Секретный объект

Тяжелый вздох. Он не помнит, когда последний раз имел возможность шевелиться. Не помнит, когда видел смертельно надоевшие стены лаборатории и вечно недовольных ученых. Кажется, прошло уже гораздо больше времени, чем он мог осознать. Мутант пошевелился, в который раз шипя от неприятных ощущений вдоль всего позвоночника. Его умело заковали в прочную титановую конструкцию, которая не позволяла двигаться. Разве что поворачивать немного голову, но этого было недостаточно. По всей длине его позвоночника, начиная от шеи и заканчивая поясницей, шла длинная вереница проводков с жидкостью, подключенная к мощным аппаратам, которых мутант не видел. Но он точно знал, что с ним делали. Что делал с ним Алекс. Вдалеке послышался тихий разговор, после которого последовал полный боли и ужаса крик. Нулевой сжал челюсть и сконцентрировался на своем сердцебиении. Хоть защитная маска и закрывала всю нижнюю часть его лица, он все равно поджал губы и попытался сделать глубокий вдох. Ему давно были безразличны чужая боль, волнения или переживания. Ему даже неинтересно было услышать, какой тип испытания проходила жертва. Он настолько привык к окружающему его кошмару, что перестал обращать внимание на любые звуки с этого этажа. Все, чего он желал, это месть. Он помнил все, что с ним делали. Он помнил, кто это делал. Если не было возможности запомнить лицо, он запоминал голос. Он запоминал запахи. Он проникал в мысли и считывал главные страхи людей, которые заставили его пройти через ад. Кто-то боялся огня, чей-то страх касался арахнидов. А кто-то боялся его. Боялся, того, что однажды увидел. Тот единственный раз, когда мутант вырвался из рук ученых. Нулевой прикрыл глаза, вспоминая теплую кровь и чудесную мелодию, в которую складывались крики ученых. И ведь он даже почти никого не трогал. Достаточно было лишь воспользоваться своим особым талантом. А остальное генетики сделали сами. Они просто увидели свои главные страхи, которые мутант намеренно исказил и многократно умножил воздействие, заставляя ученых думать, что они чувствуют реальную боль, будь то огонь или ощущение, как грызуны раз за разом откусывают всё большие кусочки плоти. Мутант не скупился на ужасные картины, щедро разбавляя ужас людей всепоглощающим чувством боли и безысходности. А потом, когда с генетиками было покончено, он впервые вышел из своей камеры. Люди в коридоре больше не вставали после того, как он проходил рядом. Но на них он не обращал внимания. Мутанту было достаточно лишь раз увидеть свою цель, чтобы влезть в голову и убедить человека прекратить дышать. Но никто из них не принес желанного облегчения. Ему нужен был лишь один человек, крови которого он особенно жаждал. Алекс. Его создатель. Человек, который был настолько жесток и изобретателен в своих экспериментах над ним, что Нулевой практически перестал воспринимать боль. Практически. Когда он нашел Алекса, он не хотел спешить. Он хотел, чтобы ученый испытал все то, что сам делал с мутантом. Все проколы, порезы, инъекции и раны. И когда Алекс кричал, объект улыбался. Улыбался так, как не улыбался еще никогда. Нулевой наконец-то достиг цели. Тот миг был лучшим в его недолгой жизни. Но ему не дали насладиться этим долгожданным моментом. После того, как его усыпили, его больше не возвращали на стол или в камеру. Нет. Теперь он всегда был заперт в узкой металлической клетке. Он полулежал с закрытым маской ртом и носом. Жидкость, которая безостановочно заменяла его кровь, не позволяла ему проникать в мозг кого-бы то ни было, запрещая пользоваться своей силой. Но не все пути были закрыты. Кое-что он все же мог, даже при условии, что ученые оставили его совершенно беспомощным. Сначала он долго пытался услышать хоть что-то, кроме гудения трубок и биения собственного сердца. Через несколько суток он смог различить отдаленные голоса, словно доходящие до него сквозь вату. А еще через неделю он научился слышать всех и каждого на своем этаже: клонов, ученых, охранников, других подопытных. Даже их дыхание и сердцебиение перестало быть тайным через несколько дней практики. За несколько лет своего существования он узнал очень много о людях и их отношении к подобным ему клонам и мутантам. Никто из работников не стремился помочь или даже просто уйти после увиденного. Все были готовы причинять им боль, безразлично слушая крики и мольбы. Поэтому Нулевому было очень просто возненавидеть каждого обитателя башни с белыми коридорами. Он не знал другого мира, который был бы добрее или мягче, поэтому все чувства и желания были просты — найти и убить каждого, кто издевался над ним или над существом, которое также не могло защитить себя. Нулевой научился ждать и получать особое удовольствие в изоляции. Одиночество было очень легко переносить, а еще легче — привыкнуть. Нулевой слышал обо всех событиях, окружавших его. Он узнал много нового про себя, открывая доступ к глубинам памяти, в которой хранились сокровища, увлекшие его на долгие месяцы. Он узнал полный план башни, который облегчил поиск нужной информации, а главное — Алекса. Он узнал про продолжение проекта, в котором сам послужил подопытным образцом. Он узнал о неудаче проекта, улыбаясь и слушая, как Алекс взвинченно отчитывает подчиненных. Он узнал о новых людях, которые приходили к мутантам, чтобы исправить ошибки главного ученого. Не то чтобы у них получалось, конечно. У новых мутантов Алекс научился стирать память. Как удобно. Если бы ученый смог выкинуть что-то подобное с ним, Нулевой тоже был бы послушнее. Но ему повезло чуть больше. Мутанты также умели общаться телепатически на весьма примитивном уровне. Они умели взаимодействовать с техникой и были, скорее всего, сильнее его. Но им очень мешало отсутствие опыта. Нулевой в этом плане превосходил их в несколько раз. А потом неожиданно пришел человек, который сумел заставить Нулевого слушать только себя. Он даже на Алекса практически перестал отвлекаться, что ранее считал невозможным. И первой мыслью после недолгих перерывов на вынужденный сон всегда был он. Артур. Человек, который забрал все его внимание и интерес. Нулевой очень жалел, что не мог увидеть то, о чем рассказывал Артур, какие приносил фотографии и что за фильмы показывал. Зато он слышал гораздо больше, чем другие мутанты. Он всегда был с человеком, куда бы тот ни пошел. Нулевой слышал все разговоры Артура с Глорией, с Брэдом, с Алексом и с другими сотрудниками. И каждый раз Артур его удивлял. Это стало первым, что потрясло мутанта. Человек был единственным, кто захотел помочь. Артур приносил с собой тепло и уют, где бы ни находился, поэтому Нулевой неизменно следовал за ним. Новые и такие необычные эмоции захлестнули его, и он не собирался с ними прощаться. Но вместе с эмоциями пришло понимание, в какой опасности находится Артур. Нулевой знал про людей если не все, то очень многое. И если их смертность раньше была лучшей наградой для мутанта, то сейчас он начал задумываться. Артур был в большой опасности. А объект ничего не мог с этим сделать. Ему оставалось лишь надеяться на Валара с Рэдом, которые были слишком неопытны для всего происходящего, но тем не менее лучше, чем ничего. События, которые разворачивались перед Нулевым, вызывали у него холодный озноб, стоило только Алексу оказаться рядом с Артуром. А уж когда человек все узнал и попытался спасти объектов, Нулевой банально отключился, почувствовав наплыв очередной слабости и последующий анабиоз, в которое его тело впало из-за истощения и многолетнего отсутствия движения. Когда он проснулся, он неожиданно больше не был подключен к машине. Все проводки были осторожно извлечены из его спины, которая уже даже успела залечить все раны. Однако из плотной металлической конструкции его никто не выпустил. Что ж… этого ему и не нужно было, ведь его силы теперь вернулись в полном объеме и даже, скорее всего, возросли, во многом благодаря его ежедневным тренировкам. — Ты… нас слышишь? Перед Нулевым оказалось лицо Валара, выражающее опасение и неуверенность. Медленно приоткрыв отвыкшие от любой активности глаза, Нулевой внимательно посмотрел на мутанта перед ним. Это галлюцинация? Как они его нашли? И где Артур? Мгновенно просканировав память мутанта, Нулевой выделил для себя главное: узнал, что Артур в порядке и что Алекс сбежал, оставив всех своих творений здесь умирать. Как интересно… Неужели Алекс действительно считает, что это ему поможет? Вздохнув, Нулевой решил подыграть мутантам и медленно кивнул. — Если мы снимем маску с твоего лица, ты не сделаешь ничего, чтобы навредить нам или кому-то еще? Нулевой удивленно скосил глаза на Рэда и, конечно же, отрицательно покачал головой. Стук спадающей на пол маски был одним из самых долгожданных звуков для Нулевого. Теперь он мог вздохнуть полной грудью, не чувствуя нехватки кислорода. Такое простое действие принесло столько удовольствия… Мутант прикрыл глаза, наслаждаясь прохладным воздухом, впервые за несколько лет ласкающим его лицо. — Почему тебя держат не просто в клетке, а еще и в этом приспособлении? — Валар нахмурился и выжидательно посмотрел в серые глаза Нулевого. Но тот не собирался отвечать на вопросы, с некоторым любопытством наблюдая за действиями объектов и пробуя предсказать их дальнейшие действия. — Это Алекс с тобой сделал? — Рэд встал рядом с Валаром, настороженно смотря на подвешенного напротив них секретного объекта. Нулевой продолжал молчать. «Что, если он не доверяет нам так же, как мы не доверяли Артуру?» — поделился Валар, не подозревая, что весь их скрытый разговор будет услышан. «Но мы же одинаковые… Мы не люди». «Тогда почему он не хочет общаться?» «Не знаю. Может быть, ему будет проще показать нам свои воспоминания?» «Хорошо. Пробуем тогда так». — Ты не будешь против, если мы посмотрим твои воспоминания? Мы хотим убедиться, что ты не начнешь убивать каждое живое существо на своем пути. Но вопросы опять остались без ответа. Тогда Рэд протянул руку и осторожно коснулся щеки Нулевого, инициируя максимально безболезненный контакт. Но ничего не произошло. Ощущение было такое, словно Рэд пытался создать связь с неживым объектом. «Вал, я не знаю, как такое может быть. Он не отвечает по связи». «Это… странно. Но мы не можем его отпустить, пока не убедимся, что он безопасен». В этот момент Нулевой объект решил начать действовать и не заводить объектов в окончательный тупик. Моргнув, он заморозил все действия Рэда, погружая его в короткий анабиоз, а Валару внушил сильное желание открыть его вместилище и наконец-то освободить. Никаких щитов и даже банального сопротивления Нулевой не встретил. Все прошло очень гладко, и уже через минуту мутант стоял рядом со своей многолетней тюрьмой, разминая отвыкшие двигаться конечности. Как же это великолепно. Стоять на полу, чувствовать его ногами и иметь возможность вытянуть руки в любую сторону и сжать так, как он этого хочет. Блаженство. Посмотрев на замерших мутантов перед собой, Нулевой решил отпустить их на время. «Но как убедиться, если он не идет… Вал! Почему он не в клетке?!» — Рэд напряженно замер, принимая оборонительную позу. «Не знаю. Но он не мог выбраться сам». «Будь готов ко всему». Нулевой окинул мутантов безразличным взглядом и спокойно обошел свою ненавистную клетку, чтобы не пересекаться с замершими в боевой позе объектами. Он хотел увидеть Артура, познакомиться с ним и наконец убедиться лично, что он в порядке. «Он не нападает?» «И не идет на контакт», — Рэд отошел к выходу из комнаты, перекрывая его и не позволяя объекту выйти из своей камеры просто так. Валар с Рэдом не могли рисковать Артуром, даже если секретный объект не подавал видимых признаков агрессии. Они не знали ничего о нем и не могли позволить, чтобы очередной мутант с непредсказуемым поведением вырвался на свободу. Нулевой объект был одинакового с ними роста, но гораздо стройнее. Скорее всего, на его телосложение повлияли долгие годы заключения, но даже они не заставили мутанта выглядеть менее опасным. Валар с Рэдом не понимали, как ему удалось выбраться из клетки, если в одну секунду они смотрели на него, и он был закован с головы до ног, а в другую уже спокойно стоял рядом и подавлял одним своим присутствием. Даже с впалыми щеками и сухими бледными губами Нулевой выглядел так, словно именно он контролировал ситуацию, а не наоборот. «Я не выпущу его, пока он не заговорит», — Рэд занял весь проход, со все возрастающим напряжением наблюдая за приближением объекта. Нулевой остановился прямо напротив Рэда, прислушиваясь к его сердцебиению, и с удивлением заметил, что оно стало быстрее. Кинув взгляд на Валара, он также распознал напряжение и испуг, правда, уже не за себя. Вздохнув, Нулевой снова воздействовал на мозг обоих, отключая их на несколько секунд, после чего прошел в следующую комнату. Интересно, сколько еще Валар с Рэдом будут медлить? На их месте он бы себя уже попробовал убить хотя бы раз, учитывая, что за стеной был человек, жизнь и безопасность которого была высшим приоритетом. К тому же Нулевому было интересно, сможет ли он продержаться против них, не используя свою силу в полную мощь. Сможет. Когда Рэд обнаружил, что Нулевой уже в соседнем помещении, он прекратил щадить чувства секретного объекта, прекрасно понимая, что если они с Валаром сейчас с ним не справятся, то Артура, одетого в костюм одного из ученых, мутант точно не оставит в живых. А человек был единственным, что для мутантов имело значение. Поэтому, если нестабильного Нулевого потребуется оставить здесь до скончания времен, они с легкостью это сделают. Рэд накинулся на мутанта, не рассчитывая получить серьезного сопротивления. Привыкнув к слабости и беззащитности людей, он совершенно не ожидал встретиться с бешеной скоростью и ударами, способными нанести смертельные повреждения, от мутанта, который несколько лет был лишен возможности двигаться. Рэд не ощутил последнего удара — настолько тот был быстрым. Мутанту оставалось лишь с ужасом в последние секунды смотреть на существо, которое они так неосторожно пробудили и выпустили на свободу. Нулевой безэмоционально окинул взглядом недвижимое тело у своих ног и нахмурился. Они действительно сильнее, но гораздо медленнее и необученнее. Если в них одна и та же информация, то почему они ее не используют? Они были на миссиях и справлялись гораздо лучше. Почему же сейчас они настолько беспомощны? Валар с ужасом смотрел на то, что объект сделал с Рэдом, начиная понимать, почему Нулевого держали в таких суровых условиях. Он был непредсказуем, неуправляем, смертельно опасен и, что самое главное, сильнее их с Рэдом. Валар в одиночку точно не сможет с ним справиться, учитывая, что объект еще и очень сильный менталист. Рэд не смог его считать не потому, что объект был неспособен делиться с ними информацией. Нулевой просто не хотел, чтобы они что-то узнали. А все те разы, когда секретный объект внезапно оказывался не в том месте, где был секунду назад… Он стирал им память? Принуждал сделать что-то? Отключал? Валар подавил медленно нарастающую панику и сделал осторожный шаг ближе. — Ты свободен и можешь идти, куда пожелаешь. Мы не встанем у тебя на пути и не станем преследовать. Только, пожалуйста, сохрани жизнь человеку, который сейчас находится за дверью. Он не причастен к творящемуся здесь безумию и жестокости. И именно он, когда впервые услышал про тебя, захотел, чтобы мы помогли. — Валар замер, когда объект сделал шаг к нему навстречу, но все равно продолжил: — Если мы обидели или оскорбили тебя, ответь нам так, как посчитаешь нужным, и сделай все, что тебе хочется. Только не трогай человека. Он… он — все, что у нас есть. Нулевой мрачно посмотрел на Валара. Артур нужен был и ему тоже, и он не особо хотел делиться. Но выбора, видимо, не было. Раздраженно толкнув Валара, Нулевой рассек ему грудь и повалил на пол, с еще большим раздражением понимая, что Валар не собирается с ним вступать в схватку. Гневно сжав зубы, секретный объект с легкостью поднялся и отошел, сложив руки на груди и не собираясь дальше издеваться над необученными мутантами. Он узнал все, что ему было нужно, и сейчас вполне спокойно мог уйти, оставив все как есть, вот только… без Артура уходить он не собирался. Нулевой уже хотел снова заставить мутантов открыть ему электронный замок на пуленепробиваемой двери, но она сама пришла в действие, не давая мутанту совершить задуманное. Секретный объект рефлекторно скрыл себя и мутантов в сознании Артура и потом не смог объяснить даже себе, почему он это сделал. Человек долго не решался зайти, испытывая смутные эмоции страха и тревоги. А Нулевой просто не мог насмотреться на Артура, ведь больше месяца он мог только слышать его, но не видеть. И даже когда он увидел человека в воспоминаниях Валара с Рэдом, он намеренно проигнорировал их, улавливая лишь главную информацию. Поэтому сейчас он видел Артура впервые. Нулевой почувствовал, как затаил дыхание, не прекращая во все глаза изучать человека. Артур явно волновался, не видя своих мутантов поблизости. Ощутив укол неизвестной ранее эмоции, Нулевой решил открыть вид помещения, которое было похоже на место с каким-нибудь очередным неудавшимся экспериментом Алекса. Но чего он не ожидал, так это эмоции ужаса, которую теперь излучал человек. И когда он бросился к Валару, вместо того, чтобы посмотреть и наконец обратить свое внимание на него, Нулевой не выдержал. Он придавил своей волей Валара к полу и отобрал у него возможность шевелиться, а сам в этот момент наконец-то оказался рядом с Артуром, убедившись, что человек будет настолько близко к нему, насколько это возможно, и в ближайшее время никуда не денется. — Позволь мне ус-слышать твой голос, — хриплым низким шепотом попросил мутант, чувствуя, как голосовые связки напрягаются, отвыкшие от разговоров. — П-пожалуйста… Артур смотрел на него широко открытыми глазами и обхватывал его холодную руку своими. Человек был еще лучше, чем он представлял. Теплый, мягкий, уютный… Нулевой даже не был уверен, что различил то, что сказал ему Артур. Ему достаточно было лишь слышать его голос, который спасал его на протяжении всего этого времени. — Прекрасно, — мутант слегка улыбнулся. — Я представлял тебя по-другому, Артур. Он был готов стоять так вечно, держа человека рядом с собой и ощущая его сердцебиение вблизи, а не несколькими этажами выше. Но резкие и громкие мысли Валара застали его врасплох. «Нет! Ты сейчас его задушишь! Отпусти его, прошу! Он ничего тебе не сделал!» Нулевой в бешенстве сжал зубы, раздражаясь, что мутанты не дают ему быть рядом с человеком, которого он так долго ждал, даже сейчас. Но что-то его отвлекло от злости на Валара. Артур почему-то перестал касаться его руки своими ладонями, его сердце перестало биться так же быстро и сильно, а дыхание практически исчезло. Мутант с ужасом посмотрел на человека, который больше не шевелился. Его глаза были закрыты, а тело безвольно обвисло, удерживаемое лишь только рукой Нулевого. Тут же отшатнувшись, Нулевой сумел подхватить Артура уже у самого пола, защищая его от удара. Испугавшись настолько сильно, мутант отменил все сдерживающие команды для Валара, который в ту же секунду оказался рядом, с возрастающей паникой смотря на Артура. — Нет, нет, нет… Артур… — Валар дрожащей рукой погладил Артура по теплой щеке. — Артур? Артур не приходил в себя.