Детройт-однострочники

— Эй, Рич! На ночную не останешься? — с надеждой спросил Гэвин. — Все любят сверхурочные! — Прости, Гэвин, у меня дела, — неловко ответил тот и поспешил свинтить из отдела. Гэвин недовольно насупился. Дела-дела, уже неделю куда-то сваливает, едва смена кончается! Коннор, вон, без выходных пашет и доволен жизнью. Кстати о Конноре. — Слышь, кон... Коннор, — вовремя исправился Гэвин, оперевшись локтями на его стол. — Куда Рич уходит после работы? Тот смерил Гэвина насмешливым взглядом. — Назови хоть одну причину, почему я должен говорить с тобой об этом. — Потому что мы постоянно помогаем друг другу? Не будь жопой, я тебя даже по имени назвал! Гэвин считал это исчерпывающим аргументом — в конце концов, Коннор тоже переставал звать его тупицей и кожаным мешком, когда ему что-то было нужно. — Чего сам у него не спросишь? Коннор откинулся на спинку кресла, поигрывая перьевой ручкой — нахера она ему? — и глядя снизу вверх, будто Фаулер, собирающийся отчитывать за тупой проёб. Господи, Гэвин терпеть не мог этого пластикового засранца! — Он съезжает с темы, а я волнуюсь! Помнишь секту rA9, которую пару месяцев назад накрыли? А вдруг он в какое-то такое дерьмо вляпался? Коннор только рассмеялся, но под скептичным взглядом Гэвина быстро взял себя в руки. — Не так всё плохо. Ричард ходит на творческие курсы, — пояснил он. Гэвин нахмурился — что-то такое он уже слышал. — Это те, где андроиды отключают все свои электронные приблуды и лепят из пластилина? — В общих чертах, — согласился Коннор. — И не строй такую рожу — ты даже не представляешь, насколько сложно для андроида отключаться от всех вспомогательных систем. Это как если бы ты попытался заполнить формуляр с закрытыми глазами. — И нафига ему это? Вопрос был скорее риторический, но Коннор ответил внезапно серьёзно: — Ты заметил, как легко Ричард вписался в коллектив, и даже с таким как ты нашёл общий язык? Это социомодуль последнего поколения, с его помощью Рич менее чем за сутки может влиться в любое окружение, он диктует оптимальное поведение вплоть до микромимики. А теперь представь, как сильно эта программа конфликтует с сознанием девианта — Рич как-то раз позволил посмотреть, похоже на раздвоение личности. Он отключает социомодуль кластер за кластером, но чтобы жить без него, ему нужно развиваться самостоятельно. Общение с неуравновешенной личностью, — Коннор ткнул ручкой Гэвину в грудь, — помогает адаптироваться в стрессовых ситуациях. А занятия творчеством развивают фантазию. Таким образом он учится просчитывать вероятности и выбирать линию поведения, не прибегая к базе алгоритмов взаимодействия. — Ты мне мозг сломал своими заумными словечками, — фыркнул Гэвин. — Но суть ясна. — Ты узнал всё, что хотел? У меня ещё есть дела. — Ой, вот не пизди, что не работал всё это время! Тебя по диоду читать легче, чем открытую книгу, — отмахнулся Гэвин. — И, типа, спасибо. — Этого разговора не было! — крикнул Коннор ему вслед. — Да-да, — согласился Гэвин. За полгода он вполне привык обмениваться с Коннором информацией — тот помогал разбираться в вывертах девиантского сознания его напарника, а Гэвин прояснял некоторые аспекты людской жизни, которые никакая нейросеть не была в силах осмыслить. И нет, это не было дружбой. Просто взаимовыгодное сотрудничество — кто бы что по этому поводу ни говорил.

***

Ричард нервничал, и дело было вовсе не в том, что он полностью отключил социомодуль — своего напарника он изучил лучше, чем любого из других людей в своём окружении, и мог просчитать его вероятные действия на девяносто девять процентов. Загвоздка была в том, что данная ситуация как раз входила в тот самый один неизведанный процент. Но куратор его творческой группы — человек, психолог, — уверял, что подавляющее большинство людей реагируют на подарки положительно. Вот только Гэвин никак не относился к подавляющему большинству — он был уникальным, абсолютно не попадающим в поведенческие паттерны социомодуля индивидом. Поэтому Ричард нервничал. И никак не мог решить, какой из конвертов передаст Гэвину. — Рич? — раздалось со спины, и Ричард резко обернулся. — Ты чего тут? Гэвин, как Ричард и ожидал, вернулся домой сразу после посещения гипермаркета, неся в руках тяжёлые пакеты с логотипом Севен-элевен. — Ждал тебя. Помочь? Ричард знал, что Гэвин откажется — и тот отказался, конечно, но Ричард сам подхватил один из пакетов, когда Гэвин, поставив его на землю, полез за ключом. — Засранец. Что за срочное дело привело тебя аж ко мне домой? Заходи-заходи, чего встал. Ричард молчал, собираясь с духом, и Гэвин, обычно нетерпеливый, почему-то не подгонял, пока за ними не захлопнулась дверь его квартиры. — Ну так что, ты просто в гости решил заглянуть? — уже на кухне, разбирая пакеты, спросил Гэвин. — Нет... Нет. У меня для тебя... Что-то вроде... Подарка? — подбирать слова без социомодуля, не зная, какую реакцию они повлекут, оказалось сложнее, чем Ричард себе представлял. Пока что Гэвин выглядел расслабленным, едва заметно улыбался и не выдавал никакого беспокойства. — Ну и где он? — достав банку пива и убрав в холодильник остальную упаковку, Гэвин привалился бедром к разделочному столу. Ричард колебался. Гэвин был крайне критичным человеком, и все чужие ошибки комментировал громко и с зашкаливающим сарказмом. Получить подобную реакцию в столь важный для себя момент Ричард не хотел... И сделал выбор. — Вот, — сказал он, протянув конверт. — Я сделал это сам, без вспомогательных программ. Гэвин заинтересованно вскрыл конверт и достал открытку. У Ричарда насос пропустил такт, когда Гэвин нахмурился. — Ричи, — вздохнул Гэвин. — Ты меня за идиота держишь? Мы с Тиной в прошлом году Фаулеру на День Рождения открытку этим рукописным шрифтом печатали. Ричард неловко дёрнулся, система сбойнула, насос зачастил, нагревая корпус. Это было хуже, чем провал миссии. Ему стало стыдно за свою ложь. Но если бы Гэвин увидел, насколько он на самом деле беспомощен без вспомогательных программ... — Эй-эй, Ричи! Хорош глитчить! Спорю, будь у тебя диод, отплясывал бы сейчас светомузыкой, — позвал вдруг Гэвин. И взял за руку, очень тепло и уверенно. — Я... Прости, это была дурацкая идея. — Абсолютно, — согласился Гэвин. — Давай настоящую. Ричарду очень хотелось врубить социомодуль и отдать ему контроль, пусть бы разбирался с этой ужасной ситуацией. Он даже не сразу распознал вторую часть фразы. — Что? — Настоящую открытку, говорю, давай. Ту, которую действительно сам сделал. Поколебавшись, Ричард всё же достал другой конверт. Улыбка Гэвина стала полной неожиданностью. — Ну и чего боялся-то? У тебя почерк лучше, чем у меня в старших классах был! Вот только, серьёзно, киберлайфовская нашлёпка? Не очень-то оригинально. — Я работаю над вариативностью... — А эту штуку тоже сам смастерил? — Да, это техника айрис фолдинг... Тебе нравится? Я не понимаю, она же такая... Неаккуратная, — беспомощно сказал Ричард. — Зато сделана тобой, а не программой. Рич, думаешь, почему в век продвинутой автоматизации крафтовые вещи стоят дороже херни, отпечатанной на 3D-принтере? Ты в эту открытку вложился душой, этим она и ценна. — Это не твои слова, — заметил Ричард. — Они написаны на главной странице нашего творческого форума. — И что? — тут же вскинулся Гэвин, лицо его заметно порозовело, и Ричард улыбнулся. — Это не значит, что я не понимаю концепции. Ещё раз — не держи меня за идиота! И вообще-то открытка действительно прикольная, вот эта штука блестящая, даже не представляю, как ты её сделал! — Могу научить. — Нет уж, уволь, я в детстве подобной фигнёй настрадался, — отмахнулся Гэвин. — А тебе как раз скоро годик, малыш, самое то лепить поделки из цветной бумаги. Гэвин сказал беззлобно, даже скорее смущённо, а после потрепал Ричарда по волосам, чего раньше никогда не делал. Так что обижаться показалось нецелесообразным. — Кстати, раз уж зашёл, поможешь жрать готовить, — заключил Гэвин. — Как продолжение занятий творчеством? — уточнил Ричард, закатывая рукава. — Вот уж нафиг, подгружай, давай, рецепты! Экспериментировать над своим желудком не позволю! Ричард рассмеялся и послушно отыскал в сети самый популярный кулинарный сайт. Теперь, чувствуя поддержку Гэвина, он был уверен, что вскоре сможет полностью избавиться от осточертевшего социомодуля.