По ту сторону зеркала

Дождь, накрывший столицу Кореи подобно куполу, не переставая, бил по крышам домов и заставлял горожан прятаться в укромных сухих местах. Серые облака нагоняли тоску, а изредка вспыхивающее молниями небо заставляло вздрагивать слишком задумавшегося и потерянного Юнги, что сидел у изголовья их с Чимином общей кровати и гладил того по голове в ожидании приезда врачей. Сколько ещё его будут проверять на моральную устойчивость? Чимин так часто заставляет его волноваться за себя, будто пытается донести лишь: «Да обрати на меня внимание, кретин. Ты со своей работой совсем про меня забыл», и поспорить тут сложно. Юнги отчаянно хотел понять, в какой момент их жизнь превратилась в каждодневный квест, где нужно долго и упорно размышлять о каждом правильном ходе, чтобы не причинить дискомфорт своему супругу и не спровоцировать очередную ссору. Сложно. Но альфа так просто сдаваться не будет: — Мини, я так тебя люблю. Просто знай это. В туманном сознании Чимин почувствовал нежный поцелуй в губы. — Да где же эта скорая, — вслух бормотал альфа, с нетерпением поглядывая в окно. — Не надо врачей… — простонал супруг, приоткрывая глаза и щурясь от света ламп, — я лишь немного устал и прилег, вот и всё. — В дверном проёме? — горько усмехнулся Юнги, — ты слишком много времени проводишь за танцами, когда тебе следует беречь себя. Чимин понимал его переживания. Омега действительно всё свободное время проводил в той комнате, где весь день громко играла музыка. Должно быть, он долго был в громком помещении. — А врачи всё же должны тебя осмотреть. — Хорошо. Я подожду их тут, — Чимин улегся поудобней и прикрыл глаза. — Прошу, не надо меня так больше пугать, — альфа сказал что-то ещё и пошел на встречу подъехавшим врачам. А Чимину стало стыдно от того, что он заставляет Юнги так сильно переживать. Спустя непродолжительное время осмотра и получения ответов на базовые вопросы один из докторов сказал, что это простое переутомление и ничего больше. Омега и сам так думал, пока в один из дней, будучи в одиночестве, не побежал в туалет из-за внезапно начавшейся рвоты. Вот это уже не смешно. Парень долго думал насчёт похода в больницу, но в итоге сдался. Кто знает, может, перемещение душ не обходится бесследно. Уже возле нужного кабинета, куда его направили, он ненадолго остановился, ибо чувствовал что-то неладное. Если бы его не поторопила стоящая после него в очереди девушка, Чимин бы точно развернулся и ушел домой. Пришлось заходить и по велению доктора прилечь на кушетку. Пак недолго ждал, пока мужчина разберется с бумагами и возьмет в руки прибор, которым обычно водят по животу, и что парень абсолютно не любит. Вот и сейчас скользкий и холодный гелий неприятно лег на живот омеги, а вслед за ним — и этот инструмент. В кабинете была относительная тишина, если не считать сигналов монитора и изредких команд от врача по типу «дышите, не дышите». Чимину казалось, что его нынешнее состояние — это отголосок комы и созданных для нее условий, поэтому здесь мало что ему скажут. Однако реальная картина, представленная ему врачом, казалась такой странной и неправдоподобной. — Поздравляю, будущий папочка, — после недолгих махинаций заявил бета, поворачивая монитор к омеге. — Папочка? — до парня далеко не сразу дошёл смысл слов. Но увиденное изображение маленького зародыша на экране говорило само за себя. А ведь Пак и забыл, что может «залететь» также, как любая девушка. Невероятно. — Да, смотрите, вот головка, вот ножки, даже сердечко немного, но видно, — доктор объяснял с таким интузиазмом, будто сам находился в этом «интересном» положении, пока сам омега долго всматривался в нечто еще даже не похожее на дитенка. — Здорово…наверное, — все, что ему удалось сплести. Неспешно возвращаясь домой после больницы, Пак множество раз прокрутил в голове диалог с доктором и повторял «папочка», не один десяток раз, смакуя это слово на своём языке. Будучи артистом, у которого нет времени даже на нормальный сон, Чимин даже думать не мог о полноценной семье, считая это чем-то далеким, до чего он доберётся лишь через десяток лет. Спокойная и размеренная жизнь свалилась на голову слишком неожиданно. А теперь, когда он может почувствовать на себе роль родителя, появляется хоть какой-то смысл его пребывания здесь. Временами парень забывает, что живет не своей жизнью, но точно также и там, в том мире. Он жил так, как хотело агенство и их фанаты. Может, теперь Пак наоборот стал жить так, как хочет сам? Дом встретил его пустотой, что само собой, ведь Юнги снова решает деловые вопросы и кричит коллег за плохо выполненную работу. Только с Чимином он практически не позволяет себе повышать голоса. Как только парень пересёк порог дома, его потянуло в ванную, на этот раз к отражению в зеркале, в которое он почти перестал заглядывать. Подойдя к отражающему стеклу, омега встал боком и приподнял край кофты, пытаясь разглядеть хоть какие-то признаки маленькой жизни под своим сердцем. Конечно, пока ничего не видно, срок ещё мал. Но другая рука автоматически легла на мягкий живот. Мужчина, способный родить ребёнка. Это что-то из ряда фантастики, но вместе с тем так завораживает и заставляет ждать этого момента. Чем бы Чимин не пытался себя занять до прихода Мина, все его мысли были о малыше и о том, как рассказать об этом Юнги. Парень не раз видел подобный момент в фильмах. Только вот часто после этого новоявленные папаши бросали одиноких матерей и убегали восвояси. Нет, альфа так не поступит. Часы двигались со скоростью 1 километр в час, поэтому омега откровенно не знал, чем себя занять, пока не услышал стук входной двери. Как и ожидалось, на пороге стоял альфа, такой же уставший, каким обычно приходит, но при виде омеги искренне улыбающийся. Интересно, как отреагирует он на новость, что несколько часов назад шокировала самого Чимина. — Малыш, как сегодня себя чувствуешь? — если бы Юнги знал обо всех свиданиях Пака с унитазом в приступе тошноты, то вряд ли спрашивал с таким спокойствием. — Мне уже лучше, но жутко скучно, — жалуется омега, решая оставить новость на потом. — Тогда не откажешься от прогулки? — альфа приобнял мужа сзади, обволакивая своим ароматом. Кажется, Чимину начинает нравиться это растение, которым пропахло буквально все в их доме. Омега с легким прищуром и приподнятыми уголками губ интересуется: — На свидание зовешь? — Думаю, да? — альфа усаживается рядом и ворошит рыжие волосы парня, — сегодня я хочу уделить много внимания любимому человеку. — А что с твоей работой? — спрашивает рыжий, а сам неосознанно прижимается ближе, чтобы почувствовать чужое тепло. — Все нормально, не переживай об этом, — Мин со всей присущей ему заботой поцеловал лоб омеги, получая в ответ смущенную улыбку и не догадываясь о том, как хорошо Пак исполняет свою роль. Хотя тот уже и не уверен, что это игра.

***

После какого по счету концерта (Чимин уже устал считать, да и от жизни такой тоже устал) группа вновь прибыла в Америку и посетила одно из известных телевизионных шоу. Даже в этом зале позади парней сидели фанаты и изредка кричали что-то неразборчивое. Улыбчивый, даже, скорее, натянувший дежурную улыбку, ведущий задавал клишированные вопросы насчет продаж альбома, новостях о концертах и личной жизни артистов, последние из которых ребята умело обходили стороной, не желая распространяться о личном и выходить за пределы развлекательного шоу. Очередной подобный вопрос был обращен к Чимину, который прекрасно понял неродную речь, и вопрос заставил его покрыться сотнями мурашек: «кем вы хотели бы стать после завершения карьеры?» Вопрос не корректен, но Чимин уже знал на него ответ. Еще со старшей школы знал: — Я хочу стать папой, — с улыбкой и печалью ответил на английском певец, вызвав тем самым громкие крики со спины, эхом отдающие в голове. Вот кого надо в артисты брать, с их-то голосами. — О, у вас уже есть девушка? — снова влез ведущий, думая, что нашел лазейку для новой сенсации и поднятия рейтингов шоу. Но в ответ было молчание, которое продлилось пару секунд: Чимин посмотрел в сторону Мина, сидящего по правую сторону, а тот с излишней заинтересованностью рассматривал свой микрофон. — У нас на это нет времени в данный момент. Чимин всего лишь рассказал о своем желании и ничего более, — за младшего ответил Намджун, потому так надо было сказать. Они должны вести себя более сдержанно и не давать повода для скандала. Пак кивнул на слова хена и опустил глаза в пол, чувствуя быстро пришедшее желание уснуть. Что-то в последнее время он часто стал проваливаться в беспокойный и короткий сон. Долгие репетиции и недосыпы не приводят к чему-либо хорошему. Ведущий отстал от Пака, и далее тот уже мало что слушал и понимал, ибо за пару недель успел изучить все однотипные разговоры на подобных мероприятиях, от которых начинает рябить в глазах. Остаток вечера после интервью был полностью в распоряжении бантанов, потому половина из них по прибытию в отель сразу разбрелась по номерам и легла спать. Чонгук решил провести трансляцию и поделиться своими мыслями с арми насчет тура и прочих моментов, даже звал Чимина, но тот ответил через смс, что уже спит и видит пятый сон. — Ну раз никто не хочет присоединиться, — задумчиво сказал Гук, откладывая мобильный в сторону, — то придется вам быть только в моей компании еще немного времени, прежде чем я пойду спать. Через пару секунд послышались приближающиеся шаги, которые остановились возле двери. — Чонгука? Я могу войти? — в коридоре терпеливо ждали, пока Чон не дал согласие. В проеме появился Тэхен в белом халате с влажными после душа волосами. Сейчас этот парень выглядел милым как никогда до этого, именно такая мысль проскользнула у макне, когда тот повернулся лицом к пришедшему. — Что такое, хен? Снова не можешь уснуть? — кажется, при виде такого домашнего и уютного Кима Чон совсем позабыл о включенной камере и трансляции, а Тэхен и вовсе про нее не знал. Старший кивнул и уселся на кровати, медленно закинул ногу на ногу. Обычное движение, способное вытеснить воздух из легких у его фанатов. А Чонгук всегда был фанатом Тэхена. — Знал бы ты, как сильно храпит Джун хен. Как еще стены не ходят ходуном, — Ким весело усмехнулся, — если разрешишь, то могу спать и у тебя. Иногда Тэхен вдет себя несколько иначе, чем надо, только в последнее время это «несколько иначе» стало перерастать в «слишком непозволительно», и парень до сих пор не уверен, что все не началось с тех слов его друга-омеги, что успел рассказать не только об их отношениях с Юнги, но и упомянуть в их диалоге омегу Тэхена и альфу Чонгука, которые уже на протяжении многих лет делают вид, что не испытывают друг к другу никаких чувств. «Что, серьезно? Эти двое истинные и до сих пор не вместе?» для Кима было непривычно поддерживать подобный разговор, однако вся неловкость разбавлялась несколькими стаканами алкогольного пива. «Я и говорю, что они ослы упрямые» язык Пака заплетался и никак не хотел выдавать того потока слов, что вертится в голове у Чимина, поэтому тот обходился несколькими фразами и снова брал в руки стакан. «Поэтому мой тебе совет, как хена…ик…если будешь что-то чувствовать к человеку, то не медли и признайся сразу. Иначе тоже растянешь на десять лет и встретишь…ик…старость в одиночку» после своего маленького монолога брюнет вновь сделал большой глоток и уже не был в силах говорить. Тэхен слова старшего хорошо запомнил. На тот момент он не был уверен ни в чем: ни в своей симпатии, ни в том, что ему вообще ответят, да и вроде он не из «такого» типа парней. Походу общение с одним из «таких» дало свои побочные эффекты, один из которых — появление симпатии к младшему из их группы. Подумать только: 7 лет знать этого кролика, видеть его выходки как на сцене, так и в жизни, смотреть на него под разными углами и осознать, что влюблен, только сейчас. Может, они ничем не отличаются от своих альтер эго? Так или иначе, Тэхену все равно просто интересно, каково это, признаться в симпатии и ожидать ответа, который точно не будет дан сразу. А Ким умеет ждать. И вот сейчас, когда он сидит в комнате Гука и рассматривает самого парня, Тэ понимает, что настал тот момент, когда нужно признаться в симпатии, потом у него банально не хватит времени, или он может передумать. Сделав медленный вдох и выдох, Тэ подошел к креслу и приобнял сзади младшего. — Гука, я не смогу без тебя заснуть, — Ким опустил голову, коснувшись холодным кончиком носа шеи немного удивленного макне и собирался прошептать еще что-то, но его взгляд упал на компьютер за спиной Чона и быстро летящие комментарии, прочитать которые не представляется возможности. Что может быть лучше того, чтобы почти признаться в симпатии на «скрытую» камеру? Так, кто там бантангробы делает? По смолкшему хену Чонгук быстро вспомнил о трансляции и о том, что сейчас им обоим будет крышка от стаффа. В голове темноволосого парня со скоростью света стали мелькать способы перевести все в шутку и не выдать своего напряжения, спасибо за что можно сказать Киму. — Ахахха, хееен, ну ты уже не маленький, — Чонгук нервно включал в использование все свои актерские способности, переводя вместе с тем взгляд на камеру, — многие арми спят одни в своих кроватях, правда ведь? — данный вопрос должен был по идее увести фанатов в другое русло. По идее, только вот в ответах каждый полуторный комментарий был о Вигуках и их «скрытых отношениях». Кажется, этот запущенный механизм уже не остановить. — Чонгуки, я вообще темноты боюсь, я же меньше всех наших арми. А Намджун храпит, — что же, ломать комедию, так делать это до конца, с учетом того, что в каждой шутке есть своя доля правды. Вечер откровений прям. — Хен, ты неисправим. Ну, что же, спокойной ночи, арми, спасибо, что составили мне компанию. Пойду укладывать хена спать. Увидимся в другой раз, — помахав рукой перед камерой и отключив (теперь уже точно) монитор, макне повернулся на стуле к сидевшему как ни в чем не бывало Киму, и его выражение лица перестало быть таким же доброжелательным, каким было пару секунд назад. — Что ты устроил тут? Фансервис у нас только на сцене, если не забыл. — Не забыл. Я вообще не знал, что ты тут пообщаться решил, — стал бурчать Ким, растрепывая свои густые волосы, выкрашенные в ярко красный. — Тогда к чему это? — парень изогнул бровь в ожидании ответа. — Может, ты мне просто нравишься, балбесина, — огрызнулся Тэ, переходя из защиты в наступление. — Нравлюсь? — макне поднялся с кресла и сразу оказался сидящим рядом с Кимом, в чьих глазах и словах не было ни капли шутки. Что же задумал этот несносный хен? — Как ты мог использовать в одной фразе «нравишься» и «балбесина», а? — Пф, может, так до тебя быстрее дойдет. Не хочу, как в дорамах, растягивать на 50 серий. — Не хочешь растягивать? — повторив для себя эту фразу, Чон захватил запястья старшего и повалил на заправленную кровать, придавив его своим телом, — тогда давай не будем медлить. Тут уже Тэхен не на шутку перепугался, видя в шоколадных глазах Гука что-то отдаленно напоминающее похоть и желание проучить. Какие бы чувства он не испытывал к своему коллеге, сейчас, именно в этот момент он абсолютно не готов к продолжению их «идиллии», если, конечно, макне не шутит и не издевается над ним. Хотя он как раз издевается, не отводя глаз от тэхеновых, продолжая эту молчаливую и бессмысленную игру в гляделки, он словно забирает всю энергию старшего, заставляя его лежать под собой и даже не предпринимать попыток к освобождению. А Чон вряд ли бы отпустил его прямо сейчас. Чонгук вообще никогда не хотел отпускать хена, которым восхищался на протяжении всей их музыкальной карьеры. Голос Тэхена, глаза Тэхена, улыбка, родинка на носу, образ — все волновало сердце макне так, как не волновало ничто другое. Лучше умереть, чем жить без страсти. А его страсть — это Ким Тэхен, так просто лежащий под ним в этот самый момент. Что ж, он сам затеял все это и позволил младшему вырваться из клетки под названием «неуверенность в себе». — Да ладно, отвянь, мне стало скучно, решил прийти к тебе, — пришла очередь Кима строить из себя не пойми что и искать оправдание, но он упрямо не отводит глаза и ждет, пока его соперник сдастся, о чем тот и думать забыл. — Ну так давай повеселимся, раз скучаешь, — верхняя губа слегка задела мочку уха Кима, а тот буквально задержал дыхание на долгих десять секунд. — Гу, прекрати. Все, я каюсь, каюсь, протупил. Перед стаффом буду объясняться сам, — игра закончилась, и Тэхен вышел из нее проигравшим, без какого-либо желания продолжать. Чонгук услышал раскаяние в голосе Кима и слез с него, наблюдая за мило покрасневшими щеками. — Спокойной ночи, — видимо, Тэ не было суждено выйти из этой комнаты до следующего утра, ибо Гук успел схватить его за руку и мягко опрокинуть обратно на постель. — Ничего, можешь спать со мной. И перед стаффом будем вместе извиняться. Но в следующий раз хотя бы намекни, чтобы я успел отключить камеру, — Чонгук усмехнулся в макушку старшего, а тот и спорить не стал, лишь кивнув едва заметно. Воздух в городах всегда насквозь пропитан дымом и копотью, которые иногда на некоторое время смывает дождь. Сейчас же дождя нет, и Чимину душно находиться на балконе своего номера. Интересно, когда он в последний раз разговаривал с Юнги? Возможно, во время его так и не наступившей течки, после которой прошло немало времени. Сколько бы они не виделись, не пересекались взглядами, ему всегда мало. Хочется видеть его рядом рядом с собой постоянно, 24/7, и это говорится о его муже. Именно о нем, да. — Чимин, ты чего опять не спишь? — на балконе появился еще один ночной зомби, и первым делом Пак увидел светлую капну волос, а уже потом немного сонное чудо. — Тот же вопрос к тебе, Юнги хен, — Чим старался выглядеть как можно более строго, — Иди спать, а то снова будешь всех посылать. — Пф, когда такое вообще было. Я хотел поговорить немного, тоже что-то не спится. Знаешь, у меня столько мыслей крутится относительно тебя, что голова точно взорвется. Понятно же, что у нас с тобой напряженные отношения, так что давай просто сядем и все разъясним. Чимин внимательно слушал блондина, иногда кивая на слова. Мин действительно не любитель ходить вокруг да около, и если его что-то не устроит, то он непременно об этом скажет. Парни перебрались в номер, и оба сели друг напротив друга, не специально, просто так легче понять, о чем думает собеседник. Пак молчал до тех пор, пока Юнги не решил начать разговор сам. — Слушай, я помню, как тогда наехал на тебя со своими тараканами, надеюсь, я не оттолкнул тебя от себя слишком далеко. В этот раз я тоже хотел бы немного о тебе узнать, как оказалось, ты для меня все еще остаешься большой загадкой, — Чимин смущенно потупил взгляд, терпеливо слушая слегка хриплый сонный голос, — так вот, если ты хочешь выговориться, то я выслушаю тебя. Вижу, что тебе это нужно. — Виски. — Что? — Давай выпьем виски, а то в мои слова ты просто не поверишь. Раздобыть алкоголь не представилось сложным для парней, поэтому не прошло много времени, как те сидели практически в зюзю, а Пак только-только начал рассказывать обо всем, что с ним было: о попадании в другую реальность, о том, как скучает по своему мужу, почему в первые дни так приставал к Юнги, обо всем. Конечно, расчет был на то, что Шуга много чего забудет, что не мудрено с такими порциями виски. Но тот запоминал каждое слово, вылетающее из чужих уст, а картинка пазла, наконец, стала складываться воедино. Выходит, рэпер не сошел с ума. Но все слишком абсурдно как-то звучит. — Так выходит, что ты не наш Чимин, а какой-то омега из пар…ли, короче? — Шуга устремил расфокусированный взгляд на собеседника, который заглатывал уже который по счету бокал крепкого алкоголя. — Так и есть. Ты можешь не верить, мне пофиг. Но…ик…я так скучаю по Юнги, — Чимин оперся на руку и стал рассматривать оставшееся содержимое бокала с великой скукой на лице. — А тот Юнги похож…н…на меня? — Мин решил, что с него уже хватит, и поставил свой на стеклянный стол. — Внешне да, а по характеру вы разные, — брюнет тяжело вздыхал. Непонятно от чего на глаза стали наворачиваться горячие капли. Может, потому что Чимин без Юнги не может? — Ну это понятно, мы не можем быть полностью идентичны. Так, не помнишь, к скольки нам там завтра? — Шуга немного прищурил глаза в попытках разглядеть стрелки на циферблате, что, в принципе, не дало никакого результата. — В десять утра, вроде. — Так, я тогда пш…ол. Пусть тебе твой муж приснится. Ну или я — махнув небрежно на прощание рукой, рэпер вышел из комнаты друга, а тот вырубился практически сразу, едва его голова достигла пары миллиметров подушки. — Елкиии, как же голова болит, — Чимин буквально стонал за общим столом, мучаясь от жуткого похмелья. Честно говоря, он даже не помнит ничего из того промежутка, который был залит тремя бутылками виски. Видимо, крыша совсем поехала, если он решил выпить столько в одиночку. — Съешь это, алкашня мелкая, поможет, — посоветовал Джин, подвинув тонсену тарелку с супом, при виде которой Чимину захотелось не съесть её содержимое, а пойти пообниматься с унитазом. — А Юнги хена кто-нибудь видел? — удивленно спрашивает Хосок, не найдя среди парней блондинистую голову. Будто специально ожидая эти слова в качестве команды, в номер входит заспанный и помятый Мин, который явно был где-то в лесу, судя по веточкам и листьям, торчащим отовсюду. — Всем привет, — бесцветным голосом пробурчал парень, потирая красные глаза. — Ты откуда сбежал? За тобой гонялись? — Джин с сочувствием покачал головой: будет трудно отстирать костюм рэпера от той травы, что он насобирал по пути. — Я ночью на улице был, хотел проветриться, моргнул, и тут вы мельтешите перед глазами, — несмотря на вчерашнюю попойку Юнги не страдал таким похмельем, какое досталось Паку. Свежий воздух, видимо, помог справиться с побочным эффектом. — Юнги-я, у тебя ромашка в волосах, — со смешком Тэ достал маленький цветочек из волос старшего, — похоже, ты в клумбе «моргал». — Бери, дарю, — Юнги сжал ладонь тонсена с цветком в кулачок, затем удобно устроился на мягком ковре рядом с Чимином и даже немного задремал. Полная идиллия. Ближе к десяти утра оба парня были полностью трезвыми, ибо новое Американ шоу не предусматривает показ ноющих с похмелья корейцев, проклинающих «паленый виски». А пока Шуге захотелось «допрояснять» вчерашний задушевный разговор на трезвую голову. — Наш омежка уже готов? — сходу и в лоб задал вопрос рэпер, зайдя в гримерку, а Чимин застыл возле зеркала с бальзамом для губ в руке. — Что? Ты что несешь, хен? — брюнет нервно смотрит на спокойное отражение стоящего сзади парня и пытается предугадать, что тот выкинет вслед. Чимин точно сболтнул вчера много лишнего. — А кто мне вчера плакался о том, как ему одиноко без его альфы? Кто напился до такой степени, что начал лезть ко мне под предлогом моей с ним схожести? — издевался рэпер или нет — одному черту известно, но у Пака конкретно так затряслись руки и забилось сердце, отдавая бешенные ритмы «пчелиного полета». Смысла отпираться нет, притворяться дурачком еще большим, чем он кажется в глазах Шуги, тоже. — И как ты на это отреагируешь? Сошлешь в дурку? — Зачем? Я хотел сказать спасибо, а то правда думал, что схожу с ума, — Юнги рассмеялся, видя настолько растерянное лицо тонсена, — я еще давно заметил различия, которые на кому списывать не получалось. — Я просто подтвердил твои догадки, — Чим кивнул самому себе, немного расслабляясь, — что ты будешь делать? — Не знаю. Не могу сходу сказать. Мне интересно, что там с нашим творится. — Я уверен, он в хороших руках, — ровной походкой Пак дошел до старшего, что преграждал ему выход, — мы идем? — Ты тоже в неплохих находишься, — Мин усмехнулся, закрывая за младшим дверь и наблюдая за теперь другим человеком с внешностью и именем Пак Чимина. Как-то слишком все вышло спокойно. Где же дорамские крики и сопли о том, что Чимин бяка, раз все не рассказал раньше? Наверное, просто потому что это Юнги — человек-пофигист. Наводить много шума совсем не в его компетенции, он предпочитает несколько раз обмыслить и высказать свое мнение. Уже за это Пак очень ему благодарен.

***

— Юнги, куда мы пойдем? — омега вот уже десять минут не мог определиться с верхней частью одежды, что для него вполне обычное дело: он всегда приходит самым последним на какие-то мероприятия из-за желания выглядеть хорошо. Что-что, а эту черту его характера не убрать. — Изначально я хотел сходить в ресторан, но сейчас у меня идея получше, — альфа терпеливо сидел в другом конце комнаты, время от времени дергая ногой, ибо даже у него терпение не резиновое. — И что это? — донеслось уже из ванной комнаты. — Не скажу. Но знаешь, мы можем не дойти до того места из-за кое-кого, — Мин устало откидывал голову и потирал шею, уже давно позабыв о маниакальном желании мужа перемерить весь магазин и ничего не купить. Хотя дома ситуация ничуть не поменялась. — Уже иду, — Чимин выглянул из ванны, — я нормально выгляжу? — он нервно поправил красную ткань атласной рубашки, заправленной в черные рваные джинсы и обратил свое внимание на «комментатора». А Юнги налюбоваться не может таким красивым парнем, что мог запросто тягаться с самыми успешными моделями. Его личный рыжеволосый ангел. — Ты мне нравишься абсолютно в любом виде, — прежде чем выходить, Мин поцеловал носик смущенного певца. — Так куда мы едем? — не унимался Пак, внимательно следя за дорогой, но в ответ получал только «почти на месте». Тем самым местом оказался небольшой парк, в котором практически не было народа из-за рабочего дня. Пара остановилась возле небольшого пруда с красиво уложенными круглыми камнями вокруг и кристально чистой водной поверхностью. — Помнишь это место? Здесь я сделал тебе предложение несколько лет назад. Во время учебы ты часто убегал из школы сюда, чтобы встретиться со мной. Несносный мальчишка, — Юнги улыбнулся на сначала удивленное, затем довольное выражение лица парня. — Я просто хотел встретиться с любимым человеком, разве это плохо? — Пак невинно надул губки, будто взаправду помнил все те моменты «их» встреч. — Конечно, нет, о чем ты, — альфа прижался к спине младшего и вдохнул мягкий, почти незаметный аромат любимого цитрусового. Что с его запахом? — Чимини… — Юнги, смотри, там лебеди! — омега указал подбородком на прилетевших птиц, — давай покормим их. Чимин с интересом рассматривал белых лебедей, а альфа сразу же забыл о своем вопросе. Да и видеть кидающего купленный в ларьке хлеб омегу было также прекрасно, как смотреть на картины известных художников: для Мина Чимин является синонимом к «искусству». — Не хочешь сам перекусить? — альфа подошел вплотную к парню и получил утвердительный кивок головой. — Это кафе такое милое, — пока Пак оглядывал уютный интерьер, выполненный в спокойных фиолетовых оттенках, Юнги успел сделать заказ. — Мы часто бывали в этом месте во время учебы. — Я бы хотел приходить сюда постоянно, — Чимин немного приподнял уголки губ, а сам судорожно думал, рассказать новость сейчас или сделать это позже. — Мы будем ходить сюда так часто, как сможем, — Мин положил теплую ладонь на маленькую ручку и сжал её, увидев покрасневшие щеки мужа. У пары не было какого-то определенного маршрута, потому сейчас они, держась за руки, бродили по ночному городу, переливающимся множеством красок от вывесок до обычных уличных фонарей. Этот день не был похож на все те, что Чимин проводил в одиночестве, ожидая Мина дома. Сегодня Пак действительно чувствовал себя спокойно и защищенно. Теперь он точно может сделать это, ведь более подходящего момента вряд ли найдет. Омега замедлил шаг, остановившись возле миниатюрного фонтана в небольшом сквере и заглянул в глаза напротив. — Спасибо, что провел со мной время сегодня. Я очень ценю это. Ты рассказал так много из нашей жизни, хотя я много чего не помню. Спасибо, Юнги-я, — парень прижал ладонь Мина к своей прохладной щеке, затем невесомо поцеловал уголок чужих губ. — Прости, что так мало уделяю тебе времени. Я все равно люблю тебя, — прохладный ветерок растрепывал и без того спутанные волосы мятного цвета одного и охлаждал пылающее лицо другого. Сейчас самое время почувствовать себя персонажами из романтической дорамы. — Думаю, я это переживу. Да и мне не будет скучно, когда нас станет двое, — Чимин решил не рубить сгоряча, постепенно подготавливая будущего папулю. — Ты о чем? Хочешь завести кого-то? — У нас ребенок будет, — он сказал это. Господи, он действительно вспомнил, как это нужно сказать, не спутал. И не умер, но очень смущен. Настолько, насколько счастливым и ошарашенным казался Юнги. — Повтори, пожалуйста. — Аах, у нас будет ребенок, что же непонятного? — Чимин закрыл лицо руками и закрутился из стороны в сторону, словно дитё, которое на все реагирует слишком бурно. А альфа просто взял красное личико в руки и неверящим шепотом проговорил: — Ты не шутишь? У нас вправду снова будет малыш? — парень почувствовал пощипывание в глазах, затем и влажные дорожки, которые уже никак не остановить. После того выкидыша они не раз пытались вновь, но все шло под откос, потому что Чимин…не мог снова поверить в то, что сможет выносить дитя, что его организм не отвергнет его вновь. Чимин не мог преодолеть этот психологический барьер уже много лет, как бы Мин его не заверял, что в следующий раз получится. И спустя столько попыток слышать от любимого хорошую новость было чем-то за гранью реального. А вот для Пака стало неожиданной новостью то, что это их второй ребенок. Куда делся первый? — Как снова? — Прости, я не хотел этого напоминать, вырвалось случайно. Тогда у тебя был выкидыш, — кажется, на смену радости пришла та же грусть, что была пару лет назад, но это продлилось недолго, ведь у них еще есть шанс на счастливую семейную жизнь. — Я правда этого…не помню…- мысленно певец уже сто раз ударил себя по голове и вырыл яму прямо на этом месте. Не стоило спрашивать. — И не нужно. Из-за этого ты едва не сошел с ума. Прошу, не думай о плохом, береги нашего малыша, — альфа чуть ли не слезно просил, боясь за здоровье мужа. Он стоял, нашептывая обнимающему его парню слова любви и благодарности и вдыхал аромат, который был еще слабее, чем днем. Для беременного омеги это нормально, так он не привлекает внимание других альф и не подставляет ребенка под потенциальную опасность. — Я буду в порядке, не волнуйся обо мне, — радость и сожаление смешались в одно что-то кашеобразное и непонятное внутри, и Чимин не сразу почувствовал пылкий поцелуй, на который ответил с не менее сильной отдачей. Почему обоим Пак Чиминам пришлось поменяться местами? Может ли быть такое, что это не случайность, а сама судьба решила таким образом помочь в безвыходной ситуации? Что ж, если это так, то Чимин начинает в неё верить.