Забери меня, Отец!

Адрастос был сыном одного из военачальников Афин. Зажиточные родители дали ему блестящее образование. Его учителем был знаменитый философ, который, кстати, возлагал на юношу большие надежды. Но, несмотря на все свои таланты Адрастос решил пойти по стопам отца. Афины переживали не самые лёгкие времена. Война со Спартой была в самом разгаре. Для Адрастоса это была прекрасная возможность проявить себя храбрым воином, в короткие сроки заслужить расположение начальства и высокое воинское звание. Многое досталось юноше от отца, он был прирождённым стратегом и отважным воином. Для своих восемнадцати лет, Адрастос добился уже многого в военном деле. Захарию восхищал острый ум молодого грека, его отчаянная храбрость, а главное, благородство даже по отношению к врагам. Он наблюдал за ним никогда, впрочем, не вмешиваясь в его судьбу, пока однажды кое-что не заставило ангела спуститься. Лучший друг Адрастоса Эвридий предал его, продал спартанцам из-за банальной вещи. Зависть. Это чувство было старо как мир. Они дружили с детства, и всегда и во всём Адрастос был на шаг впереди Эвридия. Эвридий был талантлив и неплохо разбирался в искусстве войны, но все его таланты оставались ни кем не замеченными на фоне успехов Адрастоса. Он всегда находился в тени лучшего друга. А в случае героической смерти Адрастоса на поле боя, первой кандидатурой на то, чтобы занять его место был, конечно, он Эвридий. Никто бы не заподозрил его. Все знают, что они дружны с Адрастосом с самого детства и любят друг друга как братья. Даже отец молодого военачальника, был искренне привязан к Эвридию. Старый осёл, пожалуй, будет первым, кто предложит его на место своего павшего в бою сына. Но, похоже, Эвридий был рождён под несчастливой звездой. Его блестящим планам не суждено было сбыться. ****************************************************** Адрастос шёл по дну ущелья с небольшим войском, они должны были обогнуть поле сражения и ударить по противнику с левого фланга, придя на помощь армии отца Адрастоса. Адрастос ни на секунду не сомневался в успехе предприятия, он сам участвовал в составлении плана. Была пройдена почти половина пути, когда истошный крик одного из воинов заставил его вздрогнуть от неожиданности: - Спартанцы! Всё происходило какие-то мгновения. Кричавший воин тут же с булькающим звуком упал в пыль с торчащей из горла стрелой. Отряд сбился в кучу. - Щиты! Поднять щиты! – крикнул Адрастос, сам ещё не веря в реальность случившегося. Воины из-за поднятых щитов пытались разглядеть неприятеля, поднимая головы вверх и щурясь от высоко поднявшегося над ущельем солнца. Внутренне холодея, Адрастос увидел силуэты лучников, появляющихся из-за уступов ущелья. Это был конец. Идеальная западня. Их отряд был как на ладони. Всё небольшое воинство Адрастоса понимало произошедшее не хуже своего командира. - Нас предали! - Кто-то предупредил Спарту! Лучники не спешили атаковать, явно наслаждаясь зрелищем беспомощных афинян. Их задача состояла в прикрытии войска уже показавшегося в начале ущелья. Солнечный свет играл бликами на латах приближавшихся спартанцев. Адрастос сжал челюсти плотнее. У них не было шансов. Это не сражение. Это бойня. Весь отряд из трёхсот человек, представлял сейчас из себя загнанное животное, окружённое плотным кольцом охотников. - Воины Афин! – возвысил голос молодой командир – Если Богам угодно, чтобы час нашей смерти наступил сегодня, встретим её как герои! Не посрамим честь Афин! В атаку! Воины подхватили клич командира и отчаянно бросились в свою последнюю атаку, навстречу спартанцам. Они боготворили своего молодого командира и теперь им выпала честь умереть вместе с ним в бою, и главной задачей было сделать это достойно. Неприятель двинулся навстречу. Многие афиняне падали на бегу под ноги своим товарищам, сраженные летящими сверху стрелами, но не один человек не поддался панике, не остановился, не бросил в ужасе меча. Они едва ли отдавали себе отчёт в собственной храбрости. Это было состояние аффекта, колоссальный выброс адреналина, если выражаться современным языком. Адрастос подавил в себе бесполезную мысль, мелькнувшую в голове перед тем, как он скрестил свой меч с противником. Ему восемнадцать лет, он красив, умён, талантлив и сегодня он умрёт. Он без устали работал мечом, отбивая выпады сразу нескольких нападавших. Светлая Паллада пока хранила его от стрел, сыпавших сверху. Ущелье заполнили лязг железа и крики людей. Пот и пыль застилали Адрастосу глаза. Атаки становились всё яростнее, отбивать их было всё сложнее. В какой-то момент Адрастос замешкался, вытаскивая меч из плоти одного из неприятелей, и тут же почувствовал дикую боль в левом плече. Он обернулся и чудом успел отбить следующий выпад война. Это был конец. Пульсирующая боль растекалась по предплечью тёплыми струйками. Совсем скоро у него начнёт темнеть перед глазами от кровопотери, и он сделается слаб как котёнок. Противник не замедлит тут же снести ему голову. И тут он увидел это. Яркое белое свечение где-то впереди. Адрастос не мог понять, видел он это на самом деле, или то была лишь галлюцинация, порождённая усталостью и потерей крови. Свечение двигалось сквозь неприятельское войско, и, вскоре, Адрастос увидел, что оно плывёт, раскидывая оказавшихся на пути людей в разные стороны, словно невесомых букашек. Это была не галлюцинация. Это видели все. Многие, опустив оружие, просто стояли во все глаза глядя на приближающееся нечто. Некоторые пытались атаковать, некоторые бежали. Противник Адрастоса, казалось, на время забыл о нём. Он, опешив, глядел на странное сияние. Адрастос прислонился спиной к скалистой стене ущелья, тщетно пытаясь унять дрожь в коленях и странный гул в голове, чувствуя, что потеря крови начинает на нём сказываться. Странное свечение приближалось всё ближе. Каждый, кто пытался противостоять ему, отлетал в сторону. Голова Адрастоса кружилась от слабости, перед глазами замелькали круги, но он всё же видел. Свет исходил от хрупкого златокудрого юноши лет семнадцати – восемнадцати. Он уверенно шёл к Адрастосу, не обращая никакого внимания на людей бросающих оружие и бегущих от него прочь, в уверенности, что они чем-то прогневали своих богов. Адрастос не смог бы побежать, даже если бы и захотел, он сидел, прислонившись к стенке ущелья, и чувствовал, что вот-вот потеряет сознание. Последним, что помнил молодой командир, был этот златокудрый юноша, прекрасный как Адонис, склонившийся над ним в немом беспокойстве. - Кто ты? – с трудом произнёс Адрастос - Я Захария – донеслось до него уже откуда-то издалека. А после было ощущение, что чьи-то руки бережно несут его, и в этих руках было так спокойно и тепло. Потом Адрастос окончательно провалился в беспамятство.