Неуловимый, Безликий, Тень

Война нас не делит на правых и левых, Безлики её смертоносные стрелы. Она равнодушна к тебе и ко мне, Она беспощадна к любой стороне. Друзья и враги, умирая в бою, Всегда защищают идею свою. Других обрекая на слёзы и боль, Навеки уходят, принявшие бой. Войне безразлично, кто ляжет в могилу. Она — порожденье порока и силы. Но надо бороться, кидаться под пули, Чтоб после живые свободно вздохнули…

— Интересно, они уже добрались до госпиталя или нет? — озабоченно спросил Блейз, ни к кому из присутствующих конкретно не обращаясь. — Вряд ли, — покачал головой Поттер, — слишком мало времени прошло. — Это будет долгая ночь, — вздохнул Маркус, похлопав Забини по плечу. — Да уж, — покачал головой тот. — Я всё, что угодно, мог подумать, но чтобы моя нежная, добрая жена и лучший друг, патологический чистоплюй, будут крушить магловские базы, сидеть по полдня в болотах и недрогнувшей рукой стрелять во вражеских солдат — такое мне даже в кошмарном сне не снилось. — Это ты ещё не видел, как Гермиона управляется с ножом, — вставил стучавший по кнопкам клавиатуры Эрик. — Корбин как-то рассказывал, что однажды на задании он и Чарли Уизли прикрывали отход группы. Отряд-то ушёл, а Чарли и Корбина схватили, когда у них кончились боеприпасы. К тому же, Уизли был контужен, а сам Яксли от ранений периодически терял сознание. Офицер, оставив трёх солдат, велел им расстрелять пленных и быстро догонять основной состав. — И что? — от нетерпения заёрзал на стуле Блейз. — Гермиона спасла наших, что ли? — Спасла, — кивнул Найт. — С одним ножом в руках, без единого выстрела, уложила всех троих. Корбин и Чарли даже сообразить ничего не успели, а та только знаками велела молча следовать за ней. И чуть позже помогала Чарли тащить Корбина. — А где Драко и Ол были в это время? — спросил Гарри. — Герми что, одна на задание ходила? — Они втроём возвращались со своей миссии, — сообщил Эрик. — У входа в подземку встретили группу Корбина, от них и узнали, что случилось. Задание у отряда было сложное, еле ноги унесли, двух бойцов потеряли, троих ранило, а груз срочно нужно было доставить в Хогвартс. Я не знаю, что именно они несли, Корбин не сказал, а я и не спрашивал, только Яксли категорически запретил им вступать в бой и сам остался их прикрывать, а Чарли вызвался с ним. Вот ваши и разделились: Гермиона отправилась командира группы искать, а Драко и Оливер навстречу солдатикам двинулись. Когда Гермиона с Яксли и Уизли подошли ко входу в подземку, Вуд и Малфой большую часть солдат уничтожили, остальные разбежались по лесу. После его рассказа все долго молчали. Блейз так вообще глядел в стену пустым взглядом. Он, конечно, всегда знал, что Гермиона у него способная ведьма, но такого от жены точно не ждал. Гарри грустно улыбнулся — да что там Блейз, они с Флинтом тоже предположить не могли, на что пойдут Драко, Оливер и Гермиона ради них. И сейчас он испытывал двоякое чувство: одновременно и гордость, и собственную вину. Эти трое проявляли мастерство самого высокого класса, но если бы Гарри не позволил обмануть себя Джонсу, им бы не пришлось через всё это проходить. — Ничего, они и не из таких передряг выпутывались, — решил подбодрить их Эрик, — и сейчас всё обойдётся. — Ага, — буркнул Флинт, — хорошо тебе говорить, твой-то спокойненько спит в Хоге, а наши по лесам мыкаются. — Что-о-о? — сдавленно протянул Найт, и лицо его немедленно покрылось ярким румянцем. — К-какой мой? Это ты о чём? — Партизаны, вас спалили, — хмыкнул Гарри. — И смотри, — добродушно добавил Блейз, — обидишь нашего бывшего декана — яйца открутим. Они негромко рассмеялись, разряжая обстановку, а растерянный Эрик проворчал: — Ну да, его обидишь, как же. — Тем более, — выдал Маркус. — Он у нас один такой, береги его. Ему в жизни крепко досталось, пусть хоть сейчас счастлив будет. Вконец смущённый, с полыхающими щеками и ушами, Найт кивнул понимающе и заверил: — Он для меня самый важный в мире человек. — А теперь вернёмся к нашим, которые тоже важные и безумно нам нужные, но при этом они там, а мы здесь, — высказался Блейз, и все уставились в монитор. Эрик непрерывно проверял все этажи и подъезд к госпиталю. Пока всё было спокойно, но на душе у Гарри всё равно кошки скребли. В этот момент Барти подал сигнал и все слегка выдохнули: группа добралась до места, и хотя самое сложное было ещё впереди, они, по крайней мере, знали, что всё идёт по плану. — Чёрт, — ругнулся Эрик и сразу набрал номер Барти. — Говори, — раздался приглушённый голос Крауча. Найт сообщил о спящей медсестре и пожелал удачи. Дальше им только оставалось ждать. Камеры больше не записывали, а крутили одну и туже картинку. Для Гарри эти десять минут растянулись на целый год. Маркус, вздыхая, потирал переносицу, Блейз в нетерпении постукивал пальцами по столу, а сам Поттер вышагивал за их спинами взад-вперёд. Не выдержав, Найт вскинулся. — Задолбали! — рявкнул он. — Флинт, прекрати вздыхать, они живы, там всё в порядке! Забини, ещё раз стукнешь по столу, выгоню в коридор, дятел, блядь! Те замерли, глазея на него, но он, не обращая на них внимания, развернулся к Гарри: — А ты чего телепаешься туда-сюда, сядь и прижми задницу! И так напряжение зашкаливает, да ещё вы, нервозники, нагнетаете. Высказавшись, он выдохнул и как ни в чём не бывало уставился на экран. Парни несколько минут переглядывались недоуменно, а потом только покачали головами. На Эрика невозможно было сердиться, он был каким-то особенным. Открытым, честным, но и отбрить мог, дай Мерлин, не считаясь с рангами. Накануне Драко обмолвился, что Эрику как магловские, так и магические регалии до одного места. Как-то Люциус в своей излюбленной манере начал поучать Найта, называя при этом компьютер “жестянкой”, но Эрик спокойно, как будто вёл светскую беседу, заявил министру: — Мистер Малфой, я не учу вас размахивать вашей деревяшкой, не стоит меня учить, как работать на моей жестянке, — и, попрощавшись, ушёл. Драко со смехом рассказывал, что у родителя вытянутое лицо и обалдевший взгляд сохранялись до вечера. И раз уж Люциус воспринял непосредственность магла как нормальное явление, то Гарри тем более. Он всегда ценил открытых и честных людей, а Эрик — именно из такой категории. Задумавшись, Поттер немного выпал из реальности, но тут в компьютере что-то пискнуло: время вышло, и они с замиранием уставились на второй этаж госпиталя, проверяя не засветились ли бойцы. Эрик с удвоенной силой заколотил по клавишам, внимательно просматривая все нужные окна, но ребята успели и нигде даже не мелькнули. — Фу-ух, — облегчённо выдохнул Блейз, — ну, слава Моргане, обошлось. — Мать твою, Забини, не каркай, ещё ничего не закончено! — легонько пихнул его в плечо Маркус. Эрик вывел картинку, где просматривалась дверь в палату Джонса, и велел: — Блейз, лучше следи, чтобы в этом окне никто не появился. Тот согласно кивнул и уставился на экран. Эрик же, обследовав здание, переместился на камеры при въезде. Трое охранников дремали в небольшой будке рядом с воротами, хотя это строго запрещалось. Остальные спали в караулке на первом этаже госпиталя — Эрик ещё днём объяснил Гарри, что тех всего десять человек в смене. Дежурят сутки. Те, кто непосредственно охраняет здание изнутри и снаружи, иногда ночью спят, но те, кто на воротах, спать не должны ни в коем случае. Гарри тогда ещё удивился, откуда Найт отлично знает график охраны и почему самих охранников так много. Тот пожал плечами и ответил, что однажды сильно простыл и заработал пневмонию, вот его в госпиталь и упекли: две недели он там маялся и бегал к охране стрелять сигареты. А ещё добавил, что до войны численный состав был намного меньше, но после того, как группа Долохова уничтожила госпиталь в Суссексе, каждую смену укомплектовали новыми сотрудниками почти вдвое. Найт уже было хотел глянуть на другие камеры, как площадь перед воротами осветили автомобильные фары, и он задержался. Большой военный джип только слегка притормозил, не останавливаясь полностью, и шлагбаум немедленно открылся, машина въехала на территорию госпиталя. Эрик быстро переключился на камеры у парадного входа, но через минуту громко выругался от досады, когда из автомобиля вышел высокий, крупного телосложения мужчина в генеральских погонах. Найт схватил телефон и через пару секунд заорал: — Уходите немедленно!.. Гарри, не отрываясь, следил за ним, а у самого внутри будто заморозили всё, создавалось ощущение, что тронь — и он, Гарри Поттер, разобьётся вдребезги, разлетится дурацким фейерверком. — Может, мы к ним на подмогу? — вскочил Блейз, и Гарри понимал его состояние, самому до бешеных пикси перед глазами хотелось бежать, спасать, защищать, но он удержал себя. Маркус успел вперёд него и, ухватив Забини за рукав мантии, усадил обратно на стул. — Тихо, Блейз, тихо, — успокаивающе прошептал он, — они уже возвращаются, всё идёт по плану, у них есть фора, и они лучшие в этом деле. Тот сгорбился, весь поник и как будто даже постарел в одночасье. — Знаешь, Гарри, вы как хотите, а Герми я больше не пущу ни на одну миссию, — тихо пробормотал он. — Сам, если надо, пойду, но её не пущу. Несколько томительных часов просто вынули из них душу. Самое страшное — это ждать, а когда ещё и не знаешь, что там происходит, ждать становилось вдвойне жутко. Они видели, что вскоре после появления Феерфакса больница загудела, как встревоженный улей. Забегали охранники, во многих окнах вспыхнул свет. Звука у записи не было, но зато всё отчётливо было видно. Вот на площади перед госпиталем выстроились солдаты — Найт ещё днём предупреждал, что одна из воинских частей базируется в шаговой доступности от медицинского центра, — затем к ним присоединились охранники, и они, быстро подгоняемые генералом, двинулись в сторону леса. Надо отдать должное Феерфаксу, преследование он организовал в кратчайшие сроки. После увиденного ожидание стало совсем невыносимым. Они ничем не могли помочь своим, и это бессилие убивало. Гарри — аврор, отдавший этой работе немало лет, а если учесть, что с одиннадцатилетнего возраста он постоянно рисковал своей жизнью, в эти часы чувствовал такую беспомощность, что выть хотелось. Все живущие в Хогвартсе, даже собственные дети, давно привыкли к подобным вылазкам и реагировали менее эмоционально, но для него, Маркуса и Блейза это было настолько ново, неожиданно, да, по сути, до сих пор ещё не укладывалось в голове, поэтому весь прошлый опыт совсем не помогал. И если Гарри и Маркус хотя бы немного держали себя в руках, то Блейз, не будучи аврором, находился на грани. — Парни, — предупредил их Эрик, — минут через десять они должны быть в Хогвартсе, им наверняка понадобится помощь. Забини тут же сорвался и рванул на выход, не разбирая дороги. * * * — Всё, больше не стреляют, — пробормотал Драко, шедший за Оливером. — Да, — вздохнул тот, прекрасно зная, что Малфой не ждёт ответа. Да и что он мог сказать — что отстреливаться больше некому и Барти со Стэном убиты? Так Драко это и сам неплохо знал, а вести пустые разговоры не было ни сил, ни времени. Оливер не представлял жизнь в Хогвартсе без этой парочки. Весельчаки и заводилы, они всегда были душой любой компании. А когда к ним присоединялся ещё и Скамандер, то равных им просто не было — ни за столом, ни в бою. И сегодня Рольф изо всех сил рвался к друзьям, но Симус категорически запретил, и сам тоже в буквальном смысле посерел лицом, когда прекратился бой у реки. Парни были самой бесшабашной и отчаянной из всех диверсионных групп, они брались за очень рискованные или практически невыполнимые задания и выходили победителями. А потеряв кого-то из соратников, молча оплакивали и долго помнили каждого не вернувшегося из боя. Почти у самого входа в подземку из леса выскользнул Джордж. — Солдат нагнали, как саранчи, — сообщил он, отдуваясь, — к берегу не смог подойти и наших не видел. — Давайте вы с грузом в Хогвартс, — обратился к Оливеру Симус, — а мы за нашими, сегодня я не оставлю ни одного своего бойца. Драко и Рольф уже опустили носилки в проход, за ними спустились легко раненый Эдриан и Алисия с Гермионой. Последняя несла младенца. — Мы с Драко тоже повременим возвращаться, — возразил Вуд, — их слишком много, вы не справитесь втроём, а девочки и Эд спокойно доставят груз, тем более я уверен, что у хижины Хагрида их встретят… — его прервала просвистевшая в опасной близости пуля, за ней другая, третья. Чисто интуитивно среагировав, они кинулись в снег. — Рольф, назад! — заорал Оливер, увидев, что ничего не подозревающий Скамандер попытался выйти из люка. Крышка с громким хлопком закрылась, но автоматные очереди не давали поднять головы. Стараясь слиться с местностью, Вуд медленно отполз в кусты и, достав бинокль, огляделся. Лаз был как на ладони, и по нему, не переставая, палили. Отследив, откуда стреляют, он заметил парочку хорошо устроившихся солдат противника. Со стороны лаза их не было видно, но зато они отлично просматривали всю поляну. По-пластунски Оливер обогнул несколько крупных еловых стволов, а потом вскочил и, пригибаясь, рванул в тыл к стрелявшим. Те усиленно поливали из автоматов по открытой местности, только успевая менять магазины. Тихо выдохнув, Вуд кинул нож, попадая одному в сердце со спины, и сразу прыгнул на второго, ударив того прикладом автомата по затылку. В наступившей тишине раздался противный треск костей, и алая кровь брызнула кругом, заливая снег. Ол на секунду прикрыл глаза, несколько раз глубоко вздохнув, и быстро проверил всё вокруг на всякий случай, но, больше никого не обнаружив, вернулся к проходу. — Пока чисто, — сообщил он, — но это ненадолго, надо уходить. Выбравшиеся из входа Драко и Рольф согласно кивнули. — Нахрапом их не взять, — заметил Джордж, отряхивая с белого камуфляжа снег, — надо скрытно и по одному расходиться. В это время из лаза показалась Гермиона. — Вы возвращаетесь? — спросила она, хотя скорее всего уже знала ответ. — Будьте осторожны, а мы справимся, не беспокойтесь. Драко и Оливер, наклонившись, по очереди чмокнули её в макушку, и почти сразу вместо неё появился гоблин. — Идите уже, идите, — спровадил он их и запечатал проход. Замаскировав лаз снегом и заметя следы большущими еловыми ветками, пять бойцов магического ополчения разошлись по лесу, договорившись пользоваться огнестрельным оружием только в исключительных случаях и встретиться у реки в том месте, где они ранее переходили брод. * * * До рассвета оставалась ещё пара часов, и кроме постовых на улице никого не было. До хижины Хагрида они почти бежали. А завернув за неё, сразу увидели открывающего вход в подземку Крюкохвата. Тот с достоинством поклонился им, приветствуя, и следом из прохода показалась Гермиона. Громко выдохнув, Блейз кинулся к ней, никого вокруг не замечая. — Никогда больше, ни единого раза... — забормотал он, пытаясь её обнять, но Гермиона не позволила прижать себя, а наоборот, отодвинула взволнованного мужа. — Осторожно, дорогой, ребёнка раздавишь, — обронила она, и только теперь Блейз заметил у неё в руках свёрток. — Малыша в госпитале нашёл Барти, пока мы Джонсом занимались, а когда остался отряд прикрывать, передал его Оливеру и просил позаботиться о нём, — сообщила Герми и протянула свёрток Флинту. Тот по инерции взял ребёнка и с опаской отогнул край тонкого одеяла: малыш спал, причмокивая во сне губами, и Маркус непроизвольно улыбнулся. Гарри уже помогал Пьюси и Спиннет вытаскивать из прохода Джонса. Алисия быстро полоснула несколько раз по верёвкам, и задеревеневшее от длительного связывания тело грузно свалилось на снег. — Ну, здравствуй, полковник, — тихим скрипучим голосом поприветствовал его Поттер. — Я же обещал показать тебе мантикору, а обещания я всегда выполняю. — За ворот шинели он вздёрнул застонавшего Джонса на ноги и в упор уставился на него нечитаемым взглядом. — Вы не имеете права так со мной обращаться, — заистерил тот плаксиво, — я ранен, мне нужен покой. — Не переживай, — брякнул Забини, — мы тут тебя и упокоим. — Но сначала, — прошипел Флинт, — ты пройдёшь все семь кругов ада, через которые протащил нас. — Вы не можете, — снова загнусавил тот, — это не закон... — Действительно? — взвился Гарри, перебивая его. — А издеваться над нами было очень законно! — Он подтянул полковника к себе за грудки и процедил: — Я тебе говорил: что посеешь, то и пожнёшь, но ты мне не поверил, так что захлопнись, чтобы я тебя не слышал! Но тот от страха вообще уже ничего не соображал: начал снова что-то то ли требовать, то ли просить, и Гарри, не выдержав, наложил на него Силенцио. А потом, взмахнув палочкой, подвесил его в горизонтальном положении, на уровне своей груди, да так и оставил пока. — Герми, почему вы одни? — обеспокоенно спросил он. — Где остальные? — Они ещё там, в лесу, — вздохнула та, смахивая со лба выбившийся локон. — Барти и Стэн остались прикрывать группу, остальные, проводив нас до подземки, вернулись выручать их: Феерфакс солдат нагнал, Краучу и Шанпайку одним не выбраться. У Маркуса, который с нетерпением ждал, что Вуд сейчас выскочит из прохода, опять всё сжалось внутри, а Гермиона, поцеловав мужа, метнулась обратно. — Ты куда? — заорал Блейз, — А ну, вернись! Она улыбнулась ему немного виноватой улыбкой и покачала головой: — Прости, милый, но без меня мальчишки опять во что-нибудь вляпаются, — и, прежде чем нырнуть рыбкой в лаз, послала мужу воздушный поцелуй. “Я люблю-ю тебя-я-я”, — донеслось из узкого прохода, и Крюкохват, закрывая крышку люка, пообещал: — Они вернутся, не переживайте, эти всегда возвращаются. — Гарри, — окликнул Маркус Поттера, — вы пока Джонсом занимайтесь, я отнесу мальца к Поппи, пусть она его осмотрит, а потом к вам присоединюсь. Гарри кивнул головой, и дальше они шли молча. Маркус заботливо прижал к себе младенца, подумав, что, несмотря на весь творящийся в мире кошмар, дети-волшебники всё равно рождаются — и это просто великолепно. Небольшой процессией они медленно добрались до школы. Блейз до сих пор не пришёл в себя из-за выходки Гермионы, Эрик помогал раненому Эдриану, ведя его вместе с Алисией, а Гарри сосредоточенно левитировал пленника. Все нужные личности были доставлены (даже чуть больше, чем заказывали), а вот возвращение самих исполнителей по-прежнему стояло под вопросом. * * * Прошло уже больше часа, как они отправили Гермиону и ребят с "грузом", но добраться до реки у Оливера пока не получилось. Создавалось такое ощущение, что лес просто напичкан солдатами. Скольких их он уже прикончил, Вуд не считал, но немало. И все они молодые парни, в принципе, его ровесники. Внутри непроизвольно поднималась волна гнева и злости. Кто-то обязательно заплатит за эти так бездарно потерянные жизни, — пообещал он себе, пробираясь через лес. Вдруг на него выскочил армеец. Рука с зажатым в ладони ножом сама по отработанной за годы войны привычке нашла правильный угол замаха, но армеец неожиданно забормотал, прикрывая лицо поднятым локтем в поношенной шинели: — Не надо, пожалуйста, не надо. Солдатик был совсем юный, на вид не старше двадцати. Тёмные, так похожие на флинтовские глаза смотрели на него с ужасом и надеждой, казалось, что этот взгляд проникает в самую душу, заставляя её корёжиться от безысходности, и Оливер не смог. Выдохнув и вытерев лицо снегом, он прошипел: — Иди отсюда, быстро. Мальчишка исчез, а Вуд привалился спиной к дереву и замер. Руки затряслись, и дышать стало тяжело, но подавив приступ надвигающейся паники, он подумал о Маркусе и Джо. Через секунду он был уже привычно собран и спокоен. Сегодня они выкрали Джонса; что ж, на очереди Феерфакс — и его Оливер Вуд, собственноручно заставит испытать такие муки, которые тому и не снились. За этого пацана, за тех двух возле поляны, которых ему пришлось убить, и за сотни, тысячи погибших ранее. За своих и за чужих, за тех, кого Феерфакс и ему подобные принесли в жертву своим прихотям и амбициям. Оливер устал убивать, всё его внутреннее "я" давно сопротивлялось этому, но поборов секундную слабость, он собрался силами и решительно двинулся дальше. * * * Из-за густо разросшихся кустов дикой жимолости Драко уже видел тропу, по которой они недавно шли от реки. До места оставалось десятка три шагов, но по доносившемуся тихому говору Малфой понял, что впереди засада. Он криво усмехнулся: странные люди, сидят в секрете, при этом треплются про какой-то "Челси". Кто это или что Драко не интересовало, а вот сколько их там засело — нужно было узнать. Он аккуратно взобрался на старую ель со сломанной макушкой, чуть в стороне от вражеского дозора. Увлечённые беседой, те не обращали внимания на окружающую их местность. “Трое, — мысленно отметил Малфой, сверху разглядывая неприятеля. Это были не солдаты — охранники госпиталя, судя по отличающемуся от армейского обмундированию, да и солдатам по возрасту, как правило, было не больше тридцати. Эти же зрелые мужики, здоровые, но ленивые, разжирели на относительно спокойной работе: зарплата приличная, физические нагрузки отсутствуют полностью, несколько раз в день обойти территорию госпиталя, вот и все их обязанности. А самое главное — бдительности у мужиков никакой, как будто на прогулку вышли, воздухом подышать. Аккуратно достав из-за голенища ботинка нож, Драко приготовился ждать подходящего момента. В это время один из противников, тот, что не принимал участия в разговоре, поднялся, что-то тихо сказал двум другим и направился в сторону Малфоя. Он остановился совсем близко, поозирался по сторонам и расстегнул брюки, собираясь справить нужду. Часто росшие ветви деревьев скрыли его от оставшихся соратников, и Драко, недолго думая, создавая как можно меньше шума, прыгнул на него сверху, со всего маху ударив рукоятью ножа в висок. Мужик глупо хрюкнул и повалился лицом в снег. Расстёгнутые штаны сползли с бёдер, являя свету синие семейные трусы в мелкий белый цветочек. От этой картины Драко почему-то передёрнуло, уж больно дико и пошло смотрелось со стороны. Он считал, что никто не заслужил так умирать, отсвечивая нижним бельём, и этот охранник тоже не заслужил, но ничего уже нельзя было изменить. — Френк, ты там к сосне, что ли, примёрз? — раздался окрик одного из охранников. Осторожно ступая, Драко переместился к их убежищу, обходя его с другой стороны. — Подожди, пойду гляну, где он, — снова произнёс тот же голос, — эти гады вряд ли появятся, но проверить нужно. — Да куда он денется, вернётся сейчас, — слишком беспечно откликнулся третий. — А колдунов постреляли уже, наверное, всех, их там человек пять и было-то… — он не договорил: Малфой кинул в него нож, попадая в шею. Раненый охранник захрипел, забулькал и опрокинулся навзничь. Драко выбрался из-за укрытия, огляделся и направился к трупу забрать нож. Но когда вытирал лезвие о чужую куртку, раздались выстрелы, под лопатку словно расплавленный штырь засадили, а рука повисла плетью. Упав в снег, Малфой перекатился, кое-как уходя от очередной автоматной очереди. Невыносимая боль практически парализовала всю правую сторону, и он так сжал зубы, что они заскрежетали. Но приподнявшись, однако сумел левой рукой кинуть нож в неприятеля. Тот, к сожалению, увернулся, а лезвие застряло в одном из деревьев. Драко метнулся в сторону и притаился за поваленной елью. Прячась за толстым стволом сосны, стрелявший выискивал его взглядом, Малфой видел, как он временами высовывался из укрытия. Вдруг у того за спиной колыхнулись ветки, сбрасывая снег — и последний из оставшихся в живых охранник зарылся носом в сугроб. Вокруг его головы растеклась багровая лужа крови, дёрнувшись всем телом, он замер. — Драко, — раздался тихий голос Скамандера. Малфой с мучительным стоном перевернулся на спину. Увидев его состояние, Рольф не мешкая вытащил аптечку и вколол обезболивающее, а потом туго забинтовал место ранения. — Ничего, жить будешь, — пробормотал он. — Пошли, надо Барти и Стэна найти. — Спасибо, — отозвался Драко. Рольф только кивнул и чуть не бегом кинулся к месту, где несколько часов назад остались его лучшие друзья. Малфой тяжело поднялся и двинулся за ним. Он не ошибся, парни нашлись буквально через несколько минут: они устроили засаду за вывернутыми корнями какого-то дерева; сам ствол и крона, видимо, уже давно превратились в труху, а вот корни до сих пор сохранились и стали надёжным укрытием. К тому же, Барти и Стэн навалили еловых веток для маскировки и соорудили своеобразное гнездо. Чуть левее от этого места в ряд лежали трупы солдат и нескольких охранников. “Не меньше десятка”, — навскидку оценил Драко. Видимо те, которых только что уничтожили Малфой и Скамандер, сложили их вместе, чтобы потом забрать. В этот момент из "гнезда" раздался не то стон, не то всхлип. Драко быстро взобрался по мохнатым веткам, на которых уже загустели следы крови. Рольф с опущенной головой стоял на коленях, его руки безвольно висели вдоль тела. Когда-то яркие, светящиеся весельем глаза Стэна теперь мёртвым, потускневшим взглядом смотрели на звёздное небо. Он лежал на спине поперёк Барти, как будто прикрывая его собой, так и не выпустив из рук автомат. А Крауч свернулся под ним почти незаметным калачиком. Скамандер заботливо закрыл ладонью Стэну глаза, что-то пробормотав себе под нос, а потом, с трудом подняв его, переложил на импровизированную еловую стену. Драко присел перед Барти и попытался вернуть на место его неловко заломленную за голову руку, но услышал тихий, еле слышный стон, даже не стон, вздох. — Рольф, он жив, — громким шёпотом сообщил Малфой. — Помоги мне, я одной рукой не смогу. Скамандер без лишних вопросов метнулся к нему. — На, коли, это Кроветворное, — быстро достал шприц Малфой, — но без Заживляющего. — Обезболивающее бы с Бодрящим, но я его тебе поставил, — отозвался Рольф, споро оказывая Барти помощь. — Он весь в крови — и в своей, и Стэна, сразу и не поймёшь, куда ранен. — В голову — точно, — вздохнул Драко, — но ничего, главное — жив. И возьми мой комплект Обезболивающего. — Стэнни жаль, — пропыхтел Рольф, явно с трудом сдерживая себя. Что на это мог сказать ему Драко? Да, жаль, нет, блядь, не просто жаль, до звёздочек в глазах хотелось заорать, завыть на весь лес, от обиды и боли, потому что нельзя было вернуть настоящего друга Стэна Шанпайка, шалопутного Макнейра, замечательную девушку Сьюзен Боунс, того охранника, лежащего на холодном снегу в одних трусах, и всех тех, кто погиб сегодня или раньше, или ещё погибнет глупо без необходимости, только по велению генерала Феерфакса и ему подобных. Но Малфой промолчал — позже будет время оплакать погибшего товарища, а сейчас нужно спасать Барти, пока есть ещё такая возможность. Внезапно по ту сторону раздался еле слышный скрип снега: кто-то приближался, осторожно, с опаской. — Тихо, — прошептал Драко и прислушался, — кто-то идёт. Они напряжённо замерли, приготовившись стрелять по необходимости. В это время в укрытие заглянул Вуд. — Живы? — сразу спросил он, увидев Драко и Рольфа. — Только Барти, — дрогнувшим голосом сообщил Малфой. Оливер громко втянул в себя воздух и зажмурил глаза. Драко всегда считал, что он специалист в плане уметь держать лицо, но за эти годы рядом с Вудом понял, что тот даже ему форы даст на сто очков вперёд. Единственное, что всегда выдавало Оливера — это глубокая морщинка между бровей, появлявшаяся, когда тот испытывал по-настоящему сильные и болезненные чувства. — Пора уходить, — через пару минут заметил Ол, — в любой момент могут появиться армейцы. Пока они доставали Барти и Стэна, подоспели Джордж и Симус. Увидев своих бойцов, Финниган сквозь зубы витиевато выматерился, его руки затряслись, когда он зачем-то полез проверять кобуру с пистолетом, потом спохватился и принялся помогать парням, а Уизли быстро забрался в "гнездо" и через секунду вернулся с кепкой Стэна. Отряхнул её от снега и заботливо убрал за пазуху. Несли Крауча и Шанпайка по очереди, остальные зорко их охраняли. Когда они прошли большую часть пути, лес неожиданно ожил. Автоматные очереди резко прорезали тишину. Вездесущие вороны, громко каркая, взмыли в небо, как и ещё парочка стаек птиц поменьше. Эхо от беспорядочной стрельбы создавало ощущение, что сражение идёт везде: справа, слева, кругом. Вся группа на секунду застыла, прислушиваясь. — Стреляют чуть в стороне от поляны, — сообщил Оливер, стараясь удержать на спине окоченевшее тело Стэна, — ох, чует моя душа, Герми вернулась. — Почему я совсем не удивлён? — пожимая плечами, проворчал Симус. — Да потому, что даже я склонен с Олом согласиться, — фыркнул Малфой, злясь и переживая за строптивую подругу. Однако бой разгорался уже совсем нешуточный. — Ол, Драко, проверьте, — скомандовал Симус и наклонился чуть вперёд, подставляя свою спину. Пока Драко и Оливер перекладывали на него Стэна, продолжил: — Джордж нас прикроет, а вы разведайте обстановку. Те кивнули и растворились в лесу. Они немного разошлись, но так, чтобы видеть друг друга. И тут между деревьев мелькнули серые шинели — Драко насчитал четверых или пятерых солдат. Перебрасываясь жестами, они подобрались почти вплотную к ним, на секунду притаились за толстыми стволами елей, потом, одновременно выдохнув, кинулись в атаку. Краем глаза Драко видел, как Вуд не задумываясь полоснул по горлу одного, свернул шею другому бойцу и кинул нож в спину третьего, старавшегося удрать. Сам Драко уничтожил двоих и когда, убедившись в их смерти, собрался двигаться дальше, из-за кустов выскочил ещё один. Только это был не солдат. "Феерфакс!" — как молнией ударило в голове, и от неожиданности Малфой слегка замешкался. Генералу хватило и этой доли секунды: он вскинул зажатый в руке пистолет, но выстрелить не успел — Оливер оказался быстрее, открывая по нему огонь. Феерфакс приглушённо застонал, пошатнулся и вдруг очень резво для своих лет прыгнул в овраг, который из-за густо разросшихся кустов парни не приметили. — Драко! — окликнул его Оливер, когда Малфой кинулся следом. — Не стоит, надо узнать, кто отвлекает солдат. За бугром нашлась Гермиона, которая между выстрелами пыталась бинтовать ногу. — Мы так и подумали, — выдохнул Вуд, опускаясь с ней рядом и забирая рулончик бинта у неё из рук. — Ты абсолютно ненормальная, ты это знаешь? — Тебя могли убить, идиотка, — зашипел Драко, всё время внимательно оглядывая лес. — Чем только думала? — Пожалуйста, не надо, — поморщилась та, — ведёте себя, как две наседки, я не маленькая девочка и я не обещала, что не вернусь. Вуд быстро перебинтовал рану, пока Гермиона докладывала обстановку: — Вон в том орешнике засели, гады, — кивнула она головой в нужном направлении. В это время к ним подполз Уизли. — Герми, много их там? — тихо спросил он. — Не знаю, — покачала она головой, — я наткнулась на них неожиданно, даже сообразить ничего не успела. А потом и эти ещё подошли, которых Ол и Драко только что убрали. Джордж кивнул, и они с Вудом скрылись в лесу, а Драко, приказав Гермионе тихо сидеть на месте, поспешил на помощь Финнигану и Скамандеру, притаившимся с телом Стэна и раненым Барти неподалёку. Минут через десять Уизли и Вуд вернулись. — Чисто, — отчитался Оливер. — Всё, уходим, пока кто-нибудь ещё не нагрянул. Драко здоровой рукой обхватил за талию Гермиону, Джордж и Оливер помогали Рольфу и Симусу. — Гермиона, спасибо тебе, конечно, огромное, — хриплым от усталости голосом сказал Финниган, — но ты уж в следующий раз не рискуй так, Забини, если что, нас всех за тебя четвертует и кастрирует. Но Гермиона уже не обращала на него никакого внимания: глазами, полными слёз, она смотрела, как быстро поднявшийся при появлении парней Рольф осторожно укрывал плащ-палаткой так и не пришедшего в сознание Барти. Точно на такой же лежал мёртвый Стэн. Она не произнесла ни слова, и только когда Крюкохват открыл проход и парни медленно опустили обоих в тоннель, тихо всхлипнула, размазывая по грязному лицу влажные подтёки рукавом камуфляжа. По дороге в Хогвартс Рольф внимательнее осмотрел Барти. Несколько несерьёзных ранений в ногу и плечо, более серьёзное в грудь, но самое страшное — в голову, и никто из присутствующих не понимал, как тому удалось выжить. — Ты вся в крови, — проворчал Драко, стараясь отвлечь Гермиону, — давай мы тебе вытрем лицо и поставим укол. — Да ерунда, — отмахнулась та, держа в ладони холодную руку Стэна, — царапины, Поппи за минуту залечит, а вот Стэнни не вернуть, — и запрокинула голову кверху, стараясь удержать снова рвущиеся слёзы. * * * В школе уже начались уроки, Хогвартс потихоньку оживал после ночи. Люциус, которому первым делом доложили, что группа до сих пор не вернулась, вышел на улицу и медленно побрёл к хижине Хагрида. Сообщить Нарциссе, что их единственный сын не вернулся, он был не в состоянии. Никто бы и никогда не догадался, какой дикий ужас сковал всё тело министра. Конечно, надежда ещё есть и паниковать не стоило, но Люциус так устал жить в постоянном страхе за Драко, так измучился за эти годы, что нервы понемногу начали сдавать. Раньше в мэноре, по крайней мере среди домочадцев, он расслаблялся и оставался самим собой, но с начала войны, тем более став министром магии, не мог себе этого позволить. Всё время на виду, каждую минуту на людях, которые ждали от него правильных решений, помощи, поддержки. Немудрено, что узнав о пропаже Драко, Люциус чуть не сорвался. Стараясь уйти подальше от чужих глаз, он бездумно брёл по тропинке к хижине Хагрида. Никому, ни самому Драко, ни Поттеру, ни даже супруге Люциус никогда не говорил, как гордится своим отпрыском. По-настоящему, по-человечески горд за него. Потому что, несмотря ни на что, тот научился думать о других, принимать правильные решения, подчас довольно сложные, перерос родовой снобизм и высокомерие. А ещё тем, насколько сильно Драко изменила война — и в большинстве своём в лучшую сторону. Малфой медленно дошёл до входа в подземку, долго стоял на пронизывающем ветру и ждал. Иногда тишину нарушали крики ворон, в остальном ничего не менялось. Он тяжело вздохнул и вернулся в замок. Ледяной холод внутри, казалось, медленно расходился по всему телу. Потерев озябшие руки, Люциус присел в кресло у камина, прекрасно понимая, что согреться всё равно не сможет. Задумавшись, он не заметил, как дверь без стука отворилась и на пороге появился Снейп. — Пей, — тот протянул Люциусу фиал с белесым зельем. Не споря, Малфой выпил и, поморщившись, вернул склянку Северусу. — Что это вдруг ты мне Бодрящее с утра приволок? — спросил он тихо, не глядя на Снейпа. Тот фыркнул. — А как ты работать будешь после бессонной ночи? Друг знал его намного лучше других, временами даже казалось, что тот понимает его лучше, чем он сам себя понимает. Вот и сейчас, не суетясь и не задавая глупых вопросов, просто принёс то, что нужно, прекрасно зная, что Малфой никогда не ложился спать, если Драко был на задании. Стук в дверь заставил их вздрогнуть. — Вернулись, — переводя дух, выпалил Дин Томас, который прошедшую ночь находился в охранении. — Потери? — тут же спросил Люциус и почувствовал, словно сердце в груди замерло. — Стэн Шанпайк, — пряча глаза, выдавил Дин и покачал головой. — Барти тяжело ранен в голову и в сознание так и не приходил, Драко в спину, Гермиона — в ногу и в бок, у них все ранения средней тяжести. У остальных лёгкие повреждения и царапины. — Спасибо, Дин, — поблагодарил министр, — иди отдыхай. Тот козырнул и исчез за дверью. — Ладно, я пошёл, Поппи, возможно, понадобится моя помощь, — засобирался Снейп. — Я с тобой, узнаю как дела у Крауча, и сына проведаю, — следом за ним выходя из кабинета, сообщил Люциус. * * * Такого столпотворения в больничном крыле Снейп и Малфой ещё не видели. Когда они вошли, бледному до синевы Драко молодой колдомедик как раз доставал застрявшую под лопаткой пулю. Пот градом катился по лицу Малфоя-младшего, но он, закусив губу и зажмурив глаза, упорно молчал. Чуть в стороне от него стоял Поттер, глядя на эту процедуру распахнутыми, полными боли глазами. Маркус Флинт сам залечивал мелкие ссадины и царапины на лице Вуда. Два колдомедика оказывали помощь лежащей за ширмой Гермионе. Помимо прочих, тут находились Финниган, которому пулей зацепило ухо, и Скамандер с Уизли, над которыми уже причитала Молли, быстро водя палочкой. Парни, слава Мерлину, были в порядке, но так же, как Вуд, были в крови, рубцах и ссадинах. Хмурый Артур притулился в углу. — Как Барти? — сразу спросил у него Снейп. — Пока не знаю, — покачал тот головой, — с ним Поппи. Северус чуть не бегом рванул в операционную. А Люциус услышал, как за ширмой Забини в возмущении высказывал супруге: — Нет, ну это же надо, вернуться спасать мужиков, ты ничего лучше не придумала? Та что-то тихо отвечала, но Блейз, видимо, даже не слушал её, продолжая негодовать. Симус, с которым колдомедики уже закончили, не выдержал. Широким шагом он прошёл за ширму и, извинившись перед Герми, вытащил оттуда красного как рак Блейза. — Слушай меня, Забини, — прищурившись, начал он громким и зловещим шёпотом. — Если бы не твоя жена, скорее всего никто из нас не сидел бы сейчас здесь! По спине Люциуса побежали мурашки, и нервно дёрнулся глаз от понимания того, насколько вся группа была близка к гибели. А тот между тем продолжал: — Если бы я верил в магловского бога, собственноручно поставил бы свечку за её здравие. Она отвлекла на себя солдат, которые притаились в засаде на пути к выходу в подземку, пока мы были у реки и забирали наших. Благодаря ей мы с парнями смогли вынести Стэна и Барти, при этом не подохли сами в этом ебучем лесу. Ты, конечно, можешь дальше психовать и пылать праведным гневом, твоё право, но запомни: за то, что она сделала, каждый из нас до конца жизни готов Гермиону на руках носить и исполнять любое её желание! Блейз как-то сразу сдулся, ещё больше покраснел и рванул обратно к супруге. Он больше не ругался, только что-то шёпотом ей говорил, но через несколько минут все услышали тихий и счастливый смех Гермионы. Неожиданно дверь резко распахнулась, в больничное крыло влетел запыхавшийся Эрик. — Как Барти? — сходу осведомился он. Из операционной вышла мадам Помфри, а за ней Снейп. Все в ожидании уставились на них. — Жить будет, — сообщил Северус, и парни уже было выдохнули с облегчением, но тот добавил, — пуля повредила глазной нерв, и пока Крауч не придёт в сознание, невозможно определить, насколько пострадало его зрение и будет ли он вообще видеть. — Блядство, — выдохнул Эрик, приземляясь на стул рядом с Артуром. — Стэнни мёртв, Барти еле жив, я ненавижу этих магловских выродков! — закончил он, пряча лицо в ладонях. Поводов радоваться не было совсем, и всё же Люциус улыбнулся: мальчишка настолько прижился в Хогвартсе, настолько сильно врос в их жизнь и уклад, что все они давно не вспоминали о том, что он не волшебник. А теперь и сам Эрик забыл об этом. Малфой-старший оглядел присутствующих. — Ничего, мы заставим кое-кого заплатить за гибель наших друзей. А теперь отправляйтесь спать, всем трое суток отдыха. Парни медленно двинулись на выход, но тут мадам Помфри, тихо охнув, всплеснула руками. — Совсем ведь забыла, — посетовала она, — мистер Скамандер, сегодня ночью вы стали отцом двух прелестных малышей. Мамочка и мальчики в полном порядке, спят в дальней палате. Все радостно загоготали, поздравляя и хлопая по плечу новоявленного папашу, а тот ошарашенно принимал поздравления, но через минуту не выдержал и кинулся к семье. Выходя из больничного крыла Люциус подумал, что жизнь и смерть всегда идут рядом. И нарушить этот баланс не под силу никому.