, гладит пострадавшее плечо и поднимать голову вовсе не собирается.       — Со старшими разговаривать не учили? — и как только омега слышит этот спокойный бесящий голос, в нём мигом просыпается злость. Невероятно.       Донхёк уже было открывает рот, чтобы выдать очевидную колкость, но вместо этого лишь выдыхает воздух и отводит взгляд, чтобы сдержаться. У него почти получается.       — Что, неужели свой остренький язычок проглотил? — альфа вновь привлекает к себе внимание омеги, стойко выдерживая чужой убийственный взгляд.       — Отойди от меня, пожалуйста, — вновь сдерживается омега и сам отодвигается от альфы на приличное расстояние, мысленно моля о том, чтобы мама приехала быстрее.       Минхён чувствует, что вот-вот и у омеги кончится терпение и будет новый повод доебаться. Как же тут можно отойти?       — Неужели ты хочешь, чтобы кто-то из школы узнал, что ты омега? — тихо проговаривает ему альфа и поднимает свою бровь, нагло улыбаясь.       Он видит, как от испуга в глазах напротив чернеет, как от возмущения открывается рот, наслаждается чужой беззащитностью и, как истинный джентельмен, добивает:       — Ну, я пожалуй пойду найду твоих одноклассничков?       И даже успевает сделать пару шагов, как его хватают за рукав форменного пиджака.       — Не смей, — шипит ему в ухо злой омега, и альфа даже смеётся.       Минхён отлепляет от себя слабые руки, поправляет пиджак и мысленно про себя ликует. Как, оказывается, интересно издеваться над младшеньким.       — Ну как это не смею? Я же… — не успевает он договорить, как омега вздыхает, выпуская аккуратно с выдохом свою злость.       — Что ты хочешь? — Донхёк выбирает меньшее из зол и внимательным взглядом впечатывается в чужие глаза.       Он чуть не давится слюной, когда видит в них огоньки победы.       — Минхён-хён, — и улыбается так гаденько, что у омеги руки чесаться начинают.       Донхёк, конечно же, фыркает.       — Ни.за.что, — проговаривает по слогам и боком замечает мамину машину. — Не заслужил.       И, увидев помрачневшие глаза, тут же срывается в сторону припаркованного автомобиля. Страшно стало от такого взгляда.       — Мам, быстрее, прошу, быстрее, — не успевает он запрыгнуть на переднее сиденье.       — Что случилось? — женщина плавно выезжает со школьного двора.       Донхёк ещё несколько долгих секунд пялится на альфу за окном, а потом устало вздыхает.       — Всё в порядке, просто не хотел с одним человеком разговаривать, — тянется, чтобы пристегнуть ремень.       Мать на него немного хмуро смотрит, но ничего не говорит, спихивая странное поведение сына на течку. Парень долго смотрит в окно, пытаясь выровнять от лёгкого бега дыхание. Ага, конечно, будет он называть такого придурка хёном. Размечтался.       — Ты почти не пахнешь, — спустя несколько минут в полном молчании раздаётся мамин голос в салоне.       Омега слабо улыбается. Конечно, он выпил три таблетки сразу, потому что из-за этих переживаний он чуть ли не подыхал там, в туалете.       — Таблетки хорошие значит, — спокойно отвечает он матери.       — Только пообещай мне, что будешь их пить только во время течки, — голос матери строгий.       Подросток смазанно кивает, даже не уверенный в собственном ответе, а потом заминает разговор своими рассказами из школы. Он всегда так, всегда манипулирует людьми, чтобы к нему в душу не лезли, чтобы не заставляли врать. Он давно этому научился и продолжает совершенствоваться.       По пути они заезжают в продуктовый, возвращаются поздно, и омеге ничего не остаётся делать, кроме как узнать на завтра домашку и поужинать. Хорошо, что мысли о завтрашнем дне в голову не лезут.       Минхён топает до дома в плохом настроении. Ему-то показалось, что вот, вот его первая маленькая победа, вот он на правильном пути, но этот омега…       — Эх, — вздыхает он полной грудью прямо перед старушками рядом с домом.       Те странно на него косятся, но при нём и рта не раскрывают. Зато, как только за ним закрывается дверь, сразу же начинают лепетать на весь двор о том, какой этот парень подозрительный.       Альфа открывает дверь своим ключом, заходит в прихожую и сразу же чувствует приятный аромат свежей выпечки. Всратое настроение немного отступает.       Он проходит на кухню, откуда раздаются голоса, и видит, как за столом сидят двое и негромко смеются.       — Минхён, ты уже пришёл, — встаёт на ноги его мама и двигает сыну третий стул. — Иди руки мыть, я тебя накормлю.       Альфа кидает благодарную улыбку маме и, неохотно взглянув на гостя ещё раз, отправляется в свою комнату. Так вот откуда этот слабый запах. Минхёну нравится.       — Это Чону, он мой коллега по работе, — представляет бету мама.       Альфа неловко улыбается новому знакомому, быстро съедает суп и так же быстро скрывается за дверями собственной комнаты, не желая мешать друзьям разговаривать. От прежнего его настроения ничего не остаётся. Он даже придумывает план мести, в итоге сдаётся и решает действовать по ситуации, всё равно рано или поздно заставив омегу извиниться.       Минхён не особо понимает, зачем ему это сдалось, но отступить не может. Задета его гордость альфы, особенно если задета каким-то безбашенным омегой. Альфа настырный, он своего добьётся.