Глава 5
26 апреля 2019 г., 19:50
Пока Бен валяется в постели со своей подружкой, я отправляюсь на учёбу.
Роуз заезжает за мной, как и обещала, и я выскальзываю из дома, дабы избежать неловкого разговора с Беном. Я не собираюсь рассказывать ей о ночном «приключении» своего дяди, поэтому выдумываю историю о том, что он писал всю ночь напролёт. В этом он хорош, к тому же неслабо зарабатывает. А чем ещё заниматься посреди леса, как ни сочинять детективные романы?
Второй учебный день проходит гораздо лучше: Роуз со многими меня знакомит. Набравшись наглости, я подбегаю к Финну, чтобы разузнать, встречается ли он с кем-нибудь. Он прикалывается надо мной, сказав «нет», и приглашает нас с Роуз на тусу. Девчонка чуть с ума не сходит, радостно визжит, и я сама взволнована не меньше. Намечается вечеринка-а-а!
За ланчем я пишу Бену, что задержусь, и он тут же отвечает.
Уже поздно, завтра в школу. Езжай домой.
Чтобы снова застукать тебя с какой-то девицей?
Я медлю, но всё же отправляю сообщение. Бен отвечает через минуту.Я не шучу, Рей. Гулять всю ночь ты не будешь.
Меня всё это начинает выбешивать, и я решаю просто его проигнорировать. В конце дня Роуз помогает мне собраться, и мы едем к ней домой, чтобы успеть подготовиться. На вечеринке будет куча народу, даже студенты универа. Я хочу вписаться в их компанию любой ценой, и даже Бен не в силах меня остановить. Всю ночь? Да я вчера в девять была уже у дома, а когда вошла — увидела, как он трётся о какую-то девку. От воспоминаний я заливаюсь краской и пытаюсь сосредоточиться на домашнем задании по истории. Придурок. Говорит одно, а делает совершенно другое. Я не желаю снова заставать его бухим с какой-то рандомной бабой. Отстой! Глаза б мои не видели! Хоть Роуз и ниже меня ростом, мы всё же отыскиваем подходящее платье, которое доходит мне до бёдер. Перед уходом, примерно около восьми, мы фоткаемся и прокрадываемся мимо дремлющей на диване мамы Роуз, чтобы улизнуть из дома. В конце квартала Финн забирает нас под грохот музыки. — Привет! — орёт он, пока Роуз проскальзывает на пассажирское сиденье. — Так рад, что вы пришли, девчонки! Я забираюсь назад и сажусь рядом с высоким рыжеволосым парнем по имени Армитаж Хакс, студентом универа. Он улыбается мне, и мы пожимаем друг другу руки. Он долговязый и худой, в сером свитере и джинсах — вполне себе миленький. — Рей, — представляюсь я. — Я знаю, — улыбается Хакс. — Финн мне рассказывал. Ты недавно переехала сюда из штата Мэн? Мы болтаем об этом всю дорогу. Финн с Роуз разговаривают и смеются, и я радуюсь, что им так весело вместе. Подъехав к дому, небо заволакивает тучами, и мы спешим внутрь, пока не зарядил ливень. Особняк просто огромный — я никогда не видела ничего подобного. Финн и Роуз куда-то сваливают, затерявшись среди извивающейся в танце пьющей толпы, а Хакс берёт меня за руку. Я краснею, и он ведёт меня через всю эту кучу народа к столику с напитками и наливает мне в красный стакан пунша «с сюрпризом». Я не должна этого делать. Я не могу этого делать. Мама с папой были бы разочарованы. Хакс мне улыбается. — Здесь шумно, верно? — М-м… да, — я стараюсь перекричать грохот. — Может, пойдём куда-нибудь, где потише? Он пожимает плечами и ведёт меня по винтовой лестнице на второй этаж. Народу там чуть меньше, но всё равно этаж битком набитый. Мы бредём по коридору в комнату, где играет в «Switch» вдрызг пьяная кучка людей. В комнате прёт травой, но это лучше, чем душная толпа внизу. Мы с Хаксом заходим внутрь, решив немного поиграть. Я чувствую себя просто потрясающе. Моё место здесь, я хохочу с классным парнем из универа и пью пунш. Хакс не позволяет себе лишнего, хоть выпивка и льётся рекой, и уже начинает казаться, что мы режемся в игры несметное количество времени. Появляются Роуз с Финном — он обнимает её за талию, а я давлюсь от саркастического смеха, когда они начинают целоваться. Перед тем, как соизволить позвонить мне в час ночи, Бен строчит кучу сообщений. Я закатываю глаза и шикаю на друзей, беря трубку с язвительным «аллёсики». — Где, мать твою, тебя носит? — требует он ответа. — Там, — мямлю я и плюхаюсь на плечо Хакса. — Рей, скажи мне, где ты сейчас? Ты напилась? Кто с тобой? Хакс улыбается мне и чмокает в макушку. Он тоже изрядно надрался. Я становлюсь похожей на похотливую идиотку, и хочу лишь засунуть его в шкаф, чтобы немного подурачиться. И, несмотря на то, что мне шестнадцать, а ему в районе двадцати — он для меня как будто недосягаем. — Мои друзья! — рявкаю я на Бена. — Завтра буду дома… то есть… поеду домой со своим приятелем Арми. Бен так сильно скрипит зубами, что я даже слышу это в телефоне. — Я звоню копам, ты наказана на месяц. — ПРЕКРАСНО! Я с яростью вырубаю мобилу, едва не зашвырнув её куда подальше. Хакс улыбается и останавливает меня, обхватив за талию, когда я чуть не валюсь на пол. Роуз визжит, и мы падаем друг на друга, заливаясь смехом. Финн прижимает её спиной к груди, и они снова уходят, оставляя меня с Хаксом наедине. Я хватаю его за рубашку и, приподнявшись на цыпочках, целую в губы. Хакс удивлённо мычит, но потом обнимает меня и целует в ответ. Голова идёт кругом, когда поцелуй становится глубоким, и я чувствую вкус пива и аромат его одеколона. Мы с минуту жмёмся друг к другу, прежде чем Хакс от меня нехотя отстраняется. — Не могу, — бормочет он. — Ты ещё совсем девчонка. — Но... Нет, вовсе нет! Я умею это делать и вообще! Он почёсывает бородку и криво улыбается. — Я знаю, Рей… Но я слишком взрослый для тебя. Давай проветримся, а потом я отвезу тебя домой. Моему разочарованию нет предела. Стараясь не разреветься, я спускаюсь по лестнице вслед за Хаксом в самый эпицентр вечеринки: кто-то уже валяется в отключке, а кто-то вообще свалил. Он усаживает меня на диван и даёт бутылку воды, после этого уходит, чтобы отыскать Финна и Роуз. Я чувствую себя ужасно несчастной, потому что терпеть не могу, когда меня отвергают. Он возвращается через несколько минут, и садится рядом, проводя рукой по рыжим волосам. Пыхтит и трёт глаза, а потом обнимает меня своими длинными руками за плечи. Я недоумеваю, когда чувствую, как он кружит большим пальцем по моей ключице, и бросаю на него смущённый взгляд. Повернувшись к нему, я ощущаю, как мягкие губы касаются моей шеи. — Арми?.. — Ш-ш…, — шепчет он, блуждая губами по моей коже, такими влажными и жадными. — Всё хорошо. Тяжело дыша, я ёрзаю в его объятиях, чувствуя покалывающие ощущения от ласк. Хакс посмеивается, рисуя ленивые круги на моём обнажённом плече, и щекочет дыханием затылок. Он плавно тянет меня к себе на колени, и я усаживаюсь на него верхом, ухватившись за его рубашку, чтобы не свалиться назад. У него дёргается кадык, и он чуть отстраняет меня, надавливая на бёдра. — Рей, ну и что ты наделала? — Э-э… Ничего особенного, — я небрежно наклоняюсь, чтобы снова его поцеловать, и при этом дико хочу поэкспериментировать. Хакс что-то мурлыкает себе под нос, а потом резко замолкает. — Ладно, ты ведь уже раньше целовалась? Я киваю, на что он с облегчением выдыхает. — Слава богу. И типа… Член ты тоже видела? — Да видела я чёртов член. И давала полапать себя за сиськи. Я дёргаю воротник платья, будто собираюсь предоставить сиськи в качестве доказательства. — Господи, — бормочет он. — Ты ведь в курсе, что ты несовершеннолетняя? — Хакс снова целует меня в шею, но уже гораздо настойчивее. — Когда тебе исполнится семнадцать? Пожалуйста, скажи, что скоро. — Через два месяца. — Я так и думал. Мы продолжаем обниматься, но уже без лишних слов. Хакс грубо теребит кожу губами, и я понимаю, что засосов мне не избежать: все мои мысли только о Бене, о том, что он увидит их и начнёт сходить с ума, и от этого осознания я начинаю улыбаться. Он будет просто в бешенстве. После смерти мамы и папы всё как-то вышло из-под контроля, и теперь я лишь хочу во что-нибудь вонзить ногти, подчинив своей воле. Постанывая, я ёрзаю взад-вперёд на коленях у Хакса, а он, чуть помедлив, целует меня в шею, обжигая горячим дыханием. Он сжимает мои бёдра и покусывает подбородок, когда глухие стоны от удовольствия становятся всё громче. Хакс трётся об меня, и я чувствую его эрекцию, жаркую, горячую и такую настойчивую. Я неуклюже пытаюсь расстегнуть ему ремень. Он прижимает мои запястья к груди и качает головой. — Нет, — хрипло произносит он. — Ограничимся этим. — Но… — Скажешь спасибо, когда протрезвеешь. Где-то на подкорке я соглашаюсь с ним, но сейчас я так возбуждена, что мне абсолютно на всё наплевать. Прижавшись к груди, я зарываюсь лицом ему в шею, и после нескольких поцелуев меня накрывает оргазм. Я кончала раньше — постоянно занималась этим у себя в постели — но это совсем другое. Я постанываю ему в плечо, слегка покусывая, и напрягаю бёдра от пронзающей пульсации. Хакс вцепляется мне в задницу обеими руками и громко матерится, кончая, но потом всё же берёт себя в руки, ограничиваясь хриплыми мычаниями. После мы обессиленно падаем на диван. Я лежу на тяжело вздымающейся груди Хакса и слышу, как он пытается восстановить дыхание, потирая мне спину. Я чувствую себя измотанной. Пролежав так ещё с минуту, я зеваю и проваливаюсь в сон. — Рей? Рей? Меня будит размытый синий свет и слабый голос. Я разлепляю глаза и понимаю, что сижу в машине Финна на заднем сиденье, согнувшись в три погибели, а Финн с Роуз внимательно за мной наблюдают. Видок у них так себе, и я соображаю, что сейчас должно быть примерно четыре или пять утра. Подъезжая к дому Бена, Финн и Роуз начинают паниковать, заметив открывающуюся входную дверь. Роуз буквально выталкивает меня из машины, и они с Финном по-быстрому уматывают. Я же хватаюсь за свою раскалывающуюся голову и ковыляю к лестнице, где Бен впивается мне в запястье и тащит в дом. Я иду за ним на заплетающихся ногах, даже не удосуживаясь закрыть дверь. Бен так напряжённо на меня смотрит, будто сейчас грохнет на месте. Он берёт меня за плечи и яростно трясёт. — Ты блять серьёзно? Что за хуйня, Рей? Меня дико мутит от этой тряски, и я хватаюсь за его рубашку, чтобы не свалиться. От него пахнет виски — он, конечно же, пил. Бен пинком захлопывает дверь и пихает меня в неё, от чего я визжу, как ненормальная. Прижав меня, он чуть ли не впечатывает мою голову в доски, и я начинаю истошно рыдать. — Я ПИЗДЕЦ КАК зол! — орёт он. — Я не спал всю эту херову ночь, а ты вваливаешься пьянющая и вся в засосах! — Он в ярости хватает меня за челюсть. — Кто это с тобой сделал?! М?! Говори! Абсолютно никакущая, я в истерике цепляюсь за грудь Бена, которого просто трясёт от злости. Он швыряет меня на пол, но потом всё же проявляет милосердие и больше не трогает, оставляя меня валяться. Я переворачиваюсь на живот и рыдаю, а он, не говоря ни слова, несётся в подвал. Бен останавливается у двери, схватившись на ручку, и дышит так тяжело, что его широченная грудная клетка просто ходуном ходит. Внезапно он хватает вазу и швыряет через всю комнату. С жутким пронзительным звуком ваза разлетается вдребезги рядом с телевизором, рассыпаясь по тёмному деревянному полу сине-зелёным дождём. У меня в груди расцветает неистовый гнев. Кое-как мне всё же удаётся встать на четвереньки, и я начинаю истошно орать на Бена, сжимая кулаки. — Я тебя не боюсь! — кричу я. Костяшки пальцев впиваются в дерево и жутко болят. — Я не принадлежу тебе! Бен поднимает брови и начинает хохотать, уперев руки в бока. — Ты — шестнадцатилетнее дитя, и ты принадлежишь мне. Я вскакиваю на ноги и бросаю подушку ему в лицо. Он ловит её, начиная издевательски ржать надо мной пуще прежнего, а я снова и снова швыряю в него всё, что попадётся под руку. Бен приближается ко мне, пока я разбрасываю подушки и одеяла, и вцепляется мне в талию, зайдя с другой стороны дивана. Крича, я дрыгаю ногами, схватившись за его руки. Он опускает меня на подлокотник дивана и пытается удержать меня за запястья, но я, как могу, уворачиваюсь. Я ползу по подушкам, но Бен прижимает меня спиной и раздвигает бёдра коленями, продолжая держать мои руки над головой. Я всхлипываю, еле-еле упираясь пятками в подушки. Он закатывает глаза. — Ты своими рыданиями ничего не добьёшься. Я на это не поведусь. — Ты не будешь мне указывать, что делать! — рыдаю я. — Ты мне не отец! — Да, не отец, но ты останешься со мной до своего восемнадцатилетия. — С минуту Бен смотрит, как я корчусь, и облизывает губы. — Я, блять, всю ночь не спал, Рей. Я никогда не был так… — он скрипнул зубами. — Кто это сделал? Я пытаюсь вырвать запястья из его хватки. Наверное, горло у меня всё в фиолетово-красных отметинах, но я рада, что он бесится. Пусть лучше злится, чем будет вечно переживать за меня. Сердце бешено колотится. — Мой парень. Бен хмурится и усиливает хватку. — Ты в школе всего-то пару дней провела, и уже появился парень? — Я киваю в ответ, и его взгляд становится ещё более суровым. — Как его зовут? Я сжимаю губы, не собираясь отвечать. Бен смотрит мне в глаза, надеясь, что его устрашающий вид сделает своё дело, но я отказываюсь сдаваться. Бен по-прежнему нависает надо мной, а я просто улыбаюсь. Он наклоняется ближе. — Что ты ему позволяла? От воспоминаний о Хаксе, держащем меня у себя на коленях, я начинаю сжимать бёдра. Фыркнув, я отвожу взгляд от тёмных глаз Бена, чувствуя, как румянец пробегает по моим щекам. Отстой. Я ничего ему не скажу. Я буду делать всё, что захочу, и он меня не остановит. Да, он может попытаться, но я буду встречаться с Хаксом в его машине, или квартире, или ещё где-нибудь, и буду целоваться с ним тогда, когда захочу. Подумав об этом, я не могу удержаться от смеха. Бен поднимает брови и улыбается, наклонив голову, чтобы поймать мой взгляд. Схватившись за мой подбородок, он чуть стискивает его и продолжает улыбаться. — Ну и что он делал? — зашептал Бен. — М? Что смешного? Тебе было хорошо? Я начинаю хохотать, вцепившись в его запястье обеими руками. Я всё ещё плохо соображаю из-за алкоголя и не в состоянии уследить за языком. — Ну, я словила оргазм, так что… да, мне было хорошо. По лицу Бена скользит неистовая ярость. Он сжимает челюсти, пытаясь обуздать гнев, а затем резко поднимается с дивана. Я оглядываюсь и вижу, как он врывается в подвал, распахивая дверь, и исчезает внутри. Замок защёлкивается.
