Новая история

      Гарри тихо крался к своей кладовке, нервно оглядываясь по сторонам и вслушиваясь в окружающее пространство. Он крепко держал в руке корку хлеба. Та уже затвердела и больше напоминала обычный сухарь, но мальчика это не волновало. После пяти дней вовсе без еды ему было уже совсем не до таких мелочей.       Началось все с того, что Дадли сломал свою дурацкую машинку и свалил это на кузена. Вернон Дурсль решил, что лучшим наказанием будет голодовка и десять ударов ремнем. Последнее было мальчику привычно, избиения грозили ему практически за каждую мелочь. Но свыкнуться с голодом было гораздо сложнее. Сейчас он ужасно терзал ребёнка, и мальчик рискнул взять немного еды из мусорки.       Вот Гарри уже почти в кладовке, но дверь не успевает закрыться, как его дергают обратно в коридор.        — Что это ты тут делаешь?! — заорал Вернон, брызжа слюнями прямо в лицо мальчику. Он опустил взгляд и обратил внимание на корку хлеба в руках ребенка. — Вот значит как?! Гадкий мальчишка, неужели не усвоил урок?! Все время крал у нас еду и смел строить жалобный вид!!! — Мужчина схватил Поттера за шиворот, потащил наверх и кинул в темную комнату. Достав что-то из угла и замахнувшись, он ударил прямо по скорчившемуся телу.       Мальчик тихо заскулил и сжался сильнее, ощущая на себе удары ремня. Худшее началось, когда с него грубо сдернули огромную потертую майку и начали бить концом с железной пряжкой, которая до крови раздирала тонкую бледную кожу. Ребёнок чувствовал, как с каждым ударом новая струйка крови скатывается по его спине на пол. Гарри всхлипывал и молился, чтобы все это прекратилось, пусть даже вместе с его отвратительной жизнью.       От боли и сильной истерики в глазах мальчика потемнело, и он потерял сознание. Спустя какое-то время ребёнок оказался в белом пространстве. Напротив него темнела странная фигура с острыми длинными когтями из чего-то, похожего на черный хрусталь, с такими же крыльями. Они имели вид вороньих, каждый кристалл изображал перо, а вместе всё складывалось в чудесное оперение.       Безликий оглядел стоящего напротив мальчика и задал вопрос:       — Хочешь чтобы это закончилось? Хочешь отомстить?       — Да… наверное… — Гарри не был жестоким, но то, что эти люди сделали, не могло остаться забытым.       — Я могу помочь тебе, только тогда ты перестанешь быть собой. Можно сказать, что ты просто исчезнешь.       — Ну и пусть, мне все равно нечего терять! — пылко отозвался мальчик. Для себя он уже всё решил.       — Тогда просто пусти меня.       — Что? — удивленно спросил маленький брюнет.       — Я заперт в тебе, просто позволь мне выйти. Расслабься и не сопротивляйся, — объяснил силуэт и подошел к мальчику вплотную. Легкое головокружение и снова темнота…

***

      Когда Гарри очнулся, то обнаружил, что лежит на животе в луже крови. Боли больше не было, впрочем, его это не волновало. «Уничтожить!» — крутилось в голове. Тело само поднялось, размяло шею и выпустило длинные, практически прозрачные когти.       Одна хищная ухмылка, и монстр бросается к первой жертве, что испуганно смотрела на его действия из-за угла. Тетя. Гадкая магла. Она просто стояла и одобряла все, что творил Дурсль.       Рывок, и когти монстра разрывают женщине горло. Кровь льет фонтаном, прихотливо разукрашивая нечеловеческое тело с длинными ногами и белой кожей.       Клыки еще больше удлиняются и находят вторую тварь, что с веселым свистом выходит из ванны. Кузен. Жирная свинья. Из-за него он больше всего получал. Зубы отрывают Дадли голову и становятся еще острее.       Последний. Безмозглая горилла, что не видит своих ног из-за массивного брюха, сидит в кресле и смотрит новости. Рывок и медленные шаги к туше, что порола его, убивала и унижала. Трансформация доходит до пика, и глаза принимают вид черных омутов без белка и пигмента. Лишь бездонный мрак без проблеска света.       Резкий разворот кресла, и слух ласкает дикий ор дяди. Но времени немного, и Гарри вырывает сердце прямо из груди мужчины, вслушиваясь в его последние судорожные сжатия.       Все. Месть совершилась. Он может расслабиться.       Облитый кровью мальчик принимает человеческий вид и садится на пол. Теперь он изменился. Кожа, что редко показывалась из-под красных отметин, теперь бела, а волосы полностью приняли черный окрас и спускаются водопадом до талии, оттеняя глаза зеленого цвета. Мальчик стал выше сантиметров на десять, его мышцы резко усилились, подстраиваясь под мощь, что теперь бушевала в теле.       Спустя час приехали полицейские, которых вызвали соседи, услышавшие жуткий крик. Они нашли лишь сидящего на коленях мальчика, что смотрел в пустоту, и три разорванных тела. Гарри, как узнали они у знакомых семьи, было решено отвезти к психологу.       — Что ты помнишь? — седой дедушка мягко улыбнулся и призвал ребенка к ответу.       — Трех монстров, которых больше нельзя назвать людьми. Они тянули ко мне свои руки и хотели уничтожить, а я отомстил. Все, — бесстрастно отозвался Гарри.       — Понятно. Шеф? Записывай, что мальчик с психическим расстройством убил своих родственников. Отправляйте его в изолятор, — сказал врач в трубку и повел мальчика к двум полицейским, что повезли того к месту назначения.       Странно, но никто и не думал в подобной ситуации расследовать, что же произошло на самом деле. Как же мог маленький ребенок, пусть и с психическим расстройством, вырвать взрослому человеку сердце? Эти вопросы и не возникали в головах полицейских.       Гарри сидел с улыбкой на губах и рассматривал белые стены. Было так тихо, спокойно… Через какое-то время за стеной послышался шорох, и в щель между дверью и полом пролезло тонкое письмо.       — Время пришло, — тихо сказал мальчик, рассматривая приглашение в Хогвартс. Глаза ребенка почернели, и только хлопок оповестил, что заключенный исчез из камеры изолятора.

***

Тем временем в доме мисс Фигг…       — Альбус, они убиты! — восклицала старушка в камин, что связывал ее с директором Школы Чародейства и Волшебства Дамблдором.       — Где мальчик?! — тревожно вскрикнул старик с другой стороны.       — Не знаю. Я не видела, что произошло, — тихо ответила мисс и нервно погладила одного из тех котов, что населяли ее квартиру.       — Возможно, это были Пожиратели. Плохо. Очень плохо. Нам остается только ждать первого сентября и надеяться! — вздохнув, оповестил Арабеллу маг. Никто из них даже и не подумал о маглах, что легко могли увезти Гарри. Все-таки зря маги их недооценивают…

***

В Гринготтсе…       Крохбор сидел в своем кабинете и перечитывал новые финансовые свитки, поредевшие в последнее время. Магическое общество деградирует, аристократы уходят вслед за магическими существами, а гоблины страдают от недостатка золота, начисляемого в их сейфы. Об этом-то и размышлял старый банкир, возясь с документами.       Внезапно рядом с ним раздался хлопок, и гоблин вскочил с места, ведь в кабинеты, как и в подземелья Гринготтса, невозможно аппарировать. Только в холл. Но кто-то сейчас сделал именно это, что сильно насторожило гоблина.       — Вы-то мне и нужны, — прошептал появившийся маг, пронизывая Крохбора взглядом пустых глаз без белка.       — Кто вы?! Я… — Гоблин приостановился, рассматривая практически невидимые когти существа, а это было уже именно существо, и проглатывая ком в горле. — Прошу прощения, Великий. Что вы желаете? — извинился гоблин, вытаскивая из подсознания события невероятной давности.       Как самый старый из всех нынешних гоблинов, Крохбор один помнил того единственного, кто имел право возвышать себя над ними и не только. Конечно, гоблину только рассказывали легенды, но все в нем кричало, что это именно Он.       — Проверка. Срочно. Гадость внутри меня не дает прятать облик. Надо вычистить, — коротко объяснил прибывший, и Крохбор сразу его понял.       Проверка крови. Пергамент мгновенно появился рядом с существом. То, не раздумывая, схватило свиток и, развернув, плеснуло на него кровь, что лилась из ладони, которую оно прорезало своими же когтями. На бумаге стали проявляться слова, а кожа на руке затянулась.       — Итак. Имя: Гарольд Джеймс Поттер-Блэк (Нареченный до перерождения: Раймус Хирон) Титулы: Лорд Поттер, Наследник Блэк. (Пер. титулы: Лорд Певерелл, Лорд Слизерин, Лорд Хирон, Лорд Мэйран) Мать: Лилиана Роза Поттер (Эванс), (Пер.: Ариана Хирон (Мэйран)) Отец: Джеймс Карлус Поттер, (Пер.: Трайлэн Хирон) Крестный магический отец: Сириус Орион Блэк Крестная магическая мать: Нет. (Пер.: Мать Магия.) Наследие: Перворожденный Высший (активно) — имеет ипостаси высшего эльфа и дракона. Анимагические формы: Василиск, Истинный Феникс, Адская Пантера. Предрасположенность: Контроль времени и пространства, Менталистика, Первозданная магия, зельеварение. Блокираторы: на магию 80%, на наследие 90%, на разум 80%, на внимание 90%. Ментальные воздействия: дружбы, вражды, доверия и любви на определенных личностей.       — Я потом найду того, кто это сделал, а сейчас живо в ритуальный зал! — прошипел маг, чувствуя, как кости внутри то ломаются, то срастаются вновь.       Гоблин лишь кивнул и перенес их в каменную залу, покрытую схемами, печатями и рисунками. Посередине находился небольшой стол Прошения. Обычно им пользовались лишь самые отчаянные, чтобы обратиться к самой Магии.       Именно к нему направился Вроде-Гарри-Но-Не-Он. Наполнив кровью чашу на столе, он зашептал слова. Вокруг хрупкой фигурки летали всполохи магии, но мальчик не обращал на них внимания, продолжая говорить. И вот в конце речи над столом появился женский силуэт.       — Ах, это ты Раймус! Думала, что больше не почувствую тебя, — мелодично произнесла девушка, а Крохбор лишь застыл с открытым ртом, чувствуя всю мощь самой Матери Магии.       — Сам не ожидал, но, как ты видишь, я тут скоро скукожусь, и нового перерождения может не быть. Может, поможешь? А то я, пока не пробужден, не могу пользоваться своей силой, — в ответ произнес брюнет.       — Конечно, конечно! Думаю, я тогда сразу тебе все кольца отдам, а то зачем время тратить, — Гоблин продолжал поражаться, слушая эту дружескую беседу.       Тем временем мальчик скрылся в магическом вихре, из которого начали вырываться сдавленные крики и стоны, но когда вихрь исчез, на пол ступил невероятный мужчина с великолепными черными волосами и белой кожей, высокий и мускулистый. Глаза его были, как и раньше, угольно-чёрными, но вместо прозрачных когтей красовались тёмные, словно выточенные из карбонадо, а за спиной реяли два огромных крыла того же вида.       У Крохбора было чувство, что от всей той магии, что витала сейчас в воздухе, его расплющит. Теперь он увидел на пальцах брюнета шесть колец. Первые четыре он знал хорошо: Поттеры, Блэки, Певереллы, Слизерины. А еще два были узнаны опять же по легендам: Хирон и Мэйран. Первое имело камень, такой же, как и крылья с когтями владельца, черный герб был изображён в виде какой-то великолепной птицы. Второе венчалось зеленым камнем с красивым белым ирбисом.       — Могли бы вы сказать, сколько средств сейчас находится в моем распоряжении? И предоставьте пожалуйста историю снятия денег со счёта, — обратился к гоблину уже обычный мужчина, без когтей, крыльев и ужасных глаз, просто зеленоглазый брюнет неимоверной красоты. Он облачился в черную мантию, которую достал просто из ниоткуда.       — Конечно, Великий. — Крохбор провел мага обратно в кабинет и вынул из ящика стола четыре свитка. — Ваши счета родов Певерелл, Слизерин, Блэк и Поттер.

***

РОV Раймуса-Гарри       Наконец я вернулся и смог вернуть себе настоящий облик и силу. Остались лишь счета, и можно будет пройтись по Мэнорам и замкам и пробудить их. То, что я увидел в свитках мне не понравилось. У Слизеринов было около 30 миллионов галеонов, у Певереллов 45 миллионов, у Блэков жалкие 5 миллионов (а они были одними из богатейших в Англии) и у Поттеров 3 миллиона.       Самым важным было то, что с опекунского счета ежемесячно списывались заоблачные суммы, а бедный мальчик в это время ходил в лохмотьях и голодный. Списывал все деньги Великий Светлый Волшебник этой эпохи — Альбус Дамблдор. Я тут же смекнул, кто все эти блоки на меня наложил. И вот он сейчас управляет лучшей школой чародейства — Хогвартсом. Что ж, тогда придется прийти в этот Хогвартс и поглядеть, как же там этот Альби поживает на фактически мои денежки. — Господин Крохбор, думаю, мы еще увидимся. Пожалуйста, сожгите это и уничтожьте кровь. До встречи, — я перенесся в Певерелл-Мэнор и тут же направился по серым каменным коридорам к родовому камню.       Пробежавшись по всем родовым поместьям, я остановился в Блэк-хаусе, там с самого порога меня встретила тусклая тишина. Пройдя чуть дальше, я увидел портрет женщины, что смотрела на меня не отрываясь, пытаясь что-то понять. — Кто вы? Вы Блэк, но я не помню никого, кто мог бы унаследовать имя Лорда Блэка, — задумчиво произнесла она. — Меня зовут Раймус, и теперь я буду обитать здесь. Можете звать меня по имени, но как мне обращаться к столь прелестной даме? — Ах, льстец! Зовите меня Вальпургой, Лорд Блэк. Думаю, что не важно, кто вы, если вы сможете вернуть род к жизни, — довольно произнесла женщина. — Тогда первым делом стоит проведать малый родовой камень. Где он, кстати? — спросил я, и передо мной появился старый домовик в какой-то тряпке. — Я проведу Великого! — воскликнул счастливо он, и мы пошли к подвалу. Вальпурга воскликнула что-то удивленное вслед.       Камень был практически потухшим, и я быстро напитал его своей магией, пока он не засиял, наполненный доверху. В процессе передачи энергии домовик помолодел, и его наволочка стала идеально белой, а весь дом перестроился и обновился. Когда я вернулся, то вся черно-красная мебель блестела новизной, ковры стали мягкими, как пух, а диваны с креслами обвил шелк. — Хозяин желает чего-нибудь? — учтиво поинтересовался домовик. — Приготовь что-нибудь мясное и принеси мне, — попросил я, и, когда Кричер (его имя я при наполнении камня узнал) поклонился и исчез, направился к кабинету Лорда. Там я засел за расчет будущих планов, поглощая принесенный домовиком бифштекс с гарниром из овощей.       Я решил, что все же поеду в Хогвартс под именем Раймуса Блэка. Поттером быть я не хотел, ибо понимал, что старый дедушка просто убьет меня своими речами, призванными свернуть мои мозги в трубочку и добиться наибольшей выгоды от "несмышлёного мальчишки". По моей задумке я буду сыном умершего Регулуса Блэка. Последний из настоящих Блэков сейчас Сириус, что сидит в Азкабане, и тот изгнан. Итак, это пока все, что я надумал, в остальном буду действовать по ситуации.       Я узнал очень много интересного, пролистав газеты и журналы за последние лет двадцать. Первое, что бросилось в глаза, это вырождение аристократии, очень резкие смерти практически всех представителей родов. Второе — это Волдеморт. Который наследник Слизерина. Этот идиот развязал целую войну и проиграл младенцу. Ну, то есть мне. Только сил я никаких еще не имел тогда и точно не мог уничтожить темного мага и отбить его Аваду. Что-то здесь явно было не так, и все это было замешано на Альбусе, чтоб его, Дамблдоре.       Кстати, оказалось, что уже завтра надо будет срочно пройтись по Косой аллее. Просто для вида, а может и на что полезное наткнусь.       Так и закончился этот день. Я заснул в огромной черной кровати…

***

      Утро началось прекрасно. Я принял облик одиннадцатилетнего мальчика с черными волосами ниже плеч и зелеными глазами. Рост был слегка выше, чем следовало, но с этим я сделать ничего не мог, особенность тела такая. Бледная кожа и черты лица делали меня еще более похожим на Блэка.       И вот я уже переношусь в Гринготтс, откуда направляюсь к книжному, где закупаю все книги по школьной программе под заинтересованным взглядом продавщицы. Оно и ясно, первокурсник вроде аристократ, и без сопровождения.       Следующим я посетил Олливандера, уж очень было интересно, какая палочка мне подойдет и не сломается от потоков силы. Хотя я и глушу способности, но все же не могу затушить их до уровня обычного мага.       В лавке было пустынно и пыльно. — Добро пожаловать! — встретил меня старичок, сразу поглядывая, какую бы палочку мне выбрать. — Вам ведь палочка нужна? — Ну, а что же еще? — не мог не фыркнуть я, но дедок не обиделся, а продолжил смотреть на меня и о чем-то думать. — Не подскажете из какого вы рода? Так легче будет определить что вам подходит, — сказал Гаррик. Вряд ли ему это поможет, ведь моя палочка явно не будет относиться к этому роду, но ладно уж. — Блэк, — коротко ответил я, и старик поперхнулся, теперь рассматривая меня во все глаза. — Что ж, — задумчиво прошептал он и полетел собирать коробочки, которых в конце набралось штук пятнадцать. — Испробуйте все, — и я угрюмо стал брать палочки.       Семь из них разлетелось в щепки, пять разломалось пополам, а три сожглось. Каждое уничтожение палочки Олливандер так шокированно воспринимал, что я уж думал, что он на месте умрет. — Невероятно! — Мне заплатить за них? — поинтересовался я, смотря на деревяшки и кучки пепла. — Нет, что вы! Заплатите вы только за ту, что подойдет вам! — воскликнул продавец и кинулся искать мне еще палочки, а я стал «прощупывать» магию палочек в этих коробках. Ни одна из них не выдержала бы, и я уже почти отчаялся, как вдруг нашел в самом конце прелестную палочку, что тянулась ко мне своей магией. — Мистер Олливандер! — сразу позвал я. Дедок примчался ко мне и вопросительно посмотрел. — На предпоследнем ряду, восьмая сверху! — продиктовал я ему и Олли даже не стал спрашивать, а тут же принес, что я просил. Я открыл крышку и увидел прекрасную черную палочку на бархатной подстилке. — Ах, этот экземпляр был найден мной прямо здесь! Он просто появился! Не представляю из чего она состоит, материал мне не известный. Возможно она ждала тут именно вас! — удивленно восклицал Олливандер. — И сколько я должен? — Не знаю, — честно признался продавец. — Тогда вот вам тридцать галлеонов и я пожалуй пойду, — я положил на прилавок стопку монет и вышел. Теперь к мадам Малкин.       Зайдя в лавку я увидел белобрысого мальчика, что стоял на табуретке. Меня едва не подбросило в воздух. Это он. Мой партнер. Черт, не хотелось быть педофилом, но судьба все решила за меня. — Тоже впервые в Хогвартс? — поинтересовалась портниха у меня. — Да. Пожалуйста при изготовлении всего используйте только лучшие материалы. — А ты можешь это себе позволить, мальчик? — весело спросила она. — Я могу. Прошу, больше не задавайте таких глупых вопросов, — резко отрезал я. Женщина насупилась, но попросила меня пройти на табуретку для снятия мерок. — Привет, я Драко Малфой. Ты тоже в Хогвартс? — раздалось сбоку. — Ну привет, Драко Малфой. Я Раймус Блэк. Да, я в Хогвартс, — блондин, услышав мою фамилию, шокировано вздрогнул и посмотрел на меня. Мадам Малкин, кстати, тоже. — Разве… На какой факультет хочешь попасть? Я к примеру на Слизерин, если я не попаду на него, мне не поздоровится, — и тут сероглазый стал тараторить обо всем на свете, а я просто наблюдал за этим чудом и улыбался. Вот он какой. Прелесть! — Драко, пойдем, — в лавку зашел блистательный Люциус Малфой и, одарив меня своим проницательным взглядом, посмотрел на сына.       Тот резко стал таким холодным и высокомерным, что я чуть с табуретки не рухнул. Значит, ради своего отца он постоянно носит маску. Печально. Чуть позже и меня отпустили, сказав, что пришлют все совой, а я направился за котлом и всем остальным…

***

— Отец, тот мальчик у мадам Малкин… — Что? — тот высокомерно вскинул бровь. — Он сказал, что его зовут Раймус Блэк. Я думал что род Блэк… — Чушь. Он солгал. Быть такого не может, — отрезал Люциус и ускорил шаг.

***

      Котел я благополучно купил и направился покупать животное. В магазине была куча клеток. Везде слышались писки, уханья, стуки, скрипы. — Хотите что-то определенное? — поинтересовался парень за прилавком. — Нет, пока просто осмотрюсь, — я пошел вдоль рядов крыс, сов, хомяков и прочих созданий. Ничего интересного не было, и я решил найти подходящее животное в садах Певерелл-мэнора.       Оставив все покупки на домовика, я перенесся к прекрасным джунглям, что являлись садом этого дома. Здесь было множество разной живности, которой в большом в мире и не сыщешь. И вот я пошел вглубь леса. Везде вокруг пели птицы, стрекотали жуки и шелестели деревья. Вдруг прямо у меня перед ногами появилась змея. Она была черно-зеленого окраса, примерно три метра в длину и толщиной с мою руку. Я тут же обратился к ней: — Как тебя зовут? — перешел я на парселтанг. — Ашхэсс, — удивленно ответила змея, смотря на меня. — Ты говорящий, и я ощущаю в тебе неимоверную сокрытую мощь. — Ашхэсс, не хотела бы ты стать моим фамильяром? — напрямую спросил я. — Это честь для меня, — змея склонила голову, а я аккуратно коснулся чешуи на её голове указательным пальцем. По телу змеи прошел разряд, и она стала быстро меняться. Вскоре передо мной возвышался тридцатиметровый василиск с черной короной на голове. — Я буду служить вам, Великий.       Я сделал ее фамильяром и передал часть силы, и теперь она знала, кто я. — Стань обратно змеей. Так намного легче, — Ашхэсс кивнула и вернула трёхметровый облик, ложась мне на плечи. Я вернулся с ней в Блэк-хаус. — Кричер, набери мне купальню, — оставив фамильяра на диване, я пошел отмокать и расслабляться. Завтра надо ехать в Хогвартс. Меня ждет тяжелый день…

***

      Я стоял на перроне платформы 9 и ¾, осматривая все вокруг. Много народу, но по-настоящему сильных магов можно было по пальцам пересчитать, и все они были из Древних Родов. Мой взгляд зацепился за семейство Малфоев и просканировал Драко, который опять строил из себя божество. Высокомерный взгляд, вздернутый подбородок и дурацкая укладка на голове. Просто сил на это смотреть нет.       Я поправил Ашхэсс, что обвилась вокруг моего пояса, и поймал на себе несколько испуганных и заинтересованных взглядов. Тут меня кто-то задел и быстро извинился. Я увидел семью Уизли, а толкнул меня их непутевый рыжий сын. Тот, который одиннадцатилетний. От магии этих людей меня едва не стошнило. Как можно так запустить печать Предателей Крови? — Ах, прости! Мы тут кое-кого ждем. Ты не видел тут мальчика со шрамом в виде молнии? — сразу начала кудахтать женщина. — Нет, не видел я тут Гарри Поттера, а вам следует быть осторожнее, — я развернулся и быстро направился к входу в экспресс.       Все вагоны были забиты учениками с разных курсов и факультетов, меньше всего было слизеринцев. Было так шумно, что на меня и моего странного фамильяра не обратили внимания. Только в самом конце поезда нашлось пустое купе. Быстро зайдя и разложив вещи, я стал думать, одновременно поглаживая змею.       Когда на распределении прозвучит моя фамилия, все чистокровные начнут писать родственникам, а дальше начнутся скандалы. Общество знатно тряхнет от объявления о еще одном Блэке, который взялся из ниоткуда. Значит, восклицаний и вопросов мне не избежать. Тогда стоит принять вид личности отстранено-независимой, но Малфоя я все же в свой круг общения включу. В первую очередь, как моего истинного, а во вторую, как личность из состоятельной и полезной семьи.       Пока я раздумывал, не заметил, как дверь купе распахнулась, и на пороге возник упомянутый ранее Малфой. За ним возвышались двое немаленьких таких пацанят. — Я помню тебя, ты же назвался Блэком, да? — высокомерно произнес блондин.       Опять корчит рожицу. Милую рожицу. Я еле отговорил себя от глупой улыбочки. — Я назвал себя своим именем, что вполне логично, — игриво подметил я, ухмыляясь. — Оставьте нас, — он отмахнулся от громил и сел рядом со мной, закрыв дверь. — Ты вправду Блэк? — маска опять слетела и любопытные детские глаза таращились на меня. — Да, — сразу ответил я и еще раз провёл по голове своей новой любимицы. Этот жест Драко заметил и легко вскрикнул. — Какого Мордреда? — неприлично для наследника выражается мальчик. — Ах, это мой фамильяр — Ашхэсс. Она совсем неопасна… для тех, кто мне не угрожает, — мило улыбнулся я. Драко ни капли не испугался, а наоборот, стал тянуться к телу змеи. — Можно? — тихо поинтересовался Малфой, поднося руку еще ближе к чешуе. — Конечно, — тонкая ладонь погладила рептилию, та довольно извернулась и зашипела. — Ты ей понравился.       Конечно понравился, ведь он мой истинный, а фамильяр полностью чувствует эмоции своего хозяина. — Очень красивая. Еще раз, как ее зовут? — поинтересовался мальчик. — Ашхэсс, — шипяще протянул я, и Драко попытался повторить. Вышло неуклюже. — Жуть, зачем придумывать такое сложное имя? — удивился сероглазый. — Я не придумывал. Это ее настоящее имя, — блондин слегка расширил глаза, но промолчал.       А потом мы стали говорить буквально обо всем. О факультетах, школе, политике. Малфой знал о последнем очень даже хорошо. Видимо, сказалось воздействие Люциуса. И вот в один момент все оборвалось, когда в наше купе влетел рыжий пацан. — Ох, простите, тут не занято? — спохватился он и оглядел меня с Драко, что сейчас презрительно морщил нос. — Я так понимаю, Уизли? Отец говорил, что если видишь… — начал было пафосно блондин. — Рыжего и растерянного человека, отправь его в другое купе. Проще говоря, здесь занято и Поттера поблизости нет, — отрезал я, с ухмылкой разглядывая покрасневшего мальчишку. Он резко развернулся и сбежал. — С чего ты взял, что он за… — вопросительно обратился ко мне Драко. — Потому что это семейство уже половину поезда облазило, пытаясь выяснить, куда же делся Поттер, и как с ним познакомиться, — опять оборвал я и стал успокаивать взбунтовавшуюся Ашхэсс. Она уловила мою нервозность и хотела помчаться за Уизли. — Драко, а знаешь… — и мы завели новую дискуссию.       Позже забегала какая-то Грейнджер со своими поучениями, но я выпроводил ее одним лишь беспалочковым невербальным недолгосрочным Силенцио. Драко тогда так восторженно посмотрел на меня, едва не с обожанием. Впрочем, я и забыл, насколько в этом времени ужасны познания магов, а для детей такое вообще считается «непостижимым». Идиотизм. Надо срочно вытаскивать мою Пару из этого.       Вот наконец прозвучал гудок, и мы, оставив все вещи в купе, пошли к выходу. Ашхэсс я, разумеется, взял с собой. После того как мы переоделись, она отправилась под мантию, все еще опоясывая меня. Как только мы вышли из поезда, то сразу услышали дикий ор. — Первокурсники сюда! Ко мне! — Хагрид не на шутку разошелся. — Что это отребье забыло тут? — зло прошипел Драко. — Перестань, морщины появятся, — сразу прервал я Малфоя, и его лицо, наконец, разгладилось. Я облегченно вздохнул. Нечего моему чуду себя уродовать.       Нас провели к озеру и начали рассаживать по четыре человека в лодку. С нами село еще два мальчика. — Я Блейз Забини! — задорно представился смуглый брюнет с короткой стрижкой. — Я Теодор Нотт, — намного спокойнее сказал его сосед. — Меня вы все и так знаете, — горделиво произнес Малфой. Конечно, они все представители довольно богатых чистокровных семей, знакомы с детства. — Я Раймус Блэк.       Двое сидящих напротив удивились и стали разглядывать меня, но, не обнаружив нестыковок во внешности, кивнули сами себе. Будут писать. Ну, кто бы сомневался. Мы остановились на другом берегу и направились в замок. Все охали, а я уже не удивлялся сказочному виду Хогвартса, не первый раз здесь, в конце концов.       Встретила нас ведьма с строгим пучком на голове и серьезной гримасой на лице. Нас всех дружной толпой провели к дверям. — Я слышал, что нам придётся сразиться с монстром, — послышался голос того рыжего.       Многие маглорожденные затряслись. И вот это — чистокровный маг! Пусть даже и Предатель Крови. — Уизли, у тебя видимо совсем мозг отказал. Тоже от братьев достался? — презрительно сказал рыжему мой Истинный. Драко, Драко, Драко, опять ты лезешь. — Да ты… Мерзкий, белобрысый… — начал сбивчиво отвечать Рон, а мой внутренний зверь завозился. Называть так мою Пару… — Прекрасный, чистокровный Драко Малфой! Мы это уже знаем, а теперь приготовьтесь! — я опять договорил за другого, и в то же мгновенье из стен стали вылетать призраки. Дети шарахались, а я подмигнул слегка покрасневшему блондину. — А откуда ты узнал, что они сейчас появятся? — он кивнул в сторону летающих над нами призраков. — Интуиция, — туманно оправдался я, и тут нас всех стали выводить в шумный зал.       За этим последовало привычное водружение шляпы на табурет. Началось Распределение. Рыжий, которого звали Рон, пошел на Гриффиндор, за ним Грейнджер. Когда Драко попал на Слизерин, я ни капли не удивился и был готов идти к старой знакомой с уверенностью. — Раймус Блэк!       Слегка подкорректировать книгу, что показывала учеников, не составило труда. И вот я уже надеваю шляпу на голову под громкие шепотки всех чистокровных и некоторых полукровок. — Ох, Раймус, это ты!!! — восторженно зашептала шляпа у меня в голове. — Я, я, давай как обычно, — быстро ответил я ей. — Надеюсь мы еще пообщаемся. Слизерин!!! — последнее она проорала на весь зал, и стол зелёнознаменных сдержанно зааплодировал.       Я прошел к ним и опустился на скамью рядом с Драко. Вскоре напротив нас сели Теодор и Блейз. Они пытались выяснить, как вышло, что я Блэк, хотя все утверждали, что последний из Блэков — Сириус. Я отговаривался общими фразами. Тут я кое-что решил и наклонился к уху блондина. — Я надеюсь, что могу тебе доверять, Драко, — прошептал я ему на ухо и отстранился. — Да, конечно, — он сделал задумчивое личико.       После пира нас провели к гостиной, при произнесении пароля «Чистая кровь» я хмыкнул. Слизеринцы не меняются. Гостиная была обставлена в зеленых тонах. К нам подошел прелестнейшей внешности человек с черными, смазанными чем-то волосами и огромным, мягко сказано, носом. Он представился, назвался деканом и произнес речёвку для первокурсников. Мне он почему-то понравился. — Блэк, будьте добры, подойдите ко мне, — сказал он, отправив всех по спальням. — Что-то не так, профессор? — удивленно спросил я. — Я очень надеюсь, мистер Блэк, что нет, — он нахмурился сильнее, что показалось мне смешным. Такой грозный, как ворон. Если честно, то думаю, что ему пойдет клюв. Точно. — Вы могли бы объяснить, как вышло, что вы Блэк? — Я появился в роду Блэков? — шутливо ответил я, но профессор явно не был готов со мной смеяться. — Ладно, ладно. Давайте пойдем в ваш кабинет, здесь слишком много лишних ушей.       Я сузил глаза, поглядывая на картину с женщиной благородной внешности, сквозь которую проглядывала серьёзная жажда выгоды. У этого Дамблдора везде шпионы. Декан кивнул и мы направились к уединенному месту (как бы странно ни звучало). — Итак, — Снейп выжидательно уставился на меня, когда мы уселись в креслах его кабинета. — Что ж, наверное вы имеете право знать, но все же я вам не доверяю, — профессор оценивающе осмотрел меня и приподнял бровь. — Нет, я не требую обетов. Просто чары конфиденциальности. — Он кивнул и сделал пасс палочкой. Невербально. Хвалю. — Я сам знаю не много, только то, что мой отец — Регулус Блэк, а мать — некая чистокровная безродная девушка, ищущая денег. Видимо, мой отец предложил ей вознаграждение и, предполагая свою смерть, зачал наследника. Дела в роде Блэк шли не так гладко, как хотелось бы, и Регулус, как рассудительный человек, решил, что стоит все же подстраховаться и не полагаться на брата. — Очень интересно. Вы говорите так, как будто знаете довольно много. Возможно, вам известно, как умер ваш отец? — черноглазый задумчиво провел пальцам по губам. — Боюсь что нет. Я, знаете ли, тогда и месяца в животе не прожил, а знать такое мог? — с сарказмом протянул я, но Снейпу не было до этого дела, он ушел в себя. — Ну, я тогда пойду, а вы, пожалуй, все обдумайте. Если нужно будет что-то еще, то спрашивайте, — я скрылся за дверью.       Тяжело вздохнув, я направился к спальням. Слизеринцев расположили довольно удобно, по двое на комнату. Я нашел помещение, в котором подпрыгивал в нетерпении Драко. Только увидев меня, он вскочил с уже занятой постели и кинулся ко мне, горя интересом. — О чем тебя спрашивал декан? — прямо слету выпалил блондин. — О происхождении. — И ты ответил? — Конечно. — А… эм… — мальчик замялся и потупил взгляд. — Я расскажу тебе, — мы сели на одну из кроватей, застеленных зеленым бельем, и я рассказал ему то же, что и Снейпу, только без всяких чар. — Вот это да. А кто тебя воспитывал? — подметил Малфой. — Тетя по материнской линии, — я вспомнил одну знакомую женщину, что когда-то согрела мне душу. — А как же сама мама? — Ей не было дела до меня. Зато эта женщина очень любила меня, ведь сама детей иметь не могла, — почти правду говорю. Эх, как приятно вспоминать таких людей… — Я думаю, что пора уже и поспать. Завтра первыми Зелья, — я усмехнулся, смотря как мило зевает сероглазый. — Ла-а-а-адно, но это в последний раз, Блэк! Завтра ты на все мне ответишь! — пылко высказался он, запахивая полог. — Конечно, конечно, — тихо сказал я, скрываясь за своей тканью…

***

      Всю ночь мне снились всякие нелепицы в виде ошибок по Гербологии. Что не говори, а она мне не давалась. Всё, что я выращивал, в конце концов пыталось съесть либо меня, либо всё окружающее. Великий Я никак не мог вырастить цветочек. Вот так и было всегда, тетя по этому поводу очень долго смеялась и подначивала меня.       Внезапно я почувствовал, как колеблется магия приметного для меня человека. Я очень заинтересовался профессором и не, удержавшись, поставил на него свою мини-метку. Она не оставляет никаких следов, а просто вплетается в магический поток волшебника и докладывает о его состоянии.       Вот и сейчас легкий всплеск говорил, что Снейп уже на ногах и что-то наколдовал. Причем, довольно сложное, ведь на такие заклинания как Люмос, Акцио, Агуаменти и тому подобное метка не реагирует. Но не думаю, что нашему декану резко захотелось подорвать лишнюю стенку, так что просто понадеюсь, что он не пуляет Круциатусами в гриффиндорцев.       Кстати, я обнаружил, что он имеет на себе метку Пожирателя. Как же мог он так опуститься? Думаю, в будущем придется вызволять кое-кого из большой заварушки. Чувствую себя не слизеринцем, а самым что ни на есть настоящим Гарри Поттером, которого все представляют героем.       Я поднялся и отправился в душ, после которого подошел ко второй кровати, задернутой пологом. Даже чар никаких. Я уверен, что Драко знает много заклинаний, чистокровных с детства обучают. Но неужели он настолько мне доверяет, что оставил себя без малейшей защиты? Или просто не воспринимает как угрозу?       Глупо, слизеринцы никогда так не поступают, они готовы ко всему и ждут нападения ото всех. А может, я просто слишком многого ожидаю от одиннадцатилетнего ребенка? М-да.       Отодвинув ткань, я взглянул на мило сопящего мальчика, что раскинул конечности по кровати и немыслимо завернул одеяло между них. — Драко Люциус Малфой, вы вообще-то на работу опаздываете!!! — со строгой интонацией произнес я, и бедный блондин вскочил, оглядываясь по сторонам. — Я… да… сейчас… — он начал лепетать, но резко остановился и сузил глаза. — Раймус Регулус Блэк, а вы не спятили ли разом?! — Он стал надвигаться на меня, а я лишь пожал плечами и скрылся за дверью, предупреждая, что буду ждать его в гостиной.       Я прошел в предельно тихую гостиную, где было человек семь, и те старшекурсники. Видимо, даже у змей не принято вставать так рано. Зря моего милашку будил, надо будет извиниться. На меня заинтересованно посмотрели, но, только я ответил на их взгляды, они сразу вернулись к делам. Мне оставалось лишь сесть в кресло и ожидать Пару.       Особо скучать меня не заставили, и спустя пять минут блондин пришел. Только с уже нацепленной маской высокомерия и придурковатой укладкой. Я лишь покачал головой, но поднялся и пошел вслед за удаляющимся мальчиком. В большом зале пока было мало людей, и мы стали тихо переговариваться. — Интересно, почему же не прибыл этот Поттер. Все только и говорили, что он в этом году сюда поступает, а тут вдруг такое, — Драко неопределенно махнул головой. — Может, потеряли его и не смогли сообщить, что он волшебник. — А он не знал? — С маглами-магоненавистниками узнаешь тут. — С какими маглами? — он расширил глаза. — Не строй дурачка, ты уже все понял, — Малфой кивнул и ушел в себя. Я лишь продолжил вяло жевать кусок стейка, что был заказан у домовика специально.       Чуть повернув голову, я встретил несколько раздражающих взглядов и один заинтересовавший. На меня смотрел Дамблдор с неизменной улыбкой, а также сам Рон Уизли. И что же ему не понравилось? Также пялился Снейп, но ему я это простил. Уж больно забавная личность. Последний взгляд посылал наш профессор по ЗОТИ. Аура Волдеморта в его голове жуть как отвратительна. Конечно этот психически нездоровый кусок души уже нельзя назвать Томом Реддлом, так что стоит подумать, как починить и подлечить этого идиота. — Пошли, первым Зелья, — блондин ткнул меня в плечо и стал плавно удаляться. Я тут же последовал за ним. Через пять минут мы были в кабинете зельеварения.       Только все уселись, наступила гробовая тишина. Было видно, как грифы боятся нашего декана. Его вступительная речь была воистину великолепна, даже я заслушался. Умеет преподносить все правдиво, четко и емко, при этом завораживая. Не зря он так меня заинтересовал.       Весь урок прошел мирно, нам объясняли некоторые основы, хотя многие пропускали их мимо ушей. Сразу видно, кто никогда не сможет понять науку зельеварения. Мне, конечно, даже слушать не нужно было, я мог рассказать в четыреста раз больше наизусть, но все равно то, как этот человек преподносил информацию, мне нравилось.       Я собрался и стал аккуратно анализировать магию Снейпа. Было видно, что в молодости он не один раз срывался на ком-то и хорошенько прикладывал. Интересно. Пока я занимался исследованиями, пропустил несколько вопросов от своей Пары. Драко показательно отодвинулся от меня и насупился. Конечно, его — Наследника рода Малфой — кто-то посмел игнорировать. Я едва сдержал порыв рассмеяться. Какое же чудо мне досталось. Весь урок я держался и спокойно слушал профессора, но как только нас отпустили, то быстро схватил буку за руку и утащил в темный уголок. — Неужели Ваше Высочество злится на своего верного холопа? — насмешливо спросил я. — Что? — он расширил глаза, но тут же вернулся в прежнее состояние. — Хватит шутить! Ты игнорировал меня целый урок! — Кто же тебе виноват, что это был урок? Вообще-то я собирался заработать хорошую репутацию у профессоров и тем более декана, а болтовней на занятиях ее не заработаешь, — отрезал я, слегка раздражаясь.       Как можно быть настолько невежественным? Даже моя Пара уже погрязла в этих глупых «законах» современности. Чтоб этого Дамблдора Адские гончие погрызли! (При чем тут он, думайте сами, Раймусу лишь бы его проклясть). — Я… Ты мог просто сказать, что занят! — более спокойно произнес блондин. — Мог. Ты прав, думаю, стоило. Что ж, больше на уроках ко мне не обращайся, я очень не люблю этого. — Ладно, — сероглазый послушно кивнул. — Мир? — я улыбнулся и протянул ему руку. — Конечно, — мне ответили тем же и приняли рукопожатие.       Уроков было немного, это же первый курс. Единственным занятием, где мы всё же дошли до практики, была Трансфигурация, но и на ней нам дали задание превратить спички в иголки. Я просто неприлично ржал, естественно, про себя. Как?! КАК?! Как дети должны понять, каким образом им сделать эту фигню?       Эта Макгонагалл говорила о какой-то фантазии, что можно превратить вещи в другие только имея ее и зная слова с жестами. А как же пропорции, различия материалов и форм? Может, это я такой умный и не понимаю, почему этого не рассказывают на первом занятии? Спасибо, что она хотя бы предупредила, что трансфигурированную из несъедобного объекта еду есть не стоит.       Я наблюдал, как многие жмурятся, махая палочкой и бормоча что-то под нос, а потом разочарованно вздыхают, когда ничего не выходит. Мой сосед — Драко, как истинный чистокровный, сидел ровно, отточено делал жесты и ровно выговаривал фразы, и потому через пару попыток рядом с ним уже лежала ровная блестящая игла. — Превосходно, мистер Малфой. Почему же вы, мистер Блэк, до сих пор не сделали ни единого взмаха? — она придирчиво посмотрела на меня.       Я ловко схватил свою палочку, использование которой восторга не вызывало, и искусно вывел пару фигур, нашептав фразу под нос, чтобы не поняли что я сказал, но знали, что это не невербальное. Не следует настолько сильно ввергать людей в шок. Вместо неприглядной спички на столе лежала золотая игла, на которой было каллиграфически выведено красными буквами: «Любимому профессору». — Ах… Мистер Блэк… это просто… невероятно, — она подняла мое произведение с парты и прокомментировала: — Оставлю на память. Никогда такого не видела… — последние слова она пробубнила тихо, а весь класс стал шептаться, поглядывая на меня. — И что это было? — требовательно спросил Малфой после окончания урока. — О чем ты? — я беззаботно улыбнулся, перебирая в голове возможные способы отступления. — Хватит, Блэк! Что ты произнес тогда?! — он остановился и уставился на меня. — Спокойнее, Дракончик. Это просто одно из интереснейших заклятий моего рода, и оно должно остаться в тайне, — блондин слегка поумерил пыл и решил больше не спрашивать. Он-то знает насколько тайны рода важны.       Вот наконец мы сидим в комнате и делаем тот минимум домашней работы, что нам уже успели дать. — Слушай, Раймус, а как ты смог тогда невербально отослать эту Грейнджер? Ведь только очень взрослые и натренированные способны колдовать без слов, — Малфой в задумчивости закусил губу. — Это все стереотипы, Дракончик, — я усмехнулся. — Хватит меня так называть! — резко возмутился блондин, замечая новое прозвище. — Ха-ха, да ладно тебе, — я задорно подмигнул ему и запрыгнул на кровать, хорошенько елозя по ней. — Раймус! Никаких манер что ли не знаешь?! — прорычал сосед. — Слушай, Малфой, а ты развлечений вообще никаких не знаешь? — он что-то буркнул и отвернулся. — Неужели ты никогда не прыгал на кровати?! — Ну… Как-то в детстве… Мне было семь, и отец тогда сильно разозлился, сказал что это не достойно рода Малфой и наказал. После я уже не смел опускаться до уровня таких плебеев, — Драко не знал, почему рассказывает такие постыдные вещи практически незнакомому мальчишке, но удержаться не смог. — Ты меня сейчас плебеем назвал? За то что я просто люблю жить весело? — я вопросительно поднял бровь. — Ну держись, выскочка аристократичная!!! — я резко подпрыгнул к сероглазому и вытащив из-за стола, повалил на кровать, щекоча. Тот засмеялся, так чисто и красиво, что я невольно упустил момент, когда меня самого уронили и стали нападать. — Блэк, ты совсем что ли обнаглел?! — я рассматривал как взбешённый мальчик с растрёпанной теперь шевелюрой, нависал надо мной. Такой по-смешному злой и живой. — Очень давно, — я резко схватил его и потянул руки в стороны, обнимая.       Невозможно утерпеть, когда твоя пара так близко, и пусть сейчас мне нельзя полностью овладеть своим сокровищем, я буду максимально близко находиться к нему. Тело на мне резко замерло и через пару секунд стало вздрагивать. Я сразу взглянул на него и сердце мое чуть не остановилось, когда я увидел заплаканное красное личико. — Эй, ну чего ты? — я осторожно начал вытирать слезинки с щек блондина. — Просто… никогда… мне… — сбивчиво говорил он, пытаясь спрятать свою слабость, отворачиваясь. — Неужели, тебя никогда не обнимали? — Малфой еще сильнее начал уворачиваться. — Даже родители? — даже меня мать обнимала, что же за семья у них такая? — Я — Малфой! Никогда… — Да какая разница?! — резко перебил я его. — Это что, причина, чтобы тебя никогда никто не любил?! Никогда не показывали эмоций?! Ты же не из камня, чтобы жить по таким правилам! И если твои родные считают, что это — нормально, то я их уже ненавижу! — Драко смотрел на меня удивленно, а потом резко схватил за шею и потянул на себя, прижимая. — Спасибо!       Я удивился, насколько же легко он поддался, но был рад, что моей паре не успели втереть эти замашки идиотских аристократов-чистокровок, которых ничего, кроме власти и общественного мнения с деньгами, не волнует. — А теперь, Наследник Малфой, утрите слезы и спать! — грозно сказал я. — Ты мне не мама, что бы так говорить! — попытался упереться мальчик, но я тут же это пресёк: — Я твой сосед, который хочет выспаться, а не слушать, как ты бормочешь. — Для этого есть заглушающие чары, чтоб ты знал! — заносчиво сказал он, будто вовсе не плакал в моих объятиях. Смешной. — Чтоб ты знал, я не хочу пропустить тот момент, когда начнется Третья Магическая! — Малфой надулся и скрылся у себя за пологом…