Flame of Love

      По прибытии в отель Оля первым делом направилась на рецепцию, пока Кищук ждала ее на диванчике в лобби. — Добрый день, мадам Серябкина. У вас есть какая-то просьба? — учтиво поинтересовался администратор на ломаном русском. — Да, мой менеджер неверно оформил размещение. Не могли бы вы переселить мадам Кищук в мой номер? — Боюсь, что нет, так как он у вас одноместный. Но мы можем предложить вам и вашей коллеге двухместные апартаменты с выходом на пляжную линию. Вас устроит такой вариант? — Вполне. Благодарю вас за понимание? — Оля любезно улыбнулась и забрала ключи от нового номера. — Всегда рады помочь. Уставшая и слегка растрёпанная шатенка уже еле-еле стояла на ногах. Во время полёта она так и не смогла нормально поспать, а напряженная ситуация в аэропорту окончательно вымотала нервы и силы Серябкиной. Все, чего она хотела сейчас — завалиться в постель и не вставать около восьми часов. Но это было невозможно, учитывая то, что концерт начинался через пять часов. А до этого времени им ещё нужно приехать на саундчек и подготовить себя к выступлению. Минус ещё три часа. Два часа на сон? Просто шикарно. — Кать, идём скорее, умоляю, мне надо срочно поспать, — протараторила Оля, подойдя к Кищук и потянув ее за руку. — Иди, Оль, я тут пока посижу. Хочу маме позвонить по скайпу. Как раз сейчас тебе никто мешать не будет, уснёшь быстрее. Катя, увидев в глазах шатенки лёгкое разочарование, поднялась с диванчика и притянула ослабевшую девушку к себе, оставив нежный поцелуй на ее лбу. — Обещаю, я приду не позже, чем через полчаса. — А сказку мне кто расскажет? — жалобно промямлила Оля. Катя рассмеялась и чмокнула шатенку в щеку. Серябкина ещё больший ребёнок, чем она сама. Они определенно друг друга стоят. Оля молча протянула Кате ключ от номера и, напоследок улыбнувшись ей, побрела в сторону апартаментов. Как оказалось, они находились на первом этаже виллы, стоящей прямо на берегу моря. Уютненько. Но сейчас Серябкину мало волновали окрестные пейзажи. Она завалилась в номер и плюхнулась на огромную кровать с белоснежным бельем, не снимая кроссовок. Наконец-то. Долгожданный отдых. Звонок телефона нарушил идеальную тишину в комнате и не позволил Оле уснуть. — Блять, да почему именно сейчас? — чертыхнулась шатенка, поднимая трубку, не глядя на номер звонящего. — Привет. Блять, серьезно? Опять? Да сколько можно? Что происходит вообще? — Лена? — почти выплюнула Серябкина, мечтая о том, чтобы этот разговор закончился, не успев начаться. — Что тебе нужно? — Ты, — послышалось тихо в трубке. — О, господи, — Оля устало вздохнула и провела ладонью по лицу. — Лена, мы же взрослые люди и уже все с тобой обсудили. Ты сама от меня ушла. Какие ко мне претензии? — Твоя вина в моей зависимости, — пропела Темникова, — меня прости за мои слабости. — Боже, да что за детский сад?! — взревела Серябкина, потеряв терпение. — Ты пьяна, или опять что-то вдула? Молчание в трубке и стало ответом на вопрос. Раздражение шатенки достигло своего предела. Ей надоело играть в эти игры. Хватит, за несколько лет уже наигралась. — Короче, я не знаю, чего ты хочешь, но зато знаю, чего хочу я. Я прошу тебя, Лена, давай ты перестанешь мне звонить. Веди себя так же, как после ухода из группы. А именно, забудь о моем существовании. Тогда для тебя это было легко. — Нет, ты не понимаешь… — А я и не хочу ничего понимать. Если тебе опять хочется потрахаться, то извини, либо обращайся к своему мужу, либо сними девочку в борделе. От меня ничего, пожалуйста, не жди. И да, я сегодня же сменю номер. Пока. Оля резко сбросила звонок и откинулась на подушку. Слезы не подкатывают. Удивительно. Как-то быстро все в душе угасло. Постепенно шатенка погрузилась в глубокий и крепкий сон.

***

Темникова не сразу поняла, что приятный голос в трубке сменился мерными гудками. Ещё около минуты она не сбрасывала вызов, прислушиваясь к этим звукам. Вдруг голос вернётся? Но, конечно, это были лишь ее мечты. С силой отшвырнув от себя телефон, Лена опустилась на колени прямо на холодный кафель ванной и разрыдалась. Что. Она. Наделала. Как она могла оставить единственного человека, который любил ее больше всего на свете? Как могла она между карьерой и любовью выбрать первое? Оля права. Лена во всем виновата сама. И осознала она это слишком поздно. Лена пыталась полюбить мужа. Он никогда не обращался с ней плохо, да и вообще он очень ее любил. Но только Лена не могла ему ответить тем же, как бы ни пыталась. Она надеялась, что все изменится после рождения ребёнка. Но и тогда Лена не чувствовала в их отношениях искренности. Не было в них того огня, той нежности, что была у них с Олей. Все это осталось в далёком прошлом, вернуть которое практически невозможно. Узнав о том, что Шашина, которая стала своеобразным якорем для Оли после ухода Лены, покидает группу, Темникова решила попытаться вернуть шатенку. Кто, как не Лена, знает, насколько сильно может переживать Оля такие расставания с подругами? Насколько доверчива, слаба и доступна она в такие моменты? Насколько она нуждается в человеческой любви и понимании. В душе у Темниковой теплился слабый огонёк надежды на то, что можно все исправить. Развестись с мужем, вернуть Олю и вместе с ней воспитывать дочку. Серябкина просто обожает детей, она бы отдала Сашке всю свою любовь и заботу. Казалось бы, счастье так близко. Стоит лишь позвонить своей благоверной и попросить прощения за все. Если понадобится, встать перед ней на колени и умолять вернуться, пока та не даст согласие. Лена привыкла, что все в жизни рано или поздно происходит так, как хочет она. А поэтому она была абсолютно уверена в том, что ей удастся вернуть шатенку. Вот только она не учла одну помеху, которая внезапно появилась на ее пути. Какая-то чертова Кищук. Новая девочка, неизвестно откуда взявшаяся и ставшая новой участницей группы. Молоденькая пацанка с дерзким взглядом. И безумно красивыми глазами. Фотографии с фотосессии практически повергли Темникову в шок. Точнее, заставили паниковать. Слишком уж страстно Оля смотрела на этих фото на новенькую и слишком требовательно тянулась своими губами к её. Черт побери. Что, если эта выскочка уже успела завоевать сердце доверчивой шатенки? В душу закрался страх, смешивающийся с раздражением. Всю свою сознательную жизнь Оля была предана лишь одной девушке. И это она, Лена, а не какая-то девчонка, подобранная с улицы! Вот и сейчас Темникова, не обращая на холод кафеля, думает о Кищук, которая не даёт ей вернуть любимую обратно. Она уверена, все дело в этой чертовой блондинке. Нужно что-то сделать. Избавиться от неё любым способом, чтобы она больше никогда не появлялась в жизни Ольги. И, кажется, Лена знает, как поступит на этот раз.

***

POV Катя Она спала на кровати в кроссовках. Я улыбнулась и притворно закатила глаза, а затем аккуратно сняла с неё обувь. Прямо как в ту ночь. Я осторожно приземлилась рядом и стала любоваться чертами ее лица. В них была некоторая доля восточности, смешавшейся с русскими корнями. Длинные, пушистые ресницы. Темные брови и в то же время нежная, светлая персиковая кожа. Розовые, слегка приоткрытые губы, успевшие пересохнуть за время сна. Я осторожно приблизилась к ним и смочила их с помощью легкого поцелуя. Оля что-то сонно пробормотала и открыла глаза. Встретившись взглядом со мной, она улыбнулась и заправила за ухо мою выбившуюся прядку. — Я выспалась. — Уверена? Ты можешь поспать ещё полчаса. — Нет, не буду. Пока что мне хватит. Я хочу побыть с тобой. — Я тоже. Я знаю, где мы можем побыть наедине. Идём за мной. Я поднялась с постели и потянула за собой Олю. Та последовала за мной, не став обувать кроссовки. Я плюнула на все и тоже сняла свои, оставшись босиком. Мы вышли из виллы и направились к берегу моря, где сейчас был полный штиль. Мягкий тёплый песок приятно ласкал ноги, когда я делала очередной шаг. В конце концов я привела ее к высокой пальме, к стволу которой были привязаны деревянные качели, украшенные тропическими цветами. Я нашла это место час назад, когда прогуливалась по территории отеля от скуки. Мне оно очень понравилось. Но я внесла в него кое-какие корректировки. Солнце уже село, и все вокруг освещали лишь две дорожки из зажженных ароматических свечей. — Боже, это просто… — начала Оля, но не стала заканчивать, решив передать мне все свои эмоции в долгом и нежном поцелуе. — Тебе нравится? — радостно спросила я, помогая Оле сесть на качели и усаживаясь сама. — Конечно, солнце. Я чувствую себя такой счастливой рядом с тобой. — И я тоже. — Когда я с тобой, все проблемы уходят на второй план. Я не знаю, как объяснить все то, что я чувствую к тебе. Не знаю, как выразить все это. Это все словно на кинопленке. Слишком быстро и порой непонятно, как это происходит, но это захватывает дух и дарит незабываемые эмоции. — А я до сих пор не верю, что все это происходит со мной, — задумчиво пробормотала я, сжимая ее руку крепче и смотря на спокойные волны, в которых отражалась луна. — Буквально месяц назад я думала, что моя жизнь кончена. А затем в ней появилась ты. И изменила все. — Как и ты. Мы обе изменили жизни друг друга, — Оля посмотрела мне в глаза и долго не отводила взгляд. — Теперь ты — все, что у меня есть. — You are my everything? — улыбнулась я, пропев строчку из песни Джастина Бибера. — Да, малыш. You are my everything. Между нами воцарилось красноречивое молчание. В такие моменты слова и не нужны. Вы просто наслаждаетесь друг другом. Чувствами, которые полыхают в ваших сердцах. Все остальное и не важно. Но я все-таки вспомнила об одной вещи. Я залезла рукой в карман и вытащила оттуда сложенный вчетверо листочек бумаги, протянув Оле. — Это тебе. Она с интересом развернула его и буквально открыла рот от изумления, заставив меня улыбнуться от гордости. — Боже, ты так красиво рисуешь, солнце, — прошептала она, не в силах отвести взгляд от рисунка. — Я тут получилась лучше, чем в жизни. — Нет, твою красоту нельзя передать даже красками, не говоря уже о карандаше. — Мне безумно нравится рисунок, Кать. Спасибо тебе, — она опять сложила листочек и убрала к себе в карман. — Я положу его к себе в бумажник и всегда буду носить с собой. Между нами опять возникла пауза, во время которой мы любовались глазами друг друга. Молчание решила нарушить Оля, которая зачем-то опять полезла в карман. — На самом деле, у меня для тебя тоже кое-что есть. — И что же? — с нетерпением спросила я, пытаясь заглянуть в листочек, который она выудила из кармана. — Стихотворение. Я затаила дыхание и сидела молча, ожидая, когда она начнёт его читать. Когда она успела посвятить мне целое стихотворение? Боже, я сейчас сойду с ума от этой любви. Это просто невероятно. — Оно называется очень просто. «Кате». — начала она, бросив на меня изучающий взгляд, и стала читать. Она нежная всюду такая, И подушка ее горяча, Ее нежная кожа молчала, Что желала ночами меня… Я была для неё как забава, Я ее обожала ласкать, И меня столько раз ублажала, Что боюсь я ее вспоминать… Ее волосы, бледные плечи, Ее свежесть меня укорит, Что другим признавалась до встречи, И что голос мой ею забыт… Мы же знали, что все под секретом, И скрывали все как бы шутя, Быть подругами переставали, Когда ночь наступала, скользя… Ее грудь так нарочно красива, Она лучше всех знала меня, Это было мне невыносимо, Что делила ее я, любя… Моя ревность ее обожала, Ее спину кусала я в кровь, Только ей я одной отдавала, Мою первую к Кате любовь. К моим глазам подступили непрошеные слезы. Как же это красиво. Это все действительно правда. Она любит меня. Так же, как и я ее. Больше ничего и не нужно. Я приблизила ее лицо к своему и нежно поцеловала, стремясь передать в этом поцелуе все свои чувства без остатка, подарить ей энергию своей любви. — Я так сильно тебя люблю, солнце, — прошептала я, не в силах отдалиться от ее лица хоть на сантиметр. — Я так сильно дорожу тобой. — Как же долго я искала тебя, любовь моя, — проговорила Оля, обнимая меня и прижимая к себе. — Я тебя так ждала. — Не отпускай меня никогда, чтобы я не ушла, — я уткнулась ей в плечо и окончательно расслабилась. — Никогда. Я никому тебя не отдам, любимая.

***

      Ее глаза имеют невероятную красоту. Каждый раз, смотря в них, я восхищаюсь ими. Я все отдам за этот нежный, полный любви взгляд, который она дарит мне украдкой, пока никто не видит. Ее темные волосы волнами струятся по хрупким плечам, переливаясь и блестя на солнце. Они доставляют мне истинное удовольствие. Большие, прекрасные, потрясающе сексуальные губы, которые она постоянно красит помадой, всегда притягивают мой взгляд, не давая оторваться. Изящные ключицы, проглядывающие под персиковой кожей, эти ямочки, в которых я бы хотела жить. Хрупкие, утончённые пальцы рук, свойственные лишь пианистам. Плавный изгиб талии, вызывающий во мне желание обвить свои руки вокруг неё и притянуть мою любимую к себе. Все это составляет в моей голове портрет идеальной женщины. Той, что сидит рядом со мной прямо сейчас. Сон это или реальность, но только что мы во второй раз признались друг к другу в любви. Она смотрит на меня так, словно я ее смысл жизни. Поверь, солнце, это взаимно. Поднимаюсь с качелей и начинаю катать мою девочку, постепенно увеличивая темп раскачивания. Она начинает заливисто смеяться. Для меня это словно прелестная мелодия. Я буквально чувствую, как наше чувство счастья и радости материализуется и витает в воздухе наравне с ветром. Она продолжает смеяться, а я улыбаюсь своей глупой, но самой искренней улыбкой. Ведь такой счастливой я себя никогда ещё не чувствовала.

***

Час пролетел для нас незаметно. Мы бы не ушли с этого места, наверное, никогда, если бы мне не позвонила Полина и не сказала, что нужно готовиться к концерту. Слегка расстроенные, но окрылённые любовью, мы вернулись в наш номер. Там нас уже ждали костюмы для выступлений. Довольно милые короткие юбочка и топ в стиле аниме. О, черт, кажется, я влюбилась. — Нравится? — поинтересовалась Оля, бесцеремонно снимая с себя свою дорожную одежду и белье, оставаясь абсолютно обнаженной. — Да, очень — протянула я, в открытую пялясь на ее тело. — Ору, я про костюмы, извращенка, — рассмеялась Оля, бросив в меня футболку. — Я иду в душ, а ты пока собирайся. Хочешь, я потом сделаю тебе макияж? Я умею хорошо красить. — Конечно хочу. — Ну все, тогда пока готовься. На все приготовления у меня ушло около тридцати минут. Я сделала себе легкую укладку и переоделась в костюм. В принципе, я могла бы сделать макияж и сама, но мне хотелось, чтобы это сделала Оля. Поэтому я села на кровать и стала терпеливо ждать. Сидеть пришлось не долго, Оля вышла из душа спустя пять минут после того, как я собралась. Вышла без полотенца. — Разве уборщица не оставила нам чистые полотенца? — удивилась я, стараясь поменьше смотреть на прелести шатенки. — Оставила. Но я часто хожу дома без одежды и белья. Привыкай, детка, — подмигнула она мне и полезла в чемодан за косметичкой. — Сейчас мы сделаем из тебя ещё большую красоточку. Она быстро окинула оценивающим взглядом мое лицо и начала уверенными движениями наносить тон. Я была рада тому, что мне нельзя было вертеть головой и смотреть по сторонам. Иначе на концерте Полине пришлось бы выступать поначалу одной. Оля довольно быстро справилась с макияжем для меня, у неё ушло на это не более пятнадцати минут. Сбрызнув мое лицо фиксирующим спреем, она отошла подальше и окинула свою работу критическим взглядом. — Мне все нравится. Ты у меня такая красивая, — подытожила она. — Посмотри сама, вдруг тебя что-то не устраивает? Я подошла к зеркалу и почти не узнала себя. Блин, очень красиво. Я сама себя так ещё никогда не красила, хотя в этом деле не новичок. Оля смогла подчеркнуть все мои достоинства и скрыть недостатки, которые раньше мне не хотели поддаваться. — Мне очень нравится, Оль, — удовлетворенно проговорила я и чмокнула шатенку в щечку. — Очень красиво. Спасибо тебе большое. — Обращайся, пупсик, — ответила она и принялась красить себя, так и не удосужившись накинуть на себя хотя бы халатик. — Женщина, я конечно понимаю, что у вас свои загоны, но если вы сейчас не наденете на себя хотя бы один предмет одежды, мы с вами абсолютно точно опоздаем на концерт, потому что просто так я туда ехать откажусь. — Боже, ну что за… — закатила глаза Оля, но все же залезла в чемодан и надела на себя комплект нижнего белья. — Так лучше? — Да, так тоже хорошо. — Вот и отличненько. А сейчас, пожалуйста, посиди немножко и подожди меня, я буду готова через полчаса.

***

— Девочки, пятиминутная готовность! — крикнул менеджер, заглянув в гримерку. — Ну что, пора к сцене идти. Давайте, девочки. Устроим здесь ещё большую жару! — воодушевленно воскликнула Оля, раздавая нам с Полиной микрофоны. Сказать, что я нервничала — не сказать ничего. Мне не помогла даже валерьянка, которую предусмотрительная Оля взяла с собой и напоила ей меня. Коленки тряслись, я сама дрожала, как осиновый лист. Что, если я налажаю? Блять, блять, блять. Как же это страшно. — Ты в порядке? — Оля вывела меня из оцепенения и взяла за руку. — Идём, Кать. Все будет хорошо. Я с тобой. Полина с тобой. Ты не одна. Мы рядом. — Реально, Кать. Не переживай ты так. Это всего лишь небольшой концерт в отеле. Тебе предстоят выступления и посерьёзнее, чем это. — Фух, ладно, — выдохнула я. — Давайте разнесем этот отель в щепки. — Вот этот настрой мне уже нравится! Вперёд, девчонки! Оля протянула одну руку мне, а другую Полине, и мы все втроем направились к выходу на сцену. Соберись, Кищук. Хватит быть мямлей. Ты — бунтарка. Покажи им, на что ты способна. — Девочки, десять секунд. — напомнил менеджер. Девять. Восемь. Семь. Смотрю на Олю. Она крепче сжимает мою ладонь и ободряюще улыбается. Я не подведу тебя, обещаю. Шесть. Пять. Четыре. Делаю глубокий вдох. Три. Выдох. Два. Широко раскрываю глаза. Один. Делаю шаг вперёд. Яркий свет софитов на мгновение ослепляет меня, но я тут же отбрасываю все посторонние мысли прочь и сосредотачиваюсь на публике. Ну, вроде, помидоров, летящих в мою сторону пока не видно. Напротив, люди как-то уж слишком восторженно реагируют, когда Оля берет приветственное слово и представляет меня публике. Неплохое начало. — Вы готовы веселиться с нами? Если да, то это просто прекрасно! Мы надеемся, что вам понравится сегодняшний вечер, — проговорила Оля и дала нам с Полиной почти незаметные знаки готовности. Заиграла первая мелодия. С первой же ноты я поняла, что это Мама Люба. Окей, Катя. Включай режим сексуальной сучки. В ожидании своих строк я начала подтанцовывать и пыталась заводить толпу. На припеве я вообще разошлась и стала носиться по сцене, во всю напевая песню. Оля смотрела на меня и улыбалась. Определенно, именно такого поведения она ждала от меня. Наконец пришло время моих строк. Наша наша кроватка, делала шик шик Я твоё пианино, а ты мой настройщик! Оуе! Вау. А я спела это довольно дерзко и даже круто. Неплохо, Катя, неплохо. Продолжай в том же духе. С каждой минутой, проведённой на сцене, я раскрепощалась все больше и больше. Страх сцены окончательно отступил, как будто его никогда и не было. Одобрительные крики толпы, их попытки подпевать, восторженные возгласы — все это заставило страх исчезнуть. Да и как можно волноваться, когда рядом с тобой на сцене находятся твои подруги, одна из которых ещё и твоя девушка? В конце концов я забила на все и начала просто кайфовать. Я танцевала, скакала по сцене, вытворяла практически невообразимые вещи вместе с Олей. То хлопала ее по заднице, то слегка задирала юбку, то оказывалась непозволительно близко к ее лицу. А Оле, кажется, все это нравилось. Мы веселились от души, получая невероятную энергию от публики и друг друга. В таком духе и прошёл весь концерт. Полтора часа пролетели для нас, словно десять минут. Мне даже хотелось ещё. Когда пришло время прощаться, я решила, что не могу промолчать. — Я бы хотела сказать вам всем огромное спасибо за этот вечер. Спасибо за вашу бешеную энергию, за тёплый приём для меня. Это просто бесценно. Просто спасибо за то, что вы были с нами и нашей музыкой. Будьте счастливы. Спасибо, и до новых встреч! Ответом на мои слова послужило множество аплодисментов и возгласов. Я улыбнулась своей самой милой улыбкой и взяла за руку Олю, которая собирала нас воедино. Мы подняли наши руки вверх и все втроём поклонились. Аплодисменты не смолкали, пока мы окончательно не ушли со сцены. Боже, как же это невероятно. Оказавшись за кулисами, Оля, не помня себя от радости, кинулась ко мне на шею и поцеловала. — Ты смогла, детка! Я же говорила, что все получится! Поздравляю тебя! — Катюха, ты просто бомбическая девчонка! — присоединилась к ней Полина, также обнимая меня. — Выступила на высоте, красотка! — Ну все, засмущали, — с улыбкой пробормотала я. — Я и сама не знала, что это может быть так круто. Вот только я очень сильно устала. И это была правда. Находясь на сцене, ты не ощущаешь усталости. Но стоит лишь зайти за кулисы, и ты готов свалиться с ног. — Концерт у нас и правда получился офигенным. И да, я присоединяюсь к словам Кати. Пойдёмте отдыхать, девочки. Мы это заслужили, — сказала Оля и потянула нас к выходу. Я не знаю, что принесёт мне завтрашний день. Но я точно знаю одно — пока я в Серебре, рядом с Олей, моя жизнь будет самой прекрасной на свете. И каждый день в ней будет таким же чудесным, как и предыдущий.