Загадай желание

Впервые в жизни Эдвард поверил, что встретил настоящего монстра. Гарри потратил много времени на убеждение вампира в том, что сам Эдвард монстром не является, не то, чтобы он возражал. (Честно говоря, как только Гарри надел этот шикарный костюм и потребовал, чтобы вампир называл его профессор Поттер, разум Эдварда превратился в розовую лужицу, и он готов был хоть ошейник надеть, если Гарри попросит). Само собой разумеется, Эдвард был полностью убежден. Их сломанное изголовье кровати было прямым доказательством. Возлюбленному не потребовалось много времени, чтобы убедить его, что он никогда не станет монстром в прекрасных изумрудных глазах. Сейчас же, Эдвард уставился на крошечный сверток осторожным, внимательным взглядом. Гарри, Изабелла, Джейкоб и почти все, с кем он общался, уверяли его, что это просто безобидный ребенок. Его не обманывали. Вот только он точно знал, что крошечное существо перед ним не ребенок, а манипулирующий злой Демон прямо из Преисподней. Эдвард сердито посмотрел, как крошечная девочка хихикнула, ожидая, что вот-вот из ее рта появится пламя. Он молча проклинал свою неудачу. Если бы только Гарри не смотрел на него щенячьими глазами и не пообещал кое-что интересное, связанное с собой, юбкой и парой пушистых наручников, Эдвард держался бы как можно дальше от демона. Она посмотрела на него своими маленькими карими глазами, которые, точно знал Эдвард, были всего лишь частью маскировки. Все предпочитали думать, что в этом нет ничего плохого, но вампир знал правду. — Хорошо, отродье, сейчас мы только вдвоем, — строго сказал Эдвард, глядя на нее, — Ты можешь обмануть всех остальных, но не меня. Теперь, отдай мой телефон, и я не буду возвращать тебя маленькими кусочками твоему отцу. Демон снова хихикнула, крепко сжав в руках мобильный телефон Эдварда со злым блеском в глазах. Вампир нетерпеливо наблюдал, как Исчадие решала вернуть ли ему телефон. Он медленно протянул руку, пытаясь убедить Демона отдать его собственность. Он почти забрал его, когда Демон закашлялась, а потом выплюнула мерзкую белую жидкость прямо на его мобильный. — НЕТ! — вскрикнул он, выхватывая телефон из ее рук, морщась от гнусного зловония и оттирая его слюнявчиком Демона. Удивленная внезапным движением, Исчадие начала плакать. Эдвард посмотрел на нее. — Это я должен быть тем, кто сейчас плачет, — проворчал он, тыкая пальцем в ее живот, пытаясь заткнуть. Демон замолчала, вся в слезах уставилась на тыкающий ее палец, прежде чем открыть рот и закричать еще громче, чем раньше. Эдвард зашипел и зажал уши, его глаза лихорадочно искали Божий Дар для демонов — пустышку. Он увидел оскорбительно розовый Пепто Бисмол и, не колеблясь, отдал его Демону. Демон, казалось, на мгновение успокоилась, сонно потирая глаза. Она моргнула несколько раз, прежде чем ее лицо скуксилось. Глаза Демона слезились, а лицо начало краснеть. Эдвард в ужасе наблюдал, как ужасный звук достиг его ушей, сопровождаемый тошнотворным зловонием. — Агрх! Боже мой, будто горчичный газ! — закричал он, закрывая ладонью рот и нос, пытаясь спасти себя. Вонь, казалось, повредила его мозг, потому что он мог поклясться, что его идеальное вампирическое зрение отключилось на несколько мгновений. Когда он снова сосредоточился на Демоне, его взгляд быстро стал удивленным. Она исчезла. Но куда…? Он услышал хихиканье и грохот на кухне. Не колеблясь ни минуты, Эдвард побежал к Демону и удивленно моргнул. Ей удалось забраться на кухонный стол и отодвинуть тарелку с пластиковыми фруктами, которую оставила Эсме. — Как ты…? — Эдвард покачал головой, глядя на Демона, — Иди сюда. Давай избавимся от этого оружия массового поражения в твоем подгузнике, прежде чем ты отравишь весь воздух. У Демона была наглость хихикать. Он осторожно поднял ее, неся на расстоянии вытянутой руки до гостиной, где находился пакет с дезинфицирующими средствами. У Эдварда было человеческое желание заткнуть нос, когда он менял подгузник. Быстро подумав, он взял освященную воду, которую Эмметт подарил ему в качестве розыгрыша. Он брызнул немного воды на ребенка, шипя: — Изыди! Именно в этот момент Гарри вошел через дверь. Он бросил взгляд на своего парня, бутылку святой воды и свою крестную дочь, и его счастливое лицо немедленно превратилось в лед. — Что ты делаешь? — потребовал ответа Гарри, забирая свою крестницу от Эдварда и проверяя, все ли с ней в порядке, — Я оставил тебя на десять минут и… ты серьезно обрызгал ее святой водой?! Эдвард побледнел от гнева в голосе Гарри. Он поспешил объясниться. — Я просто… видишь ли, что случилось… то, что я хочу сказать, это… дело в том… она демон! Гарри не выглядел впечатленным. — Тебе больше ста лет, и ты серьезно утверждаешь, что невинный ребенок… демон? Эдвард сглотнул. — Н-но… Гарри вздохнул и устроил свою крестницу так, чтобы ее голова находилась у него на плече. — Мое обещание аннулируется. — Нет! — запротестовал Эдвард, — Она злая, Гарри! Гарри ушел, качая головой. Эдвард надулся, сопротивляясь желанию топнуть ногами. Элизабет Блэк подняла голову и поймала взгляд Эдварда. Затем крошечная ухмылка расцвела на ее лице, и она подмигнула. Эдвард недоверчиво уставился на нее, прежде чем зарычал и выбежал из дома. Демон!