Broken Mind Fractured Soul

Было два часа ночи, когда Сириус аппарировал их к разваливающемуся дому в пригороде Лондона. Он обменялся взглядом со своим крестником, открыл дверь, шагнул внутрь и внезапно оказался где-то в Италии. Гарри подошел к лестнице и позвал Ремуса, но ответа не последовало. — Оми! — крикнул Гарри. Эльф появился и вовсе не обрадовался. — Вы поступили крайне неразумно, юный Гарри! — Я знаю, Оми, — мягко сказал Гарри и слегка улыбнулся. — Мне очень жаль. Я больше не буду так поступать. — Вам незачем говорить мне это, сэр. Вы должны сказать это мастеру! — Да, я знаю. Как мне с ним связаться? — Я доберусь до него, юный Гарри. Просто подождите здесь, — сказал Оми и исчез с хлопком. — Это была плохая идея, — пробормотал Сириус. И действительно, не прошло и секунды, как входная дверь распахнулась и вошел Северус Снейп. Его лицо было мрачно нахмурено, что было ещё страшнее из-за того, как плохо он выглядел. Несмотря на это, Гарри почувствовал, как слезы облегчения жгут его глаза, но прежде чем он успел что-либо сказать, Северус толкнул Сириуса в стену и начал душить его. — Чем. Ты. Думаешь?! Как ты смеешь подвергать Гарри опасности из-за своего ЧЁРТОВОГО ЭГОИЗМА! Сириус замахал руками, пытаясь освободиться от удерживающей его руки, но палочка Северуса поднялась, и Сириус замер. Гарри вздрогнул, когда ужас и ярость заполнили комнату. Он закрыл глаза руками, но всё ещё не мог избавиться от нахлынувших эмоций. Он ударился о стену, и издал слабый звук боли. Тёмные глаза Северуса обратились к мальчику, и ему захотелось закричать, когда он увидел, как Гарри отпрянул от их ссоры. — Убирайся с моих глаз, — ледяным тоном прошипел Северус, отпуская Сириуса. Сириус несколько раз кашлянул и уставился слезящимися глазами на Мастера Зелий. — Я не оставлю тебя с ним наедине. — Иди, Сириус, — мягко сказал Гарри, выпрямляясь, насколько это было возможно. — Мне нужно с ним поговорить. Пожалуйста. Со мной всё будет в порядке, обещаю. Сириус искал крупицы недоверия в словах крестника, но Гарри был честен. Он бросил угрожающий взгляд на своего соперника и ринулся вверх по лестнице в свою комнату. Северус и Гарри стояли тихо и неподвижно, пока не услышали, как хлопнула дверь. Звук освободил их обоих. Гарри сделал два быстрых шага и обнял наставника за талию, чувствуя, как гнев Северуса тает, а вместе с ним исчезает страх и появляется облегчение. Северус напрягся от шока и удивления. Его руки неуверенно повисли, когда он посмотрел вниз на подростка, обнимающего его. Голова мальчика была в нескольких дюймах от подбородка мужчины. Он не мог видеть лица подростка, так как тот крепко прижался к профессору. Когда прошло несколько долгих секунд, а Гарри даже не пошевелился, чтобы отпустить его, Северус вздохнул и осторожно обнял ребенка. Его хватка усилилась, когда он позволил себе почувствовать счастье от того, что снова был с Гарри. Подросток уже второй раз приходил к нему, когда сам Северус был уверен, что гриффиндорец никогда не позволит ему вернуться. — Извини, — сказал Гарри, и Северусу пришлось напрячь слух, чтобы разобрать приглушенные слова. — Пожалуйста, возвращайся. Не оставляй меня. — Гарри... — Северус отстранил его и опустился на колени так, чтобы их глаза оказались на одном уровне. — Что случилось? Ты в порядке? Гарри вытер глаза и улыбнулся, положив руку на плечо Северуса для поддержки. — Я в порядке. Я просто... я принял Розу и... я хотел вернуться... я хотел, чтобы ты вернулся... прости, что я так злюсь из-за того, что ты рассказал... мне все равно, правда! — Я здесь, — пообещал Северус и встал. Он повел их в гостиную, чтобы они могли поговорить, не осознавая, что всю дорогу держал Гарри за руку. Они разошлись по своим привычным местам, и Гарри с чувством удовлетворения устроился на своем кресле, глядя на мужчину напротив. Северус не улыбнулся ему в ответ, но его плечи и челюсть расслабились, не говоря уже о нежных эмоциях, сияющих вокруг него, которые сказали Гарри, что Северус чувствует то же самое облегчение, оказавшись дома. Гарри широко улыбнулся при этой мысли: впервые в жизни у него был дом. — Расскажи мне, что случилось, — мягко попросил Северус, пристально глядя на Гарри темными глазами. Гарри послушно описал свое приключение с Сириусом. Он ожидал, что его профессор снова почувствует гнев, когда он расскажет об игре в прятки, но хотя гнев вспыхнул на секунду, он быстро утих, так как Северус сосредоточился на Гарри, а не на Сириусе. Гарри радостно обхватил руками ноги, он был так рад, что Северус был здесь. — Почему ты так улыбаешься? — растерянно спросил Северус. Он никогда не видел такой радостной улыбки на губах Гарри, даже когда тот выигрывал в Квиддич. Гарри покраснел и застенчиво посмотрел на свои колени. — Я... я чувствую тебя... и я просто счастлив, что ты снова здесь, чтобы помочь мне... я скучал по тебе. Северус уставился на мальчика и почувствовал, как легкая улыбка тронула уголки его рта. — Мерлин, помоги мне. Я тоже скучал по тебе, сорванец. Гарри бросился на Северуса и приземлился ему на колени. Северус удивленно охнул, когда из него вышибло воздух, и неловко обнял мальчика в ответ. Он уже смирился с заботой о мальчике, хотя тот и был сыном Джеймса, но Мастер Зелий всё ещё чувствовал себя неуютно от физических проявлений привязанности. Гарри посмотрел на него с грустной, понимающей улыбкой и поднялся с колен. Северусу стало не по себе от этого понимающего взгляда. У мальчика была сильная эмпатия, и Северус не был в порядке от ощущения того, что кто-то так на него смотрел. Его щиты Окклюменции развернулись на полную, и он посмотрел, не пострадал ли Гарри от этого, но подросток только пожал плечами. — Извини, — сказал Гарри, снова усаживаясь на кресло. — Я... у меня сейчас так много... это переполняет. — Я понимаю. — Северус кивнул, его лицо снова стало пустым. — Может потребоваться некоторое время, чтобы твои эмоции выровнялись. Они будут немного беспорядочными, но потом ты привыкнешь к ощущениям Розы, — он сделал паузу, задаваясь вопросом, было ли это подходящее время, чтобы начать обсуждать новые воспоминания, которые пришли с принятием Розы. Понаблюдав с минуту за эмоционально неустойчивым подростком, он решил перейти на более твердую почву. Новые воспоминания могли подождать. — Гарри, мне нужно знать. Ты слышишь голоса личностей в своей голове? — Слышу, — ответил Гарри, и его улыбка исчезла. — С тех пор как я проснулся в гостинице с Сириусом после шторма, Сайлас и Габриэль разговаривали со мной в моей голове. Они не могли выйти. — А сейчас ты их не слышишь? — Нет, с тех пор как я слился с Розой. — Гарри покачал головой. — Как ты думаешь, это означает, что мы вернулись к тому, что было раньше? — Возможно. — Северус откинулся назад и задумался. — С тех пор как ты принял Розу, у тебя не было ни минуты глухоты? Гарри с любопытством наклонил голову. — Нет. — Ты можешь быть временно глух к своим личностям из-за состояния Розы, — объяснил Северус. — О. — Гарри вздохнул. — Я понимаю, почему она была глухой, но как это вообще возможно? — Разум — это сложная и могущественная вещь. — Северус мрачно улыбнулся. — Ты бы удивился, узнав, на что он способен. По сути, твой разум перестал воспринимать звук в целях самозащиты. То же самое, как если бы ты потерял конечность. Тело поймет, что теряет много крови слишком быстро, и просто перестанет пропускать кровь в эту область. Если бы не это, любой, кто потерял бы конечность, истек бы кровью за считанные минуты. — Не хочу даже представлять. — Гарри поморщился, и Северус рассмеялся. Подросток счастливо улыбнулся тому, что смог вызвать такую реакцию. — Я хотел бы остаться, Гарри, но мне нужно идти, — неохотно сказал Северус. — Меня отпустили на несколько часов поспать, но сейчас я должен вернуться к поисковым группам. Я вернусь, как только смогу. Гарри кивнул. — Мне очень жаль. Северус отмахнулся и встал. — Почему бы тебе не пойти и не поесть? Я хочу поговорить с одной дворняжкой. — Ты собираешься причинить ему вред? — серьезно спросил Гарри, переводя тяжелый взгляд на Северуса. Он отвернулся и зашагал к двери, не в силах вынести этого взгляда. — Может быть, немного, но ты получишь его живым, — он не оглянулся, чтобы посмотреть, делает ли мальчик то, что ему сказали. Ему было все равно, Лишь бы Гарри не следовал за ним. Он быстро поднялся наверх. Дверь Сириуса была заперта. Он усмехнулся и положил руку на дверную ручку. — Откройся. — Дверь повиновалась, и Северус вошел внутрь. Сириус сидел на кровати лицом к окну, спиной к двери. Мужчина был всё ещё слишком худ, и его волосы были спутаны. В его позе чувствовалась усталость, из-за которой он казался уязвимым. Однако всё это не коснулось Северуса. Он пересек комнату и впился взглядом в затылок осужденного. — Как только я свяжусь с Люпином, тебя переведут в другое место, — холодно сказал он. Слабость исчезла, когда Сириус развернулся и свирепо посмотрел в глаза Мастера Зелий. — Ты не можешь держать меня вдали от моего крестника, Нюниус. Я сделаю тебе больно, если ты попытаешься. — Нет, ты этого не сделаешь, — ухмыльнулся Северус, и это выражение ещё больше разозлило Сириуса. — Потому что если ты это сделаешь, то причинишь Гарри боль. И если ты сделаешь это, я уничтожу тебя. Гарри не может справиться с твоим безумием прямо сейчас. Поэтому ты уйдешь. Ты не будешь обижаться или расстраивать Гарри перед отъездом, и только тогда, когда я сочту тебя готовым, я разрешу тебе навещать его. — Это же абсурд! — взревел Сириус. — Если бы Джеймс и Лили были живы... — Но они мертвы, — прорычал Северус. — И я веду себя более чем разумно. Я чертовски снисходителен! Не дави на меня, Блэк, или ты никогда больше не увидишь Гарри! — Ублюдок, — прорычал Сириус. — Начинай собираться, — усмехнулся Северус и, развернувшись, вышел из комнаты, не сказав больше ни слова и не взглянув на него. Он не видел Сириуса, прислонившегося к стене под окном в знак поражения, не видел жгучей ненависти в ярко-голубых глазах мужчины.

xXxXxXx

Ремус отошел от камина в поместье Снейпов. Невилл сидел на диване, вокруг него были разбросаны бумаги и книги. Он поднял голову и улыбнулся профессору. — Что ты делаешь? — спросил Ремус, рухнув в кресло. — Эссе по трансфигурации. — Невилл быстро сгреб всё в кучу и отодвинул её в сторону. — С тобой всё в порядке? — Да. Просто устал. — Ремус натянуто улыбнулся. — Завтра полнолуние. — Могу я чем-нибудь помочь? — Невилл заерзал. — Я в порядке, Невилл, — заверил он подростка. — Как твои дела? Мне не удавалось часто проводить в тобой время. — Я в порядке. Есть новости о Гарри? — Было несколько случаев, когда их видели, но они ушли. — Ремус вздохнул. — Северус спит? — Да, он вернулся около часа назад. — Ты, должно быть, сошел с ума от скуки. Как насчет игры во Взрыв-Карты? — Хорошо. — Невилл улыбнулся. — Пойду возьму свой набор. Ремус вздохнул и закрыл глаза, просто отдыхая немного, пока мальчика не было. Они играли около тридцати минут, Невилл явно выигрывал, когда вспыхнул огонь и из камина вышел Северус. Невилл разинул рот от удивления, а Ремус напрягся, увидев мрачное выражение его лица. Это никогда не означало ничего хорошего. — Что случилось? — спросил он. — Дворняжка и Гарри вернулись. Гарри сейчас ест, а Блэк дуется в гостевой комнате. — Северус посмотрел на Невилла. — Иди собирай свои вещи. Ты останешься с Гарри. Я знаю, что ты должен вернуться домой в понедельник, но Люпин спросит, можем ли мы продлить твоё пребывание или, может быть, ты вернешься позже. — Благодарю вас, сэр! — Невилл просиял и выбежал из комнаты. Северус повернулся к Ремусу. — Найди для дворняжки другое место. Он нестабилен после пребывания в Азкабане и дважды подвергал опасности жизнь Гарри. Я запретил ему возвращаться, пока он не придет в себя. — Что случилось? — снова спросил Ремус, нахмурившись, но, слушая, как Северус холодно описал игру в прятки, которую придумал Сириус; он больше не думал, что Северус был слишком резок. — Но кто останется с Гарри? Его нельзя оставлять одного с Невиллом. — Я буду выкраивать любое свободное время вдали от этих проклятых поисков, — небрежно ответил Северус и попытался игнорировать растущую ухмылку на лице оборотня. Было труднее игнорировать следующие слова мужчины. — Я рад, что вы с Гарри всё уладили. Вы нужны друг другу. — Иди, Волк, и забери с собой гриффиндорца. Мне нужно поговорить с директором, — усмехнулся Северус и жестом пригласил Невилла в комнату, когда подросток замешкался в дверях. Ремус рассмеялся и уменьшил вещи Невилла, чтобы тот положил их в карман. Лицо мальчика вспыхнуло, и Ремус мягко заверил его: — Не волнуйся, если ты что-то забыл. Мы всегда можем вернуться. Невилл покраснел, смущенный тем, что учитель знает причину его огорчения. — Спасибо. Он подошел вплотную к учителю, и Ремус, обняв его за плечи, крикнул: «Дырявый котел.» Оттуда Ремус вывел их в переулок и аппарировал к гостинице в пригороде Лондона. Затем он вывел запыхавшегося подростка на окраину и снова аппарировал, на этот раз прямо перед обветшалым домом. Невилл с благоговением огляделся и попытался не обращать внимания на тошноту. Справа тянулись умирающие леса, а их окружали зеленые пятнистые поля. К дому вела грязная дорожка, но никаких других зданий или людей поблизости не было видно. Красный крашеный забор, обвалившийся в нескольких местах, обрамлял участок, на котором стоял дом. Он не мог представить себе профессора Снейпа, живущего в таком месте, и приготовился к очередной аппарации. Вместо этого Ремус повел его к входной двери. Невилл последовал за ним, смущенный и заинтригованный. — Добро пожаловать в... — Ремус сделал паузу и постучал себя по подбородку. — Я не знаю, есть ли у Северуса название для этого места. Я только слышал, как он называл его дом или мой дом... Ну, это не имеет значения. Добро пожаловать, Невилл. Он распахнул дверь, и Невилл нахмурился ещё сильнее. За дверью он увидел темный, запущенный коридор. Стены прогибались, и Невилл сомневался, что пол выдержит его вес, но ухмылка профессора подсказала ему, что всё не так, как кажется, поэтому он сделал два шага, необходимых, чтобы пересечь порог. Не успел он и глазом моргнуть, как очутился в хорошо обставленной, ухоженной прихожей. Крепкий пол был теплого золотисто-коричневого цвета. Стены были выкрашены в бледно-кремовый цвет, а на стенах висели картины с пейзажами. Если присмотреться, можно было увидеть деревья, колышущиеся на легком ветерке, или мерцающую воду в озере. Наверх вела лестница с бледно-желтыми перилами. Темно-красный ковер с крошечными желтыми геометрическими символами покрывал середину лестницы вплоть до второй площадки. Это было теплое и уютное место, и Невилл был поражен. — Нев! — закричал Гарри и выскочил из боковой двери. Невилл упал навзничь от неожиданного удара и лежал на полу, смеясь, а Гарри лежал на поперек его груди. Ремус рассмеялся и поднял Гарри. Он крепко обнял мальчика и поприветствовал его. Сириус спустился в самый разгар воссоединения и прыгнул на обоих, сбив Ремуса с ног рядом с сидящим Невиллом. — Лунатик! — воскликнул он. Невилл улыбнулся. Он нервничал перед встречей с осужденным, не зная, испугается тот или нет, но трудно было бояться того, кто только что превратился в собаку и лизал лица профессора и лучшего друга гриффиндорца. — Сириус, слезай! — Ремус рассмеялся и толкнул собаку. Гарри повернулся и снова прыгнул на Невилла. На этот раз Невилл остался сидеть. — Сириус возил меня в Диснейленд! Это было так весело! Меня чуть не стошнило во время катания на аттракционах... Невилл прислушивался к быстрой болтовне своего друга, когда Ремус наконец встал и помог им подняться на ноги. Гарри всё ещё говорил, когда они зашли в гостиную, отделанную в насыщенных синих, фиолетовых и серебряных тонах. Мебель была сделана из дерева ручной работы темно-коричневого цвета. Невилл сел рядом с Гарри на диван, а Сириус и Ремус сели по обе стороны от него на кресла. — Я рад, что ты повеселился, — вмешался Ремус. — Но тебе не следовало уезжать. Тебя могли схватить в Министерстве или отправить обратно к Дурслям по приказу. Хуже того, тебя могли убить Пожиратели Смерти. — Эй, полегче, Лунатик. — Сириус нахмурился, его лицо потемнело. — Мы просто хотели немного развлечься. — Сириус, — вздохнул Ремус, — есть способы развлечься, которые бы не подвергли вас опасности. — У нас все было под контролем. Мы ведь вернулись, не так ли? — Вам просто повезло. — Ремус потерял свои мягкие очертания, и его глаза стали злыми. — О чем ты только думал, Сириус, когда травил авроров? Невилл посмотрел на Гарри, пока продолжался спор. Подросток больше не улыбался. Он сидел прямо и неподвижно. Его спина была плотно прижата к подушкам, и он смотрел на свои руки, крепко сжатые на коленях. Невилл нахмурился и наклонился вперед. — Эй. Всё в порядке. Они не злятся на тебя. Гарри кивнул, но ничего не ответил. Краски и эмоции мерцали в уголках его глаз. Он начинал терять контроль по мере того, как эмоции двух мужчин становились сильнее. Он чувствовал разочарование, жалость и гнев Рема, а под всем этим было что-то голодное и звериное. Разочарование, гнев и болезненный вой беспокойства вспыхнули вокруг Сириуса. Гарри оказался в ловушке между ними. Было больно. Это заставило его испугаться. Он хотел, чтобы они снова были счастливы. Он хотел, чтобы это прекратилось, но не знал, что делать, чтобы им стало лучше. Ему вдруг захотелось подать им чаю, и слезы навернулись на глаза от такой глупости. В этот момент спор стал ещё более жарким. Сириус почувствовал глубокую сине-фиолетовую боль, которая взорвалась красно-оранжевой защитной яростью. Рем пылал желто-белой праведностью и кроваво-красной яростью. Она ворвалась в сознание подростка, и он закричал. Невилл схватил его за плечи, но Гарри отпрянул от прикосновения, упал на пол и съежился. Сириус и Ремус потрясенно замолчали и уставились на трясущуюся фигуру, которая умоляя не причинять ей боль. — Может быть, нам лучше оставить его в покое, — неуверенно предложил Невилл. — Простите, я буду хорошим, пожалуйста, не делайте мне больно, — отчаянно взмолился Гарри сквозь рыдания. Он сгорбился, обхватив руками колени, но голова его была поднята, а зелёные глаза были полны ужаса, когда он переводил взгляд с одного лица на другое. — О, Гарри, — выдохнул Ремус, и весь его гнев на друга мгновенно улетучился. Он чувствовал себя измученным и хотел найти темное место, чтобы поплакать. Если бы Джеймс и Лили увидели Гарри сейчас, они были бы опустошены. Сириус превратился в собаку и подошел к подростку. Мальчик смотрел, как он приближается, и хныкал, защищая руками лицо и голову. Бродяга в замешательстве попятился. Почему мальчик так себя ведет? Гарри никогда раньше не боялся его в таком виде. Что же изменилось? Тогда Гарри, сам того не зная, ответил на его вопрос. — Не надо! Пожалуйста, о, пожалуйста, не заставляйте его съесть меня, — почти закричал Гарри. — Я достану ремень, я буду хорошим, пожалуйста... пожалуйста! — Шшш, Гарри, — глухо сказал Ремус. — Бродяга не причинит тебе вреда. Ты не виноват. Никто тебя не накажет. Невилл плакал, отвернувшись от друга и ненавидя себя за трусость. Он подпрыгнул, когда Ремус схватил его за плечо. Он не протестовал, когда его медленно повели к двери. Мольбы Гарри прекратились, как только они скрылись из виду, и сменились лишь всхлипываниями. Невилл соскользнул по стене и сел на пол рядом с дверью. Ремус сел рядом и обнял его одной рукой. — Иногда я забываю, что Гарри... что он болен... — прошептал Невилл со стыдом. — Может, это и к лучшему, — устало сказал Ремус. — Мы не можем относиться к нему, будто он может сломаться в любую секунду. — Наверное... — Невилл фыркнул. — Но почему его семья так поступила с ним?... И... что... что они сделали с ним, чтобы... чтобы он стал таким? — Я могу только догадываться, — натянуто сказал Ремус и опустил голову. — Никто не знает, что с ним сделала его семья. Даже Гарри. — Но когда-нибудь он всё равно узнает. — Невилл вздрогнул. — Что будет тогда? — Даже не знаю. Я просто не знаю, Невилл. — Я чувствую себя таким жалким. — Невилл горько рассмеялся. — По сравнению с тем, что пережил Гарри, моя жизнь прекрасна. Как я могу быть таким слабым, когда он такой сильный? — Это так не работает, — строго сказал Ремус. — Ты можешь понимать, сочувствовать и сопереживать другим людям, но ты не можешь по-настоящему знать, что значит быть другим человеком. Состояние Гарри хуже, чем у любого из нас, но это не делает нашу собственную жизнь и боль менее значимой. Единственное, что может вылечить Гарри, — это наша решимость победить и пережить тьму. Ты меня понимаешь? Невилл улыбнулся сквозь слезы. — Не совсем. Ремус улыбнулся. — Никогда не чувствуй себя слабым из-за того, что сломался под тяжестью своей жизни. Твоя боль уникальна, не сильнее и не слабее, чем у кого-то другого. Единственное, что мы можем сделать друг для друга, это быть рядом, чтобы помочь подняться после падения. И я здесь, Невилл. Как и Гарри... большую часть времени. Невилл рассмеялся и вытер слезы. Ремус усмехнулся. — Вот так лучше. Мы заботимся о тебе и не хотим, чтобы ты скрывал от нас свою боль. Позволь нам помочь тебе подняться. И когда мы будем падать, мы будем знать, что ты сделаешь то же самое для нас. — Как я могу сделать это для Гарри? — глаза Невилла горели решимостью. — Я хочу ему помочь. — Поговори с Северусом, — посоветовал Ремус. — Он понимает, что нужно Гарри. Невилл кивнул. Ремус сжал ему руку, прежде чем встать, поднимая подростка на ноги. — Почему бы мне не показать тебе твою комнату?

xXxXxXx

Когда Мальчик остался наедине с Бродягой, он заполз под диван и свернулся там калачиком. Его тело сотрясалось каждые несколько секунд. Бродяга лежал рядом с ним и лизал ему руку или лицо, когда это случалось. Мальчик не отвечал, он просто лежал и смотрел немигающим взглядом, слёзы текли из его тусклых глаз. Его дыхание было глубоким и прерывистым. Тогда Бродяга понял, насколько их приключение было опасно для Гарри, он также понял, почему Лунатик и Снейп злятся на него. Он был эгоистом. Он причинил боль Гарри. Осознавая это, он почувствовал, как внутри поднимается ужас. К счастью, эмоции были подобны всполохам на периферии, потому что он был в своей анимагической форме. Он содрогнулся, понимая, что кошмары захватят его разум, как наяву, так и во сне, если он снова станет человеком.

xXxXxXx

Невилл и Ремус только закончили распаковывать вещи подростка, когда в дверях появился Гарри. — Привет, ребята, — он улыбнулся и влетел в комнату. — Ты знаешь, что моя комната прямо напротив, Нев? Как долго ты собираешься здесь оставаться? Он улыбнулся. — Только до послезавтра. — Круто! — Бродяга? — спросил Ремус, глядя на черного пса. Тот выглядел печальным. — Он следил за мной, — объяснил Гарри. — Мне кажется, он расстроен, или напуган, или что-то в этом роде. Сириус не хочет возвращаться. — Наверное, он просто устал. — Ремус улыбнулся. — Ну что ж, мальчики, пожалуй, я вас оставлю наедине. Я вернусь только через несколько дней, и Бродяга пойдет со мной. Ведите себя хорошо. Северус скоро вернется. — Пока, Ремус! — Гарри подошел и крепко обнял его. — Будьте осторожны. — Я так и сделаю. — Ремус взъерошил волосы и повернулся к Невиллу. Они обнялись, и мужчина ушел. Гарри встал, приглаживая волосы. Невилл рассмеялся. — Я не знаю, почему ты беспокоишься. — Ну же! Ты должен увидеть игровую комнату! — Гарри схватил друга за руку и потащил его из спальни.

xXxXxXx

Северус вошел в Три Метлы и направился к лестнице. Обычно посетителей туда не пускали, но Дамблдор поговорил с Розмертой, и она разрешила директору использовать это место как место встречи членов Ордена, которых Дамблдор восстановил для поисков пропавшего Гарри Поттера. В живых осталось только одиннадцать человек, включая Дамблдора, который был частью первоначального Ордена Феникса. Дамблдор отозвал восемь из них и ввел одного нового мага; целью восстановленного Ордена было организовать поиски Гарри. Когда Северус вошел в комнату, Дамблдор кивнул и жестом предложил всем остальным сесть. Они уже давно ждали его. Он увидел, что трех из них не хватает. Он знал, что Ремус освобожден на четыре дня из-за завтрашнего полнолуния. Он мог только предположить, что Хагрид и Грюм отправились на поиски. Северус занял место в конце стола, рядом с новым членом Ордена. Шеклболт, аврор и информатор Дамблдора в Министерстве, был высоким лысым чернокожим волшебником с медленным низким голосом. Его одежда была простой и не стесняла движений. Он был логичным и хладнокровным, очень умелым и смертельно опасным дуэлянтом. Единственным украшением, которое он носил, была золотая серьга в левом ухе. Дамблдор сидел во главе стола. Он был одет в темно-синюю мантию без ярких лун или чего-либо подобного. Это многое говорило о душевном состоянии старого волшебника. Ближе всех к нему сидели Минерва МакГонагалл и Эммелин Вэнс. МакГонагалл выглядела как всегда чопорно, но её вид был приглушен усталостью. Вэнс была одета в свою любимую изумрудно-зеленую шаль, но выглядела так же величественно, как и всегда. Рядом с МакГонагалл сидел Дедалус Диггл. Он был обычным волшебником, лишенным здравого смысла, и Северус терпеть не мог этого человека, как и Макгонагалл, но она всегда была дипломатично вежлива с ним, и это объясняло его нынешнее положение рядом с ней. Слева от Вэнс сидел Элфиас Дож. У него был хриплый голос, и его седые волосы были единственным свидетельством его преклонного возраста. Он был довольно умным человеком и, несмотря на то, что не был лучшим дуэлянтом, внес большой вклад в Орден и продолжал это делать. Встреча была довольно короткой. Они сообщили о районах, которые они исследовали, и что поиск всё ещё не принес результатов. Доклад Шеклболта был самым длинным из-за игр этого тупого болвана, но Министерство не нашло больше никаких улик. Дамблдор кивнул и распорядился приступить к новым поискам. Северус должен был идти в третью смену с Шеклболтом. Он ничего не сказал. Вместо этого он подождал, пока остальные разойдутся, чтобы поговорить с директором наедине. — Северус, мой мальчик, ты хочешь поговорить со мной? — спросил Дамблдор. — Да. — Северус встал и подошел, чтобы сесть рядом с человеком, которого он когда-то считал своим наставником. — Поттер пропал почти две недели назад. Блэк насмехался над аврорами, следовавшими за ним, но все же сумел уйти. Я понимаю важность возвращения Поттера, но это, очевидно, не приносит результатов. У меня есть работа, и я не могу больше тратить свое время на их поиски. — Я понимаю, Северус. — Дамблдор вздохнул. — Вам с Минервой нужно готовиться к учебному году. Я освобожу вас от настоящей службы и вызову только в том случае, если у нас появится новая зацепка. Северус склонил голову. — Спасибо, директор. — Будь рядом со своим поместьем, Северус. Когда ты понадобишься, я тебя вызову. — Дамблдор встал и направился к выходу из комнаты. — Мне пора идти. Я и так опаздываю на встречу с Корнелиусом Фаджем. Я поговорю с тобой позже, мой мальчик. Как только директор ушел, Северус аппарировал в поместье Снейпов. — Оми! — Да, мастер? — спросил эльф, появляясь в поле зрения. — Мне нужен амулет моей матери. — Да, сэр! — Эльф поспешил прочь. Северус присел перед камином и начал бормотать, размахивая перед собой палочкой. Огонь покачивался вместе с палочкой и медленно переходил от зеленого к красному, желтому и обратно. Оми появился позади него и терпеливо ждал. Его желтые глаза наблюдали за могущественной магией, сотканной его хозяином. Не прерывая поток слов и движений, Северус потянулся к нему сзади. Оми быстро вложил ожерелье в руку своего мастера. Северус какое-то время подержал украшение перед собой, а потом бросил в огонь. Разноцветное пламя лизнуло и поймало артефакт, нежно баюкая. Ожерелье несколько минут извивалось в пляшущем пламени, прежде чем огонь начал гаснуть. Он мягко осел в пепел, и Северус протянул руку, чтобы вытащить украшение. Металл холодил пальцы, когда он надел его на шею; кельтский узел был спрятан под одеждой. Амулет должен был нагреться, если кто-нибудь вызовет его по каминной сети. У Северуса будет достаточно времени, чтобы аппарировать обратно. — Возвращайся. Я скоро буду там, — сказал он эльфу. Оми кивнул и исчез.

xXxXxXx

— Объясни ещё раз, почему мы оставляем Гарри со Снейпом, — мрачно потребовал Сириус, когда они с Ремусом аппарировали в маггловский городок за пределами Лондона. Ремус вздохнул. — Давай уйдем в более тихое место. Это может занять некоторое время. Сириус молча последовал за своим лучшим другом по улице в темный паб. Было всего три тридцать пополудни, так что народу было немного. Ремус неподвижно сел в темном углу, и Сириус нахмурился. — Ты в порядке, Лунатик? — обеспокоенно спросил он. — В порядке, — коротко ответил Ремус. — Завтра полнолуние. Я немного не в себе. Сириус кивнул, и его лицо расплылось в улыбке. — Я могу снова быть с тобой. Ремус улыбнулся в ответ. Дальнейший разговор был прерван подошедшей официанткой. Оба заказали пиво, и она ушла. Они непринужденно беседовали о нейтральных вещах, пока она не вернулась с напитками, но Сириус не позволил молчанию затянуться. Как только девушка оказалась вне зоны слышимости, он выжидательно посмотрел на своего друга. — Ладно, что происходит на самом деле? Ты сказал мне, что Дурсли — это причина, по которой у Гарри случаются такие срывы, но Дамблдор не верит, что это так. Он сам собирался к Дурслям с Гарри, и чтобы помешать ему оставить Гарри там, ты заставил меня уйти с ним, и теперь мы прячем его от всех. Меня все это устраивало, но Снейп? Как может быть лучше для Гарри быть с ним, чем с Дамблдором? — Послушай, Сириус, — серьезно сказал Ремус. — Директор установил мощную защиту крови вокруг дома Дурслей, связав Гарри и его тетю. Это защитит Гарри от Пожирателей Смерти, и это сработает только в том случае, если он проведет некоторое время со своей семьей. Дамблдор считает, что эта защита стоит высокой цены. Он ещё не уверен, что Гарри подвергался насилию со стороны своей семьи, но даже если бы он нашел доказательства, он все равно настоял бы, чтобы Гарри остался с Дурслями и послал бы взрослого, чтобы убедиться, что насилие не будет продолжаться. Сириус нахмурился. — Звучит неплохо. — Директор только пытается сделать то, что лучше для Гарри, но я думаю, что он потерял из виду ментальное состояние Гарри в своей чрезмерной заботе о его физическом благополучии. — Что ты имеешь в виду? — Ты же видел его, Сириус. Этот... срыв, как ты сказал... серьезный. Гарри был очень хрупким, и было бы нездорово заставлять его жить рядом с его обидчиками даже с компаньоном; видеть и слышать людей, которые делали это с ним каждый день. Ты же не веришь, что сейчас для Гарри так будет лучше. — Ремус серьезно посмотрел Сириусу в глаза. — Нет, — неохотно признался Сириус. — Нет. Он не должен приближаться к этим магглам. Но Снейп? Ну же, Ремус! Мы можем позаботиться о нем — ты и я. Давай просто заберем его и уйдем. Ремус раздраженно покачал головой. — Бродяга, Гарри хочет быть с Северусом. Он доверяет ему не просто так. Он помог Гарри с его проблемами так, как никто другой не смог бы. Он видел довольно ужасные вещи, Сириус, и он понимает Гарри так, как мы не можем. Мы уже не подростки. Мы уже выросли. Тебе нужно оставить прошлое позади, и я говорю не только о твоей обиде на Северуса. Тебя пытали в Азкабане. Это не то, что ты можешь просто стряхнуть через несколько месяцев. — Не надо мне об этом напоминать, — прорычал Сириус. — Я понимаю — печально сказал Ремус. — Прости меня, Бродяга. — Это не твоя вина, Лунатик. — Сириус расслабился и улыбнулся своему другу. — Нет, правда, — он вздохнул. — И ты прав. Я не могу заботиться о Гарри прямо сейчас, когда я едва держу себя в руках, но мне всё равно это не нравится. Джеймс перевернулся бы в гробу, если бы знал, какое влияние мы позволили Нюниусу оказывать на Гарри. Как только я встану на ноги, я заберу своего крестника. — Я думаю, Джеймс плакал бы от благодарности за то, что с его сыном наконец-то обошлись правильно, — сурово сказал Ремус. — Просто пообещай мне, что не будешь заставлять Гарри делать то, чего он не хочет. Если он хочет остаться с Северусом, ты позволишь ему. — Посмотрим. — Сириус нахмурился, но тут же расплылся в игривой улыбке. — Так куда мы едем, Лунатик? Ремус вздохнул и оставил эту тему. Они сидели и обсуждали свои варианты в течение часа, но в конце концов было решено, что континент в данный момент слишком опасен. Это оставило им очень мало вариантов, и в конце концов Сириус выбрал пляж в Греции. Он верил, что чем больше солнца он сможет впитать, тем быстрее выздоровеет. Ремус согласился и попросил Сириуса остаться, пока он сделает необходимые приготовления и получит незарегистрированный портключ.

xXxXxXx

Северус вернулся в дом как раз в тот момент, когда Оми подавал ужин. Он слышал, как мальчики разговаривают за столом. Гарри говорил что-то о том, что Невиллу нужно научиться играть на инструменте, чтобы они могли создать группу. Невилл отрицал такую возможность, говоря, что он был ужасен в музыке. Разговор сразу же прекратился, когда он вошел, но не был наполнен напряжением, как он ожидал ещё год назад. — Северус! — Гарри счастливо улыбнулся. Его волосы были приглажены больше, чем обычно, но всё ещё торчали в нескольких местах. Его глаза были ясными и яркими, и он казался очень спокойным. — Ты поужинаешь с нами? — Да, — безучастно ответил он и сел, исподтишка наблюдая за Невиллом. Мальчик был напряжен, как пружина, когда он впервые прибыл в поместье Снейпов, но в течение недели он немного расслабился. Хотя сейчас это было похоже на встречу с совершенно другим человеком. Гриффиндорец сидел неподвижно, его карие глаза были спокойны. Его руки ничуть не дрожали, и он улыбнулся с легкой готовностью, которую Северус никогда не видел в нем раньше. — Как долго ты сможешь здесь оставаться? — спросил Гарри, выводя Северуса из задумчивости. — Столько, сколько смогу, — уклончиво ответил он и принялся резать появившееся перед ним блюдо. — Ты закончил свою домашнюю работу? — Нет. — Гарри покачал головой. — Нев сказал, что поможет мне с этим завтра. — Ты сам можешь делать задания, — возразил Северус и перевел взгляд своих черных глаз на пухлого мальчика. — Невилл будет работать со мной. Гарри кивнул в знак согласия и проглотил свою еду, прежде чем открыть рот, чтобы задать следующий вопрос. — Он сказал мне, что ты учишь его медитировать и находить внутреннее равновесие. Интересно, почему? Северус видел, что Невилл был так же заинтересован в его ответе, как и Гарри. — Это хорошая техника для людей с нервозностью. Кроме того, это первый шаг в понимании и освоении его Элементальных способностей. Невилл ахнул и выронил вилку, отчего та с грохотом упала на пол вместе с кусочком картофельного пюре. Он побагровел и поспешно наклонился, чтобы поднять его. При этом он опрокинул стакан с водой, и лужа растеклась по столу. Появился Оми и начал помогать взволнованному мальчику. Гарри тоже встал, чтобы помочь, но Северус жестом остановил его. Гарри повиновался, но его лицо всё ещё было озабочено реакцией друга. Северус ел как ни в чем не бывало. Прошло несколько минут, прежде чем покрасневший Невилл смог заговорить. — К-к-как вы узнали об этом, сэр? — нервно спросил он. — Некая мисс Касл пришла ко мне и попросила, чтобы я обучал тебя, чтобы ты был готовы к её более продвинутому обучению, как только вернешься в школу, — легко ответил он и отхлебнул вина. Гриффиндорец откинулся на спинку стула, слишком потрясенный, чтобы говорить дальше. Конечно, Гарри не был так скован. — Ты встречался с Ровеной? — с любопытством спросил Гарри. — Она была похожа на привидение? — И да, и нет, — ответил Северус и съел несколько кусочков, прежде чем продолжить. — Её движения были похожи на движения призрака, но Хогвартс смог вложить достаточно энергии в иллюзию, что она выглядит и чувствует себя вполне реальной. — И она собирается научить Нева пользоваться его силами Земли? — Да. — Северус ухмыльнулся. — И я слышал, что она очень строга в этом. Невилл застонал. — У меня и так хватает проблем на занятиях. Мне не нужны дополнительные трудности. — Я бы не согласился, Лонгботтом. — Северус отложил приборы в сторону и пристально посмотрел на мальчика. — Ты плохо справляешься, потому что настроил себя на неудачи. Как бы мне ни было больно это говорить, у тебя есть потенциал, чтобы справляться со всем лучше, чем сейчас. — Я же говорил, — улыбнулся Гарри. — Ты действительно умный. Ты просто заставь себя работать, и такой стресс заставит любого бороться. — Точно, — согласился Северус. Невилл покраснел от удовольствия и смущения. Гарри и Северус решили сжалиться над мальчиком и перевели разговор на другие темы. Первое, что пришло в голову мастеру Зелий, — это набросать план действий. Он объяснил, что после завтрака у него будет утренний сеанс психотерапии с Гарри. За это время Невилл успеет сделать домашнее задание. Если он закончит с домашним заданием, то должен будет начать самостоятельное исследование по интересующей его теме. Гарри освободится через два часа, чтобы сделать свои задания, а Невилл придет к Северусу на урок медитации. Они пообедают вместе, и у мальчиков будет два часа, чтобы сделать всё, что они пожелают. После этого они встретятся в тренажерном зале и проведут два часа на дуэлях. Потом час предстояло провести творчески. Другими словами, Гарри поиграет на пианино, и Невилл — порисует (он признался, что ему нравится это делать). Они вместе поужинают, а потом пойдут в гостиную. Северус и Невилл либо будут тихо читать вместе, либо играть в шахматы, пока Мальчик не выйдет. Северус объяснил, что первое, что они должны сделать для Мальчика, — это дать ему понять, что человеческое общество не означает немедленную боль и наказание. Невилл понял и согласился присутствовать во время терапии Мальчика. Гарри поблагодарил их обоих. Северус, как обычно, отмахнулся от благодарности.