Сегодня война

      Трибуны ликовали и комментатор восторженно голосил, приветствуя команду, завоевавшую кубок Школы — Гриффиндор во главе с капитаном Джеймсом Поттером. Команда сделала победный круг над полем, летя слаженно и красиво, как стая птиц.       — Эй, Джеймс, — прокричал охотник Том Максвелл, летящий справа, — когда на прошлой тренировке ты заставил нас репетировать этот синхронный полет победителей, я подумал, что корона на твоей башке скоро пробьет крышу Астрономической башни! А оказывается…       Ветер и болельщики заглушили последние слова Тома. Знаком Джеймс показал команде, что пора снижаться, чтобы выйти на награждение, профессор Дамблдор уже стоит с огромным золотым кубком, который уже второй год подряд украшен гербом Гриффиндора…       Трибуны кричат все неистовей, скандируя:       — Пот-тер! Пот-тер!       Друзья по команде треплют своего капитана в разные стороны так сильно, что Джеймс немного растерянно смотрит на них:       — Эй, эй, ребята, успоко…

***

      Судорожный вздох, и Джеймс открыл глаза. Оглушительный шум врывается в его уши.       Целитель ошалело трясет его за плечи, крича:       — Поттер! Мистер Поттер! Очнитесь же!       И хотя он кричит изо всех сил, где-то совсем рядом раздаются звуки взрывов и грохота, и его почти не слышно.       — Что… Что случилось? — хрипит Джеймс, привставая с пола.       — Вы что, забыли, где мы? Там, — он тыкает пальцем в сторону, — великаны сражаются с вашими!       — Кто побеждает? — переспрашивает Джеймс, оглядываясь. Карадока и Стреджиса нет, как и Сириуса с Доркас.       — Темный Лорд, конечно, кто еще! — истерично вскрикивает целитель. — Вам нужно быстрее уходить, в безопасное место. Я подлечил вас, кровотечение внутри остановил, легкое восстановлено. Но вы очень слабы, вам нельзя трансгрессировать, вы должны уходить!       Джеймс встает на четвереньки, потом, держась за обломки колонны, поднимается на ноги.       — Мистер Поттер, я не воин! Я не умею сражаться! Я не могу вас защищать, простите… — с этими словами целитель трансгрессирует.       В эту же секунду в нескольких десятках метров раздался взрыв.       Джеймс упал на пол, закрывая голову, но к его удивлению, обломки не завалили его. Приподнявшись, он увидел, что это был не взрыв — просто четверо великанов, проломив собой часть уцелевших трибун, выбежали на поле.       Пошатываясь, Джеймс попятился. Боль в груди почти прошла, но руки и ноги нещадно тряслись. Ощупывая руками препятствия позади, Джеймс медленно отступал, не сводя глаз с великанов.       Великаны ревели, глядя туда, откуда только что явились. Из гигантской дыры в стене в них летели десятки заклинаний, одно из которых было успешным — великана обвили толстые веревки и взревев от ярости, он стал падать.       Стал падать прямо туда, где стоял Джеймс.       Выбор был небольшой — попробовать трансгрессировать или остаться похороненным под великаньей тушей.       Джеймс выбрал первое — и, сосредоточившись, оказался вне стадиона. На удивление, трансгрессия прошла удачно, хотя и отняла некоторое количество сил. Оглядевшись, Джеймс понял, что схватка находится в полукилометре от него или немного больше. «Вам нужно быстрее уходить, в безопасное место» — вспомнил Джеймс слова целителя и усмехнулся, устремившись на помощь Ордену.

***

      Битва принимала неожиданный поворот. Некоторые великаны, разозленные тем, что им не дали обещанного, направили свою чудовищную силу против магов, приведших их сюда. Волан-де-Морт был в ярости, но ничего не мог поделать — они не желали его слушать. В то же время другая часть великанов уже получив ущерб от Дамблдора и членов Ордена Феникса, охотилась именно за ними. Дамблдор и Макгонагалл сражались с Темным Лордом, одновременно пытаясь сдерживать великанов. Долохов и Трэверс помогали своему Господину. Толпа Пожирателей отрезала сражающихся от остального Ордена.       — Дингл! Сюда! — командовал Грюм. — Джонс, за мной! — Грюм увлекал их прямо в центр битвы, где сражались Дамблдор и Волан-де-Морт.       Фрэнк легко отпрыгивал от заклинаний, его палочка крутилась в руке, выплескивая неиссякаемый поток магии. Лицо Фрэнка покрылось пылью и и испачкано кровью, но он улыбался, чем повергал своих противников в смятение. Один пожиратель уже сбежал, трусливо трансгрессировав подальше от Фрэнка. Бесстрашно приближаясь к другому скрытому маской Пожирателю, Фрэнк сделал изящное движение палочкой, и на бедре противника появился глубокий порез. Из него хлынула кровь и Пожиратель, застонав, упал на землю. Подбежав, Фрэнк отопнул его палочку ногой и связал противника. Фрэнк хотел взять его в плен, но услышал голос Грюма:       — Долгопупс, прикрой!       Аластор Грюм пробивал себе дорогу среди Пожирателей, подбираясь к месту, где сражались Дамлдор, Макгонагалл и Волан-де-Морт. Фрэнк ринулся за ним, забыв про поверженного противника.       Тем временем в другой части площади Алиса встретилась с серьезной проблемой.       — Алиса! — прокричала Доркас, предупреждая подругу об опасности. Та прыгнула за дерево и не зря — мимо пролетел смертельный зелёный луч. Алиса аккуратно выглянула, чтобы посмотреть, где враг, и едва успела спрятаться снова.       — Выходи, толстуха! — услышала она знакомый насмешливый голос. — Я научу тебя сражаться по-настоящему! — и Беллатриса рассмеялась, приближаясь к дереву, за которым стояла Алиса.       Сириус, сражавшийся рядом с Римусом, услышал рядом знакомый сумасшедший смех и обернулся.       — Бродяга, не зевай! — крикнул Люпин, отбив Оглушающее, полетевшее в Сириуса, — куда ты? — возмущённо крикнул он ему, увидев, как Сириус метнулся куда-то в сторону.       Он возненавидел свою кузину еще больше после того, что она сделала с Римусом — и жаждал стереть отвратительную усмешку с ее лица.       — Авада Кедавра! — проорал он, но был сбит мощным толчком откуда-то сбоку.             Заклинание улетело в небо.       Беллатриса обернулась и прищурила глаза.       — А, это ты! Остынь, братец! Ты просто мелкий слизняк рядом со мной!       Сириус уже вскочил на ноги, оглядываясь, ища, кто его сбил с ног. Долго искать не пришлось — сзади он услышал свист летящего заклинания и едва увернулся, отскочив в сторону.       В его противника полетел красный луч — это Доркас, выскочив из своего укрытия, вырубила Пожирателя. Сириус хотел взять его в плен, но увидел, что Беллатриса разнесла в щепки дерево, за которым спряталась Алиса, и та теперь с трудом сдерживала натиск ведьмы. Сириус бросился ей на выручку, забыв про Пожирателя.       Беллатриса сражалась как всегда — играючи, заклятья вылетали из палочки одно за другим. Ей не требовалось произносить заклинания вслух, поэтому во время битвы она всегда старалась унизить противника словесно.       — Знаешь, Долгопупс, ты на самом деле не такая уж страшная, просто очень жирная! Не бойся, в гробу тебя прикроют одеяльцем, будешь выглядеть лучше некуда! — она взорвала мусорный бак рядом с Алисой и куски металла разлетелись в стороны. Один из них глубоко воткнулся Алисе в ногу и она, закричав, упала на землю. Беллатриса, увидев это, громко рассмеялась, запрокинув голову.       Но внезапно ее смех оборвался, а лицо исказила гримаса боли. На ее ноге появился длинный глубокий порез. Зашипев, как кошка, она едва устояла на ногах и обернулась:       — Опять ты! — выкрикнула она, увидев Сириуса. — Ты напросился, братец! — крикнула она, поднимая палочку, но Сириус оказался быстрее, и ей пришлось отбивать. И снова, и снова.       Сириус чувствовал, что в этот раз ему точно хватит сил прикончить ее. Сражение вокруг, другие противники, беспокойные мысли о друзьях отступили, и он видел перед собой только своего врага. На лице у Беллатрисы уже не было улыбки, и она едва справлялась с потоком магии, который обрушивал на нее Сириус.       Отразив заклинание Драконьего пламени, Беллатриса не увидела, как в нее летит еще одно заклятье, а когда увидела, то уже не успела отразить. Ее ноги будто склеились, и она грохнулась на землю, лицом вперед. Сириус торжествующе вскрикнул:       — Попалась, мерзавка!       Пока Беллатриса пыталась приподняться на руках, чтобы добраться до палочки, которую она выронила, Сириус уже был рядом. Увидев, что худая бледная рука с длинными накрашенными ногтями почти дотянулась до оружия, Сириус изо всех сил наступил каблуком ботинка на неё, как на огромного белого паука. Раздался отвратительный хруст и Беллатриса громко завизжала от боли, обрушив на Сириуса поток грязных ругательств.       Ее визг и оскорбления только подогрели его ярость, и он поднял палочку, чтобы прикончить ее. В глазах Беллатрисы мелькнул ужас, и она зашипела, как змея, глядя с земли на Сириуса.       — Твой брат там, ты знаешь это? Я видела, что Долгопупс сражался с ним и победил! Теперь ты счастлив, Регулуса больше нет, Долгопупс убил твоего брата!       Сириус почувствовал, как внутренности скрутило от страха, и он пнул Беллатрису ногой в живот, зарычав:       — Ты врешь, дрянь! Фрэнк не стал бы уби…       Баллатриса добилась своего — момент был упущен, Сириус едва успел увернуться от смертельного проклятия, посланного Родольфусом Лестейнджем. Он упал на землю и перекатился в сторону, за деревянную скамейку. Лестрейндж тут же поджег скамейку заклинанием, но Сириуса уже за ней не было.

***

      Все сражающиеся переместились дальше от того места, где Доркас пыталась привести в чувство раненую подругу.       — Давай же, Алиса, — в отчаянии прокричала Доркас, и в который раз говорила «оживи», направляя палочку на Алису.       Нежная весенняя травка, на которой та лежала, была перемазана сгустками темно-красной крови. Доркас старалась не смотреть на эти блестящие густые пятна, но взгляд сам притягивался к ним.       Она перевязала огромную рану на ноге, как могла, но Алиса выглядела все хуже и не приходила в себя. Оглядевшись, Доркас поняла, что вокруг них никого нет, и попыталась оттащить Алису подальше, под деревья, подхватив под мышки.       — Полежи тут… Я сейчас, — сказала она и бросилась бежать туда, где шла битва.       — Мерлин, хоть кто-нибудь из наших! — говорила вслух сама с собой Доркас, как вдруг откуда-то сбоку на нее налетел человек.       Она дико закричала и подскользнулась, упав прямо на асфальт. Человек усмехнулся и одним рывком поднял ее на ноги.       — Что случилось, Доркас, почему ты здесь одна? — спросил Джеймс.       — Джеймс! — выкрикнула она, едва справляясь с шоком. — Что ты здесь… Там! — она ткнула пальцем туда, откуда бежала. — Алиса, она, кажется, умирает, потеряла много крови.       — Я тут ничем не помогу, — с сожалением сказал Джеймс. — Нам нужен Сириус или Лили, возвращайся к Алисе, я кого-нибудь приведу!       Доркас кивнула и еще раз показав Джеймсу место, где лежала раненая, пошла обратно, а Джеймс рванул к месту сражения.

***

      Постепенно все члены Ордена проложили себе дорогу к центру сражения и теперь изо всех сил помогали Дамблдору и Макгонагалл справиться с толпой великанов и Пожирателями. Члены Ордена пытались построить магические щиты на пути великанов или уничтожить самих чудовищ. Но щиты почти мгновенно разрушались Пожирателями, а убить великанов было не так-то просто. Эммелине Вэнс удалось удачно применить Обжигающие чары, и один великан, заревев от чудовищной боли рухнул на землю, Питер едва успел отбежать в сторону. Кожа на лице и груди великана пузырилась, вздуваясь и лопаясь, разбрызгивала лужи темной крови.       Лили, как завороженная, смотрела на умирающего великана, и ее сердце сжималось от жалости. Не совсем понимая, что делает, она вдруг закричала громко, как могла:       — Стойте! Нельзя убивать их! Они ни в чем не виноваты! Они подчинялись Волан-де-Морту! Не трогайте их!       Сириус чуть не споткнулся, услышав это:       — Знаешь, Эванс, только что ты кинула валяющегося без сознания Сохатого, лишь потому, что его лапала Медоуз! А теперь тебе жаль этих славных малышей великанов! — крикнул он в ответ.       Лили покраснела, но Гестия Джонс неожиданно поддержала ее:       — Я согласна… Нужно придумать, как обезвредить их, не убив!       Римус и Сириус ошарашенно переглянулись.       Фрэнк, оглядевшись, встревоженно крикнул:       — Алиса! Ты здесь?       Когда он не получил ответа, то забыв об опасности, выскочил из укрытия и чуть было не попался под Аваду. Сириус едва успел оттолкнуть его с линии огня.       — Ты чего?! Я видел ее, она там, — Сириус неопределенно махнул рукой в сторону, — она, кажется, немного ранена, но с ней Медоуз!       Внезапно Лили выпустила из палочки сноп золотых искр, а затем направила их прямо к великанам. Искры осыпали чудовищ, и те замотали головами, пытаясь понять, откуда взялись эти горячие звезды.       Увидев внизу мелкую рыжеволосую девчонку, которая насылала на них противных жгучих звезд, восемь или девять великанов бросились за ней. Лили уводила их за собой, трансгрессируя на небольшие расстояния, не больше тридцати метров. Она держала великанов достаточно близко, но так, что они не могли схватить ее.       Сириус слегка обалдел от храбрости рыжеволосой колдуньи и первым решил повторить эксперимент.       — Эй вы, уродцы! Я здесь! — его удача была чуть меньше, всего трое великанов отвлеклись от попыток вырваться в город и бросились догонять его.       Фрэнк и Римус проделали тоже самое, и теперь почти все великаны неслись за ребятами, абсолютно убежденные, что им удастся поймать наглых колдунов.       — Эванс! — крикнул Сириус. — Какой дальше план?       — Надо поговорить с ними! — выкрикнула в ответ Лили, уворачиваясь от скамеек и мусорных баков, которыми швыряли в ребят великаны. — По-простому, надеюсь, я буду достаточно убедительна!       Сириус с изумлением заметил в ее голосе… Веселье? И подумал, что кажется, мало знал об этой девчонке.       До великанов, кажется, дошло, что их обманывают, уводя от желанной добычи. Главный из них проревел что-то остальным, видимо, приказывая бросить ребят и вернуться обратно. И те его послушали, злобно глядя на волшебников, продолжавших осыпать их потоками искр.       Внезапно они остановились, потому что на их пути возник магический щит.       — Алиса, это ты? — с надеждой прокричал Фрэнк, пытаясь разглядеть волшебника, сдерживавшего великанов от возвращения к Волан-де-Морту.       Ребята тут же создали щит с другой стороны, беря великанов в кольцо. Великаны неистово заревели, и Лили наложила на щиты заклинание Немоты так, что теперь не было слышно ни звука.       — Фрэнк! — послышался голос Джеймса с той стороны, и Лили вздрогнула. — Алиса тяжело ранена! Нужен Сириус! Или Лили! Кто-то, кто сможет помочь!       Фрэнк в ужасе обернулся к Сириусу, тот кивнул и трансгрессировал на ту сторону, где стоял Джеймс. Туда же переместился Римус, чтобы поддерживать щит, удерживающий великанов на месте.       Лили почувствовала, как от звука голоса возлюбленного внутри все перевернулось. На секунду остальной мир перестал существовать и она ощутила физическую потребность обнять его и быть с ним рядом.       «Медоуз? Какая ещё Медоуз! Ты мой, Джеймс Поттер, даже не выдумывай!»       С этими мыслями Лили решительно крикнула, усилив свой голос:       — Господин главный великан! Послушайте меня!       «Господин главный великан» с низким рыком повернулся в сторону кричащей девчонки и оскалился, глядя на неё.       — Мы не хотим причинить вам вред! Но и вы должны прекратить угрожать людям!       Великаны притихли, насколько это было возможно и переглянулись.       — На севере этой страны есть горы. Они не такие высокие, как на вашей родине, но вы можете жить там, пока мы придумаем, как отправить вас назад!       Эммелина Вэнс, расширив глаза, зашептала Лили на ухо:       — Что ты несёшь? Они сожрут всех по дороге!       Лили помолчала, а потом заговорила опять:       — Мы отпустим вас и скажем, куда идти, если вы пообещаете не нападать ни на кого!       Римус дёрнул её за рукав:       — Ты в своём уме? Попросишь их на Библии поклясться?       Лили только отмахнулась.       — Если вы нападёте на кого-то вас, всех убьют! Вы же видите, волшебники все равно сильнее, — при этих словах великаны злобно заревели, колошматя дубинами по щитам так, что те начали трескаться.       — Вот это ты зря, Лилс, — покачал головой Фрэнк.       Лили закусила губу, соображая как исправить положение.       — Послушайте! Мы столько лет жили в мире! — но великаны, в ярости от того, что она усомнилась в их силе, уже не слушали её.       Лили в отчаянии повернулась к Римусу.       Тот нахмурился, соображая. Потом поднял палочку и на небе, словно на большом экране появилась картина величественных Гималайских гор. Они были покрыты густым лесом, а наверху сияли заснеженные вершины.       Увидев родной дом, великаны прекратили колотить по щиту и уставились на картинку.       — Вы хотите вернуться туда? Мы вам поможем! — крикнул Римус. — Но мы должны действовать вместе!       Главный повернулся к Римусу и проревел:       — Один маг обещать нам много магии и еды! Он обещать нам слуг! Он обмануть! — Он обманул многих! — заговорила Лили. — Мы сражаемся против него, но не против вас! Мы вернём вас домой!       Великаны переглянулись ещё раз и опустили дубины. Лили торжествующе взглянула на Эммелину, которая только качала головой, глядя на неё.

***

      — Великий Мерлин, ну где же вы?! Скорее же! — в отчаянии кричала Доркас в пустоту. Она уже с трудом могла прощупать пульс Алисы и просто не знала, что делать. Кусок ткани, которым она обмотала ногу Алисы уже давно пропитался кровью.       Алиса была ее единственной близкой подругой еще со школы. Хоть она и училась на целых два года старше, и даже на другом факультете, но они сдружились сразу, как Доркас поступила в школу. Вглядываясь сейчас в серое неподвижное лицо Алисы, Доркас сжималась от страха, что потеряет ее. Некстати вспомнилась их первая встреча.       Во второй же день пребывания в школе Доркас умудрилась заблудиться так, что попала в башню Гриффиндора.       — Ой! — воскликнула коротко стриженная темноволосая девочка, когда из-за портрета толстушки в розовом платье на нее выскочила круглолицая девчонка с длинной русой косой и большим рюкзаком.       — Ой! — ответила она тем же, а потом, немного разглядев девочку, спросила. — Ты первоклашка, да? Я помню, тебя вчера распределили на Когтевран!       Доркас кивнула. Она плутала по замку уже полчаса, и после каждого поворота ей казалось что она вот-вот дойдет до коридора своего общежития.       — Так Когтевран — это же в другой стороне, — продолжила круглолицая, — а это общежитие Гриффиндора. Я Алиса, а ты? — представилась она, протянув девочке руку.       — Доркас. Но ты можешь называть меня Дори, меня так мама зовет, — широко улыбнулась она Алисе, пожав протянутую руку.       — Кстати, у меня есть пирожные со вчерашнего пира, хочешь, дам тебе одно?       — заговорщически улыбаясь, спросила Алиса, и не дождавшись ответа, потянула ее за собой в дыру, открывшуюся за портретом толстой леди.       С тех пор они почти каждый день проводили вместе. Доркас знала все о том, как Алисе сначала просто нравился симпатичный одноклассник, а потом она всерьез в него влюбилась. И как же она радовалась, когда это оказалось взаимно! Парочка Алиса-Фрэнк были сгустком позитивной энергии и вызывали улыбку даже у преподавателей.       Говорить Алисе о своей влюбленности в Поттера Доркас сначала не хотела, но Алиса была очень внимательной подругой и все поняла сама.       — Жаль тебя огорчать, Дори, но уже много девчонок пытались ему понравиться, ни о ком, кроме Лили Эванс, он и думать не хочет… — расстроенно качала головой Алиса, когда однажды после сдвоенного урока по ЗоТИ с гриффиндорцами Доркас прошла в слезах. — Обрати лучше внимание на своего друга со слизерина. Очень даже…       — Я сама разберусь, на кого мне обратить внимание! — впервые в жизни повысила на подругу голос Алиса. — Не суйся не в свое дело!       Несчастная любовь Доркас слегка отдалила подруг друг от друга, но со временем доброжелательная и веселая Алиса смогла научиться избегать этой темы и они вновь стали дружны.       — Ну где же хоть кто-нибудь… — причитала Доркас, пытаясь нащупать у Алисы пульс.       — Что, никто не хочет помочь? — услышала она сзади смутно знакомый голос. — Я тебя знаю… Что же, похоже это ты вытащила информацию из Гордона, своего дружка… Больше некому было нас сдать. Я давно говорил, что он скользкий гад…       Доркас резко обернулась, выкрикивая заклинание, но Пожиратель оказался быстрее, и Доркас упала на землю без сознания.       — Ах ты гад! — прокричал Джеймс, который трансгрессировал секунду назад и увидел, как Доркас упала на лежащую Алису. — Я разберусь с ним! — рявкнул он Сириусу, который бросился к неподвижно лежащим девушкам.       Схватка длилась недолго, Пожиратель, кажется, сам был ранен и с трудом уворачивался от заклинаний Джеймса.       — Петрификус Тоталус! — заклинание угодило в цель, руки Пожирателя вытянулись по швам, ноги прилипли друг к дружке.       — Ну вот и все, меченый уродец! Переезжаешь на пмж в Азкабан! — довольно сказал Джеймс, подходя к поверженному врагу. Его лицо было скрыто маской и Джеймс торжествующе содрал ее.       Сириус, который в двадцати метрах от него склонился над Алисой и Доркас, услышал, что звуки сражения стихли, и Джеймс победил противника, крикнул, не поднимая головы:       — Молодец, Джей, завалил гада! Девчонки жить будут, но у Алисы большая по… — начал говорить Сириус, и оборвал себя на полуслове, когда увидел взгляд друга, — что… что, черт возьми?..       Сириус мгновенно всё понял.       Ноги сразу как-то онемели, но он заставил себя встать на них и пошел туда, где на земле лежал поверженный Пожиратель.       И он уже точно знал, кого он сейчас увидит. Двадцать метров показались ему слишком большой и одновременно слишком маленькой дистанцией, чтобы увидеть воочию, что его собственный брат поднял против него оружие.

***

      Схватка, длившаяся уже не менее получаса, кажется, близилась к развязке. Волан-де-Морт решил сделать ставку на то, что он значительно моложе своего соперника, а поэтому его сил хватит на дольше. Он использовал свои силы на то, чтобы измотать Дамблдора, а в конце нанести ему решающий удар. И вот, заметив, что реакция Дамблдора замедлилась, а сам он выглядит уставшим и нападает все реже, он решил этот удар нанести.       Отразив очередную атаку, Волан-де-морт не атаковал в ответ, а взлетел в воздух, быстро скрывшись из глаз в темном небе.       Как только он это сделал, Дамблдор тоже внезапно исчез. Грюм, Макгонагалл и Дедалус Дингл растерянно переглянулись. Пожиратели затаились или вовсе ушли, видимо, они были предупреждены об этом заранее. Всё вокруг затихло, но было ясно, что это затишье перед мощной бурей.

***

      Когда невыносимые двадцать метров закончились, Сириус присел рядом с лежащим на земле и заставил себя посмотреть Регулусу в лицо. Парализованный заклинанием Джеймса Регулус лежал неподвижно и молча, но в его глазах была ярость, а ещё — паника.       Сириус почувствовал как в нем поднимается злость. Но не на идиота брата, который, конечно же, заслуживал гнева. А на себя — за то, что первая мысль, которая мелькнула у него в голове, когда он увидел поверженного Регулуса — «Мерлин, он же сильно ранен!».       Джеймс смотрел на друга и видел всю гамму чувств на его лице. И то, что он увидел, ему совсем не понравилось.       Не сказав брату ни слова, Сириус поднял глаза на Джеймса. Тот отвернулся, направившись к Алисе и Доркас. Сириус бросился за ним.       — Джеймс! Подожди! — но тот только ускорил шаг. — Ну постой же! — последние слова прозвучали так умоляюще, что Джеймс резко остановился, сердито глядя на друга.       — Я хотел… — начал Сириус, почему — то не поднимая глаз, — я хотел…       Он замолчал, не найдя подходящих слов.       Джеймс молчал, сверля глазами Сириуса.       — Что ты хотел? Хотел, чтобы я позволил тебе отпустить врага? — сказал за него правду Джеймс, — он вырубил Доркас практически со спины, и убил бы ее, если бы мы не оказались здесь вовремя. Кто знает, скольким еще нашим он причинил вред сегодня? И не только сегодня? Да он был бы рад размазать меня, но я на этот раз оказался проворнее! А тебе, похоже, плевать на это! Ведь он твой брат, и ничто это не изменит! Тебе жаль, что остаток своих никчемных дней он будет гнить в Азкабане, нет, пускай гуляет на свободе и радуется жизни, типа как сегодня! — яростно закончил Джеймс. После последних слов Джеймс увидел, как из глаз Сириуса брызнули слезы. Вся ярость куда-то улетучилась. Сириус закрыл руками лицо, и о том, что он плакал, его выдавали только трясущиеся плечи. Он сел прямо на землю, тщетно пытаясь успокоиться.       Джеймс смягчился, и присел рядом с ним, успокаивающе поглаживая по спине.       — Слушай, я понимаю, как тебе не просто… Но…       Сириус поднял на Джеймса взгляд, исполненный боли.       — Ты забыл про закон? Сейчас убивают всех, кто причастен к Волан-де-Морту! Без суда! Прямо на месте, Джеймс… Три дня назад авроры поймали двоих двадцатилетних парней, они рисовали метку на каком-то магазине в Лютном переулке. На их руках тоже нашли метки. Их убили сразу же, даже не задерживая.       Джеймс бросил взгляд на неподвижного Регулуса.       — Но он же Блэк. Наверняка…       — Те двое были племянниками Яксли.       Джеймс замолчал. До них донеслись звуки вновь разгоравшейся битвы. Переглянувшись, они встали. Сражение продолжалось, и им нужно было возвращаться.       — Что с девчонками?       — Алисе нужно в больницу. Я отдал ей все кровевостанавливающее зелье, что у меня было и остановил кровотечение. Но она очень слаба. Доркас оправится, Рег не сильно ее приложил.       Джеймс вновь нахмурился, покачав головой. Сириус развернул его к себе за плечи и дрожащим, но решительным голосом сказал:       — Слушай… Это ты с ним сражался. И ты его победил, ты и должен решать. Если ты сейчас скажешь, что мне надо подтереть свои сопли и быть мужиком, я приму это.       Сириус хотел добавить «только я не знаю, как буду с этим жить», но не стал.       — Не хочу я ничего решать, — пробормотал Джеймс, мотнув головой.       Как только он увидел под маской Пожирателя лицо Регулуса, он сразу понял, что все будет именно так. Он бы никогда не причинил другу боль, отведя его брата на казнь. Но отвратительный голос в голове твердил ему, что это предательство. А предателей Джеймс просто ненавидел. И кого теперь ему ненавидеть — трудно было разобраться.

***

      Минерва, чей слух за счет анимагии был намного более тонким, первая заметила странный звук. Она с тревогой стала вглядываться в небо, и другие последовали ее примеру, но ничего подозрительного в небе не нашлось.       В нескольких сотнях метров от них волшебники, удерживающие великанов в магических щитах, тоже заметили что-то неладное.       Великаны, только что слушавшие их, вдруг как-то бессильно опустили огромные ручищи и понуро уставились в землю.       Главный из них опустился на колени. Его шишковая уродливая голова теперь была на уровне примерно четвертого этажа. Он уставился на волшебников. Затем он опустился еще ниже, встав на четвереньки. Теперь его лицо было хорошо видно всем опешившим от шока волшебникам. Он смотрел прямо на Лили, обращаясь к ней.       — Опасность. Я чую опасность. Помоги, маг.       Римус мог поклясться, что никогда в жизни он так не удивлялся, но времени размышлять над этим не было.       Он тоже почувствовал, что что-то происходит.       Не сговариваясь, Лили и Римус одновременно сняли щиты. Великаны как стояли на своих местах, так и остались.       — Нам нужно вернуться за Алисой и остальными! — крикнул Фрэнк.       В ушах уже стоял странный дребезжащий звук, и сильный страх и тревога буквально пронизывала все существо. Великаны зашатались, потом пошли в разные стороны, при этом в их движениях была какая-то заторможенность.       — Эй! Вы… Главный великан! Послушайте меня! — крикнула Лили.       Великан тупо уставился на нее.       — Уходите отсюда подальше… Туда! — она показала пальцем в сторону Шотландии. — Там есть горы. Вы можете там спрятаться!       Великан не ответил, лишь сделал несколько шагов в сторону, куда она указывала.       Затем он остановился. Лили хотела было крикнуть ему, чтобы шёл дальше, но внезапно она ощутила, как путаются мысли и она не может вспомнить, что именно хотела сказать, а потом и вовсе забыла, как нужно говорить слова.

***

      — Джеймс… — неуверенно сказал Сириус, глядя на место, где только что гремело сражение, — как-то там тихо и…       Джеймс, который помогал Доркас лучше устроить Алису, посмотрел туда и его охватило чувство неясной тревоги.       — Лили… — прошептал он.       — Сириус, нам нужно туда, быстро!       — Мальчики, подождите, — вдруг крикнула Доркас.       Сириус недовольно обернулся на неё.       — Чего ещё?       Но Доркас только показала пальцем на Регулуса Блэка. Он, все ещё парализованный заклинание, изо всех сил качался из стороны в сторону, мыча при этом.       — Фините, — тут же произнёс Джеймс, подходя к нему.       — Сириус! — выкрикнул Регулус, едва освободившись от чар, — не ходи туда! Вы погибнете!       Побледнев, Джеймс схватил Регулуса за воротник.       — Что там происходит?       — Тёмный лорд использовал древнюю египетскую магию. Эти чары заставляют живое существо убивать самого себя, и отмены этого заклинания не существует! Даже сам Тёмный лорд его не знает, поэтому он сказал нам всем уходить, как только он даст сигнал!       Джеймса, Сириус и Доркас пораженно молчали, пытаясь понять, что им предпринять.       — Эти чары разносятся в воздухе с помощью звука, издаваемого каким-то музыкальным инструментом… Сириус, не ходи туда, ты погибнешь, — закончил Регулус, глядя на брата.       — Может, попробуем заткнуть уши? — паникуя, предложил Джеймс.       Сириус, не придумав ничего лучше, кивнул, и Джеймс, направив на него палочку, сказал:       — Оглохни!       Потом, повернувшись к Регулусу, сказал ему, усмехнувшись.       — В драках всегда выбирай сражаться только со мной. Потому что другим нашим ребятам по барабану, что ты брат Сириуса. Попадешься Грюму или Фрэнку — они с тобой нянчиться не станут.       Регулус, сжав челюсти, молча смотрел, как Сириус трансгрессирует вместе с Джеймсом туда, где их друзья были в ужасной опасности.       Он ненавидел Поттера за то, что тот стал важнейшей частью жизнью Сириуса, затмив собой младшего брата. Сейчас он был обязан ему жизнью — и ненавидел его ещё больше за это.

***

      Оказавшись на месте, Сириус и Джеймс не увидели никого из членов Ордена. Но что поразило их больше — они не увидели даже великанов.       В панике посмотрев друг на друга, они начали метаться в разные стороны, освещая палочками все вокруг.       Сириус выругался вслух — Джеймс больно впился ногтями ему в руку. Они договорились, что будут держаться за руки, потому что не могут друг друга позвать. Переглянувшись, они вновь растерянно помотали головами. Вдруг Джеймс дёрнул Сириуса за руку, и стал что-то кричать. Разумеется, Сириус не слышал слов, но прочитал по губам — «Река!».       Не тратя больше ни секунды, они трансгрессировали на берег реки Брент, несшей свои воды в нескольких сотнях метров от стадиона.       Едва они оказались на месте, как тут же поняли, как Джеймс был прав — великаны, притихшие, как будто выключенные, один за другим заходили в реку и ложились на дно. Жуткие чары приказывали им вдыхать воду, убивая себя. Сириус с трудом оторвал взгляд от того, как огромные руки в агонии вздымаются над водной гладью, но сам великан послушно лежит на дне, словно кто-то ещё больших размеров удерживал его там.       Сириус обернулся, ища глазами членов Ордена. И он нашёл их — они все ещё были на берегу. Спокойно и решительно все они, включая Грюма, Фрэнка, Макгонагалл и остальных, направлялись к реке.       Сириус никогда не видел лицо Грюма таким — ни нахмуренных бровей, ни усмешки над чьей-то глупостью, ни задумчиво прищуренных глаз. Не было ничего — оно было словно мёртвое, лишенное любого движения.       Внезапно на берегу появился Дамблдор. Он взглянул на ребят и кивнул им, словно призывая смотреть на него.       Дамблдор направил палочку на Минерву, которая уже входила в воду быстрым шагом — и оглушил её. Она упала лицом прямо в воду, скрывшись под ней. Джеймс бросился к ней, вытаскивая на воздух, но с ужасом понял, что она в его руках уже обмякла. Проклятое заклинание заставило женщину тут же вдохнуть воду, как только та коснулась её лица. Подоспевший Дамблдор взял Макгонагалл, отпихнув Джеймса, жестом приказывая спасать остальных.       Обернувшись, Джеймс понял, что он не сумеет спасти всех — все их друзья были в нескольких десятках метров от кромки воды. Сейчас они войдут в воду, лягут в неё и… От отчаяния Джеймс вцепился руками в волосы.       Он все ещё стоял по колено в воде, и внезапно ощутил, что ноги сковало льдом. В панике посмотрев вниз, он не поверил своим глазам — река покрылась льдом! Джеймс обернулся на Сириуса — тот, явно довольный своей идеей, поднял вверх большой палец. Зачарованные орденовцы выходили на лёд, поскальзывались, падали, пытались идти дальше, но скользили и снова падали… Теперь было много времени, чтобы оглушить их и спасти от самих же себя.       — Петрификус Тоталус! Петрификус Тоталус! — сыпали заклинаниями ребята, и вот уже все волшебники лежат на льду неподвижно. Обернувшись на берег, Джеймс стал искать глазами Дамблдора. Вдруг он увидел, что еще трое великанов, зачарованных проклятием, подходят к реке.       — НЕТ! — заорал Джеймс, метнувшись к Эммелине Вэнс, которая лежала дальше всех на льду. Конечно, Джеймс не успел — великан уже ступил на лед, легко проломив его, словно это была бумага. До того, как Джеймс, скользя и падая, подобрался к женщине, она с головой ушла под воду, как и лежавший рядом Дедалус Дингл, и Римус. Паника и ледяная вода сковывала движения не хуже Петрификуса. Схватив бесчувственную Эммелину, Джеймс принялся вытаскивать ее наверх. Теперь лед только мешал — он обламывался и ранил. Только увидев испачканную кровью кромку льда Джеймс понял, что это его кровь — ноги уже не чувствовали боли.       Сириус пытался на берегу привести в чувство тех, кого вытащил Джеймс. После одного усиленного заклинания «Оживи», и из груди Эммелины вырвался целый фонтан речной воды. Задача усложнялась тем, что проклятье все еще действовало и Эммелина не кашляла, чтобы прочистить легкие. Сириус перевернул ее и положил на колено животом, чтобы вытекли остатки воды. Только тогда женщина вновь задышала. Внезапно на берегу появился еще один человек. Подняв голову, Сириус увидел бледное испуганное лицо Регулуса Блэка.       — Помоги! — в отчаянии закричал он. Разумеется, Регулус тоже не слышал его, так как тоже временно лишил себя слуха, чтобы не быть околдованным страшным проклятьем. Но он видел искаженное от отчаяния лицо Сириуса и то, как он тыкал пальцем в сторону Джеймса, тащившего из-под льда Римуса.       Забыв про то, кто на чьей стороне, Регулус бросился к Джеймсу и вдвоём они быстро выволокли Люпина на берег. Сириус подскочил к нему, а Джеймс схватил Регулуса за плечо и показал пальцем ещё в одно место, где подо льдом скрылся Дедалус Дингл. Они шарили руками под водой, пытаясь найти Дедалуса, но безуспешно. Наконец Регулус растопил лёд и мощным заклинанием осветил воду. Теперь они его увидели — он лежал под водой с открытыми глазами, и распахнутым ртом. На лице Регулуса был написан ужас, когда он увидел несчастного Дингла.       — Давай же, Рем! — кричал Сириус, тряся друга за плечи, произнося одно за другим заклинание оживления — но без толку.       Сбоку подскочил Дамблдор, оттолкнув Сириуса, принялся что-то делать с Люпином. Сириус смотрел во все глаза — такое он видел однажды, когда в маггловском фильме один герой пытался оживить другого.       Более того, Дамблдор кивнул Сириусу, чтобы тот помогал, и приказал ему ритмично нажимать на грудь несчастного. Через несколько минут щеки Римуса стали розоветь, и он открыл глаза. Такие же пустые и остекленевшие, как у всех остальных.       Сириус чуть не расплакался от облегчения, но поддаваться эмоциям было некогда — Джеймс и Регулус притащили Дедалуса Дингла.       Внезапно Сириус почувствовал, что ноги заливает вода. Но… Ведь они сидели далеко от кромки, в чем дело? Оглянувшись, Сириус понял, что происходит — куча громадных великаньих туш практически перекрыла русло небольшой реки, и вода начала заливать низкий берег.       Дамблдор произнёс какое-то заклинание, и огромный объем воды просто испарился: таким образом, у Джеймса и Регулуса, который продолжал помогать орденовцам, появилось немного времени, чтобы оттащить подальше других.       Аккуратно взяв на руки Лили, Джеймс перенёс её подальше, положив на наколдованный плед. Он старался не смотреть на бесчувственное лицо возлюбленной с пустыми, словно выцветшими, глазами.       На секунду остановившись, он наблюдал за Регулусом, который, пыхтя, тащил на себе Гестию Джонс, перекладывая её выше от подступающей воды. В этот момент Регулус поднял голову и встретился с Джеймсом взглядом. Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга — потом Джеймс слегка кивнул Блэку, словно говоря «спасибо». Тот лишь отвёл глаза, и продолжил укладывать Джонс на набережной.       Дамблдору и Сириусу удалось вернуть Дингла к жизни — он дышал, но глаза его закатились и он ни на что не реагировал даже после того, как его освободили от Петрификуса.       Дамблдор зажёг свою палочку, привлекая внимание Джеймса, и как только тот посмотрел на него, Дамблдор мгновенно проник в его сознание и передал приказ: «Ищи маггловские машины, большие. Доставь их сюда левитацией. Действуй быстро!»       Джеймс бросился на улицы, чтобы достать машины для перевозки заколдованных друзей.       Регулус перетащил последнего орденовца — это был Питер — на асфальт, в безопасность. Распрямившись, Регулус спиной ощутил пронзительный взгляд. Не сомневаясь, кто именно на него смотрит, он обернулся.       Он ожидал увидеть на лице Сириуса гнев, презрение, а может и благодарность, с которой смотрел на него Поттер. Но он увидел на лице старшего брата только боль и тоску. Не спрашивая, Сириус привычно проник в мысли младшего (так они часто переговаривались за столом ещё на площади Гриммо, чтобы мать или отец не слышали). «Что ты наделал? Зачем? Ты не Пожиратель, неужели ты не видишь этого сам. Восторги матери по поводу твоей головокружительной карьеры не стоят твоей сломанной жизни». Регулус вскинул голову.       «Это было моё решение! Мать здесь ни при чем».       «И ты не жалеешь?.."       Регулус отвёл глаза, разрывая связь.       Пляж осветил свет мощных фар. Регулус обернулся и хмыкнул — этот Поттер раздобыл где-то грузовик и сейчас левитировал его прямо на набережную.       Регулус почувствовал, как на плечи тяжело легли чьи-то руки. Сириус резко развернул его к себе лицом. Его глаза горели гневом, он тряхнул Регулуса, прокричав ещё раз свой последний вопрос. Разумеется Регулус ничего не услышал, но понял все и так.       «Ты не жалеешь?!.."       Регулус медлил с ответом. Он смотрел на суетящихся Дамблдора с Поттером, которые переносили неподвижных соратников в кузов грузовика на наспех наколдованные матрасы.       «Я не знаю», — ответил наконец Регулус брату.       Сириус убрал руки с его плеч. В этом ответе он услышал больше, чем Регулус отважился сказать и больше, чем тот сам себе признавался.       Релулус опустил голову, чувствуя себя никчемным и запутавшимся. Когда он поднял её, чтобы посмотреть на брата, то увидел в глазах Сириуса сожаление и… печаль? «Какой же смысл в твоей жизни, Рег? Кажется, Беллатриса выглядит более счастливой, чем ты».       Регулус нахмурился, зная, что сравнение с кузиной из уст Сириуса звучит как оскорбление.       «Я думаю, мы больше не увидимся, Рег», — услышал он в своей голове, вновь посмотрев в глаза брату.       Регулус не успел спросить почему и вообще что-либо подумать. Сириус порывисто обнял его, прижав к себе на одну секунду, потом резко оттолкнул и бросился помогать Джеймсу и Дамблдору.       Регулус молча смотрел на их действия, ощущая, как чувство собственной бесполезности углубляется с каждой минутой.       Сириус сел за руль грузовика, заведя его с помощью палочки, и резко тронул с места. Регулус смотрел вслед уезжающей машине пока она не скрылась из виду.       Он опустился на землю, думая, что давно замёрз от намокшей в ледяной воде одежды. Но сушить её не хотелось.       «Интересно, действуют ли здесь ещё эти египетские чары? Может, проверить? Тогда если они действуют, то для меня все быстро закончится.»       Регулус не боялся смерти. Но то, что сегодня он услышал от Сириуса, вскрыло в нем давно болевшую рану.       «Я не могу убивать так же радостно, как это делают другие. Белла или Макнейр. Я не умею шпионить, мне это просто противно. Я не слишком хороший боец — даже Поттер сегодня уделал меня. И… вообще я не знаю, нравится ли мне то, что делает Тёмный Лорд».       Глядя на груду великаньих тел, лежащих в реке, Регулус поймал себя на мысли, что чувствует, как ему наскучило постоянно поддерживать идеи Волан-де-Морта, бесконечно высказывать восхищение его мыслям о захвате Министерства.       «Мне так нравились астрономия и заклинания… А ещё квиддич. Вот, чем бы я хотел заниматься…»       Регулус встал, думая, что брат неправ, и он точно докажет ему, что живёт не зря. Кажется, в его жизни назревал поворот, только куда он приведёт его, было большой загадкой.