По ту сторону зеркала

— Я не Пак Чимин! — певец сделал глубокий вздох, ожидая хоть какую-то реакцию блондина. А тот явно не спешил верить и задавать кучу вопросов. После полуминутного молчания, кажущегося целой вечностью, до ушей Пака, наконец, донесся вполне логичный вопрос: — Не Пак Чимин, значит…тогда кто же ты? — Юн скрестил руки на груди, а на его лице застыл вопрос. Видно, парню показалось, что над ним шутят. — Я…- брюнет оборвал себя на полуслове Я Пак Чимин…нет, я идиот. Надо было начать по-другому, сокрушался бедный омега, не зная теперь, как ему выкрутиться. — Ну так кто ты такой? Анджелина Джолли? Или Майкл Джексон? — Нет! Это сложно объяснить, но ты должен мне доверять. Я не хочу сорвать концерт и поэтому прошу тебя о помощи. — Ты мог попросить меня без тупой лжи… А…ты принимал таблетки? — Хен, я серьезно! — Чим уже начинал вскипать. Этот негодяй, что, начал в открытую язвить и провоцировать его? — Я тоже серьезно! — Юнги достал телефон из кармана, но был остановлен рукой младшего, — я только время посмотреть. Чимин не поверил, но руку отпустил. Зря он это сделал. Юнги стал со скоростью звука искать номер в контактах, отбиваясь второй рукой от встрепенувшегося и пытавшегося отобрать телефон парня. — Что вы там Чимину прописали?! — не успели на том конце провода ответить, как брюнету удалось схватить мобильный и отключить его. Он со злостью посмотрел на Юнги. — Мне не нужно в дурку! Юнги, тебе так сложно мне поверить? Я бы не стал врать! Но если тебе всё равно на ваш концерт, то и мне тоже. С этими словами он вышел из помещения, из вредности громко хлопнув дверью. Блять…но вдруг это действительно…нет, бред. — Да он издевается надо мной, — вздохнув, блондин решил найти Чимина и выслушать его, какой бы бред тот не нёс, однако так невовремя появившийся костюмер заставил рэпера вернуться и на время перенести разговор. Вот мудак. Мой Юнги меня бы выслушал. Как же я хочу к нему… Злоба распирала изнутри, но после появившихся воспоминаний тех времен, когда он был омегой, на смену пришла грусть и обида. Обида за самого себя: за что ему такое? Чимин стоял возле зеркала в туалете пытался прийти в себя, чтобы не сорваться на первого попавшегося. А это всё Юнги виноват. Да, именно этот мудак. Когда вдруг из ниоткуда взявшиеся слёзы перестали течь, Пак поднял взгляд на небольшое зеркало. Сколько бы он не отводил от него взляда, встретиться с собой пришлось. Теперь уже не было того ужаса, который нахлынул на его утром. В отражении стоял брюнет с припухшими от слёз глазами. Было до сих пор неуютно и непривычно, но в этот раз Чимин был благоразумнее и не стал разбивать отражающее стекло, чтобы не накликать ещё больших неприятностей. Забинтованная рука всё ещё побаливает от пореза, а перед глазами встала картина того, как Мин делает перевязку. Он ничего не говорил, не упрекал, не спрашивал. Просто понял, что тогда было не время. Но теперь, когда Пак решился рассказать всё, Юнги ему не поверил. И Чимин не знает, как будет смотреть на него. Наверняка в его глазах певец кажется умалишенным. Часы показывали девять вечера — времени катастрофически мало. Всё же не хочется портить работу своего тезки. Омега шёл по коридору, точно решив попросить кого-нибудь другого, но в этот раз без лишнего трепа. Завернув за угол, Чим уткнулся лицом в чью-то шею. — Извините…- брюнет смущенно отстранился. — О, Чимин. Вы уже закончили с репетициями? — этим «некто» оказался парень, которого в своём мире Чимин ни разу в жизни не видел, и его имя даётся с неким трудом для запоминания. Они не так часто контактировали в общежитии, чтобы Пак смог назвать этого «бету» знакомым или другом, поэтому сейчас он смущался и что-то лепетал насчёт извинений, но позади себя он услышал шаги и знакомый голос: — О, Хоби хен, тебя так быстро перекрасили. Круто выглядишь, — парни обменялись рукопожатиями, и только тогда оба обратили внимание на Чимина, который тихо прижался к стенке и как-то нервно смотрел на стрелки часов. — Чим хен, ты уже отрепетировал свои партии? — Тэ, будучи заботливым тонсеном, не мог не поинтересоваться. — Тэтэ, нам надо поговорить. Пожалуйста, у нас мало времени, — Пак был взволнован: он боялся рассказывать о себе кому-то, помня реакцию Юнги. Но придумать что-то получше уже некогда. Хотя…вряд ли Чимин бы додумался до чего-то ещё, не зная о тонкостях музыкальной индустрии и будучи в полной растерянности. — Что такое? Это срочно? — Да. Очень. Прошу, кроме тебя, мне некому рассказать… — Пак не заметил, как отчаянно вцепился в руку Кима, а в его глазах теплилась хоть какая-то надежда на то, что его поймут. — Чимин… — Ребята, если дело серьёзное, то может и я помогу? — тут уже отозвался временно забытый Хосок, которому вся эта ситуация с другом крайне не давала покоя. Чимин в упор посмотрел на Хоби, и ненадолго замолчал. Хоть Чон и не был ему знаком, брюнету хотелось верить этому человеку. Казалось, что так будет правильнее. Решившийся уже было отказаться, он вдруг закивал головой и повёл ничего не понимающих парней в первую попавшуюся свободную гримерку. Убедившись, что здесь больше никого нет, Чимин глубоко вздохнул и повернулся к ребятам. Пытаясь унять неожиданно начавшееся биться сильнее сердце, Чим открыл рот, но тут же закрыл, подбирая правильные слова. — Так что случилось, хен? — осторожно спросил Ким, замечая сильно напрягшегося друга. — Я…вы верите в параллельную вселенную? — парень уже откровенно начал заикаться и поэтому набирал в лёгкие всё больше воздуха под обеспокоенные взгляды двоих других собеседников. — Тебе плохо? Чимини — Хосок хотел подойти, только вот был снова посажен на стул, на котором сидел доселе. Чимин продолжил: — Со мной всё хорошо, — говорит уже спокойней, — просто хочу знать: верите или нет? — получив довольно неуклюжие кивки головами, говорит дальше, — так вот, чтобы вы знали, души людей могут меняться местами, и это не просто вымысел. Знаю, вы меня сейчас не понимаете, но не думайте, что я психопат. Я могу продолжить? Тэхен перекинулся взглядом с Хосоком, затем кивнул, решив дослушать рассказ до конца, хоть тот и кажется сплошной ахинеей. Но ведь Тэ верит в мистику и ушастых обитателей Луны, почему бы не поверить другу, так? — Так вот, если коротко, то…я не из этого мира. В моей вселенной есть все вы, и мы также знакомы, кроме тебя, Хосок хен. У нас нет никаких BTS (кажется, или на этом моменте Тэ схватился за сердце?). И есть ещё одно отличие…у нас есть не просто беты…вернее, женщины и мужчины, а альфы, беты и омеги. Долго рассказывать, что к чему, как-нибудь в другой раз. Пока это всё, что вам нужно знать. И да, я не знаю, чем можно доказать мои слова, так что лучше вам поверить. Я сказал всё это, потому что мне нужна помощь с вокалом и песнями. И…возможно, вы поможете мне вернуться домой, — Чимин опустил голову, закончив свой монолог и радуясь, что друзья выслушали и не перебили. На пару минут наступила тишина, нарушаемая шагами за дверью и изредкими криками. Первым очнулся Чон, для которого такое обилие информации было глубоко в новинку. — Значит, если ты здесь, то наш Пак Чимин сейчас в параллельной вселенной. С его темпераментом…надеюсь, он там ещё ничего не натворил, — ясно, что Хоби беспокоился за младшего, — нам нужно волноваться за него? Омега покачал головой. — Я не думаю. — А у меня дохренища просто вопросов! — тут Тэ не выдержал и подпрыгнул на своём месте, — что это за мир такой, где аж три пола? Или постой…женщины, мужчины…шесть! Офигеть. Всё ещё с трудом верится. Ты же расскажешь подробнее? Эм… Чимин же? — Да, я Чимин. Но я расскажу всё потом…а сейчас мне нужно, чтобы вы помогли. Осталось немного времени, и мне не хочется подводить всю группу. — Завтра концерт на премии. Под фонограмму не споешь. Ты молодец, что обратился к нам, приятель. Вообще ты…то есть, наш Чим и Хоби главные танцоры, поэтому он тебя научит, — Ким по-братски обнял Пака одной рукой, — думаю, что я смогу подтянуть тебе вокал, но наши голоса крайне не похожи. Тут тебе в помощь либо Джин, либо Юнги. Да и времени у нас немного. — Тогда давайте начнём! Спасибо за помощь, — брюнет низко поклонился, не веря своему счастью. Да, ситуация казалась сплошным розыгрышем или простой глупой шуткой от заскучавшего из-за недостатка внимания Пака. И Тэхен с Хосоком изначально не шибко ему доверяли, пока не приступили к самим репетициям. Чимин честно пытался выполнять всё движения, которые ему показывал Хоуп, но так или иначе сбивался, и приходилось повторять всё по новой, словно хореография, безупречно отточенная им когда-то давно и ежедневно повторяемая, была показана впервые в жизни. Но даже если память начисто отшибло, где-то глубоко должны были остаться инстинкты, которые позволили бы совершать движения на автомате. А такого у этого Чимина не наблюдалось. И Тэхен, и Хосок это прекрасно понимали, поэтому сказка про другой мир уже не казалась такой абсурдной. — Чим хен, ты разве не помнишь свой же сольный танец? — Тэ косо посмотрел на Пака, наблюдая за его реакцией. Тот бы сдал себя с головой, смутившись или покраснев, спрятал бы лицо в ладони, да забылся бы, в конце концов. Это же Пак Чимин — булочка всея бантан, которая просто не могла бы столько сочинять. А этот не, лишь кинул недоуменный взгляд, а потом и вовсе закатил карие глаза. — Тэ, я не знаю ни одного из ваших танцев. Понимаю, что вы мне не верите, но если бы не это мероприятие, я бы, может, дольше молчал. — Я так хочу тебе верить, Чимини. Кажется, уже верю, — растроганный таким добрым «иноземцем» Ким готов был поверить во всё, что угодно, что говорит его друг С вокалом оказалось всё не так уж и плохо, во всяком случае, получше, чем в преддебютные времена Пак Чимина. На репетицию парни потратили всю ночь, помогая омеге разобраться со всеми песнями. В итоге сошлись во мнении, что Тэхен будет «помогать» Чимину на некоторых партиях, а прикрытием будет обычный фансервис, который айдолы частенько устраивают, дабы порадовать своих фанатов. И также во время занятий Ким и Чон окончательно убедились в правдивости рассказа друга, так как тот время от времени отвечал на спонтанные вопросы о его мире, даже не задумываясь об этом. Но всех деталей ребята ещё пока не знали. Конечно, спокойно на такой факт отреагировать не получилось. Особенно у Тэ, у которого еще с самого детства шило в одном месте. Под утро Пак, изрядно уставший и выбившийся из сил, пошёл в свой номер с надеждой на хотя бы паручасовой сон. Сначала его огорчал тот факт, что Юнги не стал его искать в попытках разобраться. Видимо, ему просто плевать. Сейчас же Чимин не может думать ни о чём другом, кроме мягкой и теплой кровати. — Юнги? Ты что тут забыл? — зевая, спросил брюнет, однако почти сразу смекнул, кто перед ним, и изменился в лице. Усталость как рукой сняло. Мин сидел в кресле и перебирал в руках связку ключей неизвестно от чего. При виде тонсена он прекратил своё занятие и подошёл к ничего не понимающему парню. — Хотел поговорить насчёт дневного инцидента. Не мог найти тебя раньше, пришлось идти на дополнительные съёмки. — А этот разговор может подождать? Немного, — на самом деле Пак и злиться, и обижаться давно перестал, ему просто было не до этого. А сейчас вроде бы пора и старое припомнить, но…это же Юнги. Как на него можно долго злиться? — Нет, я хотел извини…- палец на тонких губах Мина не дал ему закончить фразу. — Не нужно. Хён, я всё понимаю. Давай поговорим завтра, — а ведь теперь парень снова чуть ли не с ног валился. Юнги решил быть благоразумнее и всё-таки ушёл, а сам Чим погрузился в кромешную темноту, едва его голова коснулась подушки.

***

Чимин не спешил возвращаться домой после встречи с друзьями. Парень пытался домыслить слова Гука о том, как они познакомились, как в их компашку вошёл Юнги в роли его…истинного? Об этом в интернете упоминалось лишь вскользь, а рыжий никак не мог понять, по каким таким параметрам они истинные. Ещё Пак вспомнил, что Чон оборвал себя на полуслове. Чимин хоть и понимал, что лезть в чужую жизнь нельзя, но его любопытство не согласилось, потому парню хотелось узнать побольше о своём альтер эго. Будучи не в том состоянии, когда можно совершать длительные прогулки, Пак вернулся домой и сразу прошмышнул в комнату, словно вовсе не к себе пришёл, а ограбить хотел. Ориентироваться в пространстве было затруднительно из-за рано наступившего вечера, и парню не сразу удалось найти свою же спальню. Но тут подкараулил «нежданчик» в виде лежащего на кровати с книгой в руках Мин Юнги. Казалось бы, такое Чим видел не раз, только на сей этот момент казался каким-то…интимным. Возможно, об этом говорили две незастегнутые верхние пуговицы на рубашке альфы, оголяющие его ключицы, или томный взгляд обрамленных ресницами глаз, бегающий от строки к следующей. Или тут виновата омежья сущность, которая реагировала на своего альфу. Пак тут же отогнал от себя все посторонние мысли и ненавязчиво присел рядом, как бы он и сделал, если бы был у себя. Когда Мин такой вот сосредоточенный и в то же время сонный и расслабленный, он привлекает и заставляет любоваться собой подолгу, пока не заметит повышенное внимание к своей персоне вне образа и иногда не обматерит. И как Юнги умудряется сочетать в себе солидного мужчину, пушистого кота и матерящегося гопника — для Чимина так и остаётся загадкой. Альфа обратил внимание на парня и отложил книгу в сторону: — Ты задержался. — Я знаю. Прости, не следил за временем, — в словах прослеживалось раскаяние, и Мин тут же поспешил заверить того, что он не злится. — Иди лучше ко мне, — когда Юн похлопал по второй половине постели, Чимин похлопал глазами, явно желая понять что-то. — Это…спать с тобой? — а ведь рыжий и забыл, что сейчас, как бы, замужем. Или женат? Было непонятно: заданный вопрос смутил или удивил Мина, но так или иначе он как-то резко посерьезнел, и в его прежней тёплой улыбке отпечаталась печаль: — Да, но… Если ты не хочешь, то я могу уйти. Он все ещё не простил мне мою ошибку… Что-то в омеге переклинило: его возможные варианты ответа менялись просто с космической скоростью: от «да, тебе лучше спать на диване» до «ты, конечно, хороший, но я натурал» — Ну…я ещё не в себе. И устал носить этот бандаж. В нём невозможно дышать, — отчасти парень не соврал и прилег на кровать, только заметно подальше от названного мужа. — Без этой штуки тебя бы не выпустили из больницы, так что потерпи немного, солнце, — тон смягчился, и словно не заметив попытки отстраниться, Мин подвинулися почти вплотную и положил ладонь на мягкий омежий живот. «Какого чёрта?!» едва ли не вырвалось из Пака, но удалось вовремя себя сдержать. Нет, так он точно не заснет. Слишком напрягает объект сбоку. Такими темпами парень сам уйдет спать на диван. — Ю…Юнги? В ответ было сонное мычание. — Тэ и Чонгук рассказали мне немного из того, что было до…моей потери памяти. А ты не расскажешь мне чуть больше? — наверняка Мин начал бы рассказывать в подробностях всё, начиная от их «медового месяца» и заканчивая вопросом «где клеить обои в ромбик», который они не дорешали (ни один из вариантов ответов не нравился Паку), но, к удивлению омеги, альфа притянул его ближе к себе и прошептал: — Если ты не помнишь, то ничего страшного. Есть некоторые вещи, что мы пережили, но о них лучше забыть. Ты всё вспомнишь, просто знай, что у нас была счастливая жизнь, в которой периодически были ссоры и разногласия. Но ты всегда был со мной, даже когда мы еле сводили концы с концами. Я люблю тебя. Хорошо, что в темноте комнаты не было видно выражения лица Чимина: тот явно шокирован словами Мина и даже…тронут. Чимин не знал, почему его настолько задел ответ альфы, но Юн заметил блестящие в свете луны глаза. — Ты плачешь? Я тебя чем-то обидел? — Нет. Я хочу спать, — рыжий отвернулся от мужа. Почему так тяжело на душе? Как же я хочу домой. Парень закрыл глаза, желая проснуться в следующем дне, но горячее дыхание в затылок мешало сосредоточиться на сне, который всё-таки сморил его через пару часов.

***

До премии осталось чуть меньше часа, поэтому парней рассадили по машинам и повезли в нужное место. Чимин нервно дергался, сжимал в руках ткань пиджака, успев помять края, и всё время вытирал мокрые ладони. Адреналин прилил за час до самого мероприятия, что же будет на нём? Об этом уже думать не хотелось. Мы десять часов провели за репетициями, я помню большую часть хореографий, с вокалом поможет Тэтэ. Хоть бы все было хорошо. Чимин, прости меня, если что-то будет не так. Юнги, будь рядом…словно мантру, читал у себя в голове брюнет. В огромном зале множество софитов и ламп — это первое, что бросилось в глаза Паку, в прямом смысле слова. Потом их всех повели в специально отведенное для них место. Началась церемония вручения премий, а Чимин во всю разглядывал роскошный зал и одетых с иголочки артистов, которые также были приглашены на премию. Хоть омега и бывал на различных мероприятиях благодаря своей профессии, но разглядывать обстановку у него времени не было: нужно было ориентироваться и искать того, у кого надо взять интервью. Теперь же Пак действительно мог относительно расслабиться и рассмотреть всё, что творилось на сцене и за её пределами. А ведь посмотреть действительно было на что: захватывающие танцы и прекрасный вокал вперемешку с самыми различными историями, скрывающимися в текстах песен. Невероятное зрелище для омеги. Настолько, что парень не сразу опомнился, когда объявили название их группы, что означало победу в номинации. Ещё позже до Чимина дошло, что после речей им придется выступать. Как обычно это бывает, слово взял лидер группы, благодаря за победу фанатов. Чимин был где-то на грани оцепенения и паники, потому ему не сразу пришли на ум слова, когда пришла его очередь говорить. Куда же подевалось всё ораторское мастерство журналиста? — Эм…спасибо, что дали нам возможность стоять на этой сцене. Я очень благодарен вам, — Пак низко поклонился, чем вызвал бурную реакцию поклонников. Тэхен предупреждал, что их фанбаза очень большая и громкая, однако омега всё же вздрогнул, думая, что сделал что-то не так. Через пару мгновений заиграла знакомая мелодия, и тут вокалиста пробрала дрожь. Хосок и Тэ не раз помогали отрепетировать и песню, и хореографию, а утром всё было отточенно практически идеально. Повода волноваться вроде бы и нет. Так думал Чим до выхода на сцену. Сразу после проигрыша началась партия Чимина, которую тут же подхватил Ви, помогая первому соориентироваться. К счастью для парней, фанаты думали, что те опять затеяли что-то чудное, что бывает нередко. Хочу я узнать, как прошёл твой день? Расскажи мне! Такая счастливая, в чём же секрет? Напиши мне!* Хореография до боли простая, партий не так много, чтобы паниковать, так что уже к концу брюнет влился в общую энергетику зала и песни. — У тебя хорошо получилось, ЧимЧим! — после окончания Тэ на радостях потрепал омегу по голове, вызвав у парня не самые радужные ощущения, учитывая, что головная боль ещё даёт о себе знать, — даже и не подумаешь, что ты не наш Чимин, — уже тихо добавил Ким, чтобы другие не слышали. — А то, я во всем хорош. Юнги всегда мне так говорил, — Пак с гордостью выпятил грудь, вспомнив своего возлюбленного. Концерт назначен на следующий день, и парням ещё предстоит много работы. Но уже сейчас Чим почувствовал себя немного увереннее, ведь о его маленькой тайне знает один из самых близких людей, который готов помочь. Это и облегчило участь брюнета. Как ни странно, но весь день вплоть до возвращения в отель глубокой ночью Чимин едва пересекался с Мином взглядом, а про разговор и речи не заходило. Паку было не до споров или ещё чего похуже, а если бы он столкнулся с Юнги, то не избежал бы неприятных моментов, но в номере он вспомнил о своём «муже». Что же делать? Попробовать еще раз? Но выйдет ли из этого толк? В конечном итоге Чимин вышел из своего номера и спустя пару мгновений стоял у двери, ведущей в комнату Юнги. Маленькая ладонь опустилась на ручку двери, неуверенно опуская её вниз. В тишине полумрачного коридора слышны частые стуки в области груди. Как я начну разговор? Что, если он меня прогонит? Столько вопросов. Но узнать на них ответы было не суждено, потому что в номере послышалось копошение и шаги, приближающиеся тяжёлой поступью. -Кто там? Юн распахнул дверь и краем глаз успел увидеть ткань белой рубашки, хозяин которой забежал за угол. — Кто это был? — задумчиво прошептал Мин, разглядывая тёмный проход. Уже лежа в постели рэпер думал о том, кто не даёт ему покоя с того самого дня в больнице. Этот диалог отпечатался в памяти, словно пленочная фотография. Не мог человек упрямо доказывать то, что видел во сне, да ещё и с такими подробностями. Во всяком случае, даже то вчерашнее «признание» выглядело со стороны слишком странно, чтобы в это поверить. Что он скрывает? Да и вообще, возможно ли такое, что… И как бы блондин не пытался убрать все ненужные мысли из головы, рука сама потянулась к телефону, а пальцы начали печатать запрос в глобальном поиске. «Вероятность попадания в другой мир». Подумав ещё пару секунд, в новой вкладке он написал «как понять, что твой друг и ты стали психически нездоровыми». Информации было много: кто-то верил в это, кто-то нет. И Юн решил перестать запариваться по этому поводу и списать всё на тех хейтеров, от которых Паку пришелся удар по голове. Которых, кстати, до сих пор не нашли. Теперь уже вся ситуация в целом прокручивалась в голове рэпера, словно блуждая по замкнутому кругу. Так или иначе, он решил пока вести себя, как ни в чём не бывало, но не забывая следить за Чимином. Завтрашний день обещал быть странным и сумасшедшим.