Светлая сторона души

Ладно, вру. Пиздеца пока не было. Второе письмо Август мирно выкинул в камин, и после этого вести от Гришки пропали. И мы стали просто дружить с ним (Августом, не Гришкой). Ну, знаете. Нормально так дружить. Он оказался довольно классным парнем, умел шутить — у него был прикольный грустно-саркастический юмор, и это мне нравилось. Ну ладно, давайте немного отвлечёмся, что ли. Короче, к нам опять приезжает Совет Попечителей. Они будут что-то рассказывать. Пока непонятно, что, но школьный театральный кружок устраивает какие-то свистопляски к их приезду. Всех остальных традиционно заставили рисовать плакаты и просто картинки на главную школьную доску объявлений — типа у нас тут детское творчество процветает. Мы от ухода на художественный фронт мастерски отмазались тем, что наши навыки рисования были равны нулю. Для Натали и Ньюта это была неправда, но впервой ли нам врать? В тот самый день приезда Совета Дамблдор поручил нам управлять спецэффектами и (как неосмотрительно!) музыкальным сопровождением. Поэтому сейчас мы всемером и ещё артисты сидели за кулисами и ждали начала. Ну как сидели. Ньют с огромной скоростью наматывал круги, гоняясь за очередной зверюшкой, и сквозь зубы чертыхался, два блондинчика (Август с Сашкой Малфоем) на слабо забрались на какую-то громадную антикварную хуйню и теперь никак не могли с неё слезть, слизеринцы всем скопом усиленно пытались настроить пианино Лизы Забини и громко возмущались. Очень весело. И тут зазвенел колокол, оповещающий о приходе попечителей. Все засуетились, танцоры похватали свои ленточки, ведущие — бумажки с текстом. Блондинчики плюнули и экстремально спрыгнули, Ньют поймал свою зверюшку Акцио, слизеринцы в сердцах пнули пианино и каким-то образом оно сразу настроилось. Мы начали быстро колдовать спецэффекты, попробовали включить проигрыватель, но он почему-то не работал, так что наши технические гении (Фред, Тесей и Лета) сначала очень технически и очень гениально перезагрузили и обматерили несчастную штуку (уверена, попечители услышали всё), а потом стали в ней копаться и в итоге включили, но заиграла не планируемая вступительная медленная мелодия, а какая-то смесь 1D, Рамштайна, Битлз и Билли Айлиш. Буквально: — The story of my life, I take her home, Ich will, dass ihr mir vertraut, Yesterday all my troubles seemed so far away, I'm a ba-a-ad guy! Это непотребство продолжалось примерно полминуты, пока всё-таки не включилась нужная музыка. К тому времени весь состав Совета Попечителей уже стоял в непонятках, профессора фейспалмили, ученики веселились. Под нормальную песню выступающие торжественно вышли на сцену (слизы таки забыли своё пресловутое пианино), зал захлопал, пытаясь сгладить неловкость. Мы немного подождали, а потом тихо, как мышки, всё-таки прошмыгнули в зал под пристальными взглядами преподавателей, попечителей и студентов. Мы сели на задний ряд и сделали очень серьёзные выражения лиц. К тому моменту свистопляски уже потихоньку закруглялись. Наконец, ведущий сказал какие-то заключительные слова и все свалили со сцены, пуская туда попечителей. Внушительный Ричард Малфой, стоящий посередине, прокашлялся, магией усилил свой голос и сухо поздоровался: — Добрый день, господа. Раздалось недружное мычание, обозначающее, видимо, ответное приветствие. А потом слово взял дяденька Корвус Лестрейндж и начал пафосно болтать. Он говорил, что в магическом мире всё чаще стали происходить нападения. Что скоро, возможно, начнётся война. Что надо быть осторожными. И всякое такое. Бла-бла-бла. Лета, не отрываясь от чтения Твиттера в телефоне, хмуро сообщила: — Он несёт хрень. Гриндевальд не собирается буянить по крайней мере до следующего года, папа это знает. Какие паникёры придумали всё это? — Очевидно, те, кто не имеет связей с Гришкой, — усмехнулся Тесей, одновременно который раз пытаясь сначала пройти сложный уровень в игре. — Не у всех дома он… бля, зомбак, да отъебись ты уже, хули надо… чай пьёт каждый день. Неожиданно Корвус заткнулся, нахмурился, словно к чему-то прислушался. А потом резко сообщил: — Дорогие друзья, к сожалению, мы вынуждены прервать наш рассказ, — чей «наш»? Только ты же рассказываешь, чувак. Остальные, видимо, служат декорациями. Или ты имел в виду что-то по типу «мы, Николай Второй»? — ибо в Министерстве случился… форс-мажор. Нам нужно срочно быть там. Мы ещё вернёмся, когда сможем. Извините за неудобства. Пока Дамблдор и Диппет в два голоса заверяли попечителей, что всё хорошо и что они даже проводят «почтенных гостей» до портключа, мы переглянулись. — Какой, блин, форс-мажор? — тихо поинтересовался Ньют. — Всё-таки Гришка? — А вот хрен его знает… — прошептала я. До портключей все шли вместе, толпой. Проводы, бля, торжественные. Не знаю, зачем это надо. И… ну, мы с ребятами правда не хотели приключений. Правда не искали их. И правда случайно на несколько секунд задержались в Большом зале, где теперь оставались только Совет и портключи. Естественно, это нам так просто с рук не сошло. Каким-то непонятным образом, когда попечители коснулись портключей, нас вдруг тоже завертело в воздухе… «Пиздец!» — было моей последней мыслью.