Пропавший без вести

Питер ненадолго погрузился в беспокойный сон, ожидая, пока Тони и Брюс закончат анализ крови. Вскоре он вздрогнул, проснувшись от мысли, что все еще находится в плену. Небольшая комната для допросов, в которой он содержался, мало помогла ему чувствовать себя свободным. Он встал и нервно зашагал по комнате. На ходу он провел пальцами по стене, чувствуя, как мелкие шишки и сколы в краске царапают его тело. Это была не камера. Стены не были сделаны из холодного бетона. Он не был заперт здесь. Вот только он вроде как был. Питер взглянул на дверь, зная, что она, вероятно, укреплена лучшими замками, какие только можно купить за деньги. Даже если он использует всю свою силу, Питер не был уверен, что сможет вырваться. Как только его беспокойство по поводу того, что его посадили в клетку, начало расти, дверь открылась, и возник новый вид тревоги. Как можно быстрее, он бросился обратно на свое место и сел прямо. Он посмотрел на стол и замер, надеясь, что люди будут меньше сердиться на него, если он доставит меньше хлопот. — Малыш… — голос был тихим, таким тихим, что только Питер мог его услышать. Он медленно поднял взгляд, пока не встретился взглядом с Тони. В его глазах было столько горя, что Питер быстро отвел взгляд. — Привет, мистер Старк, — ответил он так же тихо. Он внезапно почувствовал себя застенчивым. Конечно, Питера не было много лет, и теперь он просто появился неожиданно и ожидал долгожданный теплый прием. Возможно, он был слишком самонадеян, придя в здание. Его внимание вернулось к настоящему, когда он почувствовал нежное прикосновение к своему плечу. Питер поднял взгляд и увидел натянутую улыбку Тони. — Давай приведем тебя в порядок, хорошо? — Питер кивнул и позволил Тони вывести себя из комнаты. Возможность свободно ходить и видеть мир за окнами немного расслабила Питера. Они остановились перед, казалось бы, знакомой дверью, и рука Тони зависла над дверной ручкой, слегка дрожа. Он глубоко вздохнул, как будто собираясь с силами, и открыл дверь, жестом приглашая Питера войти. Когда зажегся свет, он понял, почему дверь показалась ему знакомым. Это была его старая комната, как и прежде. Простыни, в шутку украшенные под «Железного человека», были слегка помяты- Питер их никогда не убирал. Перед телевизором с одной стороны комнаты по-прежнему оставалась пара контроллеров видеоигр, как будто кто-то нажал на паузу и никогда не вернулся к игре. Воздух был застойным и затхлым, и Питер видел частицы пыли, летающие вокруг. Он задавался вопросом, сколько времени прошло с тех пор, как кто-то пришел сюда. — Вы сохранили все это, — сказал Питер, скорее утверждая, чем спрашивая. Когда он посмотрел на Тони, он увидел, как тот шмыгнул носом и скрестил руки на груди. — Ну, ты знаешь, — сказал Тони, затем оборвал себя и прочистил горло. Он пожал плечами и отвернулся, поэтому Питер продолжил смотреть по сторонам. Он подошел к своему комоду и провел пальцем по крышке, оставляя след в пыли. Коробка, оставленная на комоде, привлекла его внимание, поэтому он поднял ее и повернул в руках. Это был нераспечатанный набор LEGO, новый или, по крайней мере, он выглядел совершенно новым. Питер крутил коробку в своих руках, прислушиваясь к кускам пластика, катающимся внутри картонной коробки. Он практически мог видеть волнение на лице Неда, когда тот смотрел на новый набор LEGO. Они говорили об этом в течение нескольких недель, и Питер наконец накопил достаточно денег для того, чтобы купить этот набор LEGO. Он был так занят, представляя волнение своего друга, что отодвинул в сторону свое паучье чутье, которое терзало его затылок. Он не обращал внимания на фургон, который подъехал поближе к тротуару и остановился. Он не заметил, как мужчины вышли из машины и быстро подошли к нему. Он не понимал, что что-то не так, пока не стало слишком поздно. Пока он не услышал треск металла о кость. Пока его не уложили на бетон. Пока не вспыхнула боль в голове. Пока он не потерял сознание и не проснулся в камере. Питер глубоко вздохнул. Его тело было таким напряженным, его мышцы болели. Он стонал и хрипел, пытаясь восстановить дыхание, но его грудь сгорела, и он чувствовал, как снова поднимается паника. — Тссс, я понял, детка, — пробормотал голос. Питер открыл глаза — он даже не понял, что закрыл их. Первым, что он увидел, была выцветшая от старости футболка с пятнами масла. Он немного отстранился от Тони. Его руки сжимали части рубашки в твердых кулаках, и он не мог достаточно расслабиться, чтобы отпустить. Питер медленно, прерывисто вздохнул и огляделся. Они все еще были в его комнате, но теперь они оба сидели на полу. Он практически сидел на коленях у Тони, и мужчина крепко обнял Питера, успокаивающе поглаживая по спине. — Ты снова со мной? — спросил Тони, откидываясь назад, чтобы посмотреть Питеру в глаза. Питер слегка кивнул, внезапно смутился своей вспышкой и заставил себя отпустить мужскую рубашку. Его кулаки оставили складки на ткани. — Извини, — прошептал он, пытаясь встать. Тони должен был помочь ему подняться на ноги и не отпускал, пока он не успокоился. — Тебе не нужно извиняться. Это случается. — понимающий взгляд Тони успокоил Питера, поэтому он кивнул и позволил себе расслабиться. — Тебе помочь убраться здесь? — спросил Тони, и Питер сразу почувствовал себя маленьким ребенком, чего он давно не испытывал. Он слегка улыбнулся. — Нет, спасибо, — ответил он. — Хорошо, ну, если тебе что-то понадобится, Пятница тебе поможет, — сказал Тони. Питер кивнул и пошел в ванную, закрыв за собой дверь. Он посмотрел на себя в зеркало, и лицо, смотрящее на него, было, мягко говоря, поразительным. Он больше не узнавал себя, и он действительно понимал, почему им нужно было проверить его ДНК, чтобы убедиться, что он действительно был собой. Он провел пальцами по лицу, чувствуя жир и грязь, которые накопились с годами. Он очень редко мог купаться сам, и когда он делал это, он едва ли чувствовал себя чистым. И вот теперь он стоял один в ванной комнате, которая была больше, чем его комната в течение последних нескольких лет. У него было все, что ему нужно, чтобы снова почувствовать себя нормальным человеком. Питер рылся в шкафах, хватал шампунь и кондиционер, мыло, бритву. Он даже схватил вещи, которые раньше никогда не использовал, например, дорогой на вид увлажняющий крем, средство после бритья, которое пахло, как Тони, и бутылку чего-то нового для него. Он собрал все перед собой, чувствуя себя немного ошеломленным. Он вздохнул и снова посмотрел на себя в зеркало. Пора за работу. Тони направился на кухню. Он не мог не чувствовать, что ему приснился сон, может быть, кошмар. Он ожидал, что проснется в любую секунду от осознания того, что ребенка здесь нет вообще. Все еще отсутствовал. Вероятно, был мертв. Он встряхнулся от этой мысли и начал рыться в поисках ингредиентов. Ребенок выглядел слишком худым, как будто он голодал. Тони сосредоточил всю свою энергию на приготовлении спагетти. Это было быстро, легко и, Тони надеялся, что ребенок будет сыт. Тони на мгновение задумался, сохранился ли у него такой высокий метаболизм, если он стал старше. «Боже, — подумал он, — теперь он взрослый». Закончив готовить, он оглянулся и увидел, что к нему подходит мальчик. Тони чуть не уронил всю кастрюлю с макаронами на пол. Это был Питер. Теперь это нельзя было отрицать, и у Тони не было абсолютно никаких сомнений. Малыш хорошо вымылся. Его лицо было недавно выбрито, показывая намек на те детские щеки, которые он имел раньше. Теперь его волосы были подстрижены короче, взъерошенные и слегка неровные, но теперь они хотя бы не падали на его лицо. На нем были старые спортивные штаны Тони и его футболка. Его одежда была немного коротковата, и Тони понял, что теперь должен смотреть на ребенка снизу вверх. — Питер, — выдохнул он, едва не задохнувшись от этого имени. Он не говорил этого так долго, что в его разуме это слово казалось чужим. Он действительно не ожидал, что когда-нибудь скажет это снова. Поняв, что он просто тупо смотрит на ребенка, Тони прочистил горло и поставил тарелку спагетти перед табуреткой у стойки. Когда Питер ничего не сделал в ответ, он указал на еду. — Ешь. Ты выглядишь голодным. Он не был уверен, что когда-либо видел, чтобы кто-то так любовно смотрел на тарелку с едой за всю свою жизнь. Глаза Питера расширились, и он нетерпеливо сел и принялся есть. Тони даже не был уверен, что он жевал. — Вау, помедленнее! — Тони усмехнулся. — Ты собираешься… — он замолчал, когда Питер уронил вилку и отодвинулся от тарелки. Он выглядел испуганным. — Какого… — Прости, — прошептал ребенок. — Ты не… — Тони вздохнул. — Тебе не нужно извиняться, малыш. Я просто пошутил. Еда никуда не денется, можешь не торопиться. — Питер осторожно посмотрел на него, словно прося разрешения продолжить. Тони заставил себя улыбнуться и кивнул, и ребенок продолжил есть гораздо медленнее. «Что с тобой случилось?» Вопрос танцевал на краю языка Тони, но он сдерживал его. Каким бы эгоистичным он ни был, он не был уверен, что хотел бы знать. Наблюдая, как Питер ест, Тони обратил внимание на вещи, на которые сам Питер не обращал внимания. У Питера были слабые белые шрамы на руках. Его запястья выглядели так, словно выздоравливают после того натирания, а струпья заживали на волдырях. Особенно длинный шрам, бегущий по его бицепсу, который выглядел так, словно он был из глубокой раны, заставил Тони наконец отвернуться. Вина грызла его сердце. — Мистер Старк? — робко спросил Питер. Тони посмотрел на него с натянутой улыбкой. — Да, малыш? — Где Мэй? — его глаза были широко раскрыты, в них было что-то затравленное, но узнаваемо невинное. Тони нахмурился и отвернулся, глядя в столешницу, словно на ней был ответ. — Я не знаю, — ответил он. Это было правдой, честно говоря. Он ничего не слышал о тети мальчика уже много лет. Он не хотел признать, что в последний раз, когда они говорили, они подрались. Последние несколько месяцев они общались очень напряженно. Мэй переехала к нему и Пеппер, потеряв работу и впоследствии квартиру. Все они так усердно трудились, чтобы найти ее ребенка, но спустя два года большинство людей решили, что это безнадежное дело. Все они хотели, чтобы это поскорее закончилось. Мэй и Пеппер устроили похороны вместе. Тони не посещал их. Он отказался прекратить поиски Питера. «Как ты можешь говорить, что любишь его? Тебе даже все равно, найдем ли мы его». За это он получил пощечину от Мэй. Он, безусловно, заслужил это. После этого они перестали разговаривать, и через несколько месяцев именно Пеппер сообщила ему, что Мэй переехала, не сказав, куда она именно. — Я найду ее, обещаю, — добавил Тони. Легкая улыбка промелькнула на губах Питера, и он задумчиво посмотрел на пустую тарелку с едой перед собой. — Как вы думаете, она будет рада меня видеть? — О, малыш, — Тони чуть не рассмеялся. — Она будет так рада. Она подумала, что ты… мы все думали, что ты… — он вздохнул и оперся о стойку, чувствуя знакомую боль, накрывшую его. Теперь все в порядке, напомнил он себе. Он жив. Он здесь, и он жив. — Ты думал, что я что? — тихо спросил Питер, внезапно став похожим на пятнадцатилетнего ребенка. — Мы думали… Мы думали, что ты умер, — ответил он, стараясь сохранить ровный голос. Питер выглядел ошеломленным. — Что? Почему? — Ну что ж, — начал Тони, и страх наполнил его грудь. — Питер, тебя давно не было. Прошло два года, а у нас все еще не было никаких зацепок. Мы не приблизились к тому, чтобы найти тебя. — Два года? — Питер нахмурился. — Я знаю, что слишком рано делать поспешные выводы, но людям нужно было найти выход. Я пытался, я действительно пытался, — настаивал он, желая, чтобы малыш знал, как сильно он старался. Он не знал, как передать это, не сказав ему, сколько ночей он провел без сна, скольких людей он допрашивал, сколько лет своей жизни он разрушил, просто чтобы попытаться найти его. — Я сделал все, что мог, чтобы найти тебя, но я… — он вздохнул. — Через несколько лет, не продвинувшись дальше, я просто… — Еще несколько лет? — Питер выглядел ошеломленным, и Тони собрался извиниться за то, что сдался. Он был готов упасть на колени и просить прощения, но он знал, что никогда не сможет ничего сделать, чтобы загладить свою вину. — Мальчик… — Сколько лет прошло с тех пор, как я пропал? — Что? — Тони посмотрел на Питера, который сидел наклонившись вперед и оперевшись обеими руками о столешницу. — Как долго меня не было? — Девять лет, — ответил Тони. Питер откинулся на спинку стула, уставившись в пустоту. — Девять? — почти прошептал Питер. — А сколько по-твоему прошло времени? Питер пожал плечами. — Точно сказать не могу. Я думал, всего пару лет. Я перестал думать об этом через некоторое время, так что, думаю, я просто не мог себе представить… — Питер встал и слегка покачнулся. — Ты в порядке? — Тони хотел помочь Питеру, но тот показал, что это не нужно. — Я порядке, мистер Старк. Могу я…? — Питер неловко потупился и посмотрел на коридор. — Да, конечно, — кивнул Тони, понимая, чего хочет парень. — Иди отдохни. Я буду здесь, если тебе что-то понадобится. Питер молча кивнул и направился в свою комнату, чувствуя себя неловко. Когда дверь за ним закрылась, Тони позволил себе спрятать лицо в ладонях, потом выпрямился и глубоко вздохнул. Ему нужно было найти Мэй.