Красный маятник

|_2 месяца назад_| - Чимин оппа, - ты складываешь ладони вместе. - пожалуйста, я очень прошу. Это безумно важно для меня. Чимин глубоко вдыхает и выдыхает шумно, разглядывая тебя. - Зачем ты так спешишь? Ты можешь дебютировать и через пол года и через год, ты должна набраться уверенности, - начал было гимнаст, но ты замотала головой отрицательно. - Нет, мне нельзя. Я должна как можно скорее, - выпалила ты и притихла ненадолго. - есть человек, - снова неуверенно начала ты. - этот человек важен мне, я уважаю его и восхищаюсь им, он так много делает для меня, но я чувствую, что он многое мне прощает. Он прощает мне мои ошибки, он не даёт мне больших нагрузок, и поэтому я хочу показать ему, что.. - Юнги хён? - спрашивает Чимин с усмешкой и ты краснеешь моментально. - Не важно, не отвечай. Я понял тебя, красавица. - Пак щёлкнул тебя по носу. - Окей, я в деле. Давай сделаем всё возможное. Сольный номер я тебе не обещаю, но в моём ты участие примешь. - Оп, а что за движуха? - в столовой обозначился фаерщик. - Что мутим? Новые номера? Я в деле! Чимин посмотрел в счастливые глаза Чона, затем в светящиеся радостью твои и задумался крепко. - Итак, у нас есть огненная основа и акробатическое наполнение. Наш Котёнок будет вишенкой на торте, - Чимин щёлкнул пальцами. - Труппе ни слова. Чон Чонгук, - обратился гимнаст к парню. - Ты ведь тоже придумал кое что к представлению на День Рождения Сокджина, верно? Устроим глобальный сюрприз посреди выступления. Нужны веера. И много тренировок. . . . - Ты хуже бревна, боже мой, - Чимин ставит твою ногу на перекладину гимнастической стенки и отставляет вторую как можно дальше, начиная давить на поясницу. - Не стыдно девушке иметь такую жуткую растяжку? Ты ведь такая молодая, да в твоём возрасте такую гибкость отработать можно, что челюсть у кого угодно отвалится.       Вот это тренировка. Вот это ты реально называешь тренировкой. Чимин из тебя все соки выжимает. Растяжка - кардио - йога - канат - растяжка. Ошибаешься на канате - прыгаешь на скакалке 15 минут без перерыва. Не тянешься как нужно - Чимин помогает. Ты и представить не могла, что из улыбчивого ангела может выйти такой жёсткий тренер. Чимин настоящий перфекционист и педант. Всё должно быть идеально, иначе даже браться не стоит. Теперь, когда тебе есть, с чем сравнить, тренировки с тихим ворчливым Юнги казались тебе обычной весёлой игрой, которую можно было просто прекратить, если ты устала.       Теперь же ты тренируешься дважды в день, и оба - тайно от Юнги. Рано утром, когда все ещё спят, и чётко перед ужином, когда все заняты и манеж пустует. После ужина, ближе к ночи, вы с Чимином своими силами шьёте твой костюм. Белое платье без рукавов, с пышной белой юбкой и серебряным поясом на всю талию, белые гольфы и белые чешки с обмоткой. Прозрачные светлые перчатки по локоть и серебряные веера. Когда, спустя пару недель, костюм был готов, и ты смогла примерить свой сценический образ, Чимин впервые сдал свою железную позицию и искренне сказал, что ты настолько мила и прекрасна, что больше похожа на фарфоровую куклу. Тренировки были очень тяжелыми, но ты всё равно была благодарна Чимину. Юноша жертвовал своим собственным временем, убивая его на тебя совершенно безвозмездно. Пак и правда не требовал никакой платы за обучение, кажется, у него у самого просто взыграл спортивный интерес. |_Сегодня_|       За несколько минут до выступления Чимин прибежал в твою комнату, чтобы убедиться, что ты готова. - Ты в порядке, Котёнок? - гимнаст обнял тебя крепко. Чимин немного взмок и тяжело дышал. Только что он закончил собственный номер и почти сразу же был готов к следующему. - Да, но я волнуюсь, - честно призналась ты. - Всё будет в порядке. Никто даже не догадывается о том, что Чонгук выступает не один. Пошли, я видел, как Юнги ушёл в операторскую. Тебе ещё нужно забраться на палубу и прицепить обвязку, - в этот момент Чимин очень серьёзно посмотрел в твои глаза. - Не смей идти без страховки, ты поняла меня? Я уничтожу тебя, если увижу, что ты идёшь без страховочного троса. Ты кивнула и Чимин ещё раз крепко обнял тебя, шепнув тебе кое-что на ушко. Ты услышала и заулыбалась, пряча лицо в изгибе шеи гимнаста. . . .       Канат сегодня поддаётся тебе. Не шатается, не подводит. Ты уже на середине. Руки немного устали от тяжёлых горящих вееров, но не бросишь же их. Дух перехватывает, но главное, как говорил Чимин - не смотреть вниз. Ты не слушаешься этого правила и взглядом окидываешь манеж и зрительские места под собой. Это слишком невероятное чувство. Вчера вечером вы делали финальный прогон этого номера и ты шла так же над пустым тёмным пространством. А сегодня всё под тобой - светится и пылает, шумит, рукоплещет. Это лучше, чем ты представляла себе, будучи ребёнком. Где-то внизу всё ещё на качелях летает прямо над зрителями Чимин, а прямо под тобой - огненная феерия в исполнении Чонгука. Так, всё, хватит смотреть, ты должна сосредоточиться и дойти до конца.       Не знаешь, что это за желание такое внезапное, этого не было в программе и Чимин точно убьёт тебя, если ты сейчас накосячишь, но тебе почему-то безумно захотелось сделать это. Перед глазами всё ещё то прекрасное опорное сальто в исполнении Юнги, что ты подсмотрела тем вечером. Юнги вообще перманентно перед глазами. Наклоняешься и хватаешься за канат. " Не подведи, родной, прошу тебя. " - говоришь ему мысленно и отталкиваешься ногами, чувствуя, как канат пошёл лёгкой волной. Нет, нет, только этого не хватало! Ты хотела пройти хоть пару шагов на руках, но из-за страха потерять равновесие сразу же перекинулась и встала ногами на опору, выпрямляясь и ловя равновесие. Удалось. Ты поверить не можешь, что удалось. Без репетиций, у тебя просто получилось это! Снова расправляешь руки и гордо шагаешь вперёд, к палубе. Ну вот и всё: до окончания твоего дебюта остался всего десяток шагов. А дальше, тебя, скорее всего, будут ругать. Сокджин так точно. Намжун тоже будет, и Юнги.. ..Юнги вообще озвереет, наверняка. Мин едва едва потеплел по отношению к тебе. Только начал разговаривать с тобой не только по поводу тренировок, он правда искренне начал спрашивать, как твои дела, не болит ли что-то. Недавно он впервые сказал тебе простое, как три воны, " С добрым утром ". Если Мин и правда разозлится за твоё выступление, скорее всего, он не будет ругаться, не будет кричать. Он просто прекратит ваше общение. Снова охладеет к твоему существованию и ты не знаешь, что ты будешь делать тогда. Этого не хотелось. Очень сильно не хотелось. Но сейчас ты думать об этом не должна. Сейчас остаётся лишь пять шагов, боковым зрением ты замечаешь, что огонь на одном веере уже начинает гаснуть. Тебе стоит поторопиться. Внезапно проскакивает мысль, что в день, когда ты появилась в этом цирке в самый первый раз, на твоём нынешнем месте был Юнги. Именно Юнги. Он шёл по этому самому канату, освещённый софитами так же, как сейчас освещена ты. И правда: очень многое " впервые " в твоей жизни - это " впервые с Юнги ". Ты не знаешь, почему так тянешься к этому человеку. Ты даже не знаешь, что именно ты чувствуешь по отношению к нему, но ты сейчас под самым куполом - для него. Просыпаешься по утрам и бежишь на тренировку - ради него. Сейчас делаешь последние шаги до палубы - к нему. Юнги, запыхавшийся немного, стоит за кулисой палубы у самой лестницы и смотрит на тебя ошалевшим взглядом. Бешеным. Ты такой взгляд никогда раньше у мужчины не видела. Юнги уже в костюме, ему же выходить на манеж совсем скоро, а он стоит и ждёт тебя, взмыленный весь и растрёпанный самую малость. Бежал. Юнги впервые бежал к тебе. . . . Ты скрываешься с глаз зрителей под бурные аплодисменты к окончанию номера и Юнги буквально ловит тебя в свои руки, тут же забирая погасшие веера и отцепляя страховочный трос. Его крепкие, чуть подрагивающие ладони снова на твоих плечах и ты смотришь ему в глаза, заискивающе улыбаясь и извиняясь одним лишь взглядом. Совсем как нашкодивший котёнок. Шуга же тоже ни слова не произносит, продолжая только смотреть тебе в глаза и во взгляде этом ты читаешь столько эмоций, что не верится даже: там и злость, и восхищение, и порицание, и волнение. Юнги столько слов приготовил, пока взбирался на эту палубу, но сейчас растерял все до единого. Ты в его руках - такая маленькая, но такая взрослая. Сильная, красивая, талантливая. - Я тебя убью завтра, - только и шепчет мужчина. - Почему не сейчас? - спрашиваешь ты и Юнги головой отрицательно качает неспешно. Сейчас - нет. Сейчас он прижмёт тебя к себе так крепко, как только может, проглотит снова все слова, что хочет сказать. Ты в этих объятиях тонешь и почему-то очень хочется плакать. Весь страх, все эмоции -вот они, как бы ты их не прятала. - Юнги оппа, я это ради тебя, - начала ты, всхлипывая. - прости меня, я для тебя всё это. Я всё знаю, я знаю, что раньше ты ходил по канату, я случайно увидела твою недавнюю тренировку, ты такой потрясающий, оппа, - прячешь смущённое лицо, уже влажное от первых слёз, на плече всё так же крепко обнимающего тебя парня. - я просто хотела приблизиться к тебе хоть немного, я не знаю почему, прости меня. - Ты дура малолетняя, - отвечает, вытаскивая шпильки из твоей причёске и позволяя волосам опасть на твои плечи. - Какая же ты дура, Котёнок. Ты киваешь часто-часто и Юнги снова обнимает тебя, ещё крепче, кажется, насмеливаясь всё-таки: - Я горжусь тобой, Котёнок, - усмехается, вытирая слёзы с твоих глаз и шёпотом еле разборчивым следом. - Восхитительная. . . . - Хосок, что произошло?! - взволнованно спросил АрЭм, когда мимо него пронёсся в сторону умывальников иллюзионист. Лицо парня было перепачкано в чём-то красном, взгляд бешеный и абсолютно феерично-счастливый.       Хосок на вопрос не ответил, а может, даже и не услышал вовсе. У него сейчас голова забита чем угодно, только не оправданиями. На лице - от подбородка до губ и части огнём горящей правой щеки - остатки размазанного ко всем чертям сценического гримма Тэхёна, в мыслях - поцелуй и необходимость поправить внешний вид перед финальным поклоном. До него не больше 15 минут, стоит поторопиться. Бедняге Тэхёну поторопиться нужно куда ощутимее. Хосока до сих пор подтряхивает от того, что он натворил. Просто поймать Ви и насильно поцеловать его, при том, что официально они даже не знакомы - это сильно даже для такого, как Чон. Тэхён же сперва в поцелуй промычал что-то вопросительно-протестующее, затем чуть не убил факира неловким и неумелым ответом, а после, воспользовавшись секундной передышкой влепил звонкую пощёчину. Но при этом не запротестовал, когда Хосок полез за вторым поцелуем, ещё более настойчивым и глубоким. Клоунскому макияжу пришёл абсолютный пиздец, Хосоку, как личности, - тоже. Ход ва-банк сделан. Результаты не известны. Тэхён вырвался из рук иллюзиониста, когда неподалёку послышались шаги, и сбежал в свою комнату, оставив Хосока догорать и пытаться хоть немного восстановить дыхание. Факир упёрся лбом в стену, к которой только что прижимал этого сказочного мальчика и наслаждался своими остаточными чувствами. Всеми: покалывающими после поцелуев губами, затекшими от напряженной хватки пальцами и даже горящей от пощёчины щекой. Всё это было настолько прекрасно, что дай парню выбор - он повторил бы всё без исключения, не задумываясь. Теперь, глядя на своё раскрашенное лицо в зеркало умывальника, Чон лишь думал, что вот так и становятся маньяками. И Юнги, пожалуй, прав: Чон Хосок тот ещё латентный гей и извращенец. Хоупу смешно стало и среди всего этого безумного веселья проскочила яркая, как вспышка, мысль: Хосок без памяти влюблён в Тэхёна. И ему чертовски мало двух смазанных поцелуев. . . . - Я тебя убью. Живьём закопаю, Чон Чонгук! - приглушенно шипел Сокджин, по всей гримёрной гоняя своей плетью хохочущего фаерщика. Он бы и погромче орал, но Юнги на манеже сейчас ввергает зрителей в шок, глотая саблю, ему лучше не нервничать из-за лишних звуков. - Вы когда сговориться успели, а? Ах вы черти, ещё и ребёнка моего в свой заговор вмешали! Да я вас обоих в клетке с медведем на ночь запру, чтоб знали! - Оппа! - ты выбегаешь к Джину и тут же кидаешься его обнимать. - Не ругайся, правда, это вообще всё моя идея! - А ты не вмешивайся, с тобой разговор потом будет, и серьёзный, юная леди, - как-то с удивительной долей веселья в голосе заявил Джин. - Да почему мне одному-то достаётся?! - спросил Чонгук, выглядывая из своего импровизированного укрытия в виде ошалевшего Намджуна. - Чимин-ши номер ставил! - С Чимином я сам разберусь, - подал голос всё ещё ничего не понимающий лидер и за шкварник выкинул Чонгука прямо к ногам Джина. - Айщ, - с досадой замахнулся плёткой Сокджин. - Твоё счастье, что нам с Намджуном к выходу нужно готовиться. Последний номер с медведем, молись, чтобы он был в хорошем настроении. Старший оставил помирающего со смеху Чонгука валяться на полу и нарочито громко процокал каблучками в сторону манежа. Ты посмотрела на Намджуна. Тот, хоть и делал лицо очень суровое, не мог скрыть гордость во взгляде. Ты улыбнулась. Намджун улыбнулся в ответ. Чонгук в припадке смеха громко хрюкнул и оттого заржал ещё сильнее. . . . Представление закончилось порхающими по всему залу белоснежными голубками Сокджина и парадом артистов, что по всему кругу манежа проходили и махали руками на прощание зрителям. Громкая бодрая музыка, финальные слова Сокджина. Намджун вёл рядом с собой на коротком поводке яркого и гордого Эдварда, Хосок шёл следом, кидая в зал живые цветы, которые, кажется, в неограниченном количестве были припрятаны за пазухой фокусника. Чимин мерно раскачивался на качелях чуть над сценой и улыбался ослепительно. Сокджин попросил своего какаду сказать " Ждём вас снова!" и принял участие в параде, пристроившись рядом с Юнги, что с сосредоточенным лицом со скуки жонглировал пятью кинжалами. Ты на поклон выходить не хотела, но тебя почти на руках на сцену вынес Чонгук. Чонгук, к слову, даже без огня производил фурор среди барышень. Те хлопали ему, махали руками и Чонгуку невдомёк всё было, чем он так хорош без своего шоу. По мнению самого фаерщика, на данный момент он просто шёл и неизменно вонял керосином. В последнюю очередь из за кулис выскочил клоун, тут же подбегая к Сокджину и выпрашивая у него актёрским языком жестов попугая. Сокджин заулыбался и с радостью пересадил птицу на плечо Ви, который, тут же сделав самое серьёзное на свете лицо, притворился пиратом. Выпятив грудь, клоун прошагал вдоль манежа, вызывая последние весёлые смешки ребятишек, а затем, низко поклонившись, просто выпрямился и улыбнулся, помахав свободной рукой. Улыбнулся своей невероятной улыбкой, странной немного, прямоугольной, чуть чуть с прищуром. Наспех раскрашенное лицо не могло скрыть полную растерянность и волнение. Тэхён явно пересилил себя, чтобы снова просто выйти на поклон. Тэхён боялся снова встретить Хоупа так быстро. Не боялся, нет, не то слово: волновался. Просто было волнительно. Но Хосок даже не смотрит на него, Тэхён проверял. Хосок улыбается зрителям на прощание и скрывается за кулисами вместе с остальными артистами и Тэхён догоняет их. Манеж опустевает, продолжает играть музыка и люди покидают цирк так, как должны покидать: полностью счастливыми. . . . Через час, когда артисты приняли душ и переоделись, в столовой собралась почти вся труппа. Стол был накрыт празднично, стояли бутылки с алкоголем, много фруктов и закусок. Тосты сменялись один за одним: " За Ким Сокджина! ", " За крутое шоу! ", " За дебют нашего ребёнка! " и прочее прочее. Юнги ни на шаг не отходил от тебя, хоть и не стремился к общению. Тебе было немного неловко, особенно под укоризненным взглядом Сокджина. Ты не понимала, что мужчина хочет тебе сказать. Он не ругал тебя за выступление, не хвалил, вообще практически ничего тебе за весь вечер не сказал, но лучше бы сказал, чёрт его дери. Его молчание и вот этот вот взгляд на нервы действовали куда сильнее. И если бы не Юнги рядом, ты бы из-за праздничного стола давно свалила к себе в комнату и закрылась там, как сделал Ви. Да, кстати, единственный, кто не присутствовал в столовой - ваш клоун, который сразу после окончания выступления практически сбежал. Разбор полётов, касающийся вашего импровизированного номера, был отложен на завтра. Чонгук, как и обычно, нихрена в этой жизни не боялся, тебе было немножко трусливо за реакцию Сокджина, а Чимин усердно прятался от Намджуна, решив, очевидно, надраться шампанским до состояния беспамятства. Хотя это и было довольно странным поведением: Намджун вообще не делал никаких поползновений в сторону гимнаста и даже ни разу на него не посмотрел укоризненно. Паку всё равно было немного не по себе. Как-то так вышло, что с Намджуном у него сложились отношения довольно странные, но доверительные. Иногда эти двое встречались у вольеров животных, разговаривали о чём-то стороннем, проглатывая тему, что для обоих была наиболее важна. Смеялись, дурачились, один раз даже немного выпили вдвоём, после чего Чимин заявил, что мечтает о совместном номере с АрЭмом и его воспитанниками, а Намджун согласился так легко и просто, что концепция воздушного гимнаста, летающего над хищными зверями придумалась сама собой. Чимину пришлось пересилить свой страх и несколько раз зайти в вольер с тиграми в сопровождении Намджуна, чтобы хищники привыкли к его запаху и запомнили, что Чимин находится под защитой их хозяина и трогать его нельзя. Хосок, как и обещал Юнги, напивался с завидным энтузиазмом. Уже через полтора часа застолья факир едва стоял на ногах и всё пытался заставить Джина подыграть ему на гитаре, чтобы спеть любимую песню про портовую шлюху и одинокого пирата. Хосок вообще - кладезь талантов, но не вокальных, нет. Да и репертуар у иллюзиониста был такой, что уши в трубочку сворачивались даже у закалённого общением с парнем Юнги. Хосоку отнюдь не было весело сейчас. Парень просто, как всегда умело, нацепил на себя маску вечно-активного, бодрого и пробивного человека, которого ничем не зацепить. На деле же каждая новая порция виски давала по мозгам и заставляла вспоминать то, что произошло за кулисами совсем недавно. Тэхёна нет здесь. Хосок нафантазировал себе, размечтался, придурок. Ему же показалось, что Тэхён отвечал на поцелуй, даже показалось, что у него есть шанс. Но чем быстрее и выше взлетаешь - тем больнее падать. Тэхён снова закрылся в комнате и даже ни разу не взглянул на Хоупа. Чон Хосок, 27 лет. Только что просрал всё с такой фееричностью, какой только позавидовать можно. Терпеть это издевательство сил больше не было. Хосок уже достаточно пьян, чтобы вообще ничего не бояться: нужно покончить с этим безумием как можно скорее. Тэхён неосознанно надломил иллюзиониста, пустил первую кровь. Прямо сейчас, воспользовавшись шумной беседой остальной труппы, Хосок встаёт из-за стола и, чуть пошатываясь, покидает столовую, прихватив едва початую бутылку виски. Пусть даже снова из-за закрытой двери, пусть даже снова монологом, но он обязан поговорить с Ви. Сказать ему всё, выплеснуть все чувства, всю обиду, боль, все чувства, что факир лелеял в себе последний год. Задуматься страшно. . . .       Ты вышла из столовой, чтобы застирать футболку от пятнышка сырного соуса. Мысли плыли немного, сознание чуть помутнилось. Тебе уже почти 18, Сокджин торжественно разрешил тебе выпить пару бокалов вина. Тебе даже нравилось это состояние. Сегодня был такой волшебный день и сейчас всё происходящее твой мозг воспринимал как какой-то сон. Не верилось, что происходит то, что происходит. Особенно не верилось, что в отражении зеркала позади себя ты сейчас видишь Юнги. - Оппа, что такое? - спрашиваешь как-то заторможенно, разглядывая лицо парня. Обычно бледные щёки Мина покрылись лёгким румянцем от алкоголя. - Просто потерял тебя, - не правдоподобно ответил Шуга и пожал плечами. Специально ведь следом пошёл, на самом деле. - Оппа, - вдруг набралась ты смелости. - Скажи, почему ты прекратил ходить по канату? Я видела твою тренировку, ты ведь в прекрасной форме. - Тебе кажется, - Юнги усмехнулся и дождался, пока ты вытрешь руки, чтобы взять твою ладонь в свою и повернуть к себе лицом. - Это всё уже давно в прошлом. И не думаю, что вспоминать всё это хорошая идея. - парень растрепал свою чёлку и ты уже было расстроилась немного. - Но если правда хочешь знать..       На кафеле возле умывальников вы с Юнги просидели почти сорок минут, напротив друг друга. Ты слушала не очень эмоциональный рассказ Мина, переживая при этом самые разные эмоции. Оказывается, Юнги с самого детства бредил цирком. Мечтал о нём, мечтал ходить по канату и делать на нём акробатические трюки. Когда парень в 14 лет сбежал из дома с бродячим цирком, его мать места себе не находила, всё думала, что мальчишку украли. Её поиски сына закончились здесь. В этом самом здании, 11 лет назад. Юнги было 22 года, и в этом возрасте он был уже абсолютно уверенным в себе артистом, имеющим постоянную работу в процветающем цирке. Юноша ходил по канату, восхищая своей бесстрашностью. Это ведь была мечта Юнги, и он был настолько уверен в ней, что думал, мол, она его никогда не подведёт. Он всего себя вкладывал в своё искусство и был уверен в своём мастерстве и таланте. Поэтому пренебрегал страховкой, добавляя тем самым пикантности своим выступлениям. Но судьба жестока. Обезумевший голос родной матери, что посреди выступления прокричала имя своего сына из зрительного зала, заставил юношу потерять равновесие, и под испуганный визг зрителей и труппы, камнем полететь вниз с каната. 8 метров над манежем. Юнги упал и то, что он не разбился насмерть - настоящее чудо. Полтора года реабилитации, сложный путь восстановления, волнующиеся за парня друзья и коллеги, и маленькая крошка-девочка, что взял под опеку Намджун. Девочка понятия не имела, к кому она приходит в больницу, кому на больничную койку своими маленькими ладошками кладёт большой сочный апельсин. Но приходила и всегда говорила стандартное: " Выздоравливай, оппа! " Девочка так и росла, не зная, кем был Юнги, Юнги так и смотрел на её взросление, зная, что он ей, по сути - никто. Теперь Юнги может двигаться, может даже делать некоторые акробатические трюки из своего прошлого, но он и близко не имеет той физической формы, что была раньше, да и канат вызывает у мужчины непреодолимый мандраж. Даже со страховкой. Юнги просто не может снова подняться на него. Поэтому, когда ты в 15 лет впервые сказала, что тебе нравится канат, Юнги тряхнуло не слабо. Он не хотел, чтобы ты ходила по канату и хотел этого одновременно. Но кто он такой, чтобы влиять на твоё решение. Ты - отдельная личность, ты - не Юнги. Мин просто решил для себя, что поддержит тебя в любом твоём решении и ты приняла его. Несколько солёных тёплых капелек скатились по твоей щеке. Так выходит, что Юнги упал? Упал, боится снова вернуться на канат, но при этом преодолевает себя, чтобы хоть как-то помочь тебе воплотить свою мечту. И сегодня он действительно переживал за тебя, он до сих пор под впечатлением, как иначе описать то, что он держит твою ладонь уже пол часа, не отпуская? Его рука теплее, чем кажется. Сам Юнги теплее, чем кажется. - Чем это вы тут заняты? - с усмешкой спросил подошедший Джин и ты перепугалась, смутилась и вырвала свою руку, тут же подскакивая на ноги и выбегая из комнаты. . . .       Непростому дню соответствует непростая ночь. Особо стойкие типа Чонгука, Чимина, Намджуна и Джина остались ещё в столовой, а Юнги ушёл спать. Но уснуть не может. Воспоминания неприятно лезут в подкорку головного мозга. Чернильными пятнами его отравляют, но среди них всё чаще просветами - воспоминания о сегодняшнем выступлении его маленького Котёнка. Юнги не уверен, что может называть девочку своей, Сокджин сегодня возле умывальников ясно дал понять, что не потерпит никаких поползновений к девушке. И всё же.. В дверь постучали. Юнги хотел сделать вид, что спит, но совесть не позволила почему-то. Вдруг там Котёнок? Вдруг пришла сказать что-то важное? Мин встал с постели и поплёлся открывать. За дверью обнаружился измученный иллюзионист с болезненной улыбкой на лице и покрасневшими глазами. В руке - пустая бутылка из под виски. - Юнги хён, пошёл я нахуй, я знаю, - начал Чон подрагивающим голосом. - Но сегодня я сплю у тебя. Я не перенесу сегодня одиночества. Юнги бы, может, обычно факира и выставил за дверь, но сегодня у парня явно произошло что-то не очень хорошее. Хосок так плохо никогда не выглядел. Юнги - не настолько херовый друг.