Посмотри на друга другими глазами, Чонгук

      Чонгук пригладил свои черные волосы, перед этим обильно смазав их гелем. То, что он видел в отражении, радовало и поднимало самооценку. Чон Чонгук как раз из той породы парней, которые отлично знают себе цену, они знают, чем они могут привлечь девушку, а чем сверкать на первом свидании явно не стоит.       Но у Чонгука нет таких сторон, которые было бы стыдно показать: спортсмен, хороший сын, прилежный ученик, вполне симпатичный, даже несмотря на нос-картошкой и небольшие проблемы с кожей. В конце-то концов, он всего-лишь подросток!       Этим теплым весенним вечером субботы Чон Чонгук, мальчик-зайчик, отправляется на посиделку с друзьями. Чимин заметил плохое настроение друга, отлично угадал причину (да, лучший друг гей, но не в этом дело) и решил отвлечь товарища, помочь найти свою вторую половинку, так сказать.       А Чон и рад — раз его хен полностью ушел в отношения (что происходит впервые!), то и младшему нельзя терять время. Нужно срочно найти кого-то, кто сможет… просто быть рядом.       Безусловно, всегда можно прийти в гости к Чимину, завалиться с каким-нибудь фильмом к Тэхену, можно в принципе всех собрать вместе и устроить приятную посиделку, коих они устраивали несчетное количество. Но почему-то вот именно сейчас не хочется идти к Тэхену. Не хочется смотреть на его это довольное лицо, не хочется его отвлекать, не хочется вникать в подробности их с Юнги отношений.       Да, он разберется, почему и как это происходит между парнями, но позже. Когда действительно будет к этому готов. От мыслей его отвлек крик мамы из коридора. — Чонгук! К тебе Тэхен-а пришел.       Чонгук посмотрел в свое отражение, поправил воротник рубашки с расстегнутой сверху пуговицей и сделал глубокий вдох. — Привет, хен, — поздоровался Чонгук с другом, заходя в свою комнату. — Какими судьбами? — Ну… Ты не заходишь ко мне по вечерам, вот я решил прийти сам, — Тэхен внимательно стал изучать прикид младшего. — Собрался куда-то?       Голос друга звучит чуть расстроено. Чонгук как-то интуитивно дергает плечом и клонит голову на бок. — Да, с Чимином идем на встречу с девчонками из школы A. — Ммм, — задумчиво протягивает Тэхен и чешет затылок. — А ты, ну, чисто случайно, не боишься меня?       Боится? Чего? Да с какого такого перепугу Чонгуку бояться Тэхена? Ну, подумаешь, не заходил какую-то неделю к другу. В школе же они общаются. Пусть они теперь уже не обедают вместе так часто, как хотелось бы. И Чонгук уходит в школу раньше, чем Тэ успевает прийти на завтрак. Но это совсем ничего не значит. У Чон Чонгука просто очень много дел. — Чего? — хмыкнул младший, — с чего бы мне тебя бояться? — Ну, с того, что я признался тебе в своей ориентации. — Я, по твоему, гомофоб что ли? — Чонгука одна только мысль о том, что его друг думает о таком, очень сильно задела и заставила скривиться. — Как раз-таки наоборот, — Тэхен встал с кресла, на котором до этого ждал младшего, и подошел к нему ближе. — Такое ощущение, что ты избегаешь меня по какой-то другой причине.       Тэхен коснулся тыльной стороной пальцев виска Чонгука. И вот младшему бы сейчас отойти, нервно засмеяться, пошутить со старшим над таким совершенно несмешным приколом, но он просто стоит. Стоит как вкопанный. Не способный даже пошевелиться.       От Тэхена невообразимо вкусно пахнет вишней — это его пена для ванн. Чонгук отлично это знает, так как Ким не изменяет этой своей небольшой привычке с самого детства. Однажды Чонгук даже сам лично дарил ему какой-то идиотский набор для ванн с запахом вишни. Сладкой. Манящей.       У Тэхена идеальная мягкая кожа. Чонгук не коснется, конечно же, но это видно сразу — Ким делал маски для увлажнения кожи лица. Вероятно, даже проделал целый комплекс по уходу за ней.       Волосы старшего аккуратно уложены и тоже вкусно пахнут. Тем самым его любимым одеколоном, которым он обычно пользовался, когда ходил на свидания. Этот аромат, кстати, они подбирали с Чонгуком вместе, когда отправились в магазин. Было это где-то год назад, но Тэхен сразу же и безвозвратно влюбился в этот запах. Чон предлагал как-то сменить его на другой, протягивая пробник с новым ароматом от того же производителя, но Тэхен напрочь отказался.       И вот, сложив два плюс два, Чонгук хмыкнул. Чон Чонгук же умный мальчик. Сообразительный, отлично учится, послушный сын и просто замечательный малый. — А ты я, смотрю, тоже куда-то собрался?       Чонгук не двигается с места, разглядывая глаза Тэхена, наблюдая, как подрагивают его ресницы, когда тот пытается подобрать слова. Как он щурится, когда ловит мысль за хвост и выдыхает. — Да, на свидание с Юнги-хеном.       Чонгук снова хмыкает и отходит от друга к своему столу, оставляя того посреди комнаты. — Значит, мы оба сегодня побываем на свидании. Так? — Значит, побываем, — эхом отзывается Тэхен.       Какое-то время в комнате царит тишина. Давящая, пугающая, такая непривычная для этих двоих. Нарушает ее старший, когда оказывается уже у самой двери. — Не отдаляйся от меня, Гукки-я, — Тэхен грустно посмотрел на младшего. — Мне тебя не хватает.       Чонгук не поворачивается. Он лишь сильнее стискивает кулаки и сжимает зубы. Ким, не дожидаясь ответа, выходит из комнаты, попутно прощаясь с мамой Чона.       И вот теперь Чонгук чувствует себя совсем паршиво: он стал отталкивать друга спустя неделю, он стал избегать его, игнорировать любые совместные посиделки. Младший никогда так не делал, так почему именно сейчас? Его друг ведь не изменился.       Тэхен все такой же внимательный, хоть и уделяет больше времени Юнги. Он все так же заходит утром за Чонгуком и уходит, по словам мамы, очень расстроенным. Чон делает больно своему другу таким поведением.       Чонгук догоняет Тэхена уже на пороге соседской квартиры. — Хен! — Чонгук окликает старшего. — Во сколько ты вернёшься?       Тэ одаряет его мягкой и, кажется, какой-то благодарной улыбкой. — Часов в десять. — Я зайду, хен. Посмотрим новую серию той дорамы.       Тэхен согласно кивает и скрывается за дверью своей квартиры. Чонгук медленно сползает по дверному косяку и прячет лицо в ладонях. — Гукки, — мамин голос послышался над ухом. — Вы поссорились с Тэхеном?       Чонгук поднял на маму глаза и мягко улыбнулся. — Нет, все хорошо. Все обязательно будет хорошо.

***

      Огни ночного города поглощают все вокруг, превращая прилежных учениц в развязных девчонок, скромных мальчишек в смелых парней, а Чонгука с Чимином в самых шумных молодых людей Кореи.       И можно было бы подумать, что мальчишки нахлестались чего алкогольного, но все гораздо проще: они просто молоды, полны энергии и сил, а Чонгук — просто хочет наконец проветрить голову, чтобы перестать портить отношения со своим лучшим другом.       Из-за того, что городок их не велик, а молодежи столько, словно саранчи в самый урожайный год, они то и дело встречали знакомых. Ребята из параллели, знакомые из клуба дзюдо, друзья Чимина из школы танцев. Каждый раз кто-то пытался их утащить за собой, сговорить на очередную безумную выходку, но друзья отвечали твёрдым отказом.       Гуляя по центральной улице с караоке, ресторанами и кафе, Чонгук не забывал высматривать кое-кого очень и очень приметного. Но каждый раз, натыкаясь на очередную блондинистую голову, облегченно выдыхал и шёл дальше. — Ты чего вздыхаешь, как дед старый? — после очередного такого случая спросил Чимин. — Да… Узнал тут, что господин президент нашей школы где-то тут должен быть. Не хочу попасться на глаза. — Юнги-хен будет здесь? — Чимин аж подпрыгнул на месте. — Ну, наверно. Я знаю не так много улиц, куда пары… парни ходят отдохнуть.       Чимин оговорочку приметил, но друга донимать не стал. — Ладно, хрен с ним с этим деспотом, — махнул рукой рыжик и потащил друга в сторону караоке. — Я забронил комнату в этом местечке.       Чонгук присвистнул. — Неплохое место, должен признать. — Для лучших парней — лучшие места!       Чонгук хмыкнул и направился вслед за Чимином.       Этот караоке бар был как и прочие в Корее: небольшой холл, уютный ресепшн, отлично изолированные комнаты, около десяти комнат для караоке. Все как они любят. И, как оказалось, парней уже ждали.       Две миловидные девушки уже распевали знакомую попсовую песню какой-то из женских групп. Но, когда заметили ребят, резко замолчали, засмущались и присели на диван. — Привет-привет! — дружелюбно замахал руками Чимин. — Давно ждёте? — Привет, Чиминни! — воскликнула та, что с длинными волосами. — Это твой друг, Чонгук, верно? — Да, все так, — Чимин сверкнул глазами. — Он свободен, словно орёл, парящий над Гранд каньоном.       Чонгук цокнул, но отрицать или одергивать друга не стал. Тем более, какую бы из девочек ни приготовила судьба для парня, обе они выглядели отрадно.       Красивые черные волосы, симпатичная фигура, стройные ноги и очень даже милые на лица. Про характер Чонгук не уточняет на первых свиданиях, но в разговоре станется выявить, насколько глупа его собеседница.       На душу Чона выпала девочка по имени Сыльги. Ее волосы едва доставали до плеч, аккуратно очерчивая нежные линии шеи. Она была в меру скромна, в меру активна и обладала неплохим слухом, что большая редкость для любителей караоке.       Она была весьма не глупа, не хихикала, словно курица над тупыми шутками, лишь бы поскорее оказаться на коленях у парня. Пару раз за дебильный юмор Чонгуку даже пришлось извиниться, сказав, что таким трюкам его обучал глупый дядя Джин. За Джина тоже извинился и сказал, что его зовут Сокджин. Неловкий диалог с не менее смущающими глупыми каламбурами плавно перетек в самый простой разговор между двумя молодыми людьми.       Они обсуждали школу, планы на будущее, свои взгляды на то или иное событие в их, как оказалось, одной любимой манхве. — Мне кажется, — возмущалась Сыльги, — что муж ее должен был постараться вернуть сразу, как только узнал о существовании этого американца. — Зачем? — Чонгук удивленно вскинул брови, — он же давно ее уже не любит. Он должен отпустить ее, позволить ей свободно двигаться дальше.       Девушка лишь фыркнула и сделала глоток газировки. — Они вместе были больше пяти лет. Ты думаешь, что чувства так просто уходят? Вовсе нет. Привязанность — самое сильное чувство… — Привязанность — не любовь, — встрял в разговор Чимин, когда они с подругой закончили петь очередную песню. — Нет ничего хуже отношений, построенных именно на привычке.       Длинноволосая возмущенно хлопнула себя по бокам. — Привязанность не равно привычке, Чиминни! Привязанность намного сильнее какой-то там влюбленности. Она сильнее, мощнее, могущественнее! — девушка возвела руки горе. — Ты драматизируешь, — засмеялся Пак. — А ты недооцениваешь человеческие отношения. — А я очень хочу в туалет, куда и отправлюсь, — парировал Чимин и вышел из комнаты. — Почему для девушек так важна эта самая привязанность? Разве не лучше просто любить?       Сыльги смущенно заулыбалась и затеребила бокал в руках. — Дело не в простой привязанности. Есть какое-то другое чувство, которое начинаешь испытывать к человеку, который находится с тобой так долго, что начинаешь воспринимать его присутствие как должное. Что-то вроде: «А почему он, собственно, исчезнет? Он всегда будет рядом». Но когда он исчезает, то боль становится неимоверной. Такой, что начинаешь избегать ее, стараться скрыться и не готов признать, что-то, что ты испытываешь — намного сильнее простой любви или уж тем более влюбленности.       Чонгуку от слов новой знакомой стало как-то грустно. Словно она задела какие-то струнки его души и очень ловко наиграла знакомую грустную мелодию, поиграла на нервах, сама того не осознавая.       Чимин не возвращался достаточно долго, и Чонгук начал волноваться. — Девочки, я пойду проверю, где он там.       Девушки согласно кивнули и поставили себе новую песню. Чонгук же вышел из комнаты и осмотрелся по сторонам. Кажется, туалет был по правую сторону от них.       Чон обнаружил Чимина сидящего на полу, сложившего голову на колени. Так он стал похож на маленького котенка, который клубочком сложился и ждал, что кто-нибудь придет и заберет его, обогреет и пожалеет. Чонгук медленно подошел к другу и присел рядом. — Что случилось, Чимин?       Пак поднял голову и, уставившись куда-то перед собой, улыбнулся. — Я перепутал комнаты. Зашел в соседнюю от нашей. И знаешь кого я увидел?       Сердце Чонгука екнуло. — Мин Юнги и Ким Тэхена. — И что с того? Эти часто тусуются вместе.       Чимин прищурился и внимательно посмотрел на своего друга. — А как часто эти двое сидят в полумраке и щебечут о чем-то своем?       Чонгука прошибло на холодный пот. Вот сейчас секрет его лучшего друга либо раскроется, либо Гук придумает какую-нибудь вразумительную отговорку для происходящего. — Однажды я видел, как Тэхен-хен кормил Юнги-хена тушкой кролика. Скорее всего, поил его кровью. Может, Юнги оборотень какой? Ну там… не знаю… — Не удивлен я, что Сыльги над твоими шутками не смеется. Кто вообще хотя бы улыбается, когда ты юморить пытаешься? — Мама и Сокджин-хен. — У Сокджин-хена чувство юмора атрофировано из-за возраста, а ты то куда? — Вообще-то ему только двадцать. — Психологический его возраст превышает, зашкаливает где-то за сорокет. — Если тебе сорокет, то чувства юмора, как и у Джина, нет.       Чимин тупо уставился на друга, похлопал глазами пару раз, а затем рассмеялся, как не в себя. Чонгук долго силился не поддаться его смеху, а затем не выдержал и расхохотался вместе с другом. — Знаешь, — начал спокойно Чимин, просмеявшись, — я как-то услышал, что Юнги-хен — гей, и так обрадовался. Подумал, что вот это не просто так, это сто процентов какой-то знак свыше! Начал изучать, что он любит, чем увлекается… Знал ли ты, что он любит читать рэп? Он даже написал парочку песен. — Нет, Чим-Чим, не знал, — грустно ответил Чонгук. — Никто не знает. А я узнал, и храню этот секрет, — он строго посмотрел на друга. — И ты будешь его хранить!       Чонгук сделал жест, закрывая рот на замок, а ключик «выбросил» куда-то в сторону. — А тут такое… Кажется, Тэхен-то твой тоже «голубых» кровей.       Чон замешкался, раскрывать ли Чимину тайну своего друга. Но, взвесив все «за» и «против», мягко кивнул головой. — Да, Чимин, и они встречаются с Юнги-хеном. — Вот как… — грустно произнес Чимин. — Не думал я, что мое сердце разобьют вот так быстро. Я думал, что самое страшное, с чем мне предстоит столкнуться — это Мин только-девочки Юнги, а оказалось вон как.       Чонгук потрепал друга по голове, ероша копну огненно рыжих волос. — Не расстраивайся, дружище. Встретишь ты еще своего голубочка, и полетите вы вместе в свои великолепные гейские дали, и будете напевать не менее гейские песни. — Гейские песни? — скривился Чимин. — А дали тебя не смущают? — хмыкнул Чонгук, поднимаясь с пола и протягивая другу руку. — Честно говоря, меня в целом смущает твое представление о жизни парней нетрадиционной ориентации. — Ну да… я ничего об этом не знаю, чего уж тут. — Хочешь расскажу? — Чимин поиграл пару раз бровями, подбивая плечом друга в грудь. — Боже упаси, Чимин. Мне кажется, что из тебя максимально хреновый рассказчик.