Иккинг Кровожадный Карасик III

Иккинг, облокотившись на руку, с улыбкой наблюдал за своими драконами. Проснулись все, кроме Безымика, и теперь, осталось лишь их приручить. Хотя это было больше приятным времяпрепровождением, чем чем-то сложным... «Не кричи на него. Дракон должен чувствовать не твою силу, а твою уверенность...» Рыбьеног тогда удивился, увидев как Иккинг, сидя, протягивал руку к его Громмелю. На его памяти никто не нежничал и, тем более, не пытался общаться с драконами. А тот и не пытался улететь или, как было всего получасом ранее, откусить от человека какую-нибудь часть. Лишь, как завороженный, смотрел на узкую, мальчишескую ладонь. Иккинг находил местных драконов прелестными, ему нравилось с ними играть, рассказывать им что-то... вот только иногда просыпаясь, он выглядывал в окно, надеясь услышать характерный звук разрезаемого ночного воздуха, увидеть фиолетовую вспышку и большой силуэт своего брата. Потом слабо улыбался и снова засыпал, надеясь во сне услышать голоса друзей и увидеть свой Олух. Он скучал... неимоверно скучал. Но утром, когда Барс в очередной раз поджигал его одеяло, а Вепрь прогрызал в рубашке дыру, закатывая глаза Иккинг заталкивал свою тоску в самые дальние уголки души и снова шел вперед. Умыться, пожурить близнецов за плохое поведение и наказать Кривоклыку не спускать с них глаз (конечно же за дополнительную рыбу к завтраку), найти целую одежду и выйти на утренние занятия в лесу. Потом завтрак, утренняя беседа со Старым Сморчком и поход в кузню... куда, ближе к обеду, непременно заглянет Сопляк со своей компанией. Словесная пикировка, пока не взрывается Брехун Крикливый и не выставляет наглого вторженца за дверь. Потом, после ужина, Иккинг идет со своими драконами (которые, пока еще, большую часть дня спят) на ближайший пляж и учит их слушаться команд. ― Давай, ты же умный мальчик, ― почесывая Вепря за ухом, пытается убедить его взлетать по команде Иккинг. ― Ты же не хочешь, чтобы Барсу досталась лишняя рыбешка? Старший близнец опасно рыкнул на младшего, который было уже растопырил крылья в ожидании награды. К счастью Иккинга, Барс быстро смекнул, что за послушание бывает награда, и теперь он всегда рвался выполнять команды, даже адресованные не ему. Пару раз поощрив такое, Иккинг всего за неделю и три дня научил всех драконов кроме Вепря взлетать и садиться по команде ― все, как один, не желали отдавать свою долю прожорливому близнецу. Только капризный Вепрь никак не желал поддаваться дрессировке, упрямо настаивая на своем. ― Р'рыбу! ― Требовательно рычал он, ощерившись, ― Я х'хочу р'рыбу. Вместо ответа Иккинг щелкнул пальцами, слабо улыбаясь. Четыре дракона за его спиной мгновенно подорвались в воздух, вывесив языки и преданно смотря на него. ― А вам сидеть, я Вепря просил, ― почти сразу обернулся Иккинг, укоризненно качая головой. ― Р'рыбу, ― заскулили те, и состроили жалобные мордашки. Как оказалось, местные драконы обладали вредным и капризным нравом, но легко приручались за еду или оры. По-крайней мере Иккинг каждый раз натыкался на все новые и новые головоломки со своими драконами. То им рыба холодная, то в домике слишком душно, то им гулять, то летать... ― Нельзя ходить в туалет на кухне, ― тем же вечером, вытирая полы, отчитывал драконов Иккинг. ― Но з'здесь т'тепло, ― отрыгнула, на только что протертый участок, часть рыбешки Сарделька. ― Кто будет гадить в доме, будет питаться угрями, ― пожал плечами их хозяин, заметив отвращение в глазах дракончиков. Раздался стук двери, и в дом зашла Валлгаларма... впрочем, увидев на кухне пятерых, жутко недовольных драконов и Иккинга с тряпкой, растерялась и даже ущипнула себя за руку. ― Мам, я все объясню, ― тут же поднял руки он, радуясь тому, что вернулась только мать. Объяснить Стоику, что в его доме проживает не три, а восемь (включая еще спящего Безымика) драконов было бы гораздо сложнее. *** ― Так, а теперь мы поговорим с вами о том... ― расхаживая по комнате начал было Иккинг, когда раздалось довольное сопение и, оглянувшись он увидел, что бодрствует одна лишь Громгильда. Ну, что поделать, он сам выбирал дракончиков помладше. Они, как оказалось, хоть и были капризными, приручались легче, чем более старшие собратья. К примеру Огневица Сопляка каждый день устраивала небольшие пожары в доме, а другие всячески отказывались поддаваться тренировкам. Вздохнув, сын вождя стал укладывать дракончиков по их домикам (специально сливающимися с обстановкой), не забывая слабо почесать их и положить под бок свеже-сорванные травинки. Что сказать, драконов Иккинг любил. *** Безымик проснулся ровно через три недели после похода за драконами. В тот день никого в доме больше не было, и потому Иккинг и Рыбьеног (один из тех двух людей, которые знали о "драконьем стаде") сидя в комнате сына вождя, писали новую книгу о драконах (с подачи Иккинга, конечно же). Драконы, которые с каждым днем спали все меньше и меньше, резво гонялись друг за другом по комнате, переворачивая вещи вверх ногами. Время от времени Иккинг, не глядя, хлопал подушкой по начинающим дымиться предметам, и грозил Кривоклыку пальцем. Однако когда источник дыма не удалось обнаружить сразу, пришлось по-настоящему оторваться от рисунка Громмеля. Дымился домик, в котором спал Безымик. — Смотри-ка, кажись, проснулся, — улыбнулся Рыбьеног. — Давай, открывай. Иккинг поднял глаза к небу (потолку), и открыл дверцу домика. Оттуда сразу же повалил дым, такой густой и вонючий, что мальчишки закашлялись. А когда глаза перестали наконец слезиться, Иккинг разглядел очень маленького и очень заурядного дракончика (по сравнению с той "цветной" компанией, что собралась у него в комнате). Тот сидел у самой стенки, и смотрел на Иккинга огромными, наивными, травянисто-зелеными глазками. Точь-в-точь такими же, как у Беззубика. — Здравствуй, Безымик, — поприветствовал дракона Иккинг, когда к нему снова вернулся дар речи. На него словно смотрел его братец, ожидая, когда он кинет ему на завтрак любимую рыбу. Но тот лишь запыхтел и выпустил еще несколько колец дыма. Потом раздул шею, чтобы казаться больше, — так иногда делали Барс и Вепрь, когда были рассержены или испуганы. ― Не бойся приятель, ― протянул к нему руку Иккинг, когда дракончик сам прыгнул на нее, вцепившись в рубашку. Он был настолько мал, что даже Игрунка ― кошка Валлгалармы, ― казалась больше на его фоне. Вот он набрался храбрости и, поднявшись по руке до плеча, дождался пока Иккинг повернется к нему лицом. Потом глубоко вздохнул и... прижался лбом ко лбу Иккинга. ― Беззубик? ― Невольно выдохнул тот, с надеждой глядя в драконьи глаза.