Сегодня жарко, не так ли?

***

Все началось месяц назад, когда Руслан с Юлием вместе ездили в Ригу с классом, ради какого-то аквапарка, который лишь одним своим названием заставлял визжать мелких недоростков, мечтающих одеться в открытые, волнующие наряды и сиять со всех ракурсов, проходя мимо очередной столпившийся компашки «парней-снесибошка». Это было мерзко. Особенно блевотно лишь от одной мысли, насколько же это лицемерно черт возьми. Тупо завоевывать внимание на одну ночь своим не по возрасту построенным телом, и сверх меры развращенным умом. Пошло. Как и следовало ожидать, день пошёл по пизде с самого начала, и только вернувшись в номер, парни наконец спокойно вздохнули. Юлий забыл плавки в отеле, за что готов был рвать волосы и метать, ибо надеялся хоть сейчас расслабиться в местном расхваленном джакузи, и конечно же, оправдать заплаченную за вероятно дорогую поездку цену. Оставить друга вот так одного на три часа Руслан не мог, так что потормошив классную руководительницу, они выпросили ключи от комнат, и сами добрались обратно, убедительно заверив учителя в своей самостоятельности. На всём этаже не было ни одной живой души. Все были в бассейне, и вероятно даже не заметили отсутствие двух одноклассников. И благо в комнатах был довольно таки неплохой интернет, и скачав первую попавшуюся «правду или действие» из AppStore принялись растягивать ожидание. Как обычно вопросы были на удивление тупыми и скучными. Про задания лучше молчать. Но с горем пополам, они высидели за экраном смартфона, и отправились спать, едва ли стукнуло одиннадцать. На часах было давно за полночь, и Руслан все никак не мог уснуть. Он тихонько приподнялся с постели и глянул на Онешко. Тот конечно же крепко спал. Тушенцов окончательно встал, и тихонько подполз к соседней кровати. Юлий спокойно посапывал закинув руки за голову, и подогнув под себя одно колено. Одеяло сползло вниз по ноге, и взору парня открылись едва прикрытые боксерами бедренные кости, выпиравшие настолько сильно, что казалось, будто ни мяса, ни жиров у Юлика нет в принципе. Просто из интереса, Руслан подушечкой пальца провёл по заспанному, и спокойному лицу мирного друга. Скулы, брови, нос, лоб, глаза, веки. Все было идеально. Будто бы в нем с рождения отсутствовали недостатки и изъяны всех существующих форм и масштабов. Тогда ещё Руслан не придавал особого значения этим мыслям, и лишь усмехнувшись мысленному «идеалу», скользнул костяшками по губам Онешко. Они были мягкие, и слегка влажными от гигиенической помады, которую он носил у себя в кармане из за постоянной сухости. От них исходил сладкий запах каких-то напутанных ароматизаторов в перемешку с чем-то до боли знакомым, с чем-то таким близким, но черт, никак не вспомнит чем. То ли на это повлиял переходный возраст и шумящие в башке гормоны, то ли безнаказанность и сложившиеся обстоятельства, то ли простое любопытство. Так или иначе, Руслан убедился, что Юлик по прежнему спал, и резко, как-то неловко впился в чужие губы, попутно хватаясь за растрепанную майку на парне. Он чувствовал монотонное и терпкое дыхание Юла на своей коже. Ощущал, как сильно бьется собственное сердце, сбиваясь с ритма, и снова ускоряя бег. Минута или пять, сложно ответить, Тушенцов ошарашенно оттолкнул от самого себя все ещё спящее тело, и отползая как можно дальше от койки, растерянно трогал себя за голову, пытаясь вывести из головы эту чертовщину, что толкнула его поцеловать лучшего друга. Не-а, не так. Спящего лучшего друга. Что за нахер?

***

Парни с громким всплеском грохнулись в фонтан, погрузившись под воду практически всем телом. В порыве Рус даже не заметил, за что пытался зацепиться, и конечно же, как иначе, это был злосчастный Юлик. Чертыхаясь, он потер руками глаза и оказался на расстоянии буквально семи сантиметров от одноклассника, сидевшего по приземлению на нем. Они были настолько близко, что могли буквально чувствовать жар, исходящий от разгоряченных тел. Горячее дыхание обжигало щеки Онешко. Как назло, единственный фонарь находящийся поблизости погас, и издав предсмертный скрежет, окунул подвыпивших подростков в холодный, едва видимый свет луны. Деревья покачивались от едва ли тёплого, порывистого потока ветра, оборачивающего кусты, дорожные знаки, дома и заборы, возвращаясь обратно, и вновь огибая закрытый на ключ киоск с мороженным, возвращаясь к старой траектории. Кажется, что жизнь абсолютно и окончательно замерла на какое то время. Листья перестали срываться с подсохших от знойной погоды веток, проезжающий где-то недалеко грузовик так и останется навеки ждать зелёный свет у перекрёстка, а кот, перебегающий дорогу в сторону дома хозяина надолго потеряется среди давно потухших огней. Стрелки двигались лишь для двоих странных, подверженных искажению парней, уже подавно стянувших мешающую одежду друг с друга. Этот момент стал последним в памяти подростков, застывших в этой пучине алкоголя и лета.