Разделим одно на двоих

      «Твою ж, на что я подписался!» — Донхёк пытается отыскать гребаного Минхёна в соцсетях уже целый час. Где ж он?       «Если ты мне не скажешь, где откопал информацию по своему суженому, то увы, ничем помочь не смогу» — пишет он другу. И как только тот умудрился его отыскать, если он даже знакомого альфу найти не может?       Омега долго не пишет, Донхёк хочет уже послать его.       «ты где искал, придурок?»       «Везде, вездеее!»       «в инсте не пробовал?» — да у него даже её нет, как он там умудрился бы отыскать.       «Лучше скинь сразу профиль, а то я заебался»       «нафига ты его вообще ищешь? не можешь в школе что ли поговорить?»       Донхёк задумывается. И вправду, зачем?       «герои-любовнички» — а, вот зачем.       «Жду ссылку!» — злой смайлик.       Ради друга ничего не жалко. Даже почистить память на телефоне и скачать приложение, которое он долго старался обходить стороной. Да и что там ему делать? Смотреть на чужие фото, следить за чужими жизнями?       Он нетерпеливо нажимает на иконку приложения, быстро регистрируется и вот уже вводит буквы чужого профиля. Даже бедную губу прикусывает. У этого Джемина куча фотографий чего угодно, но только не его лица. Фигов фотограф. Любитель пофоткаться со спины, природы и улиц.       Яркие фото быстро надоедают. Он просто заходит на его подписки, и из десяти находит одного знакомого. Ли Минхён.       У альфы шестьдесят девять публикаций, и все они требуют тщательного рассмотрения. Срочно.       Его профиль не пестрит красочными фотографиями, он публикует очень редко, но каждая из них почему-то очень нравится Донхёку. Атмосферой, что ли? Хрен знает.       Он вдоль и поперек изучает его страничку. Несколько раз случайно ставит лайк, но тут же убирает. Тупой инстаграм, мало того, что на лайк легко нажать, так ещё и времени убивает порядочно так.       Он нехотя отрывается от телефона — на часах уже восемь вечера, а он ещё не садился за домашку, да и телефон скоро сдохнет. Время просрано зазря.       «Ты уверен, что тебе это нужно?» — пишет он Джено.       «100%» — ответ.       Омега ещё раз вздыхает и наконец-то достаёт учебники, включая на столе лампу и погружаясь в мир фантазии и грёз слёз.

***

      Утром Донхёк решает посмотреть в зеркало. И зря.       На лбу виднелся огромный синяк, края которого пожелтели, над глазом нещадно пульсировало, а ранка на губе знатно стянулась, доставляя дискомфорт при каждом вылетевшем слове. Такой раскрас оценила даже мама. Правда перед этим испугалась неслабо.       — Всё норм, я уже разобрался, — уверяет он мать, а сам от боли в плече чуть ли не кричит, когда его несильно стискивают в объятиях.       Просто там синяк чуть побольше.       — И что, тебя некому защитить? — грустно улыбается женщина и наконец отпускает бедное дитя.       — А мне мои кулаки на что? — он быстренько одевается и выходит из дома, не желая больше отвечать на глупые вопросы.       В школе который день подряд обсуждают его внешний вид. Учитель вызывает его к себе, сообщая о звонке родителю.       — Что-то вы припозднились, учитель Ким, — хмыкает про себя омега, а сам кивает и быстрее сваливает из учительского кабинета.       Они серьезно только сейчас это заметили? Донхёк так уже четвертый день щеголяет.       — И что сказала мама? — интересуется слишком бодрый Джено на следующей перемене.       Парень хмурится недолго, отрывается от окна и топает в сторону своего класса. Старший спешит за ним.       — Да ничего, она же уже видела их раньше. Ничего не изменилось, — он заворачивает за угол и резко останавливается, вынуждая какую-то девушку врезаться в него, — а почему ты такой красивенький и счастливенький? Неужели ничего не болит?       Он делает подозрительный прищур, мысленно даёт себе по башке и обещает себе, что в жизни больше бровями не пошевелит. Болит так, будто только что вдарили.       — Нет, вообще замечательно себя чувствую, — выпаливает Джено и тут же хватается за рот, потому что на него летит кулак.       — Козлина, везёт же тебе, — всё-таки бьёт несильно по лбу, чтобы было.       Они продолжают свой «длинный» путь до столовой.       — Ты уже узнал что-нибудь от Минхёна? — наконец задаёт самый важный вопрос омега.       Донхёк громко цокает, поднимает глаза к потолку и спрашивает у него «за что мне это»?       — Нет. После уроков спрошу, — хм, получилось вроде бы сдержанно.       — Хорошо-хорошо. Фоточку обязательно, — и руки на плечи кладёт, для уверенности.       — Конечно, — язвительно.       Поесть они, конечно же, не успевают. Хватают булки и летят в класс. Дурацкому Джено снова везёт — ему на один этаж только подняться, а Донхёку ещё два переть. По-любому не успеет.       — Ли Донхёк, — сердито проговаривает зашедший буквально за пару секунд до омеги учитель.       Виновный материт про себя, но всё же извиняется улыбкой, которую выдавить оказывается сложнее, чем гениальное решение простой задачки по математике.       Он проходит к своему месту, получает несколько заинтересованных взглядов и слышит, как преподаватель негромко проговаривает «и как только его в школу-то пустили».       Вздох.       «Точно так же, как и вас взяли на работу — без вопросов» — про себя.       День кажется уже максимально испорчен. Где-то в глубине рюкзака лежит его сокровище (булки), которые если и не поднимут настроение, то хотя бы утолят голод. Вариант нормально поесть, конечно же, не рассматривался. Он ещё историю не доделал.       На перемене он выходит в коридор, почти доедает вторую булку, как видит свою цель.       — Стой, — кричит он с полным ртом быстро удаляющемуся парню.       Запихивает сладкие остатки и тут же срывается за парнем. У него не так много времени, чтобы трындеть попусту. Если его друг хочет фотку альфы, то он её получит.       В туалете как всегда накурено. Донхёк ждёт ровно минуту, потом не выдерживает и всё же стучится.       — Добрый день, убийца лёгких, — ему открывает дверь уставший альфа.       Омега мнётся недолго, ловит тяжелый взгляд и выдыхает прямо на парня сладким ароматом булочек. На лице Минхёна появляется неожиданная улыбочка.       — Что за пугало то такое? — еле сдерживая смех.       Пропахнувшие сигаретами пальцы аккуратно отодвигают отросшую чёлку в сторону, заставляя омегу зажмуриться. «Только попробуй дотронуться» — от младшего исходит устрашающая аура. Альфа любуется оттенками прекрасного произведения, хмыкает, замечая чужой взгляд, направленный на его шею.       — Закончил? — нетерпеливо спрашивает Донхёк, а сам замирает, боясь, что этому парню всё-таки придёт в голову идея притронуться к этому исчадию ада на его лице.       — Почти, — Минхён лезет в карман форменных брюк, а омега выдыхает — всё-таки этот альфа не настолько отшибленный.       — Ты так сладко пахнешь, — старший смотрит своими глазенками прямо на ошарашенного омегу и прислоняет платок к запачканной губе, медленно стирая с красивых губ остатки крема.       Офигевший от жизни Донхёк тут же поднимает руку, готовясь ударить, но сам же бьётся о стену позади себя, и жалобно стонет, мысленно убивая веселящегося альфу.       — Синяков тебе мало? Решил ещё получить? — добивает.       — Скотина! — последняя попытка замахнуться.       Жаль, конечно, что его руку ловят, отпуская обратно. Сил драться после такой насыщенной боевой недели нет, омега признаёт поражение. На данный момент. Пока что.       — А что я такого сказал? — держит руки внизу, не разрешая поднять их. Мало ли, вдруг снова ударится. Всё-таки в туалетной кабинке не так много места для таких действий.       — Ты сказал, что я «щлядко» пахну, — передразнивает Донхёк, а злобным взглядом просит отпустить.       — Ну да, ты же из столовой, а я голодный, — как ни в чём не бывало отвечает Минхён и наконец освобождает чужие руки, свои складывая на груди.       Омега смотрит недоверчиво, но мысленно про себя облегченно выдыхает — он то уж подумал, что этот придурок почувствовал течку, которая всё ещё приходила, когда сама захочет. Одной проблемой меньше, другой больше — этот тип заставил так нехило его понервничать, что он и забыл, зачем его искал.       — Чёрт, — торопится открыть дверь Донхёк, когда слышит звонок.       Миссия. Провалена. История тоже.       *звуки победителя       Через два часа его у ворот поджидает виновник донхёковых неудач. И имя ему Ли Джено.       — Ой, иди нахер, — омега видит, как его друг открывает рот и тут же его захлопывает.       — Ну, не сегодня, так не сегодня, — пытается не выдать грустное выражение лица, закидывая свой рюкзак на плечо и следуя за парнем чуть позади.       — Я к этому придурку больше не подойду! — не выдерживает Донхёк и кричит чуть ли не на всю улицу.       Друг пытается его успокоить.       — Он снова нарывается! Снова!       Джено молчит, еле успевая за ним.       — Я уже допускал мысль, что вроде больше не враги и не друзья. «Хорошие» знакомые. Понимаешь?       Старший врезается в парня из-за того, что тот снова резко затормозил, и испуганно смотрит в полные негодования глаза, машинально кивая. На самом же деле нихрена он не понимает.       — И что теперь делать? — он в ожидании глядит на парня.       Тот молчит недолго, а потом раздаётся тихое:       — А?       Донхёк поднимает глаза к небу, громко цокает и идёт дальше, кидая другу что-то вроде «это пиздец, товарищи».       Подробнее он рассказывает о случившемся вечером дома у Джено. Тот пфыкает при каждом слове, а потом включает диктофон на телефоне:       «Тринадцатое, жаль, что четверг. Великий воин Ли Минхён второй раз подкатывает сво…»       — Захлопнись! — он кидается на друга, пытаясь задушить того подушкой. Как же не вовремя заходит отец предателя.       — Ужин готов, потом поиграете.       Оба вздыхают, но всё же плетутся на кухню.       — Короче, делай что хочешь, но фотку мне его достань. Я верю в тебя, дружище!       Блядство. Пожертвовать собой ради друга? Ни.За.Что.       Перед сном того же дня он всё-таки пишет Минхёну.       «Это твой друг?» — отправляет ссылку.       Ждёт ответа несколько минут, потом бесится, что не отвечают. Выходит из инстаграмма, заходит снова. Смотрит профиль фотографа Джено, профиль самого Джено. И только спустя пятнадцать минут получает ответ.       «по какому поводу интересуемся?»       Наконец-то. Есть контакт.       «По очень важному. Так что, близкий друг?»       «донхёк, если не скажешь, то нам не о чём разговаривать. я на работе, у меня не так много времени, чтобы болтать попусту»       Сердце омеги ускоряет свой ритм. Как альфа понял, что фулсан — это он?       «Как ты узнал?»       «серьёзно? я по-твоему, глухой? твой друг часто тебя так называет»       «Только не знаю, почему» — хочет ещё написать Минхён, но сдерживается. На солнышко он явно не смахивает.       «Ладно-ладно. Умный мальчик, мне нужна фотка твоего друга. Срочно»       На двадцать минут альфа выходит из приложения. Омега мысленно умирает от ожидания. Как человек может бесить даже через экран?       Донхёк уже остывает, сон медленно начинает одолевать его.       «причина»       Эта скотина не сдаётся так просто.       «Ну пожалуйста» — зато сдаётся сам Донхёк, еле держит свои глаза открытыми.       «раз ты так просишь…»       Омега почти что радуется, готовясь переслать фотку другу.       «завтра покажу»       — Ну и пошёл нахер, — кидает телефон куда-то к стене, кутается с головой в одеяло и засыпает.

***

      На следующий день альфа сам ловит омегу у его же класса. Вжимает в подоконник с силой. Донхёк не выдерживает такого напора, слегка подпрыгивает и приземляется пятой точкой на холодную плоскость. Минхён не отходит.       — Ну, показывай, — младший совсем не в настроении шутить, особенно с этим альфой.       Старший несколько секунд пытается найти в чужих глазах хоть что-то, но быстро сдаётся, видя задолбавшееся лицо.       — Заинтересовался? — улыбается по-доброму и достаёт телефон.       Донхёк отводит взгляд и замечает на них косые взгляды девушек-омег.       — Отодвинься, — а сам толкает его в сторону, чтобы не наглел. За этим альфой глаз да глаз нужен.       Минхён загадочно подмигивает и протягивает ему свой телефон. На фотографии три друга. Донхёк листает дальше.       — Эй, ты просил одну, — отбирает.       — Ты издеваешься? — хмурится омега. — Ну и кто из этих двоих На Джемин?       Альфа молчит несколько секунд, потом вздыхает, и Донхёк может с уверенностью сказать, что в голосе старшего что-то меняется.       — Если хочешь подкатить, то даже не пытайся. У него уже есть омега.       — Вот как, — разочарованно смотрит прямо в чужие глаза. Ему нравится злить старшего. Вот так просто, оказывается, его вывести из себя. Ему просто-напросто не нравится, когда к его друзьям подкатывают.       — Ты расстроен, не так ли? — хмыкает Минхён, убирая телефон в карман школьных брюк.       — Не представляешь насколько.       — Прости, что разочаровал тебя, — неловкая пауза, за которую Донхёк успевает заметить прячущегося за углом Джено. — Есть ещё какие-то пожелания?       Омега переводит взгляд на старшего, с вызовом смотрящего на него.       — Нет, Ваше Высочество, — и гаденькая улыбка.       — Тогда я сваливаю.       — Аривидерчи.       Стоит альфе скрыться за дверями учебной комнаты, как к Донхёку подскакивает взбудораженный омега.       — Короче, плохо дело. У твоего альфы походу омега есть.       Джено кусает губы.       — Но он сказал, что нет. Соврал? — грустнеет на глазах.       — Да кто его знает. Может Минхён соврал. Хер поймешь этих альф.       Омега кладёт руку на плечо друга.       — Видел я твоего Джемина, — загадочно улыбается Донхёк. — Они втроём вроде как лучшие друзья. Много фоток с ними.       — И? — трясет чужую руку, за что получает недовольный взгляд.       — Минхён не сказал, кто именно из них твой, но я уверен, что тот, который с розовой башкой. Сто процентов.       — Точно?       Кивает в подтверждении своих слов.       — И на двести процентов я уверен, что он в твоём вкусе.       Счастью не было предела.       — Спасибо за помощь, — благодарно сжимает чужую ладонь, — я тебе должен.       — Сочтёмся.