Сердце волка

- Оно тебя беспокоит? – послышался мужской голос откуда-то со стороны. Кэролайн несколько раз рассеянно моргнула, словно прогоняя остатки мимолётного сна, и отвела взгляд от проносящейся за стеклом автомобиля дороги. - Что? – голос немного охрип, и девушка прочистила горло, чтобы спросить ещё раз, но слух вампира разобрал бормотание. - Кольцо, - легкий и уверенный кивок в сторону. Не сразу поняв, о чём говорит Элайджа, девушка опустила голову на свои скрещенные на коленях руки. И правда, левая рука неосознанно гладила блестящее колечко на указательном пальце. Сощурив глаза и нервно прикусив губу, блондинка сжала ладони в кулаки и устроила их по обе стороны от своих бедер. Что же происходит? Всего полчаса назад это украшение обожгло её пальцы, а блондинка и думать об этом забыла. Это точно не обычное кольцо. Но Стефан не стал бы давать его, если бы оно хоть немного угрожало жизни. В этом Кэролайн была абсолютно уверена. Предполагать, что Сальваторе намеренно подкинул ей опасную вещицу, девушка и думать не могла. Дружба со Стефаном – одна из немногих положительных вещей из мира вампиров. Тогда как это объяснить? - Кажется, это должен быть мой вопрос, - отозвался Элайджа, ловко выворачивая руль, чтобы обогнать ехавшую впереди машину. Видимо, последнюю фразу блондинка произнесла вслух. Прокляв свою рассеяность, Кэролайн открыла рот, чтобы ответить, но тут машина сделала крутой поворот, и девушку наклонило в сторону, отчего пришлось разжать кулаки и вцепиться пальцами в кожаную обивку сидения. - Прости, - руки мужчины сильнее сжали руль. – Если не хочешь говорить – не говори. Майклсон-старший несколько секунд внимательно разглядывал дорогу, а затем повернул голову в сторону сжавшейся девушки. В его глазах читалось… Доверие? Нет, не так. Это была мольба. Он просил, чтобы девушка доверилась ему, не боялась открыться. Эти тёмные глаза завораживали, впервые Кэролайн смогла вблизи разглядеть вампира. Его мужественное лицо, успокаивающий и вселяющий невесомую защиту взгляд. Этим Элайджа напоминал ей Стефана – с первый минут их знакомства девушка чувствовала, что он не обидит. Наоборот, сделает всё, чтобы защитить. - Однако в одном Никлаус прав, - Элайджа вновь отвернулся к дороге. – Доверять вампирам опасно. - Стефан мой друг, - уверенно заявила Кэролайн, чувствуя нарастающую обиду. – Он не стал бы обманывать и подвергать мою жизнь опасности. - Я не знаю Сальваторе достаточно близко, как ты. Поэтому моей уверенности не убавилось. Кэролайн, - вздох, пальцы сильнее сжали кожаный руль, - твоя граничащая с безумством смелость уже помогла тебе выжить, не стоит надеяться на неё вновь. Кэролайн ошарашенно смотрит на слегка прищуренные глаза мужчины, на его плотно сжатые в линию губы, напряжённые руки. Он переживает? Или это лишь здравый смысл, на который Форбс давно перестала обращать внимание? Странно, но слова древнего подействовали на девушку как холодный душ. Не переводя взгляда, блондинка сорвала с пальца кольцо и положила на вытянутую ладонь. Тяжесть металла практически не ощущалась, лишь местечко на указательном пальце непривычно похолодело. - Стефан не мог, - уверенное заявление, слегка вздёрнутый подбородок. – Я не отрицаю – кольцо оказалось не простым, и я не знаю, что с ним не так. Но я уверена, что Стефан здесь ни при чём. Элайджа слегка кивает и бросает мимолетный заинтересованный взгляд на протянутую ладонь. Тёмная бровь приподнимается, но мужчина тут же отворачивается. - Ты должна быть осторожнее, - наконец, произнёс он после короткой паузы. - Конечно. Я больше его не надену, - металл сразу исчезает в кармане джинс. - Я не об этом, - бросил вампир и сбавил скорость, чтобы припарковать машину у парка. Девушка ждёт продолжения, но Майклсон молчит, полностью сосредоточенный на дороге. Наконец, автомобиль тормозит и мотор утихает. В салоне наступает тишина. Взгляд Кэролайн прикован к древнему, но тот несколько секунд просто сидит, глядя прямо перед собой. Когда же он садится вполоборота и глубоко вздыхает, подбирая слова, блондинка понимает, о чём, а точнее о ком, будет разговор – Клаус. - Мой брат не тот человек, кто будет заботиться о других, - спокойно произнёс Элайджа уверенным голосом, словно это непоколебимая истина. - Его жажда крови и власти всегда будут на первом месте. - Я не понимаю, к чему мне это знать, - обрывает Кэролайн довольно резко. - Сколько раз ты была в нашем доме, Кэролайн? – задаёт незамедлительно вопрос вампир и тут же отвечает на него: - За последние несколько сотен лет Клаус не приводил в особняк никого, кроме закуски. Разве ты закуска? - Если бы не ты, я бы не удостоилась чести посетить ваш дом, - в словах скользил сарказм, направленный на то, чтобы скрыть неуверенность в голосе. – Я бы вообще сейчас здесь не сидела. Правая рука Элайджи потянулась к шее, и сильные пальцы ослабили галстук, высвобождая белоснежный воротник рубашки на свободу. - Ты ошибаешься, если думаешь, что Никлауса остановил я, - фраза, наполненная горечью, казалась, не предназначалась для посторонних ушей. – Он ценит и дорожит семьёй, но самолюбие и собственное превосходство над другими сильнее. И если бы не было причины, по которой Клаус сам не захотел тебя убивать, мы бы действительно сейчас не разговаривали. Девушка невольно отшатнулась назад, опираясь рукой о сидение. Но не потому, что слова Элайджи её удивили или шокировали. Наоборот, они подтвердили её собственные мысли. Уже тогда, на приёме, она поняла, что Клаус мог с легкостью убить её, стоило лишь сильнее стянуть шнуровку корсета, лишая лёгкие воздуха. А затем этот случай у дома – Кэролайн была уверена – не Лиз остановила гибрида закончить начатое и высосать всю кровь до последней капли, его остановила она сама. Сделав что-то, выходящее за рамки привычного. Что-то, что смогло затмить жажду крови самого кровожадного существа. - Поэтому не стоит доверять Никлаусу, его слова могут быть обманчивы, в то время как мотивы прописаны собственной выгодой. - Я и не доверяю, - глухо отозвалась девушка, наполовину погружённая в свои мысли. – Это не моё желание. Клаус просто слишком часто стал появляться рядом. Слишком… Или же это я виновата? Вопрос вырвался сам, слишком долго он мучил блондинку. Хотелось определённости, чтобы кто-то объяснил, что же на самом деле происходит. Как же она смогла допустить, что за такой короткий промежуток времени в её жизни произошло слишком много изменений? Жизнь, на волосок от смерти; не слишком желанное знакомство с двумя древними братьями, один из которых совершенно не вселял доверия; нападение волка (человека?) из-за собственной глупости – этого хватило бы на целую жизнь. Однако Кэролайн понимала – это только начало, ей не удастся так просто сбежать, слишком глубоко она погрязла во всём этом. Элайджа не ответил. Его невозмутимое спокойствие, к сожалению, не передалось девушке. - Думаю, это не последняя наша встреча, Кэролайн, - протянул он, внимательно глядя в её глаза. И блондинка не могла понять, что же он там ищет. – Нога больше не беспокоит? - Нет, - Форбс невольно пошевелила пальцами на ноге и с радостью осознала, что это не причиняет ей дискомфорта. Кэролайн положила руку на ручку двери и потянула на себя. Раздался щелчок, и в салон ворвался прохладный воздух. Помявшись несколько секунд, девушка поставила ногу на сухой асфальт. Но, передумав, обернулась. Майклсон не сдвинулся с места. - Спасибо, - легкая и почти вымученная улыбка озарила лицо, и блондинка слегка склонила голову, ожидая реакции. - Ты не должна… - начал мужчина, качая головой. - Должна, - прервала она, поджимая губы – сама знала, что благодарить сейчас глупо, но поделать с собой ничего не могла. – Я думаю, ты должен знать, что я осознаю, в какой опасности была. Поэтому… Спасибо, Элайджа. Теперь ответа Кэролайн не стала ждать, резко отвернулась и вышла из салона. Однако любопытство взяло верх, и в боковом зеркале блондинка успела заметить, как на бесстрастном лице мужчины всего на долю секунды уголки губ поднялись вверх, и сразу же опустились, возвращая хозяину несколько суровое выражение. Но этого хватило, чтобы девушка ощутила свою маленькую победу. По телу помимо воли разлилось приятно тепло. *** Холодные струи душа беспощадно били по лицу и телу, покрывая кожу мурашками. Пальцы почти онемели, в кончики вонзались тысячи обжигающих холодом иголок, но было всё равно. Совершенно. Щека девушки прислонялась к влажному кафелю цвета морской волны, пшеничные пряди прилипали к лицу, с которого тонкой струйкой капали прохладные капли. Тёмные ресницы мелко дрожали, посинели от холода раскрытые губы. Правая рука бездумно тёрла губкой плечо, оставляя на коже красные следы. Хватило трёх минут холодного душа, чтобы девушку пробрал озноб. Выйдя из машины Элайджи, Кэролайн сильнее натянула рукава кофты на запястья, зажимая ткань пальцами. Было ещё довольно рано, солнце светило, но не грело. На улицах было тихо. На дороге можно было заметить лишь машины почты и доставки. Магазинчики ещё не начали работать, на дверях покоились знаки «Закрыто». Девушка шла быстрым шагом в сторону дома. Безумно хотелось оказаться в тёплой ванне, доверху наполненной воздушной пеной с запахом апельсина. После последних событий хотелось смыть с себя всю грязь. В особняке Майклсонов старший брат намекнул, что перед поездкой она может воспользоваться ванной для гостей, но Кэролайн отказалась по понятным причинам. Вампир и не ожидал другого ответа, сразу предложив сесть в машину. Видимо, он просто не мог не оказать гостье свою галантность. Спустя десять минут девушка завернула на свою улицу, бездумно шагая по тротуару. Голова была опущена, поэтому приходилось с периодичностью в несколько минут заправлять спадающие на лицо пряди за уши. Показалась зеленая лужайка с розовым декоративным зайцем у начала тропинки, Кэролайн бегло посмотрела по сторонам и пересекла дорогу, на ходу нащупывая ключи. - Доброе утро. Связка ключей упала, когда Форбс от неожиданности вздрогнула и разжала руки. На крыльце сидел Тайлер. На коленях покоился букет с красными розами, который парень в мгновение скинул на ступеньку. Его лицо выражало смесь злости и раздражённости. Видимо, он не один час поджидал девушку. Поднявшись с места, Тайлер быстро спустился с небольшой лестницы и начал подходить к застывшей блондинке. - Тебе не спалось, и ты в такую рань решила выйти на пробежку? – поинтересовался он, оглядывая девушку. - Тайлер, что ты здесь делаешь? – ошарашенно спросила она, молясь о том, чтобы парень, наконец, остановился. - Жду свою девушку, чтобы помириться. Но, видимо, наши отношения для неё не так важны, раз она шляется по утрам не пойми где. - Не смей, - прорычала Кэролайн, впиваясь взглядом в когда-то любимые глаза. Тайлер сделал ещё несколько шагов, останавливаясь в полуметре. - Не сметь чего, Кэролайн? – повысил голос Тайлер. Он сощурил глаза, пылающие ненавистью и ревностью. – Я, как дурак, ждал тебя всю ночь, а ты уже забыла меня! Надеюсь, хорошо повеселилась? Слова больно резанули в области груди, оставляя невидимые кровавые раны, которые не успевали затянуться. От обиды на глазах выступили слёзы. Как он мог говорить такие слова? - Тайлер, у меня были дела, - едва сдерживаясь, произнесла блондинка. - И как звали твои дела? – ещё громче уточнил Тайлер, глубоко дыша. - Как ты можешь так думать? – губы дрожали, и Форб ощутила, как первая слезинка скатилась по щеке. – Я была верна тебе. - Была? – взревел парень и схватил Кэролайн за плечи, чуть ли не приподнимая над землёй. – А сейчас нет? - О чём ты? – не выдержала блондинка, ощущая, как злость одерживает победу над остальными чувствами. – Мы расстались, помнишь? - И за это время ты уже успела найти мне замену? Мы часто сорились, Кэролайн. Неужели всякий раз у тебя возникали «дела»? Пальцы сильнее сдавили плечи. Блондинка поморщилась, положила руки на грудь парню и попыталась оттолкнуть. Безрезультатно. - Ты правда такого обо мне мнения? – ещё одна слеза вырвалась на свободу, размазывая под глазами остатки туши. - Я уже не знаю, что о тебе думать, - устало отозвался Тайлер, продолжая удерживать свою ношу. – Это ты мне скажи. Хотелось засмеяться. Эта ситуация казалась абсурдной. Как можно было быть такой слепой? - Не нужно делать во всём виноватой меня, Тай! Это ты мне изменил. - Я говорил, это ошибка. Ничего не было. Кэролайн, мы же уже проходили через это, - брюнет притянул хрупкое тело к себе, заглядывая в голубые глаза, из которых скатывались солёные слезинки. – Я извинился, ведь у нас такие отношения. Мы ссоримся, потом страстно миримся. Что изменилось? - Я изменилась, - прошептала девушка, чувствуя, как в душе что-то рушится, разбивается на осколки, которые уже ничем не воссоединишь. – Прошу, пусти меня. Хватка ослабла. Парень сделал несколько шагов назад, всё ещё не веря, что Кэролайн не простила его. Блондинка вытерла рукавом влажные дорожки на лице, отчего щеки тут же покраснели. Не обращая внимания на Тайлера, она медленно присела на колени, подбирая с земли ключи. Парень наблюдал за тем, как она проходит мимо, поднимается по ступенькам, бросает грустный взгляд на лежащий у её ног букет; как неслушающимися пальцами с третьего раза вставляет ключ в дверной замок. Парень видит, как Кэролайн замирает, напрягает спину, обдумывая что-то, а затем переступает порог, закрывая за собой дверь. Вот так, даже не обернувшись на него, лишь давая возможность наблюдать за её удаляющейся спиной сквозь стеклянный проём в двери. Рука девушки потянулась к крану, и ледяные капли сменили тёплые струи. Тело моментально реагирует, покрываясь новыми мурашками. Контрастный душ всегда помогал Кэролайн в моменты, когда нужно было подумать. Холодные капли били по телу до тех пор, пока девушка не разбиралась с собой – обдумывала задачу, смирялась с уже случившимися вещами, - а тёплый контраст был неким вознаграждением. Но не сейчас. В голове блондинки не появилось ни одной разумной мысли, сколько бы она ни старалась. Обернувшись махровым полотенцем, Кэролайн прошлёпала босыми ногами по кафелю, направляясь в комнату. Мягкий ковёр щекочет влажные ступни, и на мгновение блондинка разрешает себе улыбнуться. Сейчас так мало поводов для улыбки, что девушка позволяет маленьким радостям взять верх. Спустя три часа Кэролайн сидела в переполненной аудитории. Что именно говорила преподавательница, блондинка даже не пыталась понять. Из-за своих «приключений» она совершенно забыла про интервью, которое нужно было подготовить. А значит, ничего интересного на этом занятии она не узнает. Поэтому, полностью сосредоточившись на цветке, который она рисовала последний час, Форбс точными движениями очерчивала синей ручкой треугольные листочки. Ладонь уже посинела от пасты, но Кэролайн продолжала обрисовывать контуры. Неожиданно кто-то ткнул её в бок. Недовольно переведя взгляд на соседа по парте, она увидела, что Крис, вроде так звали парня, кивает головой в сторону миссис Харрис, которая смотрела на неё поверх своих круглых очков. - Мисс Форбс, вы всё-таки удостоили нас своим вниманием, - проверещала та, часто моргая. – Как бы вы не зазнались. - Простите? – непонимающе спросила девушка, слегка смутившись. - Ну как же, с таким интервью вам не полоса в газете нужна, а целый раздел. - Я не совсем… - запнулась Форбс, ощущая на себе взгляд несколько десятков любопытных глаз. - Хватит, вы и так отняли у аудитории время. Подробности узнаете на следующей неделе вместе со всеми. А теперь вернёмся к занятию. На чём мы остановились? Нет, мистер Такер, заканчивать я не собиралась. Слушая в пол уха оставшуюся лекцию, Кэролайн не терпелось подойти к миссис Харрис, чтобы спросить, о чём она говорит. Если это шутка, то совсем не смешная. - Простите, - обратилась девушка, когда студенты покинули аудиторию, а преподавательница собирала листы на столе. – Мне кажется, что это ошибка. - Мисс Форбс, вы хотите, чтобы вас похвалили отдельно? – раздражённо спросила женщина, не глядя на студентку. – Через пару дней будет оглашен официальный список, получите его по почте. А теперь ступайте. Рассеяно кивнув, блондинка двинулась к двери, начиная догадываться, что произошло. Когда она перешагнула порог, миссис Харрис окликнула её. - С таким напором из вас получится отличный журналист. Не каждый решится на подобное, рискуя собственной репутацией, - с некой гордостью произнесла женщина, задумчиво улыбаясь, видимо, вспоминая собственное прошлое. «Убью», - думала Кэролайн, решительно покидая колледж. В душе боролись два противоположных чувства – радость от того, что её имя будет в газете, и негодование – интервью-то не её. Как Клаус посмел без разрешения отправить статью руководителю? Как же хотелось высказать ему всё своё возмущение! То, что он свернёт ей шею, блондинка не сомневалась. Но возможность стукнуть бессмертного гибрида сейчас была превыше всего. Элайджа сказал, что мотивы Клауса прописаны собственной выгодой. Вот и пусть получит выгоду - хороший удар в челюсть. Прошлая ночь полностью вылетела из головы: нападение в лесу, почти смертельная рана, даже странное поведение Клауса в гостиной – всё это было на втором плане, словно малозначащие события. Сейчас Кэролайн думала лишь о том, что мужчина посмел решать за неё. Тихо зарычав, она двинулась дальше. - Это она? – поинтересовался высокий мужчина в идеально сидящем чёрном костюме, указывая в сторону стройной девушки, шагающей вдоль спортивного поля. Второй повернулся, с сомнением глядя на толпу галдящих студентов. - Не думаю, - усмешка коснулась губ, и шрам на щеке скривился. – Что-то не похожа. - Много времени прошло, - возразил первый. - Нужно рискнуть. Одной куклой больше, одной меньше. - Здраво мыслишь, - усмехнулся блондин и сделал в своём блокноте какую-то пометку. – Сейчас приступим? - Нет. Проверим ещё раз. Всё-таки не хочется портить такую милую мордашку.