Неуловимый, Безликий, Тень 191

инзира автор
Tekken_17 бета
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Описание:
Волдеморт побеждён, волшебники налаживают жизнь и строят новое общество. Но проходит семь лет, и на весь магический мир обрушивается новое несчастье - маглы.
Лозунг "Ведьму на костёр!" как никогда актуален.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Тема войны - это нечто новое для меня, как автора. Самой интересно, что из этого получится.
Описания изощрённых пыток точно не будет. Скорее всего, только в общих чертах.
Хотелось чего-то тяжёлого и мрачного, но возможно, что мой природный оптимизм всё же возьмёт верх.
Огромное спасибо Рейне Рей за превосходные стихи.
И, конечно, я благодарна моей неизменной бете.

Семнадцатая глава. Без права на славу, во славу державы

8 ноября 2019, 23:00

От встречи до встречи Печать расставанья И миг, словно вечность, И разум на грани. Морозом по коже, Под сердцем иглою Меня вновь тревожит Сомнение злое. И вслед за любимым Срываюсь я птицей. Сомнения — мимо! Живой возвратится!..

— Стоять! — прозвучал в спину тихий, но отчётливый приказ. — Руки вверх! Маркус замер всего на миг, начал было медленно поднимать обе руки, но тут же резко развернулся и, схватившись за упершееся в спину дуло автомата, быстро ушёл в сторону. Дёрнул оружие на себя и сразу назад, пытаясь попасть прикладом в кадык нападающего. Тот, однако, не растерялся и вырубить себя не позволил, в последний момент уворачиваясь. Этот приём Маркус освоил ещё в армии, и он всегда срабатывал, но не сейчас. Значит, он столкнулся не с простым армейцем, возможно со спецназовцем. Это было более чем хреново, но в этот момент раздался насмешливый и до боли знакомый голос: — Что-то подрастерял ты, командир, прежние навыки. Только сейчас Маркус вгляделся в лицо нападавшего. — Волк, твою мать, — громко прошипел он, — ты здесь какого хера делаешь? — Признал, значит, всё же, — оскалился высокий голубоглазый мужчина в зимнем камуфляже. — Не признаешь тебя, как же, — хмыкнул Флинт. Они быстро обнялись, похлопывая друг друга по плечам. — Я думал, ты с отрядом где-нибудь в жарких странах шухер наводишь, — озадаченно сказал Маркус, вешая свой автомат через плечо. — Отозвали несколько дней назад, — ответил тот, повторяя действия Флинта. — Только ни черта не понимаю, с кем воюем, зачем воюем. Вернее и не воюем вовсе, целыми днями круги наматываем в охранении. Говорят, маги напасть могут. Только как по мне — это бред сивой кобылы. Какие, нахуй, маги, придумают же, сказочники, блядь. — Так ведь вроде война уже три года идёт? — удивился Маркус. — С кем, по-твоему, вся армия Британии сражается? — Да в душе не ебу, с кем, — отозвался тот, передёрнув плечами. — Ты же расклад знаешь, мы не регулярные части, мы наёмники, всё больше на другие государства работаем. А тут ни черта не понять. Официально ни одна страна в Европе не находится в состоянии войны. Но боевые действия идут, получается, мы, англичане, против своих же соплеменников воюем, что ли? Если так, то я на эту херь не подписывался. Дэвид Кент, оперативное прозвище Волк, являлся бывшим заместителем Маркуса и его другом. Они служили вместе с первого дня прихода Маркуса в армию, не раз спасали друг другу жизни, вытаскивая из-под пуль. И вот сейчас, почти через пять лет, встретились снова, но по разные стороны. — Армия воюет с магами — и это не шутка, — хмуро сообщил Флинт, — как бы бредово это ни выглядело. Потому что люди умирают по-настоящему и магическими заклинаниями их не вернуть. — А ты, значит, на этих магов работаешь? — задумчиво оглядел его Волк. — А я думал, что ты завязал с войной? — Я завязал, она со мной нет, — хмыкнул Флинт, — и я на них не работаю, я один из них. Он незаметно подобрался, готовый к атаке: неизвестно, как бывший сослуживец отреагирует на его признание. — Смешно, — хохотнул было Волк, но глядя в хмурое лицо Маркуса прищурился. — Если это не шутка такая, нужно перетереть за происходящее, потому что против тебя я оружие не подниму. Ты в Кандагаре меня шесть часов по горам тащил, сам еле жив был, а меня не бросил! — Я так понимаю, ты здесь не один? — спросил Маркус, оглядываясь по сторонам. — Белка со мной, то есть капрал Грин, — отрапортовал Волк. — Росомаха и Крот на другой стороне. — Последних двоих не помню, а вот Белка при мне ещё пришел, — улыбнулся Маркус, — сам его дрючил, уж слишком вежливый и культурный был, салага. — Так точно, был, — хохотнул Волк, — да весь вышел. Он достал рацию и быстро проговорил: — Белка, в дупло, как слышишь, Белка, — и тут же раздался другой голос: — Белка, понял. — Пошли, командир, недалеко у нас шалаш небольшой есть, там и поговорим, а парни твои пусть подождут снаружи, больше трёх всё равно не поместимся, — Волк указал головой на притаившегося за сосной разведчика. — Бойцы у тебя тоже, смотрю, не промах: сколько уже стоим с тобой тут, а я только его заметил. — Ты бы и не заметил, — фыркнул Флинт, — он специально показался, предупредил, что и я не один. — Н-да, — то ли хмыкнул, то ли удивился Волк и, нагнувшись, нырнул под заснеженную еловую лапу, Маркус за ним. Меж плотно стоящих стволов спецназовцы соорудили шалаш из еловых веток. Когда они вошли, когда-то рядовой, а ныне капрал Дилан Грин вскочил, увидев Маркуса. — Сэр, это вы? — отдавая честь, он уставился на него широко распахнутыми глазами. — Откуда? — Вольно, капрал, — улыбнулся Флинт, — сейчас всё по-порядку расскажу. Они присели на наваленные ветки. — Вы же знали, что у меня была амнезия и я не помнил свою прежнюю жизнь? — спросил он, а когда Волк кивнул, продолжил, — после травмы в спортзале и нескольких дней комы я очнулся и понял, что точно знаю, кто я — маг и волшебник Маркус Флинт. — Ебануться, — с присвистом втянул в себя воздух Белка. — Согласен, — вздохнул Маркус, — поэтому я и ушёл в свой мир. — Подожди, — нахмурился Волк, — а Кэтрин и Джо, они тоже?.. — Кэт нет, — мотнул головой Маркус, — только Джорджия. Магические способности ей передались от меня. — В голове не укладывается, — пробормотал Волк, — чувствую себя выпавшим из реальности. Тяжело вздохнув, Маркус потёр подбородок. — Парни, я понимаю, что со стороны это выглядит, будто я афганского гашиша накурился и теперь меня не по-детски прёт, но я никогда вам не лгал и сейчас не собираюсь. — Убойная, кстати, штука, — улыбнулся Белка, — мы тогда, помню, от него все с катушек послетали, но не вы, командир. — Точно! — воскликнул Волк. — Тебе хоть бы хны. — На нас не действует ваша наркота, — пояснил Маркус, — магия слишком быстро очищает кровь. — Значит, волшебники существуют, — подвёл итог Волк. — Осмыслить пока этот факт мой бедный мозг не может, но я привык доверять тебе, командир. — И на этом спасибо, — облегчённо выдохнул Флинт. — Возможно, мне понадобится ваша помощь, тем более что именно Британское правительство объявило нам войну. — Да на кой вы нам нужны-то? — взвился Волк. — То есть, должна же быть причина, на ровном месте даже прыщ не вскочит, а тут такое. — Слышал я, что якобы волшебники напасть на нас хотели, вот мы типа упредили их планы и сами первые нанесли удар, — потерев кончик носа, сообщил Белка. — Только я не поверил, ну какие ещё, к чертям, волшебники, думал, что, может, террористические группировки, вроде Талибана, активизировались, мало ли их по миру куролесит. — Немало, — согласился Маркус, — но не в этом случае. Ни одна из них не в состоянии противостоять регулярным войскам больше трёх лет, а ведь воюем не только мы, пол-Европы втянуто в эту войну. — Так получается, всё это правда? — ещё сомневаясь, вздохнул Волк. — Тогда должны были быть веские основания для войны. Или вы всё-таки дали повод усомниться в лояльности магов? — Мы не планировали захват ваших территорий, поверьте. Не собирались поработить вас и сделать своими слугами, хотя и могли бессчётное количество раз это провернуть. Наоборот, десять лет назад маги воевали против Тёмного Лорда, который стремился стереть с лица земли маглов, маглорожденных и полукровок. Один человек, тогда совсем ещё юный парнишка, уничтожил Лорда, а ваши начальники в благодарность больше двух лет держали его в плену, всячески издеваясь. Он пришёл как парламентёр, доказать, что мы заинтересованы только в мире. А его попытались использовать, как подопытного кролика, чтобы завладеть магией. — Но как наши узнали про волшебников? — спросил Белка. — Что-то раньше никто не подозревал о вас, а тут вдруг раз — и вы, оказывается, существуете. — Как с языка снял, — согласился Волк, — почему вдруг сейчас-то? Маркус ненадолго задумался. Он понимал, что объяснять ситуацию бывшим сослуживцам просто необходимо, иначе всё поистине выглядит фильмом-фэнтези. — Так, мужики, слушайте сюда, — начал он мрачно.— Вернувшись к своим, я поступил работать в аврорат, это как ваша полиция и армия в одном ведомстве. К началу войны дослужился до заместителя главы аврората, так что был в курсе происходящего. Мы жили тихо, не отсвечивая перед вами, у нас даже Статут Секретности существовал и действовал очень жёстко. Но про нас узнали по-идиотски глупо, более того — случайно, благодаря одному кретину, захотевшему славы. И сразу появились некоторые ваши предприимчивые генералы, которые решили, что с нашей магией смогут покорить весь мир. Только не всё так просто: если в тебе нет магического ядра — ты магл, и этого не изменить. Магию нельзя продать, подарить или передать по наследству, она или есть у тебя, или её нет, мы старались это донести до тех, кто вдруг решил стать волшебником. — А наши идиоты на слово вам не поверили и до сих пор пытаются заполучить её, — сделал правильные выводы Волк. Маркус кивнул, подтверждая, что он прав, но тут вмешался Белка: — Кто такие маглы? — Это вы, то есть те, кто не маги, — пояснил Маркус. — Дурацкое прозвище, — поморщился Белка, — кто только придумал такую пакость? — Не о том, капрал, мы сейчас говорим, совсем не о том, — нахмурился Флинт. Времени для разговоров больше не осталось, и не хотелось тратить даже секунды на всякие пустяки. — Хоть чайником меня назови, мне похуй, лишь бы уже война закончилась. — Точно командир сказал, никому она нахер не упёрлась, эта бойня, — согласился с ним Волк, — поэтому давайте по существу. — Раз по существу, может, вы скажете мне, други мои, что охраняете в этом лесу? — воспользовался предложением Флинт. — Вопрос, конечно, интересный, — пожал плечами Волк, — только мы и сами ни черта не знаем. Вернее, мы курсе, что в паре минут отсюда начинается болото, в глубине него есть остров; летом по болоту не пройти, трясина, а зимой оно замерзает, поэтому нас на усиление и отправили. — И что там на этом острове? — поинтересовался Маркус. — Мы думали сначала — база какая-нибудь секретная, — понизил голос Волк, — но нет, на базу не похоже. Я думаю, лаборатория. Нас внутрь не пускают, там у них своя охрана постоянная, мы только здесь, в лесу, пост несём, да и казарма наша отдельно от основного здания стоит. Но уж больно часто на территории люди в белых халатах мелькают. — И надолго вы сюда присланы? — снова спросил Флинт. — На неделю, — поморщился Белка, — потом смена прилетит. Сюда всё вертолётом доставляют и зимой, и летом. Семь дней вольной жизни — и снова сюда. В общем, полное мозгоёбство. — Ладно, пора мне, парни, — поднялся Маркус. — Волк, мне бы твой номерок телефона, позвоню, как вернётесь. Тот молча достал из нагрудного кармана почти пустую измятую пачку из-под сигарет и, выудив следом огрызок карандаша, криво написал номер. — Звони только на следующей неделе, раньше не приедем в Лондон, а тут мобилы запрещены. — Понял, — кивнул Маркус и, попрощавшись с парнями, вышел. — Командир! — окликнул его Белка. — А тот парень до сих пор в плену? — Нет, — отрывисто произнёс Флинт, уходя, — мы сбежали. — Сэр, — обратился к нему один из парней, когда он вернулся к своим, — вы уверены, что им можно доверять? Маркус не оглядываясь уводил группу к месту встречи с остальными отрядами. Что он мог ответить на вопрос разведчика — он и сам не очень представлял. Они не виделись так давно, и тогда Маркус был своим, а сейчас они по разные стороны и во что это может вылиться, было совсем непонятно. И всё же Флинт был убеждён, что дружба, закалённая в боях, это не просто пустой звук, это нечто большее. — Думаю, можно, — ухмыльнулся он. — И по-моему, мы нашли то, что искали. * * * Как только они сели в вагон, парни, сначала смущаясь, а потом всё больше входя в азарт, начали задавать Гарри вопросы. Дирк было шикнул на них, но Поттер-то их отлично понимал. Во-первых, не каждый день с самим Главой Аврората общаешься, а во-вторых, всегда интересно услышать новости, как говорится, "из первых уст". Поэтому он с удовольствием отвечал на вопросы и даже иногда шутил. Разведчики интересовались не из праздного любопытства или для того, чтобы потом перевернуть, переврать его слова, как это отлично получалось у незабвенной Риты Скитер, они, как и все, устали от сражений и надеялись, что война скоро закончится. — Ми-стер П-поттер, — немного заикаясь, обратился к нему самый молодой из отряда, — значит, после войны больше не будет Статута Секретности? — Будет, — односложно ответил Гарри и добавил, — и более того, лично вынесу на голосование в Визенгамот предложение, чтобы ужесточить его. — Зачем? — не понял парнишка. — А потому, что теперь мы все знаем, что может произойти, если маглы узнают про нас, — заявил Поттер, — второй раз лучше не рисковать. — Так они и так про нас знают, — подал голос кто-то из присутствующих. Гарри ухмыльнулся. — А Обливиэйт у нас на что? — Разве можно такому большому количеству народа память стереть? — удивился кто-то за спиной Гарри. — Да, работа предстоит сложная, не побоюсь сказать — адская. Только не все маглы верят в магов. Слишком уж нереально это выглядит. Большинство обыкновенных обывателей уверены, что их обманывают и что на страну напали либо террористы, либо экстремисты, на худой конец — коммунисты, а магами их скорее всего ушлые журналюги прозвали, — Гарри грустно улыбнулся. — Ваш командир не хуже меня знает, что магловский Лондон живёт довольно спокойной, даже можно сказать мирной жизнью. Люди ходят в кино, на выставки, отдыхают в кафе и пабах. Для них ничего не изменилось. Отголоски войны звучат только на окраинах, в таких местах, как промзоны, да в лесах. — Это точно, — подтвердил Крессвелл, — они настолько далеки от войны, как небо от земли. Так что стирать память придётся в основном служивым. — Уверен, восстановление Статута займёт не один год, но постепенно мы всё наладим. Гарри внимательно оглядывал этих, в сущности, ещё мальчишек — некоторым из них едва перевалило за двадцать, — и ему вдруг пришла в голову мысль, что после войны не только придётся восстанавливать прежние порядки и законы, но и вносить новые. После того, что вампиры, оборотни, феи, гоблины, кентавры и другие представители нечеловеческой расы магического мира сделали для общей победы, Гарри был убеждён: они больше не будут лишены права голоса. Он сам всеми силами будет продвигать эту идею. Есть, конечно, ещё полуразумные и неразумные существа, но с ними вопрос другой, все остальные будут принимать непосредственное участие в построении абсолютно отличного от прежнего сообщества. Нужно будет заново создавать Визенгамот и кабинет министров, где, как надеялся Поттер, будут заседать представители всех разумных рас. Он так задумался, что не заметил, как они добрались до места. Простившись с другими группами, двинулись на запад. Снегу в лесу навалило уже выше колена, и они медленно брели в нужном направлении. Осторожно, по одному, перешли трассу, а дальше рассыпались по лесу, стараясь охватить как можно больше территории для осмотра, при этом не уходя друг от друга далеко. Всю ночь и весь день они искали лабораторию, только пару раз устраивая небольшие привалы, чтобы передохнуть и перекусить, вернее, чтобы Поттер мог перевести дух и поесть. Сами разведчики практически не уставали и человеческой пищи не ели. Но то ли лаборатория была хорошо замаскирована, то ли её в этом месте вообще никогда не было, но они не нашли даже намёка на нечто подобное. Один раз вышли на разрушенную ферму, облазив которую вдоль и поперёк, ничего нужного не отыскали. За пару часов до оговоренного времени приняли решение возвращаться. Гарри чувствовал, как по лицу течет пот, он изрядно вымотался, но виду не показывал. Было обидно, результат нулевой, но на этот раз он не отступится. Тогда, пять лет назад, он мог и дальше искать Рона, но не стал, наивно полагая, что тот прекрасно устроился у маглов. И ведь кому, как не ему, было знать, что Рон Уизли ещё тот "везунчик" и обязательно вляпается во что-то такое, что одному ему не по плечу разгрести. Раньше Рон мог полагаться на них, на Гарри и на Герми, они умели отговорить его от необдуманных поступков, о которых впоследствии тот мог пожалеть. Но не в этот раз, и Рон, конечно, влип, да так, что чуть не утащил за собой весь магический мир, вернее утащил, но что уж сейчас-то об этом говорить. Как любил выражаться Флинт, который после жизни с маглами понабрался от них различных словечек, — “поздняк метаться”. И Гарри, не впервые с того момента, когда узнал о судьбе Рона, испытал острое чувство вины: и перед другом, за то, что остановился на полдороги, и перед магмиром, за то, что не предусмотрел возможных последствий. Но он больше не собирался всё спускать на тормозах, слишком большую цену пришлось заплатить всем им за его промахи. Так что Гарри в лепёшку расшибётся, но найдёт Рона, а то, что друг до сих пор жив, он не сомневался, точнее был полностью уверен, что с такими непомерными желаниями, как у генерала Феерфакса, учёные по-прежнему проводят исследования и опыты над своим подопечным. Вдруг Гарри услышал голоса. Опустившись в снег, он осторожно пополз по-пластунски к просвету между деревьями. Трасса, которую они уже переходили ранее, находилась в нескольких футах. Прямо перед Гарри стояла большая машина, в которой перевозили солдат. Молодой боец, явно водитель, чуть подпрыгивая и матерясь сквозь зубы от холода, пытался завести её. Он упорно ковырялся в двигателе, но из того, что психовал парень всё сильнее, а его мат становился всё громче, Гарри понял — машина заводиться не хотела. В этот момент Гарри боковым зрением увидел, как качнулись ветки соседней ели. Он замер, но тут же облегчённо расслабился: это были его парни. — Сэр, что делать-то будем? — спросил один из них, — эти, по ходу, застряли тут надолго. — Обойдём, — приказал Гарри. — В бой не ввязываться, нас только трое, а их в машине неизвестно сколько. Да и не будет нам от них никакой пользы. Они, молча сделав крюк, обошли незадачливых армейцев, но только облегчённо выдохнули, как в спину раздались автоматные очереди. Их заметили. То ли враги охранения наконец додумались выставить, то ли кто-то по нужде в лес попёрся и увидел, это было не так важно, нужно было уходить в срочном порядке. Пригибаясь, Гарри перебегал от куста к кусту, от дерева к дереву. В опасной близости от него взрывались фонтанчики снега, оставляемые пулями, но он не оглядываясь бежал вперёд. Скатившись в небольшой овраг, наткнулся на того молодого вампира, который задавал ему вопросы в вагоне. Тот, сцепив зубы, пытался бинтовать ногу чуть выше колена. — Дай я, — выхватив рулончик бинта из рук парня, Гарри быстро замотал рану и, взвалив его к себе на спину, как можно быстрее потащил в укрытие. — Мистер Поттер, сэр, — лепетал разведчик за его плечами, — я и сам могу идти, это ничего, это лёгкое ранение, я же вампир. — Помолчи, пожалуйста, — обронил Гарри, — я прекрасно знаю: для того, чтобы оно зажило, тебе нужна свежая кровь, где мы тебе её сейчас возьмём, так что мучиться тебе ещё до Хогвартса. Парнишка затих. Поттер чуть обернулся назад, собираясь оценить обстановку. Человек пять-шесть преследователей мелькали за деревьями. В это время из-за сосны вынырнул Фергус Маккален, самый старший из вампиров. — Мистер Поттер, — тихо предложил он, — давайте вы с Микком будете пробираться к подземке, отсюда немного осталось, а я их потихонечку уберу всех, а то так и будут за нами хвостом вязаться. — Лучше ничего не придумал? — разозлился Гарри. — Командир драпает, а бойцы его прикрывают. Не ожидал, Фергус, что ты обо мне так можешь подумать. — Да я ничего... — начал тот, но Гарри его резко перебил: — Всё, закрыли вопрос. Заняты мы немного, если ты не заметил, — он окинул взглядом Микка, который ухмылялся, привалившись к берёзе. — Идти правда можешь или передо мной выпендривался? — хмуро спросил Поттер. — Могу, — закивал тот головой. — Бежать, правда, нет, но идти точно. — Тогда давай, шуруй ко входу в подземку, а мы этих угомоним, — отдал он распоряжение и, увидев, что мальчишка собирается возмутиться, рубанул рукой воздух, как отрезал: — Отставить, боец! Выполняйте приказ! — Есть, сэр, — обиженно выдохнул тот и, прихрамывая, скрылся за деревьями. — Фергус, — обратился Поттер ко второму разведчику, — без пальбы, аккуратно, договорились? Тот молча кивнул и пропал из виду в ту же минуту. Гарри закинул автомат на плечо и вытащил из-за голенища нож. Крупная, тяжёлая рукоять удобно легла в ладонь. Этот нож перед тем, как Гарри ушёл в разведку, ему подарил Драко, сказав, что пистолеты и автоматы — это, конечно, отлично, но нож особое оружие и без него не обойтись. Еле заметный на фоне заснеженного леса солдат в камуфляжной форме осторожно пробирался между деревьев. Гарри замер, прикрытый еловыми ветками. Собственное дыхание, казалось, грохотало где-то в горле, и он постарался дышать тише. Солдат медленно прошёл мимо него, не заметив опасности, и Гарри рывком прыгнул на него сзади, придавливая собственным телом и метя лезвием ножа в открывшуюся беззащитную шею. Раздался булькающий звук, человек под ним сильно дёрнулся и затих. Вытерев о чужую одежду нож, Гарри оттащил труп в кусты, припорошил его и следы крови снегом. Следующий вынырнул из-за куста минут через пять, и Поттер метнул в него нож, попадая точно в сердце. Замаскировать этого помог Маккален, незаметно подошедший сбоку. — Минус три, — одними губами прошелестел он. Гарри поднял вверх два пальца, показывая, сколько солдат на его счету. “Итого пятеро, — мысленно подсчитал Поттер, — но сколько их ещё осталось, непонятно”. Они медленно продвигались к назначенному месту, понимая, что уже опаздывают, только вот привести за собой, как говорит Фергус, "хвост" очень не хотелось. Он немного отвлёкся, и это чуть не стоило ему жизни: из-за поваленной сосны выскочил солдат, молодой здоровый бугай, на полголовы выше Поттера. Тот только в последний момент успел увернуться, и острое лезвие с противным звуком располосовало ему камуфляжную куртку на спине, глубоко разрезая плоть и вызывая острую боль. Он неловко отскочил, но противник снова кинулся на него, роняя спиной на снег. Гарри выбросил вперёд руку с зажатым в ладони ножом, скорее по инерции, чем по расчёту, и тот легко вошёл в чужое тело, но одновременно с этим кто-то сверху ударил уже мёртвого солдата рукоятью пистолета по затылку. — Гарри, ты как? — раздался над ним бас Флинта. — Нормально, — проворчал он, ругая себя за неосмотрительность и спихивая в сторону труп врага, — жить буду. Маркус помог ему подняться. Гарри попытался повести плечами, но левая сторона со спины отдала резкой болью. — Чёрт, всё же задел, гадёныш, — пробормотал он, пытаясь рассмотреть повреждения через плечо. — Драко меня пришибёт, если узнает, что я ранен. — Факт, — хмыкнул Маркус, внимательно исследуя рану, — считай, что в рейды ты больше не ходок. — Да иди ты, — беззлобно бросил Поттер. — Лучше скажи, как вы здесь оказались? — Вы опаздывали, мы с Дирком и Томом решили пойти навстречу и встретили Микка, — тут же ответил Флинт. — Тот возмущался, что его отправили, а сами с армейцами разбираться остались. — Упёртые, как бараны, — сплюнул Гарри и зашипел, когда Маркус обработал порез антисептиком, — увязались за нами, хоть что ты делай. Пришлось образумить, а иначе они до самого входа в подземку волоклись бы. И тут раздались автоматные выстрелы. — Чёрт! — от досады выругался Гарри. — Я же просил без шума. Маркус быстро закончил перевязывать его, и они чуть не бегом рванули на выстрелы. Выскочив на поляну, разом остановились: на опушке разведчики оказывали помощь Дирку. — Как он? — опустившись перед Крессвеллом на колени, спросил Гарри. Тот, бледный до синевы, был без сознания, и только по хриплому, обрывочному дыханию было понятно, что он всё же жив. Маккален споро бинтовал рваную рану. — Удар пришёлся прямо в грудь, — ответил он, — мы были далеко, Тому пришлось стрелять, иначе этот шакал убил бы командира. — Он вколол Дирку пару зелий, пока остальные спешно сооружали носилки. — Всё, уходим, — скомандовал Поттер, который практически уже не чувствовал левую сторону. — Маркус и Том несут Дирка. Фергус, прикрываешь и заметаешь наши следы. Вперед, парни. В тюрьме Гарри научился абстрагироваться от боли и сейчас, загнав её подальше, взвалил на здоровое плечо автоматы, свой и Крессвелла. Уже в вагоне, когда Маркус поставил ему обезболивающее с заживляющим, тот рассказал Гарри, что вроде как они нашли лабораторию. Узнав хотя бы одну приятную новость, Поттер провалился в забытьё. * * * Драко, несмотря на предложение Гермионы как следует отдохнуть, так и не смог сомкнуть глаз. Он надеялся, что Гарри с парнями вернутся не позже полуночи и до рассвета у него будет ещё несколько часов, чтобы вздремнуть. Он знал: как только Поттер будет в безопасности, проблемы со сном у него самого исчезнут сами по себе. Но время уже порядком перевалило за двенадцать, а разведчиков всё не было. Нервы у Драко были натянуты до такой степени, что когда в дверь гостиной кто-то постучал, он подскочил, как ненормальный. Выругавшись сквозь зубы, Малфой открыл. — Знал, что ты не спишь, — еле слышно пробормотал Оливер, заходя в комнату, — сам, как идиот, круги наматываю. — Они должны были вернуться уже часа два назад, — вздохнул Драко, — думаешь, с ними что-то случилось? — Ты же не хуже меня знаешь, — буркнул Вуд, потирая переносицу, — что произойти может всё, что угодно. — Я не могу потерять Поттера ещё раз, — разозлился Малфой, — это уже как-то слишком! — Слушай, — вдруг оживился Оливер, — Крюкохват сегодня в Хогвартсе ночует, чтобы нас завтра сопровождать, он сам мне говорил. Договоримся с ним и смотаемся до места встречи групп, может им там помощь нужна? — До рассвета должны успеть, — Драко на секунду задумался, потом вскочил и на ходу бросил, — пять минут на сборы. Он ещё не успел скрыться в спальне, когда Вуд покинул их с Гарри апартаменты. Через семь минут они уговорили гоблина на эту авантюру, через девять подошли ко входу. Но не успел Крюкохват активировать отпирающее устройство на крышке люка, когда та открылась изнутри. Драко облегчённо выдохнул, увидев живого Поттера, и только потом сообразил, что тот слегка пошатывается. “Ох, как чувствовал, что к этому засранцу не только проблемы прилипают, но и пули, по-видимому, тоже”, — расстроено подумал Малфой, молча обнимая Гарри за поясницу и давая тому возможность опереться на него. Вуд так же молча отобрал у Флинта ручки носилок, на которых лежал Дирк, и, всё же не выдержав, спросил: — Что произошло? — Как обычно, — пожал плечами Маркус, — маглы, погоня, Гарри ранен в спину, Дирк в грудь, оба ранения ножевые, Микки — в ногу, пулевое. Шедший впереди Поттер только фыркнул, услышав очень краткий и лаконичный отчёт за прошедшую операцию. — Завтра так же перед Люциусом отчитаешься, — хохотнул он, но тут же застонал, и Драко рассерженно на него зашипел: — Что, умник, ещё и остришь? Ну-ну, вернусь с задания, я тебе такие приколы устрою, обхохочешься. — Драко-о, — протянул Поттер, — ничего же страшного не произошло, ранение пустяковое, через пару часов буду в порядке. — Оба будете в порядке, — влез вдруг Оливер, — хрен вам больше, а не боевые задания. Поставлены командовать, вот и давай, вперёд, рулите, а мы уж как-нибудь, под вашим руководством, будем по миссиям бегать. Теперь пришла очередь Маркуса фыркать. Он оглянулся на злющего Вуда и пожал плечами: — А ты чего разошёлся? Я вообще-то не ранен. — Какая разница, ты или он, у вас есть, чем заниматься, вот и не лезьте туда, куда не просят, — отбрил Вуд. — И это правильно, — тихо проворчал Драко, заводя Поттера в Хогвартс, — каждый должен делать свою работу. Как только мадам Помфри отпустила вылеченного Поттера из больничного крыла, Драко напомнил, что взбучки ему не избежать, и, смачно чмокнув в губы, пошёл на выход. — Ты куда? — удивился Поттер. — На улице светает, не лучшее время для операции. — Нам нужно место будущих переговоров обследовать, а в темноте этого не сделать, — пожал плечами Малфой и, нахмурившись порекомендовал, — иди-ка ты спать, сутки на ногах — это не шуточки. — Ты же будешь максимально осторожен, правда? — тихо пробормотал Гарри, не сводя с него взгляда. Малфой закатил глаза и, вернувшись, прижался к нему всем телом. — Я постараюсь. Из-за угла появились в полной боевой готовности Оливер с Гермионой, и Драко, ещё раз поцеловав Гарри, ушёл с ними. * * * Когда-то давно, когда он был ещё ребёнком, Барти боялся темноты. Сейчас она не пугала, она ужасала его тем, что могла остаться с ним навсегда. Никогда не увидеть знакомые лица друзей, Хогвартс, малыша Барти — это сводило с ума. Но каждый раз, когда он уже был на грани отчаяния, появлялся Снейп. Этот вечно ворчащий, чем-то всегда недовольный человек умудрялся вытаскивать его почти из-за грани. Как будто Барти в Арку Смерти падал, но Снейп всегда вовремя хватал его за руку, не позволяя пропасть в небытие, при этом обязательно бранил, не чураясь довольно крепких словечек. Были, конечно, ещё ребята из отряда и Эрик, но войну-то никто ради него не отменял, они не всегда оказывались рядом, а вот Снейп как будто чувствовал нутром, когда он нужен, и всегда появлялся вовремя. И Крауч был безмерно ему благодарен за это, хотя вряд ли когда-нибудь рискнёт сказать "спасибо". Где-то громко скрипнула дверь, и Барти очнулся от невесёлых мыслей. Несколько дней назад Снейп ворвался к нему в палату и сообщил, что Яксли нашёл рецепты своей родительницы, так вот Северус отыскал в них одно старое и мудрёное зелье, которое может Барти помочь, по крайней мере, Снейп возлагал на него большие надежды. Вчера оно было полностью готово к употреблению, и тот сразу заставил Барти его выпить, предупредив, что молниеносного эффекта не случится, а нужно точно по часам пить эту настойку каждый день в течение недели. Сам Барти не очень верил в успех, однако Снейпа ждал с нетерпением. — Здравствуйте, мистер Крауч, — поприветствовал его Снейп, входя в палату, — готовы продолжить лечение? — Как будто у меня есть возможность слинять от тебя, — проворчал Барти, но с кровати начал подниматься. — Что надо делать? — Ничего, — отчеканил Сейп, — просто стой и прикрой глаза, пока я снимаю повязку. Барти отчаянно зажмурился, даже как будто сжался. Снейп с помощью магии убрал ткань с глаз и тихо попросил: — Открывай. На секунду Барти замер, боясь пошевелиться, но потом широко распахнул глаза. Он не смог удержать вскрик, вырвавшийся из горла, и непонятно, чего в нем было больше: отчаяния или надежды. — Ну, — нетерпеливо дёрнул его за пижаму Снейп, — говори же. — Сев, — хрипло проскрежетал Барти, — я ни черта не вижу, но это не темнота... я как будто в тумане... всё серое, но уже не чёрное. — Слава создателям, — тихо пробормотал Северус, — действует. — А вон там, — Барти махнул в сторону рукой, — светлее. Там же окна, да, Сев, окна? — Точно, — удовлетворённо подтвердил Снейп, — значит, зелье помогает и зрение вернётся. Может быть, не полностью, но видеть ты обязательно будешь. Он помог Барти выпить очередную порцию лекарства, обратно надел на глаза повязку и, уложив Крауча в постель, прошептал: — Не хандри, мы на правильном пути. * * * — Чёрт побери, — поморщился Мартин Гибсон, — когда уже пройдут эти головные боли. Он осторожно приподнялся, стараясь нащупать на тумбочке оставленные лечащим врачом таблетки. Потом выдавил одну из блистера и, проглотив, запил водой. Выдохнул облегчённо, откинулся на подушку и прикрыл глаза. Всё время, пока он томился на больничной койке, его не покидали тревожные мысли. Кто организовал покушение на него? Кто вообще организатор этого идиотского заговора против магов и собственной страны? Именно против собственной страны — по-другому Мартин не рассматривал эту ситуацию. Великобритания, и Англия в частности, всегда очень осторожно относились к такого рода действиям, наоборот, стремились занять нейтральную сторону и не ввязываться в конфликты между государствами. И это ожидаемо приносило свои результаты: довольно стабильная как экономическая, так и политическая обстановка в стране удовлетворяла всех. Лейбористы и консерваторы периодически, но в разумных пределах устраивали различные реформы в попытке поменять что-либо, но никогда не зарывались и всё, на что были способны, это переругиваться в парламенте, доказывая свою точку зрения. Остальные, более мелкие и не такие весомые партии примыкали то к одной стороне, то к другой, и всё было в полном порядке. Но нежданно-негаданно кто-то решил пустить коту под хвост всё, что нарабатывалось и создавалось годами. Этот "кто-то" был либо полнейшим идиотом, ничего не смыслящим в политике, либо возомнившим себя диктатором почище Гитлера, самовлюблённым индюком. Другого определения не находилось. Мартин никогда не встречал ни одного волшебника, но со слов Генриха Лортона представлял, на что способна их магия, и если этот маньяк (главнокомандующий не боялся назвать этого неизвестного именно так) получит в свои руки такое оружие, не поздоровится никому — ни самим англичанам, ни остальным странам. От развернувшейся перспективы бросало в дрожь. И значит был только один вариант: объединиться с магами и не допустить катастрофы. Накануне Мартина навестила сама королева. Они даже практически не обменялись привычными дифирамбами в адрес друг друга: Её Величество выглядела по-настоящему напуганной, что было впервые на памяти Гибсона. Они долго обсуждали происходящее, королева сообщила, что решение о начале боевых действий приняла под давлением премьер-министра, но подозревала, что и тот, точно так же, как и все, был одурачен. Она заявила, что её доверенные люди всё проверяют и ведут негласное расследование. Дело было безумно щепетильным и деликатным. А Её Величество, как истинный монарх, никогда не позволяла выносить сор из избы и скомпрометировать действующее правительство. Поэтому вопрос с предателями в управленческом аппарате было решено оставить на откуп королеве. А ему, Мартину, предстояло заняться изменниками в подвластной армейской структуре. И как только королева покинула лазарет, Гибсон вызвал к себе Лортона. — Генрих, вы же держите связь с магами? — спросил он, потирая ладонями лицо. — Нужно сообщить им, что переговоры состоятся семнадцатого числа, и если есть такая возможность, то пусть организуют всё они. В этом случае мы задействуем наименьшее количество своих людей, что снизит риск утечки информации. Генрих Лортон согласно кивнул головой. — Есть, сэр! — тихо отрапортовал он. — Насколько я знаю, место встречи уже прорабатывается, как и все способы безопасности. — Отлично, — удовлетворённо вздохнул Верховный, — тогда я надеюсь, мы обойдёмся только теми офицерами, кто сейчас в вашем подчинении. Головная боль, слава Богу, немного притупилась, по крайней мере, её уже можно было терпеть. До назначенного срока оставалось два дня, и генерал очень надеялся, что поправится полностью. Пришло время принимать важные решения и исправлять чужие ошибки.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.