Сегодня война

      - Мама, я пойду немного полежу перед вечерним дежурством, закуски остывают в погребе. Хорошо вам повеселиться! - нежно улыбаясь, сказала Алиса своей свекрови.       - Непременно, милая. Иди, отдыхай, - Августа послала невестке воздушный поцелуй и поправила прическу перед зеркалом. Скоро должны прийти ее подруги - они дружат с незапамятных времен. Одна из них сквиб, а две - магглы. Но они хорошо осведомлены о волшебном мире, а Августа следит за новостями в мире магглов, поэтому им всегда есть, что обсудить.       - Фрэнк, дорогой, без пяти пять. Можно снимать защиту.       - Мам, давай подождем еще 5 минут, вдруг кто-то не подошел, чтобы мы не были открыты больше, чем на минуту.       - Они в курсе наших сложностей, поэтому всегда приходят заранее, Фрэнк. Сегодня очень сыро, не заставляй престарелых дам ждать на улице. И вообще, я в состоянии навести защитные чары сама, иди наверх, поспи, у тебя ведь тоже ночное сегодня.       Фрэнк устало кивнул и пошел наверх. Но как только он переступил порог их с Алисой спальни, усталость как рукой сняло.       - Ммм, пирожок мой... - промурлыкал он, проводя ладонью вверх по бедру супруги.       - Ф-фрэнк, я уже спала, - приглушенно ответила Алиса.       - Может, повременим со сном? - ладони Фрэнка блуждали по ее телу, не оставляя без внимания ни одного сантиметра.       - Ну что ты, в самом деле... До завтра подождать не можешь? Дежурство ведь, - проворчала Алиса, но он уже уловил в ее тоне игривую нотку. Фрэнк включился в игру, продолжая уговоры:       - Хммм, моя сладкая, у нас такие опасные дежурства... Кто знает, вдруг это последний раз, когда мы сможем подарить друг другу немного любви, - последние слова он прошептал уже ей прямо в губы, перед тем как они слились в глубоком поцелуе.       Оторвавшись от поцелуя, Фрэнк принялся за одежду любимой, медленно и аккуратно расстегивая мелкие крючочки на ее ночной рубашке. Алиса изогнулась, предвкушая море наслаждения...       Внезапно Фрэнк дернулся всем телом и замер.       - Что такое? - удивленно спросила Алиса, нахмурившись.       Ответом ей был душераздирающий крик с первого этажа, а затем вопль Августы:       - Фрэнк! Уходите! ОНИ здесь!       - Мама! - заорал Фрэнк. Алиса в панике метнулась по комнате, натягивая поверх сорочки шерстяное платье.

***

      - Это ты... Ты - убийца невинных людей и сумасшедший, пытающийся подчинить себе людей... - Августа была ранена, но говорила так четко, и с ледяной яростью в голосе, что Волан-де-Морт, смотревший на нее, ухмыльнулся.       - Кажется, так и есть, - невозмутимо ответил он и, перешагнув через тело пожилой женщины-маггла, вместе с тремя Пожирателями стал подниматься вверх по лестнице. Двое других остались, держа под прицелами миссис Долгопупс.       - Повелитель! - окрикнул Макнейр - Почему не шлепнуть ее сразу?       - Погоди, - ответил Волан-де-Морт, не оборачиваясь, - она нам еще пригодится.

***

      - Алиса, где наши порталы? - шепотом, срывающимся на крик, спросил Фрэнк.       - Один в спальне у мамы, другой вот, - мигом ответила Алиса, открывая дверь прикроватной тумбочки. Портал с готовностью засветился голубоватым светом.       - Уходи быстро.       - Нет.       - Я приказ... Я умоляю, Алиса! Пожалуйста! Я должен знать, что ты в безопасности! - в отчаянии просил Фрэнк.       - Нет. Вы моя семья. Я не оставлю вас никогда.       Фрэнк обреченно посмотрел на дверь. Из коридора пробивалась полоска света, и было видно, как кто-то ходит.       - Экспекто Патронум, - прошептала Алиса, - у нас "гости", пожалуйста, помогите... Серебряная лиса выскочила из ее палочки, разделилась на шесть и растворилась в воздухе.       В эту же секунду дверь их спальни вышибло заклинанием, а Фрэнк, схватив Алису за руку, трансгрессировал с ней в спальню Августы на первом этаже.       - Я точно знаю, что они были здесь, я слышал, - нахмурившись, сказал Трэверс.       - Улизнули, - презрительно бросил Волан-де-Морт и трансгрессировал в гостиную, где сидела связанная Августа.

***

      - Вот он, Фрэнк, - шепотом говорила Алиса, открывая шкаф, где хранились шляпки и перчатки. Портал в виде старой шляпки засветился, когда она указала на него палочкой.       - У нас есть для них один сюрприз... - начал Фрэнк, но вдруг схватился за голову и упал на пол вместе с Алисой.       Раздался пронзительный свист и гул, шедший, казалось изнутри и снаружи одновременно. Вслед за гулом раздался чудовищный ледяной голос.       - Выходи, Долгопупс. Снаружи дома пятеро моих людей. Внутри тоже. Моя палочка упирается в морщинистую шею твоей матушки. Если ты выйдешь сейчас сам, то, так и быть, я сохраню ее жалкую жизнь, она мне не нужна. Если ты убежишь, то ее смерть будет долгой... Очень долгой.       Гул закончился и Алиса с Фрэнком с трудом поднялись.       - Не верь им, Фрэнк! - раздался сдавленный крик Августы, - уходите, он все равно меня убьет!       - Мама, - сдавленно пробормотал Фрэнк.       Он посмотрел на Алису.       - Я люблю тебя, - сказал он и заклинанием выбил дверь. Осколки тяжелой двойной дубовой двери впились в тело караулившего дверь Пожирателя и он замертво свалился тут же у разлома.       - Пиритс! - заорал Родольфус Лейстрендж рядом. Долохов и Трэверс подскочили к пробоине в стене и метнули два Убивающих заклинания. Но Фрэнк и Алиса опять успели трансгрессировать.       - Ну что же... - разочарованно начал Волан-де-Морт, обращаясь к Августе, - твой сынок оказался большим трусом, чем я мог подумать. Тогда начнем с тебя, бабуля.       - Я тебе не бабуля, - сквозь зубы прошипела Августа и изо всех сил лягнула Волан-де-Морта по ноге.       Блеснула вспышка заклинания, и на груди у Августы появился страшный порез. Презрительно расширив ноздри, Волан-де-Морт отвернулся от теряющей сознание женщины.       - Долгопупс! Твоя мать истечет кровью через минуту! Тебе сделать колдографию на память? - громко сказал Волн-де-Морт, увидев фотоаппарат на полке.       Пожиратели рыскали по дому, заглядывая в каждую щель. Они не додумались заглянуть в подпол, который был прямо у них под ногами.       Щелкнул затвор фотоаппарата, и Фрэнк зажал себе рот, чтобы не взвыть от ярости.       - Ну давай же... Действуй... - умолял он, обращаясь к чему-то, выглядывая из-за своего укрытия.       Сделав еще несколько фотографий залитой кровью поникшей Августы, Волан-де-Морт еще немного повертел фотоаппарат в руках.       - Занятно... - пробормотал он, но вдруг резко оглянулся.       Все его слуги лежали на полу. Никаких следов борьбы, казалось, что... Они спали? Кто-то даже положил себе под голову диванную подушку.       - Что за... - возмущенно начал Волан-де-Морт, как внезапно почувствовал резкую сонливость, которой не мог противостоять. Он грохнулся на пол рядом с Трэверсом.       Фрэнк и Алиса выскочили из укрытия и бросились к Августе.       - Она не дышит! - срывающимся голосом сообщил Фрэнк.       - Дышит, - ответила Алиса, - но слабо.       На улице послышались крики и вспышки заклинаний. Орден Феникса спешил на помощь друзьям, сражаясь с Пожирателями, оставшимися снаружи.       - Ты можешь сделать что-то?! - истерично крикнул Фрэнк, пытаясь пальцами зажать страшную рану на груди матери.       Алиса покачала головой, в отчаянии заливаясь слезами.       Входная дверь распахнулась.       Грюм, Карадок Дирборн, Эммелина Вэнс, Стреджис Подмор, Доркас Медоуз, Джеймс и Сириус вели под прицелами палочек связанных пятерых Пожирателей, среди которых были всем известные Беллатриса и Северус Снейп.       Фрэнк бросился к Грюму.       - Мама! Она умирает!       Грюм беспомощно посмотрел на Августу и оглянулся в поисках поддержки.       - Повелитель! - заорала Беллатриса, увидев Темного Лорда, растянувшегося на полу.       Обогнув лежащего рядом Родольфуса и Рабастана, она бросилась к своему Лорду, пытаясь привести его в чувство.       - Я могу вылечить твою мать, Долгопупс, - подал голос Снейп, - но только если вы сначала вернете нам Темного Лорда и наших соратников.       Фрэнк залился слезами и покачал головой. Он обожал Августу. Но он не мог так поступить со всем магическим миром. Ему удалось обезвредить их главного врага и кучу его ближайших последователей. Никогда еще победа не была так близка.       - Забирайте своего Лорда, твари! - проорал Грюм, толкая палочкой Снейпа вперед. - Лечи Августу, гад!       Члены Ордена Феникса шокировано посмотрели на Аластора.       - Мы солдаты, - сказал он так, чтобы слышали только свои, - мы идем на это добровольно и не можем прикрываться жизнями невинных людей.       Орденовцы поникли и опустили палочки. Кто-то несогласно качал головой, но спорить с Грюмом никто не посмел.       Снейп, криво улыбаясь, подошел к женщине, лицо которой приобрело серый оттенок и стал бормотать какие-то заклинания, попутно водя над ней палочкой. Потом он достал небольшую бутылочку с зельем и вылил на рану. Она стала затягиваться на глазах, а лицо женщины немного порозовело.       Пока Снейп лечил миссис Долгопупс, Пожиратели хватали своих товарищей и трансгрессировали вместе с ними, Беллатриса забрала с собой Волан-де-Морта.       - Ей все равно нужно в больницу, - сказал Снейп перед тем, как трансгрессировать. В доме остались только члены Ордена. Все молчали, не в силах переварить то, что им только что пришлось отпустить самых ярых Пожирателей и самого Волан-де-Морта.       - Фрэнк... - послышался слабый голос.       - Мама... Мамочка, - зашептал подскочивший к матери Фрэнк. - Не разговаривай, тебе нельзя. Сейчас я отвезу тебя в больницу.       Сириус и Джеймс мельком переглянулись. Они смотрели, как Фрэнк и Алиса хлопочут вокруг снова потерявшей сознание Августы, и думали, что в их жизни тоже есть люди, ради которых они отпустили бы целую сотню Волан-де-Мортов.       - Вы правильно поступили, сэр, - тихо сказал Сириус, подойдя к Грюму.       - А то я твоего мнения спрашивал, Блэк! - раздраженно ответил тот, но через секунду смягчился. - Хорошо, что ты так думаешь. Наверное, это было самое тяжелое решение в моей жизни.       Карадок Дирборн и Стреджис помогали Фрэнку транспортировать миссис Долгопупс в больницу.       - Как вы их уделали, Долгопупс? - спросил Грюм понуро стоящую Алису.       - Порошок голубого мака вызывает непреодолимую сонливость, это Марлин тогда придумала... - тихо ответила она.       Сириус почувствовал, как привычно сжалось сердце от упоминания имени погибшей возлюбленной. Отвернувшись, он вышел из дома на улицу.       Дождь разошелся вовсю. В саду были следы недавнего сражения. Вот поломанная беседка - Джеймс взорвал её, чтобы оглушить Кэрроу. Вот следы скользящих ног - это Беллатриса пыталась убежать от Грюма, сумевшего разоружить ее, и подскользнулась в грязи. А это пятно крови на крыльце - его собственное, он хорошенько приложился плечом, отскакивая от Авады, которую запустил в него Снейп. Высунувшись из-за крыльца, Сириус швырнул Снейпу в лицо кусок земли из клумбы и попал в цель. Пока Снейп был дезориентирован, Сириус обездвижил его.       Джеймс вышел к нему на крыльцо.       Не сговариваясь, они стали вместе приводить сад в порядок, чтобы отвлечься от тягостных мыслей и воспоминаний. Джеймс палочкой левитировал за забор кучу поломанных досок и думал, что сейчас Лили летит в самолёте где-то над океаном.       Он пришёл с утра в аэропорт, чтобы проводить её. Эвансы тоже там были, даже Петунья. Та злобно посмотрела на Джеймса, но ничего не сказала.       Лили была бледной, на её лице застыло выражение горечи, она почти не разговаривала.       Восстанавливая разломанные ступени крыльца, Джеймс с тоской вспомнил, как взял её за руку, чтобы обнять перед уходом, но она выскользнула из его рук и отвернулась.       - Я тебя люблю, и буду ждать, - сказал он ей вслед. Она даже не оглянулась. Он смотрел на неё через окно аэропорта, пока она не села в самолёт.       "Её всегда было легко найти в толпе", - подумал тогда Джеймс, следя за ярко-рыжей макушкой, продвигающейся в очереди к трапу.       Когда он обернулся, Эвансы уже ушли.       - Что у тебя с плечом? - спросил Джеймс, подходя к другу.       - Небольшая царапина.       - Небольшая? Твоя кровища залила три ступеньки. Дай посмотрю. Лили меня кое-чему научила.       Пока Джеймс латал его рану, к ним подошла Доркас.       - Джеймс... Я слышала, что случилось у вас с Лили. Питер сказал... Я очень, очень сочувствую. У моей матери было так же, когда мне было пять лет. Она долго страдала, а потом они с моим отцом развелись.       Сириус поднял на неё глаза, в которых читалось "на кой черт ты это сейчас говоришь?!"       Доркас растерялась.       - Я просто... Хотела предостеречь, что такие события...       - Да, ты права. Так и есть. Мы поругались и она меня, кажется, бросила, - ответил Джеймс, не поднимая глаз.       Доркас молчала, а Сириус внимательно следил за её лицом. Но как он ни старался, он не заметил ни тени торжества на нем. Доркас искренне было жаль их.       - Я уверена, она вернётся. Она сильно любит тебя, я знаю это, - уверенно сказала она.       Ей было больно видеть Джеймса таким потерянным. Таким одиноким. Она пошла в дом, удивляясь сама себе.       "Я думала, я буду счастлива, если она его бросит. Ведь это значит, что у меня есть шанс... Но я совсем не рада..."       Доркас обняла Алису, которая сидела, съежившись, в кресле. У неё на плече Алиса разрыдалась, причитая:       - Дори, я так устала... Просто нет сил... Даже дома теперь не безопасно...       Грюм вернулся со второго этажа, он осматривал его на предмет опасности.       - Долгопупс, ты вроде знала, на что идёшь, поступая в аврорат, а потом в Орден, - недовольно сказал он.       Она помотала головой.       - Я не жалею! Ни о чем. Я не могу жить, не борясь против этих ублюдков! Но я устала...       Грюм помолчал, а потом сказал.       - Даю вам с мужем отпуск. Неделя. Как выздоровеет Августа, уматывайте куда подальше. Чтоб вернулись бодрыми, свежими и надрали ПСам их меченые зады.       Алиса благодарно улыбнулась сквозь слезы.       - А мне, шеф? - басом протянул Подмор.       - Я тебе не шеф давно уже, Стердж. Ты сам себе хозяин, - усмехнулся Грюм.       - Мракоборцы бывшими не бывают! - и они с Карадоком отдали Грюму честь по-маггловски.       - Вольно, клоуны, - довольно кивнул им Грюм.       Эммелина и Доркас помогали Алисе привести дом в порядок, а Грюм, Карадок и Стерджис наводили новые охранные чары.       - Ты хочешь пробовать завоевать его сердце? - спросила Алиса прямо, узнав от подруги о ссоре Джеймса и Лили.       Доркас помотала головой.       - Я не думаю, что его сердце когда-то освободится от неё. Он не из таких.       - А кто у нас из таких? Мистер Грюм вон до сих пор ни с кем не встречался, - сказала Алиса, выразительно посмотрев на Эммелину. Та грустно улыбнулась и пожала плечами.       - Тут уж я сама виновата.       - Ну, может, Блэк из таких, - предположила Доркас.       - Сириус? Да перестань. Ему вообще девушки не особо интересны были, только Марлин его и зацепила... И то, не сразу, - сказала Алиса, дрожащей рукой убирая кровь миссис Долгопупс с ковра гостиной.       - Я думаю, такой красавчик один долго не будет, - отозвалась Эммелина.       - Что, Вэнс, всё красивых мальчиков обсуждаешь? - услышала Эммелина насмешливый голос сзади. Густо покраснев, она обернулась.       - Аластор, мы просто...       - Да не оправдывайся. Все ж здесь свои. Долгопупс, - он повернулся к Алисе, - дом защищён. Трансгрессировать сразу за калиткой, будьте осторожны. Фрэнк молодец, что придумал эту штуку с маком.       И он ушёл.       Эммелина проводила его печальным взглядом. Алиса сказала:       - Девочки, спасибо вам за помощь... Что пришли... - слезы вновь навернулись на глаза, когда подруги с двух сторон обняли ее.       Фрэнк пришёл к полуночи.       - С мамой все будет хорошо, - сказал он, обнимая жену.       - Грюм дал нам недельный отпуск.       - Годриковы ботинки, хороший он все-таки мужик.       - Я боюсь, что не захочу возвращаться.       Он внимательно посмотрел на жену.       - Ты вернёшься. Ты не из таких, я знаю.       - А кто у нас из таких... - вздохнула Алиса, прижимаясь к своему мужу.

***

      - Пойдешь сегодня на дежурство? - вяло спросил Сириус Джеймса, после более чем скромного ужина, который сообразил Джеймс.       Тот покачал головой.       - Грюм нас отпустил. Сказал, чтобы отдыхали.       - Пошли прогуляемся в Запретный лес.       Джеймс оживился.       - А пошли. Жаль, что Лунатик не может.       - Почему?       - Отец у него совсем плох. Он сидит с ним, уходит только на дежурства и на работу.       - Надо будет побывать у него.       - Да... А Хвоста ты не хочешь позвать?       Сириус промолчал.       - Понятно. Вы так и не помирились тогда?       - Нет.       - Тебе нормально, похоже.       - Не жалуюсь.       Джеймс поджал губы, но ничего не сказал. Через некоторое время он встал из-за стола на кухне.       - Ну пошли?       Через полчаса они шли по знакомой им с детства тропинке, ведущей от хижины Хагрида к лесу.       - Эй, кто там? - услышали они хриплый голос в темноте и губы сами растянулись в улыбке.       - Хагрид!       Они бросились к нему обниматься, как дети.       - Привет, привет, - засмущался лесничий, - как там в Ордене дела? Я с Рождества не был на собраниях.       Ребята рассказали ему о сегодняшнем происшествии. Хагрид возмущался и честил Пожирателей такими крепкими словцами, каких они и не слышали.       - Вы пришли-то чего? Поболтать что ль? А Римус где? Питер?       Джеймс мельком глянул на Сириуса, но оба промолчали.       - Поссорились что ль? Вы это кончайте, ребята. Вона чего творится, сами видите. Ругаться с друзьями - последнее дело.       Джеймс выразительно посмотрел на Сириуса, но тот сделал вид, что не заметил.       - В лесу последнее время много лукотрусов развелось, аккуратнее там. Я хоть и перенес их подальше, но все равно попадаются, в глаза лезут своими палками, черти. И кентавры что-то последнее время часто подходят близко, вы с ними не особо-то...       - Да мы знаем, Хагрид! - улыбнулся Джеймс. Он умолчал о том, сколько раз они болтали с кентаврами, и уже давно научились понимать, когда пора вежливо откланяться. Друзья шли по лесу, освещая дорогу палочками. Дождь, наконец, кончился и небо стало ясным, почти полная луна освещала им дорогу. Не сговариваясь, они выбрали тропинку, ведущую к красивой полянке, перед большим оврагом, с которой открывался величественный вид на лес внизу и горы вдали.       - Интересно, наше бревно еще там? - подумал вслух Джеймс, имея ввиду бревно, которое они притащили туда еще на четвертом курсе и всегда на нем сидели вчетвером.       - А куда оно денется, - отозвался Сириус.       К полуночи они добрались до полянки. Бревно было еще там. Джеймс любовно похлопал его по растрескавшемуся боку. Сириус хмыкнул, увидев изрезанную поверхность. Они поделили бревно на четыре места, и с четвертого курса боролись за "лучшие" места на сиденье, там, где нет сучков и неровностей, и многократно вырезали на нем свои прозвища, зачеркивая прозвище предыдущего "владельца" места. Уговором было вырезать настоящим ножом, а не волшебством.       Последними "владельцами" удобных мест был Лунатик и Бродяга. Сейчас их было только двое, а не четверо, но Джеймс все равно достал из кармана перочинный ножик и, зачеркнув имя Лунатика, написал "Сохатый". Сириус с улыбкой наблюдал за ним.       Закончив, Джеймс с гордым видом законного владельца уселся на удобный участок бревна.       - Слушай, а почему мы его просто не увеличили? - внезапно спросил Джеймс.       - Тогда в чем бы был прикол, - тут же ответил Сириус.       - Ты пожрать не захватил?       - Не-а. Могу попробовать поймать тебе кого-нибудь, - и вместо Сириуса на бревно запрыгнул большой чёрный пёс, клацнув зубами.       - Да оставь ты уже бедных зверьков в покое, - отмахнулся Джеймс.       Внезапно пёс принюхался и замер, глядя в тёмный лес позади них.       - Сириус, хорош строить из себя гонч... - но пес с рычанием столкнул Джеймса с бревна и сам отпрыгнул в сторону.       Через то место, где только что была голова Джеймса просвистела стрела и улетела в овраг.       - Мерлиновы подштанники, - пробормотал Джеймс, доставая палочку и отползая в сторону.       Послышался топот копыт. Полянку одним мощным прыжком перелетел чёрный кентавр, а следом за ним гнедой. У обоих был яростный вид.       - Поттер! - вскричал один из них.       - Чем обязан такому теплому приёму, господа? - неохотно отозвался тот.       - Ты принесёшь в наш лес несчастье! За тобой гонится зло, и ты от него не убежишь!       - Зло, может, и гонится, но мы ещё посмотрим, кто кого, Бейн, - ледяным тоном ответил Сириус, сжимая в руке палочку.       - А ты, Блэк! Ты проклят своим родом, очень скоро твоя жизнь превратится в ад, - накинулся на Сириуса кентавр.       - Хм. Ты говоришь это мне уже 6 лет. Из моих знакомых на слугу Сатаны пока больше всего смахиваешь ты, - дерзко ответил Сириус.       Бейн взревел от ярости и натянул тетиву, целясь в Сириуса.       - Бейн, остановись, - раздался спокойный голос за их спинами. Из леса вышел ещё один кентавр, бежево-жёлтый, с чёрным хвостом, в котором виднелось много седых волосков.       - Домур, ты уже стар, чтобы вмешиваться. Эти двое прокляты судьбой, зачем они пришли в наш лес?       - Ты не умеешь читать знаки звезд, Бейн. Поттер не проклят. Он выбран для важной цели. Звезды раскрыли нам эту тайну лишь две луны назад. А Блэк жертва, а не агрессор. Он не опасен для нас.       Сириус возвел к небу глаза. Вся эта предсказательная чепуха не волновала его, а только раздражала. Но Джеймс прислушался.       - Что? Для какой цели я там выбран?       Пожилой кентавр внимательно посмотрел на него.       - Однажды судьба всего вашего мира будет зависеть от одного твоего решения. Чтобы исполнить предназначение судьбы, тебе надо будет довериться Блэку.       Джеймс и Сириус переглянулись.       - А что значит исполнить предназначение? - спросил Сириус.       - Роль Поттера во вселенской игре добра и зла очень ясна. Чтобы сыграть свою роль верно, он должен умереть.       Джеймс пораженно молчал. Сириус хмыкнул.       - Видимо, Бейн решил выступить в роли молота судьбы, - Сириус показал на стрелы в колчане Бейна.       - Нет. Ещё рано. Предназначение невозможно ускорить. Оно придёт в назначенный срок само.       - Моё предназначение - умереть. И что бы это сделать, я должен поверить Сириусу? - медленно переспросил Джеймс.       - Ты что, будешь слушать их? - возмущённо воскликнул Сириус.       - Ты правильно понял меня, - важно ответил кентавр Домур.       - Знаете... - задумчиво протянул тот в ответ, смотря себе под ноги, - идите к чертям со своими звездами! - и Джеймс обдал кентавров кипятком из палочки. Они отскочили, ругаясь, а Джеймс схватил Сириуса за руку и побежал вдоль оврага. Кентавры орали им ругательства вслед, но преследовать их не стали - себе дороже.       Отбежав на приличное расстояние, ребята остановились, чтобы отдышаться. Сириус старался не смотреть в глаза Джеймсу, что не укрылось от того.       - Ты что? Ты же никогда не парился из-за их идиотских гаданий. Бейн и Домур тебе уже 6 лет ад предсказывают. И твердят, что ты проклят, одно и то же...       Сириус пнул камушек, и он улетел в овраг.       - Знаю... Но все равно дерьмово как-то на душе.       Джеймс закинул Сириусу руку на плечо.       - Ладно, пошли. Лично я жрать хочу.       Вдруг Сириус опять прислушался.       - Ну что, они опять за нами притащились? - недовольно спросил Джеймс.       Но Сириус внезапно улыбнулся и раздвинул руками кусты.       Джеймс присвистнул и тоже расплылся в улыбке.       Перед ними стоял золотистый малыш-единорожек. За ним, поодаль, стояли белоснежные отец и мать и настороженно глядели на ребят. Единорожек тоненько заржал и потянулся носом к руке Сириуса.       - Привет, Дождик, - тихо произнес тот, гладя шелковистую шерстку. Малыш подрос за полгода, грива была уже наполовину серебряная. Он положил голову Сириусу на плечо, и умиротворенно фыркнул ему в затылок. А потом развернулся к нему боком и стал несильно толкать.       - Что? Ты хочешь играть? - догадался Сириус.       В этот раз он поступил иначе, решив, что зверю со зверем играть будет легче, и, превратившись в пса, стал бегать за своим золотистым другом. Джеймс подошел ко взрослым единорогам и гладил их, пока Сириус с лаем носился по лесу за резвым малышом. Через десять минут активной игры пес устал и, тяжело дыша, с открытой пастью улегся на землю. Единорожек высоко заржал, как будто заливаясь смехом. Он даже не запыхался. Мать подтолкнула его носом в сторону леса и все трое бесшумно скрылись в чаще.       До границы территории Хогвартса ребята шли совершенно молча. Сириус думал, что не успел показать Марлин своего лесного друга, хотя она так просила. А Джеймс пытался прогнать из головы слова кентавра Домура.

***

      - Блииин, продукты кончились, - жалобно протянул Джеймс, заглядывая в холодильник.       - Не дергайся, сейчас все будет, - уверенно ответил Сириус, доставая из-под стола какой-то пакет. - Я вчера купил, забыл сказать.       Джеймс набросился на пакет, буквально вытряхивая из него продукты, наскоро произнося заклинания для чистки картошки и нарезания хлеба.       - Сохатый, картошечка слегка недожарилась, - посетовал Сириус, ковыряя вилкой. Джеймс пробубнил с набитым ртом что-то похожее на "картошка супер" и Сириус решил, что дальнейшие комментарии излишни.       Перед сном они не болтали, как обычно. Тяжелые события последних недель, дней, часов давили на них. Сириус долго не мог уснуть, вспоминая слова кентавров.       "Неужели я в это верю? В этот звездочетный бред?" - удивлялся он сам себе.       "Нет" - наконец понял Сириус, - "Но ведь Джеймс может в это поверить... Они сказали, что если он будет мне верить, то умрет! Уроды... Хвосты бы вам повыдирать за это и стрел натыкать вместо них".