Сердце волка

Как в замедленной съемке девушка наблюдала за грациозным прыжком способного убить одним движением зверя. Глаза. Глаза изголодавшегося хищника, вышедшего на охоту. С налившейся темно-янтарной радужкой и расширенными от возбуждения угольными зрачками. Глаза, что жаждут крови. Ее крови. Тоненькая кровавая сеточка вен окутывает белок, выплескивая наружу безудержную ярость, что клокочет в груди. Эти глаза рвут на куски одним только взглядом, проникают под кожу и будоражат застывшую в жилах кровь. От взгляда этого зверя по спине проходит холодок, покрывающий мурашками бледную кожу. Раскрытая пасть обнажает два ряда белоснежных клыков, жаждущих впиться в такую желанную плоть и окраситься в кровавый цвет. Острые, как бритвы, они способны разодрать до костей хрупкое тело, в страхе замершее в нескольких шагах. Наточенные когти высвободились из плена собственных лап, готовые к атаке, к победе над человеческим страхом. Густая шерсть волка топорщится на худощавом теле, обличая тонкие ребра, упирающиеся в грудную клетку, словно они только и стремятся пробить ее насквозь. Разум зверя поглощен одной единственной мыслью. Мыслью, что не давала покоя и терзала все это время. «Убить. Разорвать на части. Ощутить вкус пленительной крови». Полет волка занимает всего секунду, но для Кэролайн время замедлило свой бег, если вовсе не остановилось. Оно больше не имело над ней власти, вышло за рамки обыденности. Ничто больше не волновало окутанную страхом девушку. Даже ноющая нога, разодранная пару мгновений назад. Осталась лишь пульсирующая в голове картина того, как ее безжизненное тело стремительно рухнет на холодную землю. Зверь оскаливается, когда его пасть оказывается в паре сантиметрах от лица блондинки. А Кэролайн успевает зажмуриться, лишь бы не видеть эти пропитанные жаждой плоти глаза. Неожиданно девушку отбрасывает на несколько метров в сторону. Со всей силы она впечатывается в дерево спиной, отчего в районе поясницы раздается отчетливо слышимый хруст, а из горла вырывается протяжный стон, который, казалось, был слышен по всему лесу. Кэролайн сползает по сухому стволу, приземляясь на землю и сдирая кожу со спины и плеч. Дыхание сбилось, а сердце стучит так быстро, что блондинка практически ощущает, как оно бьется о ее сломанные ребра. Сохранить чистый рассудок становится все сложнее, спасительная тьма подступает совсем близко, и Кэролайн из последних сил бросает уставший взгляд из полуопущенных ресниц на место «боя», где сцепились зверь и вампир. Высокий мужчина, с разодранными пиджаком и рубашкой, из-под которых виднеются свежие, рваные и кровоточащие следы от когтей волка, одной рукой отбрасывает зверя в сторону. От чего тот отлетает на десяток метров, падает на землю и несколько раз переворачивается вокруг своей оси. Поскуливая, он встает на лапы и делает несколько шагов по направлению к Элайдже. Реакция вампира не подводит, и мужчина, с присущей ему аристократичностью, меняет положение, поворачивая корпус, тем самым не позволяя хищнику вонзиться зубами в свое плечо. Волк моментально тормозит и кидается в новую атаку, оскалив пасть. Кэролайн с замиранием сердца наблюдает, как вампир хватает зверя за загривок и пытается вновь отбросить, но тот умудряется извернуться и укусить мужчину за руку. Брюнет тут же стискивает от боли зубы и с некой раздражительностью сбрасывает хищника. Волк оказывается в нескольких метрах от блондинки, которая не в состоянии даже пошевелиться. Способность мыслить постепенно покидает ее. Боль полностью окутала тело, пронзая плоть насквозь, и Кэролайн в какой-то момент даже удивилась, как еще не сошла с ума от этого всепоглащающего чувства, полностью затмившего страх. - Кэролайн, - слышит она взволнованный голос Элайджи перед тем, как хищник слегка приседает, готовясь к новому прыжку. «Убей», - неожиданно проносится в голове блондинки. Никогда эта мысль не посещала Кэролайн, но именно здесь и сейчас это казалось таким правильным, словно она родилась именно для этого. Ей просто захотелось покоя, хотелось избавиться от этого жжения по всему телу, от хриплых стонов, что рвались из саднящей груди. От всего. Впервые в жизни девушка захотела смерти. Но ее мимолетному желанию не суждено было сбыться. В следующий момент пасть волка сменилась обеспокоенным лицом Элайджи, быстро наклоняющегося к ней. Его напряженные губы шевелились, но Кэролайн не могла разобрать ни слова, однако властный голос вампира неразборчиво доносился до сознания и немного успокаивал. А в следующий миг тяжелые веки девушки опустились, и блондинка, наконец, получила долгожданное избавление от боли, пронизывающей до костей, от усталости, лежащей на девушке тяжелым грузом, от всего. В уютной гостиной старинного особняка расположились двое мужчин. Один из них вальяжно разлегся на своем любимом кресле, держа в вытянутой руке не тронутый стакан с виски. Правая же рука покоилась на кожаной ручке, а пальцы перебирали только известный хозяину ритм. Другой мужчина, сцепив за спиной руки в замок, наблюдал за неторопливым пламенем в камине, служившим единственным источником света в комнате. Шторы были плотно задернуты, не пропуская ни единого лучика лунного света. Братья молчали больше часа, лишь изредка встречаясь взглядами. - Ты чуть не убил девушку, - нарушил тишину Элайджа, когда часы пробили четверть пятого. - Знаю, - глухо отозвался Клаус и залпом опустошил стакан с янтарной жидкостью. Гибрид покинул кресло и в момент оказался у открытой бутылки. Старший Майклсон молча наблюдал за тем, как брат медленно наливает новую порцию, как невозмутимо возвращается в кресло, принимая прежнее положение, лишь сменив позу руки – теперь он закинул ее за голову. - Никлаус, - начал Майклсон, неспешно разворачиваясь лицом к мужчине, - ты должен извиниться. Уголки сжатых губ чуть дрогнули, скрывая усмешку гибрида. Клаус отсалютовал бокалом брату и сделал большой глоток обжигающей жидкости. - Я бы посмотрел на это, - протянул древний, вновь поднимаясь с места. Поставив напиток на деревянный столик, он поправил ворот своей наполовину расстегнутой рубашки и двинулся к двери. Но тут же остановился, практически упираясь в грудь брата. - Хватит вести себя как ребенок. Пора учиться отвечать за свои поступки, - отчеканил Элайджа, грозно глядя на спокойного Клауса. Тот невозмутимо толкнул живое препятствие рукой, освобождая себе дорогу. - Может, в другой раз, брат, - как-то устало отозвался Майклсон и сделал еще два шага к выходу, но застыл на месте, прислушиваясь. - Это и есть другой раз, - Элайджа встал рядом с гибридом и положил руку ему на плечо, невесомо похлопывая. Дверь гостевой комнаты на втором этаже еще раз скрипнула, оповещая о том, что хозяйка все же вышла из своего убежища. Вампирский слух уловил тихое шлепанье голых стоп о деревянные ступени. Одна, вторая… Остановка. Глубокий вдох. Учащенное сердцебиение. Дрожащие пальцы сжимают ткань кофты. Резкий выдох. Очередная ступенька. Последняя заминка перед самой дверью. И взору братьев предстала бледная девушка с растрепанными волосами и темными кругами под глазами. *** Черные густые ресницы девушки трепещут во сне, выдавая беспокойный сон. Одна и та же картинка, проносящаяся перед глазами. Взгляд горящих глаз, направленный в самую душу, манящие губы, складывающиеся в усмешку, и голос, властный и пленительный, зовущий к себе. Кэролайн резко распахивает глаза, вырываясь из плена кошмара. Темнота тут же окутывает, и девушка несколько раз моргает, пытаясь привыкнуть к ней. Блондинка осторожно пытается пошевелить рукой, помня недавнюю боль, вызванную любым движением. Но нет, пальцы без усилий сжимаются и разжимаются, а руки безболезненно можно согнуть в локтях. Некое чувство облегчения зародилось в Кэролайн, когда она без особых усилий смогла сесть в кровати. Спина больше не саднила. Для уверенности девушка даже легонько провела ладонью по пояснице. Ничего, совершенно гладкая кожа. Мимолетно улыбнувшись самой себе, блондинка свесила ноги с кровати. Что-то мешало. Дотянувшись рукой до голени, Кэролайн нащупала повязку, скорее всего из обычного бинта. Вспомнив, что уже была в этой комнате, девушка встала на пушистый ковер и развернулась в сторону, как ей казалось, двери. В помещении совсем не было света, но блондинка решила не идти к шторам, боясь столкнуться со шкафом или столом. Поэтому, вытянув руки перед собой, она сделала пару неуверенных шагов вперед. Когда кончики пальцев наткнулись на преграду, Кэролайн опустила правую руку вниз, ища ручку. Спустя пару секунд дверь поддалась. Яркий свет от лампы в коридоре ударил в глаза, заставляя девушку зажмуриться. Кэролайн аккуратно подошла к лестнице, неуверенно ставя ногу на первую ступеньку. Правая рука крепко сжала перила, когда в глазах блондинки на мгновение потемнело. Сделав вдох, девушка прикрыла глаза, стараясь восстановить дыхание. Пальцы левой руки неловко одернули края кофты, будто это могло помочь справиться с нахлынувшим волнением. Ситуация снова повторяется. Она просыпается в доме Майклсонов после того, как Клаус пытается ее убить. Неумело подавив рвущийся наружу смешок, Кэролайн продолжила свой путь, останавливаясь только у самой двери в гостиную, чтобы собраться с мыслями. - Как себя чувствуешь? – задал вопрос Элайджа прежде, чем девушка успела войти в комнату. Взгляд тут же наткнулся на старшего брата, стоявшего у самого порога и внимательно изучающего гостью с ног до головы. Кэролайн, не до конца уверенная, что ответить, слегка повела плечами и кивнула, даже не задумываясь, как странно выглядит этот жест. Зато это заметил Клаус, усмехнувшийся неловкости блондинки. - Ты опять босиком, - утвердительно заявил старший брат. В следующую секунду девушка почувствовала его сильные руки у себя на спине и под коленями. Не успев опомниться, она оказалась сидящей на диване, а Элайджа стоял в нескольких шагах от нее, ловким движением заправляя выбившийся манжет на левом рукаве. Чувствуя, как горит кожа на пояснице, где только что касались руки древнего, Кэролайн заерзала на диване, подгибая под себя ноги. - С такими темпами, милая, нам придется купить тебе тапочки и отдать в личное пользование комнату для гостей, - голос гибрида звучал резковато, а его обладатель прожигал взглядом незваную гостью. Кэролайн уже открыла рот, чтобы ответить, что не собирается задерживаться и что виной ее нахождения здесь является сам Майклсон, но ее опередил Элайджа, развернувшийся вполоборота к брату. - Тогда все расходы лягут на тебя, Никлаус. Твоими стараниями Кэролайн второй раз попадает в наш дом. Надеюсь, в этот раз ты проявишь себя, как радушный хозяин. Гибрид поднял руки в смирительном жесте, принимая поражение. Но глаза его горели, противореча наигранному смирению. Блондинка неуверенно провела рукой по забинтованной ноге, опустив взгляд на пол и стараясь не смотреть на древнего, расположившегося в кресле напротив. - Моя рана… - девушка замолкла, вспоминая бешеные глаза волка, когда ему удалось ее цапнуть. - Вы дали мне свою кровь? Совсем близко послышался вздох, и вместо лакированного паркета, взгляд девушки уперся в начищенные до блеска ботинки. - Кэролайн, - мягко начал вампир, - твои раны были смертельными, нужно было действовать быстро. - Чья? Вопрос повис в воздухе, но каждый понимал, что имеется в виду. Кто именно спас ей жизнь, чья кровь теперь течет в ней? Почему-то девушке не хотелось, чтобы это был Клаус. Ей была противна сама мысль о том, что видя ее раны, он вылечил ее, зная, что это его рук дело. Сейчас блондинка не хотела даже сидеть с ним в одной комнате. С этим мужчиной она не хотела иметь ничего общего. Причиной тому был страх, она боялась гибрида и того, что он может снова причинить ей боль. И думать не хотелось, что было бы, если бы Элайджа опоздал. - Клаус – гибрид. Укус оборотня способен убить вампира. Но его кровь так же может и спасти, - вампир тщательно подбирал слова, изредка бросая взгляд на брата, вертевшего в руках пустой стакан. – А твои ранения были серьезными, мы не стали рисковать. Как видишь, пришлось наложить повязку, даже кровь Никлауса не смогла справиться мгновенно. Девушка кивнула, сдерживая подступающие слезы. Нет, она рада, что осталась жива. Но сейчас она начала постепенно осознавать всю глупость своего поступка. Не нужно было идти в лес, тогда бы ничего этого не случилось. И сейчас она сидела бы дома, смотря очередной фильм, а Лиз, вернувшись со службы, стала ее ругать за то, что она не помыла посуду. Мама… Как она могла забыть про Лиз? Что было бы с ней, если бы Клаус в обличии волка завершил начатое? Дура, какая же она дура! От осознания собственной глупости и никчемности по бледной щеке скользнула слеза, оставляя соленую дорожку на коже. - Если я… - голос дрогнул, и Кэролайн глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, - если я умру, когда во мне будет эта кровь, я стану гибридом? Гостиную наполнил громкий, но не искренний, смех Клауса. Мужчина невольно прикрыл глаза и откинулся на спинку дивана. - Нет, дорогая, даже не надейся, - произнес, улыбаясь, гибрид. – Это слишком сложный процесс. Но вампиром стать можешь, поэтому постарайся не умереть сегодня. - Для этого мне нужно всего лишь держаться подальше от тебя, - тихо огрызнулась девушка, все еще разглядывая ковер. Но, естественно, Майклсон расслышал эту реплику. Поэтому блондинке очень повезло, что в этот момент она смотрела не на мужчину. Иначе ее бы ужаснули перемены, произошедшие в нем. Веселый настрой исчез, сменяясь предостерегающим взглядом и плотно сжатыми кулаками. - Я видела, что у тебя тоже были раны, - тоненькие пальчики перебирали торчащие нитки повязки, и Кэролайн неуверенно подняла голову в сторону старшего брата. Элайджа кивнул и указал в сторону камина. Девушка машинально проследила за его взглядом. На каменной полке стояли два стакана, на дне которых виднелось что-то бордово-красное. «Кровь Клауса», - догадалась блондинка и поспешила отвести взгляд. - Сейчас слишком рано, Кэролайн. Можешь вернуться наверх и поспать. А утром обсудим некоторые моменты, - брюнет поправил складки идеально сидящего костюма и направился к дверям, оставляя девушку наедине с гибридом. Кэролайн думала о сложившейся ситуации и о выходе из нее, поэтому слова вампира не сразу дошли до ее сознания. - Какие моменты? – спросила она пустоту, где несколько секунд назад стоял Элайджа. Блондинка обвела взглядом комнату и внутренне сжалась, когда поняла, что в помещении лишь один Майклсон, который явно забавлялся состоянием девушки. - Многие, милая, - усмехнулся мужчина, вставая со своего места. – Например, какого черта ты делала в лесу совсем одна? - Заблудилась, - тихо отозвалась девушка, наблюдая за тем, как гибрид подходит ближе. - Кэролайн, - блондинка была готова поспорить, что гибрид намеренно растягивает ее имя, но она ничего не могла с собой поделать – этот баритон приятным жаром отозвался в груди, опаляя изнутри. - Ты можешь обмануть Элайджу, он слишком галантен, чтобы обличить ложь, - продолжил меж тем сделавший еще один шаг в ее сторону Майклсон. – Но не смей врать мне. Голос, до этого тихий и спокойный, сорвался, переходя на рык. Гостья вздрогнула и перевела взгляд вверх, встречаясь с затуманенными дымкой голубыми глазами. То, что она там увидела, удивило ее. Ненависти, которую она ожидала встретить, не было. Лишь раздражение с тонкой ноткой ярости, что вспыхивала, когда гибрид смотрел прямо в очи девушки. - Я не вру, - с расстановкой произнесла та, совершенно не понимая, зачем еще сильнее злит древнего. Лучше бы промолчала или призналась в своей глупости и желании проследить за Элайджей. Потеряв контроль над собой, гибрид схватил блондинку за плечи и рывком поднял на ноги. Кэролайн сжала зубы и зашипела, чувствуя как перебинтованная нога отозвалась неприятной пульсацией. Заметив боль в глазах блондинки, Майклсон ослабил хватку, но не отпустил. - Не играй со мной, девочка, - прошипел мужчина, опаляя своим дыханием девичью щеку. Его носа коснулся пряный аромат ее тела, и древний на мгновение прикрыл глаза, вдыхая этот пленительный запах. С момента их первой встречи Клаус почувствовал, что еле сдерживается в присутствии этой хрупкой особы. Она пленила своим ароматом с той самой секунды, когда древний пару ночей назад вышел на поляну и увидел ее, испуганную, подавленную, но не сломленную. В тот раз он не смог устоять и вкусил ее кровь. Никогда еще он не испытывал такого наслаждения. Ни одна женщина не доставляла ему такого удовольствия, как сладость крови этой боевой девчонки. Сейчас мужчина проклинал всех вокруг. Брата за то, что тот оставил их наедине, в надежде, что он извинится. Кэролайн - за ее необъяснимое бесстрашие перед ним; до сих пор гибрид помнил ее теплую ладонь на своей груди и, черт возьми, все эти дни жаждал повторения. Проклинал себя – за свою слабость, что держал в руках и не хотел отпускать. Все эти мысли проносились в голове мужчины с такой скоростью, что у блондинки даже не возникло сомнений в том, что древний слишком долго стоял с закрытыми глазами. Она боялась дышать в его присутствии, сделать неверное движение, но еще больше она боялась, что он услышит удары ее сердца, что ускорило свой ритм, когда Кэролайн оказалась в железной хватке сильных рук. Сейчас, когда гибрид не видел ее, девушка поддалась мимолетному искушению и рассмотрела каждую черточку на его суровом лице. Линию губ, мужественные скулы, темные ресницы, высокий лоб, на котором залегла небольшая морщинка. - Не играй, - глухо повторил Клаус, открывая глаза и впиваясь взглядом в лицо девушки. На мгновение его голубые глаза остановились на приоткрытых алых губах, словно призывающих к действию, а затем вновь вернулись к глазам. – Проиграешь. Гибрид разжал пальцы, отпуская плечи блондинки, которая тут же отклонилась назад, упираясь ногами в диван. Она была похожа на напуганного зверька, загнанного в угол, но огонь, пляшущий в глазах, говорил другое. Она приняла вызов.