23. Змей и чертенок
1 января 2023 г., 21:22
Самуэль яростно топал по пестреющей цветами дорожке — злой и несчастный — и спорил с уже давно невидимым собеседником.
— Сам ты дьявол, исчадие бездны! — глотал он слезы. — Тоже мне… Да ты еще хуже! А мой Маркус был ангелом. Чистым! Просто очень несчастным… Возможно, и родители его были такими же, вот он и уродился в них. И страдал! А моим делом было… защитить его! Не дать пасть еще ниже! И я справился бы! Если б не ты! — Самуэль остановился и со злостью глянул туда, где оставил Габриуса. — Если б не ты, сволочь! — ткнул он в ту сторону пальцем. — Вот поэтому умирай! Медленно и мучительно! С мыслью о том, что твой любимый хозяин тоже погибнет. Прекрасная смерть… — ангел двинулся дальше. — Так-то тебе и надо… И мало еще… — но вдруг он ткнулся в кого-то. А точнее, в чью-то твердую, обнаженную грудь, разрисованную цветными татуировками. — Ох!
— Тише, красавчик… — а в ноздри ударило дымом. И еще осенним дождем — поздним, промозглым, когда вся палитра красок этого чудесного времени года бушует вовсю. Этот запах Самуэль помнил прекрасно — еще с земных воплощений, и обожал его. Но сейчас… Сейчас он исходил явно не от того, от кого бы хотелось.
— Дьяволы… — ангел с презрением оглядел одного, а потом и второго прислужника правителя Ада. Оба они оказались у него на пути — видимо, заплутав на прогулке. Самуэль побелел от ярости. — Два рогатых ублюдка! Убирайтесь! Вон из нашего рая! И чтоб духу вашего…
— Ух, какой злой! — черт, в которого врезался ангел — смуглый и черноглазый, с лихим ирокезом и татуировками ящеров на висках — улыбнулся, ничуть не смутившись. Он оглядел Самуэля с явной симпатией. — Ну, просто огонь…
Второй лишь прищурился. Его злые глаза с тонким, как у змеи, вертикальным зрачком источали презрительный холод. Братья были похожи, но в то же время и нет. Такое случалось. Если родители слишком жарко сливались, то в пространствах могло зародиться и трое, и даже четверо малышей. Но это вовсе не означало, что они близнецы. Чертята могли разительно отличаться, вот как в случае с Али и Иларом — ведь именно так звали слуг Архидьявола. Али походил на отца почти что во всем. Ну, разве что был поизящней, но такой же чернявый, широкоплечий, а его огненные глаза, казалось, прожигали насквозь. Илар же напротив, был копией своего папочки — чистого дьявола-змея — изящного, гибкого, светлокожего — и даже светловолосого, словно ангел. Но злого до смерти. Укротить такого было непросто. Да еще и не погибнуть при спаривании от его ядовитых зубов. Но это касалось только омег-дьяволов-змеев. Альфы-дьяволы-змеи славились более мягким характером и были не так ядовиты — но тоже не без причуд. Ведь если омеги-змеи убивали от ярости только других существ, то альфы могли уничтожить и сами себя. Просто от злобы — разорвать, например, себе горло. И же вырвать сердце — сами себе. Бешенство их ничем не обуздывалась, это были очень опасные существа, даже для собственной сути. Но Иларова кровь сильно разбавилась обычной кровью отца. И пусть он, как все дьяволы-змеи, всегда источал ненависть, но она у него проявлялась скорей как обида, причем на весь белый свет. Он злился порой на самую малость. Но впрочем, мог и остыть. И даже смеяться, что было совсем не свойственно чистым дьяволам-змеям. Да и внешне Илар скорей походил на обычного альфу-черта, разве что слишком светлого. И только оранжевые глаза с черным, узким зрачком, слишком тонкие губы и едва заметная чешуйчатость кожи — вот все, что выдавало его причастность к своим опасным собратьям. Но все же слова Самуэля его задели. Он затаил злобу. Али же ничуть не обиделся. Напротив, ненависть ангела только раздразнила его.
— Какой же ты злющий, красавчик. Прям адское пламя. И сладкий, наверное, да? — он схватил ангела за руку, но тот тут же вывернулся, даже не скрывая брезгливости.
— Не смей меня трогать, исчадие Тьмы!
— Ох, боги… — дьявол впечатлился сильнее. — Да ты словно молния. А ну, иди-ка сюда. — Он ухватил Самуэля и так ловко зажал, что тот и шевельнуться не смог. Это еще больше взбесило.
— Ы-ы-ых! — ангел забился, словно в стальных тисках. — Отпусти, проклятый наглец!
— Ну-ну, красота моя, — дьявола, впрочем, ничуть не смущало кипение ангела. — Уймись-ка. Остынь… Ты чистый гамма, да? — он с улыбкой осмотрел свою жертву — тонкие черты лица, но с явным оттенком мужественности, длинные, светлые волосы. А какие голубые глаза! — Ох… Сияние неба… Ни омега, ни альфа… Обожаю таких… Да еще ангел… Ну просто пирожное…
— У-у-ух! — Самуэль раскраснелся, пытаясь вырваться. — Оставь же меня! Или я остановлю тебе сердце!
— Да что ты? — Али пока с удовольствием им любовался. — Прям так вот и остановишь? Какой ты жестокий… — он поцеловал ангела в губы, в лицо, и тот со злобным кряхтением снова стал выворачиваться.
— Считаю до трех! Ы-ы-ых! Сейчас ты умрешь! — а запах осенней свежести, смешанный с дымом, вдруг стал таким ощутимым, что голова закружилась. — Ы-ы-ых!
Самуэль закричал — от злости и от бессилия, а еще от того, что в сердце впилась ностальгия. Как же любил он эти осенние вечера, живя на земле. Особенно в возрасте, когда уже достигнув высокого ранга врача, он корпел на веранде своего дачного домика над трудами ученых, над собственными работами, пил мятный чай, услужливо заваренный добрым слугой-бетой, а когда уставал, прогуливался по деревенским аллеям. И тут уже думал о той красоте, которую создал Всевышний. О красках осени. О свежести морозного воздуха, который уже подступал откуда-то с севера и приятно бодрил. О сладком дожде, о нежной печали по Дому, по Небесам. Самуэль любил это время, но давно был лишен всех прелестей земной жизни. А тут аромат этого проклятого черта напомнил о них, да так больно!
— Уйди же! — Самуэль снова дернулся и стукнул дьявола ногой по бедру. Не сильно, но черт сдавленно ахнул, а хватка ослабла. Ангел сразу освободился.
— Мерзавец! Чтоб тебя гром разразил! Ай! — Его снова схватили, на этот раз сзади, и руки уже оказались грубые и жестокие.
— Сам ты мерзавец! — раздалось яростное шипение. — Гнида! Ты только и годен, чтоб тебя трахать! — В грудь Самуэля впились острые когти, он вскрикнул, наклонился вперед и перекинул второго дьявола — брата Али — через себя. Тот упал, но тут же вскочил, молниеносно бросился и завалил Самуэля на землю. — Мразь!
Али вцепился в него, начал оттаскивать.
— Ты что, охренел?! Не трогай его! Тут не ад, идиот! Рядом Архангел!
— Уйди! — брат зашипел со всей злобой. — Отсохни! — и если б Али не зажал ему рот, он укусил бы ангела в шею.
— Что ж ты творишь?! Придурок!
— Отлезь! — Илар укусил тогда брата — яростно и до крови, и вцепился теперь в него, они завалились, дьявол-змей укусил его снова — в грудь и в плечо, они не на шутку схватились, но вдруг в них обоих хлестко врезался яркий огненный шар.
***
— А-а-а! А-а-а-а! — Илар завопил, откатился, яростно извиваясь — и правда как змей — стараясь сбить с себя пламя. Его оно обжигало сильней, чем обычного дьявола. — Ненавижу вас всех! Ненавижу! — но тут же притих, услышав шаги родителя. Архидьявол приблизился. — Что тут творится?! — он глянул на Самуэля, который так и сидел на земле, с ужасом взирая на происходящее. — Ясно… — его взгляд потемнел. — Приставали к нему. Я же сказал, никого здесь не трогать! Два олуха! — он выхватил плеть и с таким зверством стал избивать сыновей, что Самуэль захлопнул лицо ладонями. — Боже Всевышний!!! — Хватит! — это уже был Андриэль. — Да хватит же! — он поймал конец плети, использовав магию. — А ну, прекрати! Ты что здесь устраиваешь?! — Я их предупреждал! — Архидьявол повернулся к нему, задымившись от ярости. — Они знали, какие тут правила! И смели ослушаться! — Всё! — Андриэль положил Архидьяволу руку на грудь. — Успокойся. Я сам разберусь… — он подошел к Самуэлю, помог ему встать. — Что здесь случилось? — А ангел дрожал. Нет, не от страха. Его поразила жестокость, с какой Архидьявол орудовал плетью. И даже ни тени сочувствия, к собственным сыновьям! А Али ведь лежал без сознания. Илар увернулся, успел и почти не попал под удары, поэтому весь гнев отца достался лишь одному. — Это он начал! — змей вскочил на ноги и ткнул пальцем в брата. — Он первый ослушался. Архидьявол набычился. — Он еще получит свое. И ты, кстати, тоже. Только попозже… — он глянул на ангелов. — Не при свидетелях… — Но что удивительно, Илар остался доволен предстоящей расправой. Он даже взглянул на брата с победоносной ненавистью. А тот уже оклемался и пытался подняться. — Проклятье… — его увечья — от огня и от плети — смотрелись ужасно, но регенерировались на глазах. И все равно было больно. Самуэль бы сознание потерял уже от одной такой раны, но дьявол только поморщился, имея их пять или шесть. Да еще на ноги встал. Ангел глазам не верил. Ну и выносливость. — Прости, отец… То есть… Правитель… Я… Он мне понравился… — Али кивнул в сторону Самуэля. — Я хотел защитить его… — Не ври! — Илар вышел вперед. — Ты хотел его изнасиловать! Это я его защищал! — Заткнитесь оба! — Архидьявол и слушать не стал. — С вами потом… — он повернулся к ангелам. — Я приношу извинения. В частности, вам… — он слегка поклонился оторопевшему Самуэлю. — Но если этого недостаточно, скажи, что мне сделать с ними. Я могу убить одного из двоих, если ты пожелаешь… — Что?! — ангел побледнел еще больше. — Боже… Да как вы можете?! — он схватился за голову. — Вы все сумасшедшие! — и кинулся по дорожке к своему домику. — Самуэль! — Андриэль побежал было за ним. — Самуэль, подожди! — Оставь меня! — ангел захлопнул уши. — Мне надо побыть одному! — Ох, Самуэль… — Высший ангел остановился и только руками всплеснул. — Господи… Но что же нам делать? — он оглянулся на дьяволов. Архидьявол смотрел на него, сдвинув брови и испытывая некоторую неловкость. Илар глядел на отца, то и дело пряча глаза. А Али не отрывал взгляда от той стороны, где исчез расстроенный ангел. Он даже сделал пару шагов туда, слегка прихрамывая, но отец одернул его. — Не вздумай ходить! Забудь дорогу туда! И хватит пялиться! — он подошел и резко повернул голову сына к себе. — Не сметь! Ты меня слышал? — Угу… — но слушаться Али и не думал. Он так и косился в сторону домика, куда убежал Самуэль. — Проклятье! — Архидьявол его отшвырнул. — И зачем я только взял вас сюда? Два идиота! И оставить нельзя, и таскать за собой… — Архидьявол, набычившись, подошел к Андриэлю. Но тут его осенило. — Кстати! Я могу их сковать… — Нет-нет! — Высший ангел взял его за руку. — Не надо. Это очень жестоко. Пойдем лучше прогуляемся в сад. Я покажу тебе орхидеи. А они пойдут с нами… — Еще не хватало! Зачем они мне? Я привяжу их к деревьям, вот что… — Архидьявол уже вознамерился исполнить свою задумку, как к компании вышел Архангел. — Не стоит, «добрый» отец, — он осуждающе покивал, скрестив на груди руки. — Я присмотрю за ними. — Еще не хватало! — Архидьявол сразу вспылил. — Чтобы я оставил Архангела со своими детьми! — Да они со всем моим войском будут в большей безопасности, чем с тобой! — Чтэ-э?! — босс Ада ринулся в драку. — Я тебе сейчас заткну в глотку эти слова! — Да хватит же! — Андриэль снова встал между ними. — Опять началось! Прекратите! — он сурово глянул на Архидьявола и тот немного остыл. — Всё… — он повернулся к Архангелу, а тот, иронически усмехнувшись, поправил седые усы. — Что? Правда режет глаза? — он забавно хихикнул, глядя на Архидьявола. — Г-р-р-р-р-р! — тот опять стал злой и пунцовый. — Всё! — Андриэль взял его за плечо. — Успокойся. Идем уже в сад. Там нет никого, мы будем вдвоем и… — Что?.. — Архидьявол сразу забыл про раздоры. — Да что ж ты сразу-то не сказал. Конечно, идем. — Кхм-кхм! — Архангел нарочито громко прочистил горло. — Андриэль, ты уверен? — Уверен, — ангел снова предусмотрительно зажал Архидьяволу рот. — Наш гость ведь настоящий джентльмен, верно? — этот вопрос был обращен к боссу Ада. — Он ничего мне не сделает… — И Архидьявол с гордостью выпятил грудь. — Вот так-то, — он с презрительным снисхождением оглядел Арханегла снизу вверх. — Понял теперь? Меня не боятся… — на что воин лишь фыркнул, а босс Преисподней, демонстративно проигнорировав выпад, предложил Андриэлю локоть. — Пойдем, дорогой. Орхидеи так орхидеи. С тобой я даже за бабочками буду гоняться, только скажи. — Хих! — Архангел качнул головой, глядя вслед удаляющейся парочке. — Ну-ну… Не боятся его… — Благо, роща с озерцом и цветами располагалась недалеко, и Архангел спокойно видел ее пространственным зрением. Он мог мигом там оказаться, если вдруг что. Впрочем, Архидьявол и вправду пока не сделал ничего предосудительного, да и репутация у него была неплохая. Он являлся отпрыском одного из древнейших существ, кто еще помнил те времена, когда ангелы с дьяволами вели себя словно братья, и соответственно воспитал сыновей. И пусть потом многое изменилось, но гены есть гены, поэтому нынешний Архидьявол соседнего с раем пространства располагал к доверию. Иначе бы его ни за что не пригласили сюда. Да еще и для общего дела. И тем не менее… нравы дьяволов оставляли желать лучшего. Да и манеры были порой слишком свободными. Поэтому Архангел держал ухо востро. А сам пока спрятал оружие в межпространственной параллели, уселся на ствол дерева, служащего скамьей, и со вздохом взглянул на своих подопечных.***
— Ну, что… э-эм… — Архангел чуть не назвал их «малышами», как давно уже привык обращаться к своим воинам, но вовремя вспомнил, что перед ним всё-таки дьяволы. — Ну, что, молодцЫ? — быстро поправился он. — А ну-ка, скажите мне честно, зачем отец взял вас сюда? — Для охраны… — не задумываясь, ответил Али, так и не отрывая взгляда от домика Самуэля. — А что?.. Архангел недоверчиво усмехнулся: ну, на охрану парни точно никак не тянули. Слишком уж молоды — от силы пара веков. Хоть оба и мускулистые, и видно, что сильные маги (ещё бы! — от такого отца), но тем не менее. Архангел рассмотрел одного и другого: Али крепкий, ловкий, руки натренированы на двойное оружие, но на магическое — а оно легче по весу, — да и не лишён он некоторого изящества. А сейчас — без защитных доспехов, которые оба дьявола скрыли в магическом подпространстве за ненадобностью, Али и вовсе не смотрелся так устрашающе, как вначале. Да и взгляд его был совсем не воинственный. Илар же вообще отличался какой-то странной змеиной грацией и был скорее всего чистым магом. А такие сами нуждаются в постоянной защите, хоть их магия и убийственна, и очень опасна, но физически они уязвимы. И это уже не говоря о том, что Архидьявол вполне мог сам за себя постоять, если учесть, что его заклинания выжигали целые континенты — при желании, конечно. Или же он запросто мог свистнуть в пространство — и вся его армия или даже армада мигом очутилась бы возле него. Поэтому Архангел очень засомневался в искренности ответа Али. — Как-то не верится, — он оперся локтем на колено. — Попробуй-ка снова. Так зачем вы здесь, м? Илар, усевшийся на траве и до этого беспрестанно бегающий злобно-настороженным взглядом то в землю, то в стороны, то на Архангела, в итоге сощурился и почти прошипел. — Мы с отцом — потому что того требует ритуал! — Да ну? — Архангел хихикнул, ничуть не смутившись этой яростной злобы. — И когда же это Архидьявол начал соблюдать ритуалы? Он же в наши обители ходит как к себе в дом. И очень давно. Так что… — он слегка склонил голову на бок. — Снова не верю… — Илар резко отвернулся на эти слова, взгляд его стал ядовитей, он вцепился когтями себе в бедро, и лёгкую ткань его светлых штанов тут же окрасила кровь. Архангел, заметив это, только головой покачал. — Ладно, не злись так, — постарался он утешить его. — Я просто так ведь спросил. Хоть и без этого знаю ответ… — И какой же? — Али наконец оторвался от созерцания домика Самуэля и взглянул на Архангела. Воин заметил, что улыбка делала лицо этого дьявола милым, а в его жгуче-черных глазах появлялись искринки. Это говорило о добром нраве. Ну, что ж, это уже хорошо. Архангел выпрямился на своей незамысловатой скамейке. — А вот зачем. Отец взял вас сюда, чтоб вы нашли себе пару. Я это сразу смекнул. Али закусил губу. — Да вовсе нет, — а сам отвел взгляд, улыбка его стала хитрой. Архангел понял, что угадал. Илар, правда, отреагировал в своей обычной манере: раздраженно дернулся, буркнул что-то недоброе и отвернулся, возненавидев весь свет. Архангел поглядел на него с сочувствием: нет, он не видел убийственной злобы в этом парне — иначе отец не привел бы его сюда. Чертенок скорее всего был до боли несчастным. Но Архангел пока решил не трогать его. — Ну, что? Скажешь, не так? — он снова повернулся к Али. — Ну… — чертёнок поглядел на Архангела с обаятельным озорством. — А что тут такого? Отец же нашел себе друга, — он кивнул на рощицу, где предположительно прогуливались Архидьявол и Андриэль. — А мы чем хуже? К тому же, это нормально. А что? — А ничего, — Архангел сделал большие глаза. — Это было нормально очень и очень давно. Но сейчас все изменилось. И если для Архидьявола и Андриэля такой союз безопасен (и то, относительно), то вас или юных ангелов он вполне может сгубить. Ангелов-то уж точно. Да и ты можешь погибнуть — если влюбишься. Ваши юные сути не выдержат противоположных стихий. — Ну и что? — Али снова глянул в сторону вожделенного домика. — Любовь — сумасшедшее чувство. Кайф, которого ничем не достичь. Ни травой, ни наркотиком. Поэтому ради любви… можно и умереть… Архангел, выслушав это, с сомнением присмотрелся к нему. — Да ладно. Ты точно дьявол? — и Али рассмеялся — весело и от души. — Отец тоже часто так спрашивает. Видно, со мной и правда что-то не так… — Видно, не так… — Архангел задумчиво на него посмотрел. — Но как же так вышло? Ведь твой отец и папочка — чистые дьяволы. А в тебе столько светлых энергий… — тут воин поразмыслил немного. — Отец ведь недавно тебя зачал? — И меня, и брата… — Угу, — Архангел покивал своим мыслям. — Но в последнее время он… здорово изменился. Раньше он был суровей. Намного. Но после того, как они с Андриэлем сошлись — по делу о Левансонских… — По делу о ком? — не понял Али. — О Левансонских. О душах рода, которые лечатся здесь. Ты что, не знаешь? Отец не рассказывал? Али помотал головой. — Не так уж часто я вижусь с ним. Да и то, в основном в постели. А там он… не особо-то разговорчив. Ну, не о деле уж точно рассказывает… — Сразу послышалось, как завистливо зашипел Илар, резко вскочив и отойдя в сторону. Видимо, ему ласки отца доставались намного реже. Воин только вздохнул — но не поэтому. Он никак не мог привыкнуть к разнузданным нравам дьяволов. — Как можно вообще спать с отцом?.. — Архангел едва не сплюнул, но удержался — чтоб не обидеть гостей. — Он не отец, — Али усмехнулся. — Он — Архидьявол, а это — огромная честь. И сила. А остальное — не важно… — Ну, ясно… — Архангел покачал головой. — Значит, отец так вас любит, что… — Не нас, — поправил Али. — Папашу нашего. Дикий омега-змей так его впечатлил, что он заскучал по его энергиям и даже не поленился поднять свою задницу и отыскать нас в детском пространстве. Ну… правда мы уже выросли к тому времени. Как раз думали, где бы обосноваться. А тут и отец пожаловал… Другие чертята от зависти чуть рога себе не сломали. Хотя… чему завидовать? Отец жестокий, безжалостный… Муштрует нас дО смерти… И в любой момент может убить — просто от ярости. Даже если потом будет оплакивать… Это Даниэль в безопасности. Отец скорей руку себе отрубит, чем обидит его. Только о нем и думает. Потому что его папашка Высший ангел. Почти божество. Отец никогда не сможет забыть его ласки. И я… — он опять глянул в сторону домика Самуэля. — Я вполне его понимаю… Архангел только хмыкнул себе под нос. — Что, так нравятся ангелы, да? — Еще бы… — Али усмехнулся. — Кому же они не нравятся? Разве что идиотам… — В стороне сразу фыркнул Илар. — Кому они нужны эти ангелы? — он яростно глянул на брата. — Даже трогать себя не дают! — и Али от души рассмеялся — Архангел опять удивился, насколько у него был добрый и искренний смех. — А ты не пробовал быть понежнее? — спросил он у брата. — А не бросаться на ангелов, как скорпикора… — Заткнись! — Илар зашипел со всей злобой, на какую был только способен. — С ними не так еще надо! Они ненавидят нас! — Ох и дурак же ты… — Али все еще хохотал, но вдруг закашлялся, схватился за грудь, губы его посинели — казалось, он никак не мог вдохнуть воздух. — Эй! Ты чего?.. — Архангел быстро к нему подошел, но дьявол уже раздышался, хоть и кашлял еще, но все равно хихикал. Похоже, странный приступ его никак не смутил. Зато встревожил Архангела, а зная совершенно беспечное отношение дьяволов к своему здоровью, он внимательно его осмотрел. — Слушай, ты как-то неважно выглядишь… — воин приподнял голову черта за подбородок. — Не нравишься ты мне что-то… — а тот глядел на него и все улыбался — в глазах так и бегали искры. — Что, недостаточно красивый для вас? — Не в этом смысле, — Архангел проигнорировал кокетливый выпад и осмотрел раны Али — в том числе от укусов брата — те еще так и сочились ядом. Ожоги от плети отца почти что регенерировались, но только почти… Для огненного дьявола, конечно, ожег — это боль, всегда смешанная с удовольствием — так что страшного в общем-то ничего не случилось. Просто обычно такие раны заживали быстрее. А у Али процесс будто затормозился — на какой-то конечной стадии. Будто что-то мешало ему дойти до конца. Ну, и синие губы, и дыхание со странными хрипами спокойствия тоже не добавляли. — Укусы твоего брата так ядовиты? — Архангел осторожно потрогал раны на плече и шее Али — тот сразу прикрыл глаза от удовольствия, и только высокий ранг существа, стоящего перед ним, не позволил ему схватить его руку и прижать к себе крепче. А может даже и не к плечу. Архангел только вздохнул, заметив это. — Ты слышишь меня? — М? Угу… — Али так и улыбался с блаженством. — Яд брата давно на меня не действует. Он меня с детства кусает — так что я выработал некоторый иммунитет. Это другое… — И что же? — Архангел снова приподнял его голову и заметил, что уже не только губы, но и лицо чертенка стало приобретать какую-то синюшную бледность, и вены на шее заметно набухли. — Что же другое?.. — Ну… — Али указал куда-то за спину воину. — Я бы в том болотце, собирал дурман-траву… Аспиды мне не страшны, даже напротив… так и вились возле меня… А вот жаба… — Жаба? — Архангел глянул в сторону озерца, уходящего протоком в глубокую чащу. — Ты что, встретил беркуса? — Да хрен его знает, кто он… — Али попытался вдохнуть, но вдох дался ему с трудом. — Беркус — не беркус, только он оказался с зубами — острыми, как игла… — Всевышний… — воин только руками всплеснул. — Зачем же ты влез в то болото? У беркусов сейчас брачный период, они крайне опасны! — Ну… может быть… — дьявол опять закашлялся и на этот раз дыхание его совсем осипло. — Откуда я знал? Это же лягушка с виду… А он вдруг как прыгнет… В ногу вцепился — еле его отодрал. И теперь все болит… и чёта дышать тяжело… Архангел лишь шумно выдохнул: ну, поразительная беспечность! — А ну-ка, пойдем, — он взял Али за плечо и повел его по направлению к домику Самуэля. — Этот целитель близко. Пока будем искать других, ты ещё душу отдашь Всевышнему… Хоть Самуэль и не будет в восторге от нашего появления… — О, зато я буду, — дьявол пошел шустрей, хоть и прихрамывал, и дыхание хрипело, но похоже, его ничего не смущало. — Я бы с удовольствием увидел его еще раз… — Кто б сомневался… — Архангел смешно поднял брови, а сзади опять раздалось злое шипение. Илар яростно сжал кулаки, глядя вслед брату, и когти снова проткнули ладони до крови. Он осмотрел себя, где только мог, и сдавленно вскрикнул с досады, не найдя ни одной раны, с которой тоже мог бы пойти к целителю. От чего еще больше взбесился, расцарапал себе лицо, но все же пошел за Архангелом, потому что от брата не отставал ни на шаг с самого детства.
