По ту сторону зеркала

Они знали друг друга ещё с начальной школы и всегда были дружны. Чимин и Тэхен защитили мальчика, что был на два года их младше, а тот всё искал способы отблагодарить омег, да так и влился в их компашку из двух человек. Один из омег всегда был тихим и робким, другой же имел взрывной и бойкий характер, обычно не присущий омегам. Чонгука потянуло ко второму. После начальной школы следовала средняя. Маленький альфа пошел вслед за хенами, которые к тому моменту уже учились во втором классе. Те даже редкие встречи были для друзей настоящим праздником, а младший омега любил провожать альфу до дома, хотя тот и утверждал, что все наоборот. Передряги, в которые вечно влезал Гук, часто помогали расхлебывать друзья, и, возможно, это и сплотило их и не позволило дать трещину в дружеских отношениях, призывая держаться вместе. Настала пора старшей школы. Первая любовь, слёзы, плач в жилетку. Если не выходило с очередным ухажером, Тэхену из-за вечной занятости Чимина приходилось бежать плакаться Чонгуку, говоря о том, какие они, альфы, козлы, и он больше никого к себе не подпустит. А Чон лишь ухмылялся. Ну-ну. Он знал, что уже через пару дней Ким вновь будет строить глазки симпатичным альфам, а Гук и не был против. Как Тэ бегал на свидания, так и он сам часто ухаживал за хрупкими и милыми омегами. Только всё это было не то, что нужно обоим. Истинность — не приговор, и всё же она даёт возможность людям насладиться теми прекрасными чувствами, что не могут дать другие, совсем чужие люди. Тэхен и Чонгук всегда замечали эту привязанность друг к другу, между ними была особенная атмосфера. Чимин, который к тому времени уже нашел своего истинного, открыто шипперил друзей, за что и получал по лбу. Первая течка выпала на учебный день, и запах Тэ стал сильнее в несколько раз. Чонгук помнит, как ему ударил в ноздри соленый запах бриза, и как кровь закипела в жилах. Тогда он еще понятия не имел, хотя и догадывался, что этот освежающий бриз принадлежит его омеге — слишком любим был запах с детства. Тэхен же никогда не забудет тот ужас на своем лице, когда увидел хищные взгляды альф, направленных к нему и неважно, что шел урок. Было слишком страшно, потому боль вперемешку с оцепенением просто не дали сдвинуться с места. Возможно, если бы не Чонгук, забравший его посреди урока под сначала строгий, затем понимающий взгляд учителя, Ким бы вряд ли ушел от одноклассников. Чон дошел до кабинета медсестры и посадил омегу на мягкий небольшой диван в помещении, объяснив причину недомогания друга. — Ты не брал с собой подавители? — Нет. Я забыл их на столе, — согнувшись, ответил Ким. Состояние было откровенно хреновое, но самоконтроль никуда не пропадал и тогда, когда анус начало зудить. Странная физиология у омег. Видно, что и альфа сдерживал себя, иногда косясь на друга, он словно что-то понял и теперь хотел подтвердить свою догадку. Приняв протянутые мед.сестрой таблетки, Тэ с благодарностью поклонился и вышел уже без помощи Гука. — Тебе уже лучше, хен? — заботливо поинтересовался Чон. — Да. Только не думаю, что смогу досидеть на уроках. Лучше вернусь домой. А ты иди, скажи Чимину, чтобы не волновался — омега слегка, наотмашь, оттолкнул друга от себя, но тот и не думал бросать хена. — Сообщим с твоего дома, — Чонгук подхватил Тэхена на руки. Как бы он не сопротивлялся, тягаться с этим подростком-переростком он не мог. Или не хотел. — Знаешь, — начал Гук, находясь комнате Тэ, что служила убежищем для омеги, и с преувеличенно сильным интересом разглядывая статуэтки — мне нравится твой запах. Он напомнил мне момент из детства, когда меня впервые привезли на море. Ким, спокойно развалившийся в своем уютном кожаном кресле, заинтересованно слушал друга, а после рассказа тяжело вздохнул: — Так вот из-за кого я пахну, как свежевыловленная рыба. Чон Чонгук, я заставлю тебя отдуваться за это. — Считаешь, что мы можем быть истинными? — усмехнулся Чон, хоть где-то в душе и надеялся на такой исход. А Тэхен не знал, хочет он этого или нет. Ким всегда грезил мечтами о сильном и взрослом альфе, к моменту их встречи уже держащегося стойко на ногах. То, что его истинным может оказаться семнадцатилетний паренек, которого Ким знает от макушки до пят, доставляло намного меньше радости. Возможно, Тэхен не хотел иметь такого истинного, за которым ему самому придется приглядывать. — Мы убедимся в этом, когда твой запах раскроется, Гуки. — Остался всего год. Как должен пахнуть твой истинный? — Ты знаешь, что я люблю кофе. — Терпеть его не могу. Не, я точно не тот, — Гук скривился, за что получил удар пяткой в колено от оскорбленного Кима. Несмотря на подколы и шутки, Тэхен воспринял истинность серьезно, мысли об этом не хотели уходить ни на миг. Чимин, что сидел напротив друга в столовой, потряс того за плечо: — Тэтэ, чего такой грустный? Тебе все же отказал тот симпатяга, имени которого ты уже не помнишь? — с усмешкой Пак допил свой сок, а Тэ отмахнулся, сложив руки на столе в замок: — Просто надоело. Если бы Чимину когда-то сказали, что его лучший друг променяет свидания на что-то другое, он бы никогда не поверил. Значит, с Тэхеном действительно не все в порядке. Телефон старшего омеги дал знать о входящем сообщении. По глупой и по уши влюбленной улыбке Пака не трудно было догадаться, кто адресант. — Юнги хен? — поинтересовался Тэхен, хотя заранее знал ответ. Этот тип появился в их насыщенной бесконечными приключениями на задницу жизни примерно год назад, когда Чимин только очухался от течки и решил пройтись по магазинам. Прошелся. Выловил там альфу и своей болтливостью же и отпугнул. Ну, не вышло у них с первого раза. Зато теперь и дня не проходит без упоминания «самого лучшего, милого и заботливого альфы». Как оказалось, Юнги был на втором курсе университета. Тэхен никогда так не завидовал Чимину, как теперь, когда он, можно сказать, нашел истинного в лице младшего друга-придурка. — Он говорит, что заедет за мной. Может, мы и тебя подвезем? — Нет, дойду как-нибудь, — бубнит Тэхен, копаясь в сумке. Перед стенами школьного здания омег в самом деле встретил черный автомобиль, из которого вышел темноволосый парень, позвякивая ключами. Чимин с улыбкой подбежал к своему альфе и поспешил рассказать о том, что было сегодня в школе. Любитель поболтать, как и всегда. А Мин слушал его с таким интересом и блеском в глазах, словно узнавал от своего любимого все тайны мира. Тэхена, что отстал от старшего, быстро догнал Гуки, который был в веселом расположении духа, в отличии от омеги. — Что такое, хен? Мы не виделись пять дней, разве ты не скучал? — По тебе? С чего бы? Каждая наша встреча выходит в шишку или синяк, — Ким фыркнул. Для него Чонгук был тем же ребенком из младшей школы, что всегда хотел доказать свою самостоятельность, последствия чего всегда выходили боком не только для него, но и для омег. Даже в свои семнадцать он никак не желал остепениться. Глупый ребенок. Если он окажется истинным Тэхена, то это ни к чему хорошему привести не может. — Тэхени, злой ты, — пробубнил Гук, вдохнув побольше воздуха в легкие, чтобы сказать еще что-то, да так и остановился. — Злой блин…это ты глупый, — не увидев рядом идущего парня, Ким обернулся, — что-то случилось? Альфа резко забегал глазами, буркнув что-то невнятное, прошел мимо омеги и ускоренным шагом удалился в направлении своего дома, проигнорировав даже приветствие горячо уважаемого Юнги хена. — Хей, Тэхен, что ты сделал Гуку, что он сам не свой? — спросил в недоумении Чим, уже готовый читать мораль о том, что друзей нужно любить, а не задирать, но Ким прервал его попытки: — Я сам не пойму. Чего только в его альфиную голову не взбредет, — затем просто пожал плечами. — Звучит, как оскорбление, — пробормотал Юнги, обнимающий Пака за талию. — Какие обидчивые, боже мой, — Тэхен закатил глаза, — пойду навещу его. Все равно почти пососедству живем. До скорого. — Тебя не нужно подвозить? — Не, Чи, я на своих двух прогуляюсь, — омега показал свою обаятельную улыбку и пошел по тротуару, не оглядываясь на истинную парочку. На памяти Тэ Чимин никогда не встречался с альфами, грезя о своем, что будет лучше и роднее всех остальных. Эдакий ангел, сошедший на эту грешную землю за любовью всей жизни. И он нашел ее в лице Мин Юнги. Тэхен искренне радовался за друга, который ждал. В сравнении с ним Тэхен всегда был грешником, который лишь чудом оставался невинен. Он не мечтал об истинном, его больше интересовали свободные отношения, не требующие оков. А теперь, когда его течка, по каким-то причинам начавшаяся позже, чем надо, проявила его запах, Ким был уверен, что истинный так или иначе объявится. Будет неприятно, если этот кто-то будет младше. «Думаешь, мы можем быть истинными?» Он не хочет об этом думать. За своими мыслями Тэхен довольно быстро по привычке поднялся на нужный, третий этаж и нажал на звонок, после чего в страхе отдернул руку. Он не планировал разговор с мелким альфой, да и тот ушел явно без желания продолжать болтовню. Неужели обиделся? Последняя капля терпения исчезла и заставила его уйти? Дверь открыл взъерошенный Чонгук с неясными пока эмоциями на лице и в небрежно расстегнутой школьной форме. Что-то показалось Тэхену странным, но что именно… — Хей, мелкий, не хочешь открыть нормально дверь и дать хену войти? — Нет, нельзя! Тебе лучше пойти домой, — Чон всячески мешал пройти, только вот Тэ не из робких омег и, оттолкнув внезапно обессилившегося альфу, переступил порог квартиры и почти сразу пожалел об этом, широко распахнув глаза: везде, абсолютно везде ощущался терпкий, горький запах эспрессо, что так любил Тэхен. Аромат быстро окутал сбитого с толку омегу, заставляя окунаться с головой и расслабиться. Но вместе с тем за спиной стоял альфа с горящими глазами и явно не собирающимся приглашать друга на кухню, чтобы выпить чайку. Сердце Кима рухнуло наземь: если это совпадение, то слишком невероятное. — Ты мой истинный, — прошептал Тэ, который выглядел потерянным, и весь его холодный образ суки расстаял, стоило ему войти в квартиру Чонов. Альфа тяжелой поступью подошел к Киму сзади и обжег сначала дыханием, затем шепотом, который в этот самый момент заставлял сжаться и вместе с тем ощутить приятную тяжесть внизу живота: — Хен, или ты уйдешь, или я разложу тебя прямо здесь. Омега шумно выдохнул и развернулся лицом к Чону, заглядывая в темные глаза, что сейчас излучали только похоть и желание. Очень непривычно видеть такого друга, который всегда напоминал милого кроля. Тэхен готов поклясться, что видит перед собой взрослого мужчину, но никак не болвана, коим считал его все это время. Слова все же дали результат, и Тэ, простояв так всего пару секунд, открыл входную дверь и вышел на лестничную площадку. Появились сомнения, но лишь секунда, затем дверь захлопнулась, а Тэхен переваривал то, что увидел и понял. Чего он так не хотел, настигло его. Казалось бы, найти истинного, осознать, что вы столько времени были рука об руку, так волнительно. На самом деле Тэхен такого не испытал. Может, он действительно поспешил с выводами. А ведь какая-то часть его хотела остаться, хотела быть рядом с Чонгуком. После того дня Тэхен не хотел видеть альфу, а тот не понимал, что сделал не так. Это не похоже на встречу Юнги и Чимина. Теперь Тэ не мог нормально общаться с Гуком, как бы не старался. — Вы истинные? Серьезно? — Чимин буквально округлил глаза, стоя перед сидящим на диване Тэхеном, — надо же. И что, вы теперь встречаетесь? — Нет, — младший сразу перебил хена и уткнулся в свои колени носом, — Чимина, скажи, что ты чувствовал, когда встретил Юнги? — Я был самым счастливым омегой на свете. Это так прекрасно, ведь в наше время довольно мало людей находят свою родственную душу и всю жизнь живут с кем-то другим. С ума сойти, — Чимину надоело кружиться по комнате, он сел рядом с другом и приобнял его. — Чимини, я ничего такого не ощущал, — признался Тэ, — может, у нас это работает не так…или я просто не так понял. — Думаю, вы должны сами разобраться, Тэтэ. Но почему ты не видишь его своим альфой? Гуки очень смышленный и талантливый, хорошо учится… — Пак начал перечислять достоинства альфы. — Ты забыл, что у него в одном месте детство не доиграло. Он едва не стал наркоманом, он не способен даже за себя постоять, что уж говорить обо мне. Я не говорю о том, что он младше меня, и содержать его в итоге буду я. Ах да, уже сказал. Он всегда пытается показать себя взрослым посредством глупых выкрутасов по типу алкоголя и быстрой езды. Не такого я альфу себе хотел. Кто угодно, но не он. Хороший друг, но как парень — полный профан, — Тэ закончил свой монолог, и на душе стало еще хреновее. В этот раз Пак не стал читать нотации и положил голову младшего на свое плечо: — Ты же знаешь, что истинность не так много значит, потому перестань накручивать себя. Ты вполне спокойно можешь найти кого-то другого, только поговори для начала с Чонгуки. Он волнуется за тебя. Постоянно спрашивает о твоем самочувствии. Обещай, что сделаешь это. — Я поговорю. Думаю, он не будет возражать. Благодаря Паку Тэхену стало намного спокойнее, и предстоящий разговор с Гуком уже не казался таким страшным. Тэхен застал Чонгука за школой, во дворе под деревом. Кажется, тот спал или просто прикрыл глаза, наслаждаясь запахом цветущей вишни, к которому добавился морской солоноватый. Чон в непонимании открыл глаза и увидел перед собой друга. Его ведь еще можно так назвать?.. — Гуки, тебе лучше? Конечно, гон не течка, но тоже вряд ли приятно, — Ким присел неподалеку от альфы, все еще боясь увидеть его лицо. — Да, лучше. Хорошего действительно мало, если без омеги, — Гук попытался усмехнуться, правда вышло криво и неуместно, — слушай… — Не думай, что мы истинные. Это совпадение, — сразу начал Ким, не смотря в сторону друга, — я ничего не чувствую по отношению к тебе. Ты не мой альфа. — Ты так думаешь…хах, тогда все так странно, — Чонгук поднял голову к небу, щурясь от солнца, что скрылось за тучами. Кажется будет дождь, — когда я почувствовал твой запах, я словно вернулся на то море, куда мы езлили с родителями на мое десятилетие. Мой же — свежесваренный эспрессо, за которым ты каждый день меня посылаешь, хотя знаешь, как я не люблю этот горький кофе, и как меня мутит от одного его запаха. Думаешь, мне нравится то, как я пахну? Нет. Это нравится тебе. Вчера я был у врача, — он повернулся в сторону молчащего омеги, — потому что мой гон начался раньше на год. Он сказал, что это из-за запаха истинного омеги. Ты можешь отрицать сколько угодно, хен, только природа уже решила. — Глупая шутка, правда? — улыбка на лице Тэхена сменилась на плотно сжатые губы, и омега поднялся на ноги. — Почему, хен? — Чон не хотел отпускать страшего, несмотря на прозвеневший звонок. Сейчас вряд ли кто-то из них думает об учебе, — я настолько плох, да? — Нет, это мои заскоки. Ты не плох. Я просто не вижу нас вместе. — Как всегда, эгоистичен и думаешь только о себе. — Я ужасен. Как такого земля носит, — Ким покачал головой. Не хотелось больше продолжать, так что он поспешно вернулся в здание школы, оставляя сжавшего кулаки альфу наедине с собой. Начавшийся дождь, быстро переходящий, а ливень, хлестал парня по лицу, а тот этого будто не замечал. Хочешь идеального альфу, Тэхен? Ты его получишь. — Тэ, ты не видел Чонгука? Он зачем-то просил у меня конспекты по темам, которые они даже не проходят, — Пак озирался по сторонам в поисках альфы, но на его взор попадались лишь его одноклассники, а младший омега был молчалив и подавлен. — Хей, Тэтэ! — Чим ударил ладонью по голове младшего, вынудив того поднять голову и потереть шишку: — За что, блин? — Ты не видел нашего Гуки? — вновь задал вопрос Пак. — Ай донт ноу, — с ужасным акцентом выговорил Ким, а бедные филологические уши старшего свернулись в трубочку. — У тебя ужасный английский, ты должен практиковаться. — Зачем? Мне нравится тебя доканывать, май деар френд, — с привычным оскалом тянул Тэхен. — Прекратиии, идем лучше найдем Чони. Кстати, вы поговорили? — Поговорили. Ничего путного не вышло. Надеюсь, мы с ним все еще друзья, — омега снова сник и ощутил тычок в ребро от «доброго» омежки. — Так поднимай свой омежий зад и идем искать нашего дружка! Альфа обнаружился в спортзале за игрой в баскетбол. На памяти Тэхена он никогда не интересовался спортом, кроме танца дерева, пожалуй, ничего не умел. Что заставило его передумать? Взор всех немногочисленных зрителей автоматически падал на новенького игрока, пришедшего пару дней назад. Мышцы были едва видны под кожей, и Гук существенно уступал мощным и накаченным игрокам. Но он проявлял похвальное упорство и рвение, хоть шансы были малы. Насмотревшись на того, кто, кажется, даже не заметил друзей, Тэхен решил уйти и не мешать тренировке. Он был уверен в том, что больше, чем на одну тренировку, Чона не хватит. Будет интересно наблюдать за его стараниями, которые во всяком случае будут напрасны. Каково было его удивление, когда Чонгук не стал его провожать до дома, как обычно, а остался на секции. Ладно, второй день тоже ничего не решает. Третий…седьмой… Его же ненадолго хватит, правда? Ким поменял свою точку зрения уже на четырнадцатый день, когда он впервые увидел Чона на улице, разговаривающего с мужчиной средних лет, в коем можно узнать их тренера по баскетболу. — У тебя отличные данные, парень, не бросай это дело. Возможно, сможешь поехать на соревнования, — тренер показал оттопыренный вверх большой палец, похлопал парня по плечу и удалился, чуть не столкнувшись с омегой. — Да, я все понял, тренер, — альфа поклонился и только потом заметил Кима. — Как ты…как ты смог за две недели добиться похвалы от него? — сказать, что Тэ удивлен, значит молчать лет эдак двести с хвостиком, — он жуть какой строгий. — Я не пропускаю занятий и тренируюсь усердно, — серьезности Гуку было не занимать, а Ким отчего-то ощутил укол совести, будто это его вина, что парень так изнуряет себя тренировками. — Ты молодец, конечно, только не перенапрягайся. Честно признать, я думал, что ты бросишь в первый же день. — Тебе нужно просто поверить в меня, хен. Я должен идти, иди сегодня один. — Как один? Снова? Так секция же кончилась! — крикнул омега, догоняя успевшего отдалиться Гука, — куда ты на этот раз? — Пока не могу сказать. Давай потом, — терпеливо отозвался альфа, и вскоре след его простыл, а Тэхен впервые почувствовал себя брошенным котенком, которого предал его хозяин. Весьма стремное сравнение. — Блин, да что с этим альфой не так, — бурчал Ким по пути домой. Темы истинности между ними больше не поднимались, и омегу это даже напрягало. Неужто тот разговор дал результат? Ага, в виде убегающего на тренировки Чонгука, который практически перестал уделять внимание Киму. А они ведь истинные. Вот опять не в то русло пошло. Следющие пару месяцев прошли относительно спокойно, если не учитывать надвигающиеся экзамены у выпускного класса, к которым так старательно готовятся все ученики без исключения. Тэхен и Чимин исключениями тоже не стали, так что даже Пак перестал видеться со своим дрожайшим альфой. Без слез и соплей тут не обошлось. — Я не сдам. Мне необходим кто-то, кто будет меня обнимать, пока я занимаюсь, а Юнги нет! Юнгиии, — ныл в трубку омега, чем уже откровенно достал младшего: — Так, давай дуй ко мне, переночуешь здесь, будем заниматься вместе. — Тэ, ты самый лучший, ты знал? — Знал, — буркнул Тэ и отключился. Не прошло и получаса, как Чимин был у порога Кима с увесистым рюкзаком и множеством вкусняшек наперевес. Тогда про математику пришлось забыть, ибо «надо узнать, с кем останется Белла: с Эдвардом или Джейкобом» После страшной поры экзаменов наступила не менее ужасная: ожидание поступления в университет. Правда теперь можно хоть немного расслабиться. — Махнем в клуб? — Нет, не хочу, — отнекивающийся от развлечений Тэхен — это как восьмое чудо света, и Чим бы долго любовался такой картиной, только не тогда, когда ему самому хотелось оторваться, выветрить из головы все логарифмы и побыть с Мином лишние пару часов. А друга оставлять никак нельзя, захандрит. — И как вы меня уболтали то…- недовольство так и читалось на лице омеги, когда тот не прикрывался стаканом с коктейлем. — Да ладно тебе, скоро должен Гуки прийти. Мы с ним так давно не виделись, я уже соскучился, — говорил Чим, сидя на коленях Юнги, который нежно обнимал Пака сзади. Полная идиллия. Когда пришел Чонгук, Тэхен пожалел, что сделал глоток, ибо содержимое попало не в то горло: этот парень перед его глазами был слишком нереален. Где тот прежний стеснительный альфенок, что не шибко любил клубы и танцевал, как зажавшаяся омежка в предтечный период? Перед ребятами стоял подтянутый высокий парень, чьи выпирающие ключицы были мечтой фетишиста, а обтянутые джинсовой черной тканью бедра грозили порвать эту самую несчастную ткань. — Простите, я опоздал, — Гук сел на диван, и омеге стало не по себе. Как он мог так измениться за то недолгое время, что они не виделись? Или это просто Тэхен не обращал внимание. — О, Гуки, ты прекрасно выглядишь, — Чимин кокетливо поморгал ресницами, а Юнги это не понравилось от слова совсем, потому он ущипнул бедро истинного. — Юни, больно же! — возмутился омега. — Не строй никому глазки при мне, — тихо, но строго сказал Мин, будучи тем еще собственником, он не любил, когда внимание Чимина ему приходилось разделять с кем-то другим. — Извини, Юнги-я. Пойдем потанцуем, этим двоим нужно поговорить, — сквозь громкую музыку Чимина услышал лишь альфа, который легко согласился и увел Пака на танцпол, где тот ощущал себя, словно рыба в воде. — Ты все еще занимаешься баскетболом? — голос омеги был слишком робким, так не похоже на него. — Да, теперь я, можно сказать, состою в основной команде. Не зря я убил месяц на тренировки, — кофе, что проявился не так давно, заполонил легкие Тэхена целиком и полностью, перекрывая даже алкоголь. Такой сильный, сразу ясно, что он принадлежит альфе. Ким долго и молча смотрит на Чонгука, пытаясь понять, что он пропустил в этой жизни, и что поспособствовало таким скорым изменениям. — Хен, не хочешь станцевать? — вдруг предложил Гук, указывая взглядом на танцпол, где во всю кружились их друзья. — Ты разве умеешь? — Ким бросил насмешливый взгляд, явно расслабляясь. Алкоголь вперемешку с любимым запахом создали своеобразный дурман. — Давай проверим, — альфа аккуратно потянул не оказывающего сопротивление хена и вывел того в самый центр. Как по заказу, зазвучала более спокойная, но не менее живая и танцевальная мелодия, под которую стал плавно двигаться альфа. Он контролировал буквально каждое свое движение телом, превосходно владея каждым сантиметром и не позволяя себе резких и неуместных переходов. А Тэхен просто был в шоке. Не нужно никаких уточнений. Да как он, черт побери, это делает? Вспомнились слова Чима о том, что их мелкий довольно смышленный и схватывает все на лету. А ведь и не поспоришь. — Разве на баскетболе учат таким телодвижениям? — поразился Ким, когда они, к великому счастью, сели обратно на свой диван. — Ну, я ходил на дополнительные репетиции, — признался альфа, перекинув ногу на ногу. — Как? Что заставило тебя это делать? — омега правда не понимал или же не хотел осознавать, что именно он причина. — Какой у меня глупый хен, — Чон вздохнул и наклонился к лицу старшего, — чего ты хочешь от альфы? — Что? — Какими чертами я должен обладать, чтобы ты меня принял? — Я…Чонгук, ты не должен…прости, мне пора, — Тэ быстро засуетился, оставив деньги за себя, направился к выходу. — Эй, хен! — Чон понятия не имел о причинах перепадов настроения у омеги, но поспешил за ним. Только толпа зевак и пьяных танцоров сильно мешали выйти на улицу, потому Гук никого не обнаружил ни рядом с клубом, ни где-то поблизости. На звонки Тэхен тоже не отвечал, лишь написал сообщение, что хочет побыть один. Один, значит. Неужели альфа так плох, что ничем не может угодить хену? Незнание и разочарование плескались где-то на дне сознания, и Чон не стал бежать вслед за упрямым омегой, что никогда не отказывался от своих слов. Если когда-то он в открытую скажет, что в Чонгуке не нуждается, передумать его не заставит ничто. Эта черта невероятно бесила. Неизвестно как, но эти двое хоть и не договаривались о сохранении трепетной дружбы, а все равно вели себя, словно ничего не случилось за эти пару месяцев. Тэхен также подкалывал альфу, понимая, что тот не слишком то и изменился: такой же милый доверчивый кролик, которого вечно надо защищать. Точнее, теперь накаченный кролик, ибо баскетбол Чон не собирался бросать даже из-за неудачной попытки пикапа. Тем более, мяч помогал отвлечься от мрачных мыслей и выпалить всю злость. После долгожданного поступления в университет Тэхен стал больше проводить время за учебой, прилагая все усилия, чтобы стать хорошим актером. Мечта его детства, можно сказать. А вот Чимин не был так внимателен на факультете журналистики, и только чудом закрыл сессию и перешел на второй курс. Тэхен прекрасно помнит тот день в кафе в компании их неизменного состава, когда Чимин, внезапно напару с Юнги поменявший цвет своих волос подстать природному аромату, сказал о том, что ждет ребенка, и совсем скоро они проведут свадебную церемонию. — О боже, хен, ты серьезно? Да ладно, я стану дядей, — сквозь слезы восклицал Чонгук, и Ким его полностью поддерживал, обнимая беременного друга. — Я так рад за вас, хени. Чимин благодарно кивнул, после чего наклонился к уху младшего: — Ты знаешь, что я все еще жду ваших с Гуки детишек. — Хен! — недовольно бросил Тэ, отстаняясь от страстных объятий: Пак стал часто об этом упоминать тогда, когда узнал, что эти двое болванов так и не разобрались в себе и не начали встречаться. Он совсем их не понимал. Но теперь в его жизни будет хватать забот с малышом, чему Пак несказанно рад. — Выходит, свадьба будет по залету? — По любви, Тэхен, по любви, — подал голос не менее счастливый Юнги, который нежно гладил пока еще плоский омежий животик. Он долго ждал, пока Чимин окончит школу, и их первый раз был очень эмоциональным, что в итоге вылилось в подарок в виде пузожителя. Эти двое всегда косячат в первые разы. Праздник прошел в спокойной обстановке, а уже после Пак решил не затягивать и остановил Тэхена, пока альфы куда-то ушли. — Когда вы с Чоном будете вместе? — вопрос в лоб застал Тэ врасплох, и тот не сразу понял его суть. — Ну…он же еще школьник, как бы…когда он выпустится, тогда и посмотрим. — Тэтэ, ты слишком упрям. Делаешь только хуже вам обоим. — Чимини, я знаю о своих особенностях характера. Мы с ним дружим, и все. Да, он стал выглядеть намного лучше, но пойми, что мне важна не оболочка, а то, что внутри. Я в нем вижу ребенка, — омега не унимался. Его порядком уже достали такие разговоры, после которых затаивалась обида на любимого хена и некая злоба по отношению к Гуку. Хотя, в чем он-то виноват? — Ты просто неисправим. Сам ведешь себя не лучше, — покачал головой старший. — Береги ребенка, кушай хорошо. Я должен готовиться к экзаменам, — Ким отвел взгляд от хена и вышел, едва успев скрыться от только что подошедших альф. Чон, не увидев одного из омег, спросил: — Где Тэхен? — У него появились дела, он не мог остаться, — Чиму пришлось соврать, чего он так не любил делать, а омрачать настроение еще больше совсем не хотелось. — Занятой блин, — пробубнил Чон, который хотел пригласить хена куда-нибудь, но не успел. Будто Тэ нарочно его избегал. Так даже друзья не поступают. Прошло примерно пару месяцев со дня свадьбы истинных, как Чимин забрал свои документы, отчисляясь из университета. Беременность проходила сложно, потому было лучше перестраховаться и посидеть дома. Конечно, Ким такой новости был отнюдь не рад, но здоровье друга важнее, а потому плохого слова не сказал. — Чимини, как ты там? — Тошнит, и иногда болит живот. Я не могу понять, что идет не так. Врачи говорят, что есть осложнения из-за моей генетики. Я не понимаю их, Тэ, — кажется, Пак был готов расплакаться прямо в трубку. — Хей, спокойней, хен, не навреди малышу еще больше. Где Юнги хен? — дрожащий тон омеги выдавал беспокойство. Успокоить Чимина трудно, если тот начал волноваться. — Он ушел на учебу, обещал прийти через час, но я не мону быть один. — Милый мой, тише, не надо плакать. Я могу прийти хоть сейчас, если ты хочешь. — Прийди, пожалуйста, — молил взволнованный Чим. Похоже, беременность будет тяжелой. А Чимин тогда никому не сказал, насколько это опасно для него.

***

Никто не ожидал такого исхода. Тот день навсегда останется в памяти всех, как один из самых болезненных… В тот момент Чимин чувствовал себя, словно перееханный несколько раз троллейбусом, а неприятные ощущения в животе усиливались. Юнги, видя, что все слишком плохо, немедленно отвез омегу в больницу. Уже будучи там, Чимин потерял сознание. — Мин Юнги? — мужчина в белом халате вышел из операционной, куда доставили Чимина, и обратился к мужу того. — Да, я. Что с Чимином? С ним все будет в порядке? — Юнги не находил себе места от переживаний. — Мне очень жаль, но…ребенок убивает вашего мужа. Он развивается не в том месте, образуя опухоль. Он не родится живым, поэтому лучше сделать аборт. Мы не были до конца уверены, когда ваш омега обследовался на начальном сроке. Но теперь другого выхода просто нет. Я подготовлю бумаги на согласие. — Как так… Это точный диагноз? — сквозь слезы спросил альфа, не веря своим ушам и всей ситуации до конца. — Да, сомнений быть не может. Плод не дает нормально функционировать организму. — Доктор, я могу увидеть Чимина? — Да, но он все еще не пришел в себя. Юн на ватных ногах дошел до палаты омеги и опустился на стул. А все так хорошо начиналось. Почему жизнь заставляет их проходить такие сложные испытания? Пелена слез не давала разглядеть спящего омегу, который так ждал появления маленького чуда, которому не суждено увидеть этот мир. Когда врач принес документы на согласие, Мин долго вглядывался в текст. Нет, он не читал, он думал насчет правильности своего следующего шага. Либо ребенок, который родится мертвым, либо Чимини, который может не дожить до родов. Непослушными пальцами он обхватил ручку и коряво поставил подпись, в душе зная, что подписывает приговор для омеги. Он вряд ли простит его за это. — Операцию проведем сегодня же, — доложил мужчина, затем стал подготавливать все необходимое. — Прости, Чимини…я не хочу тебя терять, — Юнги сжал зубы, надеясь лишь на то, что Чимин будет жить. Операция, что длилась порядка нескольких часов, прошла успешно, и омега пришел в себя, не понимая, где он находится. — Юни…- прошептал слабо, но сидящий рядом альфа прекрасно его услышал и взял за маленькую ручку, не зная, как сказать о том, что ребенка больше нет. — Милый, все в порядке. Мы скоро отсюда уедем, — уверил Мин, и парень немного расслабился. — А что с малышом? Он тоже в порядке? — омежка положил ладонь на живот, ожидая ответа. — Ты же знал. Знал, что он не развивался там, где нужно, правда? Почему ты мне ничего не говорил? Зачем такое утаивать?! — впервые альфа не выдержал и накричал на истинного. Сдерживался, как мог, но нервы не стальные даже у него. В сердце Пака поселилась тревога. — Я думал, что смогу выносить его. Скажи, что с ним?! — Его нет. Пришлось сделать аборт, — альфа сильнее сжимал ручонку младшего, а тот молчал, затем, переварив услышанное, уткнулся лицом в подушку и заплакал, что есть силы. — Я думал, что это ошибка врачей. Я думал, что смогу его выносить, — прерываясь, говорил омега. — Прости меня. Я не уследил за тобой, мне следовало уделить этому внимание, — Мин целовал мужа в заплаканные щеки, пока тот не перестал всхлипывать и относительно успокоился. А что толку жалеть о том, что уже сделано? И все же в последующем омега стал эмоционально нестабильным и часто уходил в себя, не реагируя практически ни на что. Трудно выразить, как сильно за него переживали друзья, когда Юнги пришлось известить их об этом. А сам Чимин уже несколько лет не мог вновь забеременеть из-за психологической блокировки и страха, будучи уверенным, что он не пригоден для рождения потомства, Юнги же всегда твердил обратное, вот только не мог пробить стену, что образовалась между ними. Пак словно создал вокруг себя купол, не позволяя никому дотянуться до его сознания. Но в конце концов старые раны заживают, и приходит осознание того, что нужно жить дальше, как бы не было трудно. Прошло 4 года, Чимин так и не вернулся в университет, решив заняться хозяйством и по необходимости пройти быстрые курсы по своей специальности, и со временем смог устроиться на работу, что было бы невозможно, если бы не связи его альфы. И, наверное, это можно назвать абсурдным, но Чонгук так и не разобрался в отношениях с Тэхеном, потому они до сих пор оставались друзьями, чему старший был только рад. Казалось, что он специально отталкивает от себя истинного, хотя точной причины помимо возраста так и не назвал. В один момент терпение альфы подошло к концу, и он набрал первый номер в контактах, стоящий в быстром поиске. — Хен, нам надо встретиться. — У меня проект. Это обязательно? — Да, я хочу лично тебе сказать, — Чонгук собирался высказать все, что думает о непутевом друге, которого с того самого дня в старшей школе трудно теперь так называть. Но, будучи вечно стеснительным и неуверенным в себе, он принимал условия омеги, боясь высказать свое мнение. Теперь такого не будет. Так он думал. Придя в их любимое кафе в назначенное время, он уже застал там мирно попивающего любимый кофе омегу. Тэхен заметил младшего только тогда, когда тот сел напротив и сложил руки в замок, оперев на них голову, он не притронулся к меню, а продолжал сверлить Кима глазами. — Я надеюсь, что ты оторвал меня от дела не для того, чтобы весело провести время. Как только закончу, я весь твой, — парень сделал еще пару глотков горького напитка, а Чона уже откровенно воротит от такого поведения омеги. Перед кем он сейчас выделывается? — Хен, я хотел сказать- Его едва начавшуюся пламенную речь прервал телефонный звонок. Тэ бросил взгляд на имя «Юнги». Просто так этот альфа никогда не звонит, явно что-то срочное. — Мин Юнги хен. Надо ответить, — не дожидаясь, пока ему что-либо скажут, Ким отвернулся от Чона и немного приглушил динамик второй рукой. — Юнги хен, какими судьбами? — Чимин в больнице. Он…в коме, — по голосу альфы можно понять, как тот переживал, и в тоне прозвучали извиняющиеся нотки. Омега задержал дыхание на долгих десять секунд, боясь оборваться на полуслове из-за хриплого от слез голоса. Чонгук не мог не заметить этого и сильно напрягся, надеясь, что ничего серьезного не произошло. — Почему? Г-где вы? В какой больнице? — Я не хотел вам звонить, но лучше будет, если узнаете от меня, а не от кого-то еще, — Мин тяжело вздохнул и через силу назвал адрес, после чего сразу отключился. — Хен, ты в порядке? — Чимин… — бледными и пересохшими губами бормотал Ким, — в коме. С ним что-то случилось. А ведь ничего не предвещало этого. В очередной раз все пошло не так, как нужно. Ребята спешно направились по указанному адресу, а Чон за всем этим успел забыть, зачем вообще решил устроить встречу. В больнице возле палаты сидел Юнги с опущенной головой. Что-что, а сделанного днем раньше он никогда себе не простит. — Хен, почему Чимин в коме?! — возле альфы уже стоял растрепанный омега, тяжело дышавший от быстрого бега. — Его…- Мин сжал кулак и ударил по своей ноге, стараясь унять трясущий гнев, — над ним надругались. И это моя вина. Такой ответ обескураженный еще больше Тэхен не ожидал уж точно, поэтому на эмоциях схватил парня за грудки и приподнял, смотря с лютой ненавистью в темные глаза: — Юнги, если это из-за тебя Чимин в коме, то я клянусь, что не оставлю от тебя и мокрого места. Все его проблемы из-за тебя! — омега сорвался на крик, а Мину оставалось слушать, ведь младший отчасти прав: несмотря на их истинность, им сложно друг с другом. — Хен, хен, перестань! Отпусти его, — подоспевший вовремя Чон обхватил занесшего над головой кулак Кима и дернул на себя, заставляя отстраниться от поникшего альфы. — Не защищай его! — орал Тэхен, которому было все равно на мед.персонал, что просил его не шуметь. Перед его глазами стоял образ друга, который рушился с каждым мигом, пока не растворился вовсе, потом пропало и все остальное, ибо одна из медсестер вколола разбушевавшемуся парню снотворное. Альфа осторожно взял Тэхена на руки и обратился к старшему: — Прости его, хен, он не в себе. Мы с тобой, не волнуйся. — Спасибо, Куки, — последнее, что услышал Чон перед уходом из больницы со старшим на руках. На улицу опускались сумерки, когда Тэ пришел в себя в своей комнате, не помня практически ничего из того, что наговорил Мину. — Ты как? — голос друга заставил прогнать остаки сна. — Почему мы не в больнцие? Что с Чимином? — вопросами на вопрос ответил Тэхен, однако встать с кровати мешала сильная рука альфы, лежащая на омежьей грудной клетке. — Не вставай, а то точно устроишь истерику. Уже поздно мы не поедем к нему, с ним остался Юнги. — Я устрою истерику в любом случае. Он не может быть там, иначе снова что-то натворит! — Ким принял сидячее положение и тут же оказался прижат к крупной груди Чона. — Юнги хен любит Чимина хена, просто поверь ему. Если они прошли через многое, не значит ли это, что они любят друг друга? — спокойно размышлял Гук, поглаживая Тэхена по спине в ожидании, что его оттолкнут. А Тэхен не выдержал, слезы покатились по щекам, стоило только всмпонить о Чимине. О его любимом Чимине, что всегда был кем-то вроде старшего брата. Нет больше сил и выдержки наблюдать за тем, как он страдает. Но и быть против Мина абсурдно. — Гуки, я так боюсь за Чимини… — омега уткнулся в плечо младшего, что было не редкостью в старшей школе, но теперь причина была куда серьезнее, потому Гук даже не думал усмехнуться и просить Кима прекратить. Вместо этого он прододжал гладить того по спине, приговаривая успокаивающие слова. Не лучшее время для разборок, решил для себя Чон и отставил всё до возвращения к ним Чимина. Это были долгие девять дней, что Чимин не просыпался, из-за чего с каждым днем умирала капля надежды на лучший исход. Чонгук редко оставлял Тэхена одного, да и тот не был против его компании. Казалось, что они слишком долго не виделись, ведь, пытаясь отвлечься от общего горя за ожиданием звонка от Юнги, часто находили общие темы для разговора, которые ранее не затрагивались. Тэхен словно узнавал истинного с другой стороны, и ему весьма нравилось это. Юнги позвонил Тэхену через час после пробуждения Чимина, но ехать сейчас запретил, ибо, по его словам, Пак не очухался, и ему нужно немного времени. Узнав, что его другу больше ничего не угрожает, Ким был на седьмом небе от переполянющих его чувств радости и спокойствия. А Чон будто знал заранее, когда лучше приходить к другу, потому появился сразу после окончания телефонного разговора. — Чимини очнулся, — омега с удовольствием поделился радостной новостью, что приподняла настроение обоим, — вечером попробую ему позвонить, может, будет в состоянии ответить. — Главное, что он жив и теперь с нами, — а ведь альфа скучал по милому маленькому хену не меньше Тэхена. Друзья в хорошем расположении духа весь день провели вместе за просмотром фильмов и поеданием вредной еды. Альфа решил налить еще сока и вышел на кухню, где буквально через пару секунд послышался звук разбитой посуды. Тэхен напрягся и пошел следом за младшим: — Что у тебя там такое? Посреди кухни стоял на одном колене растерянный Чон и пытался собрать осколки, в которых Ким без ошибок распознал свой фарфоровый чайник, привезенный из Японии. Любимый чайник был. — Чонгук, — начал грозный и разозленный омега, надвигаясь на покрывшегося холодным потом альфу. Уж он-то знал, что вещи хена лучше не трогать и тем более не разбивать. Он труп. — Т-Тэхена, я куплю тебе такой же, точь-в-точь. Только не убивай. — Не надо. Собери осколки и дуй обратно, — вроде бы без раздражения кинул старший, да вот только буря все же разразилась уже где-то внутри него и скоро выльется в игнор или еще что-то, чего стоит побояться. Захотел чайку вместо сока называется. Как и обещал, Тэхен позвонил Чимину ближе к вечеру, надеясь на то, что он возьмет трубку. Киму будет достаточно просто услышать его голос, и можно будет спать спокойно. На удивление, Пак захотел встретиться с ними, да и по голосу он явно чувствовал себя неплохо. Омега согласился приехать в их кафе для посиделок, но что-то было не то в поведении друга. Скорее всего, кома не прошла без побочек. Так или иначе, они прибыли на место встречи, а Тэхен, все еще обиженный на альфу за чайник, вновь принялся дразнить его, как в старые школьные времена. А Чонгук-то надеялся, что теперь между ними полное взаимопонимание. Хрен те называется. Беседа выходила вполне плавной, и Чон расслабленно попивал свой молочный коктейль до того момента, как Чимину не вздумалось спросить об их отношениях. Тэхен, как всегда, отвечал по старой схеме, мол, они истинные, но ничего друг к другу не чувствуют. И Чонгук согласился с его словами, но на самом деле где-то в сердце больно кольнуло от такого отношения омеги. И когда их дружба перетекла в одностороннюю симпатию? Кажется, еще с начальной школы, а позже только усиливалась. Только Гук вряд ли сможет когда-то сделать первый шаг, проклиная свою стеснительность, ведь это ни капельки не соответствует альфе. После долгих прощаний с Паком друзья проводили его взглядом и только потом Тэхен все же начал говорить: — Я рад, что он в норме, но что-то тут не так. Не знаю, что. А ты ничего не заметил? — Нет. Король драмы обратил на меня внимание? И даже без подколов? Стареешь, хен, — вдруг выдал Чонгук, обиженно попивая с трубочки остатки напитка. Его задело то, как о нем отозвался его истинный при Чимине, а теперь ведет себя, как ни в чем не бывало. Бесит такой хен. — Ты хотел мне купить новый чайник? Давай. Тогда буду без подколов, — фыркнул Тэ и под предлогом недоделанной итоговой работы уехал к себе домой. Чонгук же еще долго скитался по близлежащим улицам и думал о том, какой же он лошара по жизни. Видно же, что Тэхен хочет быть под защитой своего избранника, как в моральном, так и в экономическом плане, чего Чонгук пока дать не в силах. Если бы он родился хотя бы на два года раньше, в его сторону не было бы невидимого, но существенного давления. А Тэхен всю ночь не мог уснуть от нахлынувших мыслей, которые чем-то походили на размышления Чона. Их истинность беспрекословна, и это нельзя оспорить, даже если Ким и бегал, как мог, но в душе понимал, что не сможет быть без него. Омега уже настолько сильно привык к аромату да и к самому истинному, что без него уже не представлял себя в этой жизни. Похоже на любовь? Тэхен еще ни разу ее не испытывал, чтобы быть уверенным в этом. Симпатия? Конечно, не без нее. А еще страх. Страх того, что что-то может пойти не так, прямо как у Чимина и Юнги. Видя, сколько проблем доставляет истинность, Тэ всеми силами убеждал самого себя, что этот мальчишка ему просто не пара, и вместе они не смотрятся от слова совсем. Упрямство так мешает, особенно когда дело касается отношений. Тэхен ненавидит эту черту и в очередной раз понимает, что ему будет трудно пересилить себя и признать, что какие-то чувства у него пояивлись. Утром следующего дня омега пришел в университет, и черт его дернул посидеть с книгой в руках на заднем дворе. Он пожалел об этом в тот же момент, когда застал своего альфу, стоящего к нему спиной и целующего омегу, что был ниже него на целую голову. Внезапно мир для Тэхена рухнул, но тот так и не подал виду, не стал закатывать истерик. Они друзья, у них нет отношений, так пусть Чон делает то, что хочет. А Тэхен после встречи с Чимином уехал на всю неделю в родной город, даже не подозревая о том, как тосковал по нему Чонгук. В наше время истинность не предполагает идеального для тебя партнера, чаще она заставляет соединяться сердца двух совсем противоположных друг дургу людей, что больше напоминает брак по расчету. Ты можешь не любить, но избавиться от тяги при встрече не сможешь, как не старайся. Ты будешь думать об истинном и тихо страдать в желании быть с ним рядом. Истинность — это клеймо, что поставила природа, и от этого никак, увы, не уйти.