Мышонок

7 мая, 01:22. Акира приподнял тяжёлые веки и сделал глубокий вдох. Хм… так. Что произошло? В ушах стоял звон, картинка перед глазами расплывалась. До чего паршиво ему было… голову распирало изнутри, тело плохо слушалось, вместо мышц как чугун залили. Блондин медленно поднялся на локтях и оглядел себя. Он лежал… лежал. Причём, на диване, а не на тротуаре перед домом Таканори, что было бы куда более ожидаемо, учитывая, с каким настроем юноша принял своего гостя. Забавно… Однако Сузуки возлегал на мягком диване с подушкой под головой, укрытый одеялом и флисовым пледом, ему тепло и уютно в окутанной полумраком гостиной, даже вставать не хотелось. Но надо — хотя бы для того, чтобы понять, что происходит, почему он здесь, где Таканори. Аки со скрипом вспомнил, как он пришёл сюда, что говорил Таке, собирая умирающее сознание по крупицам, как… упал в обморок. От давящей на плечи и сердце усталости и недосыпа. Теперь, по крайней мере, настырный звон в ушах становился всё тише, глаза более не застилала мерцающе-серая пелена. Слабость никуда не делась, но её преодоление уже не казалось неподъёмным. Всё… пора вставать и провести разведку. Найти Таку. Пошатываясь, Сузуки встал и кое-как выпрямился, не спеша, не хватало ему схлопотать очередной обморок. Где-то он слышал, что ослабленный организм нужно приводить в чувство постепенно, резкие движения могут спровоцировать сильную головную боль — можно подумать, её было мало. Он осмотрелся — в гостиной никого, зато из кухни доносилось какое-то приглушённое шипение и… запах. Божественный, невероятный аромат готовящегося мяса. Святые небеса… Аки не помнил, когда он в последний раз нормально ел. Это было как в прошлой жизни… на кухне точно кто-то есть, больше никаких звуков из других комнат блондин не слышал. Акира положил дрожащую ладонь на стену и двинулся вдоль неё к кухне. Лучше пока перестраховаться… ощущение твёрдой стены вселяло какую-никакую, но уверенность опоры. Дойдя до порога, блондин остановился и застыл. Таканори стоял у плиты, спиной к нему, помешивая томящееся в глубокой сковороде мясо. Интересная ситуация… пока Сузуки валяется без сознания в гостиной, Матсумото преспокойно кашеварит, словно ничего и не было. И ещё один немаловажный вопрос — сколько Акира пролежал вот так? Судя по всему, не час и не два. Подсказка? На улице было светло, когда он пришёл к Таке. А сейчас — темно, на кухне зажжён свет. Чудно… Аки решил выспаться. Похоже, Таканори не услышал его. Или сделал вид, что не услышал? Но едва ли — это совсем не в духе Таки, он ведь прямой, как стрела. Сдвинувшись с места, Сузуки сделал ещё шаг к Таканори. Потом ещё шаг, ещё… и остановился только тогда, когда между ними осталось меньше метра. Ближе подходить не нужно… Матсумото положил нож на разделочную доску, отправил к мясу нарезанные помидоры и развернулся, чтобы взять со стола мельницу со специями, но моментально забыл, что хотел. Он ахнул от неожиданности, врезавшись в грудь стоящего перед ним Акиры. — Кто разрешил тебе встать? — к удивлению блондина, Матсумото слишком быстро взял себя в руки, обошёл живую стену и добрался до мельницы. — Спрашивать было не у кого, — Акира вскинул бровь. Взгляд Таканори был пустым и равнодушным, и маловероятно, что сторонний наблюдатель смог бы понять, какая сшибающая с ног буря эмоций развернулась за рёбрами юноши. Он ничего не ответил, а Сузуки не шелохнулся… Така вернулся к мясу, вцепившись в мельницу, как утопающий за соломинку — лишь бы Аки не заметил, как дрожат его руки. — И зачем ты припёрся сюда в таком состоянии? На жалость решил надавить? — как можно безразличнее произнёс Матсумото, стоя к нему спиной. — Я должен был тебя увидеть. — Увидел. Что дальше? — Ничего. Я всё сказал и больше не буду тебя тревожить. Мне пора уходить. — Да что ты несёшь! — выпалил Така, с громким стуком поставив несчастную мельницу на стол. — Эм… ничего? — выдержав паузу, ответил Аки, обескураженный его порывом. — Возможно, я просто удивлён, что я всё ещё здесь. — Мне нужно было оставить тебя на полу в прихожей? — Этому я удивился бы меньше. — А, ну разумеется. Потому что ты не достоин большего? Или потому что я такая скотина? — Таканори повернулся к нему, его глаза блестели, но от чего? От злости? Или от слёз? — Чего уставился? Акира внимательно рассматривал его лицо с налётом румянца на скулах. До него начало доходить… если он до сих пор здесь, и Матсумото его не гонит… Он сделал шаг вперёд — брови Таканори недоумённо приподнялись, но юноша остался на месте. Ещё шаг — Така инстинктивно отступает назад, упираясь в столешницу. Западня. Дальше отступать некуда, взгляд Акиры прочно удерживает на месте. — Что тебе надо? — мелко дрожа, спросил Таканори, стараясь не опускать глаз и не признавать своё поражение. Аки молчал, остановившись в сантиметрах от него. Така не отталкивал, не уходил, не просил прекратить — он старался выровнять дыхание, безотрывно глядя в спокойные глаза Сузуки. А нужно ли что-то говорить, спрашивать, пытаться что-то выяснить… решив, что ответ отрицательный, Акира отважился на решающий шаг, который должен всё расставить по местам. Наклонившись вперёд, блондин обнял судорожно вздохнувшего Таканори и крепко прижал его к себе. Оцепеневший Така приоткрыл рот, но не смог издать ни звука. Всё, что он чувствовал и слышал — как бьётся его собственное сердце и сердце Акиры. Быстро, отчаянно… Аки боялся. Боялся, что Матсумото его оттолкнёт, скажет, чтобы он уходил. А Матсумото боялся, что Сузуки действительно уйдёт, он волновался, как перед их первым поцелуем, первой ночью, и даже сильнее. Но Акира продолжал обнимать его, обвив одной рукой талию, ладонью второй зарывшись в мягкие, тёмные волосы. — Я тебе вставать не разрешал, — всхлипнул Таканори и поднял руки, чтобы обнять блондина в ответ. — Извини. Здесь слишком вкусно пахнет, а я не ел вечность. Больше Така не мог сдерживать себя. Слёзы хлынули неконтролируемым потоком, он разрыдался, пряча лицо на шее Аки и судорожно цепляясь за футболку на его спине. — Така, ну… ну не плачь, — Сузуки гладил его по волосам, как ребёнка, пытаясь успокоить. — Я не хочу, чтобы ты уходил, не хочу… — Не уйду. — И чтобы т-ты документы з-забирал, тоже н-не хочу, — Така заикался, всхлипывая и ещё сильнее вжимаясь в неподвижно стоящего Акиру. — Не заберу, — Аки поцеловал его в висок. — Всё, что я сказал тебе — правда. Я никогда не лгал тебе о своих чувствах. И то, что я люблю тебя, тоже правда. Блондин не заметил, как и по его щекам скатились слёзы. Волнение дало о себе знать — головокружение возвращалось, и ему пришлось схватиться за край столешницы позади Таки. — Ты… тебе надо сесть, — спохватился Матсумото, отстранившись и утерев нос. — Тебе нельзя было вставать… — Наверно. Но лежать не хотелось. Акира позволил ему отвести себя к столу, чувствуя, что без поддержки даже в столь лёгком деле не обойтись. Он и впрямь основательно обессилел… поганое ощущение, что и говорить. — Почему ты так похудел? Неужели ты совсем ничего не ел? — суетливо пробормотал Матсумото, поставив перед ним большую чашку горячего чая. — Ты слишком бледный… — Я ничего не хотел. Тебя только хотел увидеть, — Сузуки неуверенно коснулся расписанного нехитрыми узорами фарфора кончиками пальцев. Таканори взял его за свободную руку, нахмурившись и виновато поджав губы. — У тебя руки ледяные, Аки. С ума сойти… Акира довёл себя до полного истощения из-за него. Он на ногах-то едва держался, лицо его было бледным, глаза — покрасневшими и такими усталыми… когда он в последний раз нормально спал? — Ничего, это пройдёт, — блондин улыбнулся впервые за неделю, когда пальцы Таки коснулись его щеки, стирая мокрые дорожки. — Мне уже лучше. Честно. — Ты проспал шесть часов. — Что?! — Шесть часов, — Таканори опустил голову. — Я приходил к тебе каждые полчаса, но ты просто спал. Тебе был нужен сон, может, поэтому тебе стало получше. — Понятно. — Теперь тебе надо поесть и снова поспать. И ты останешься у меня. Сузуки отпил чай из кружки и вздохнул. Находиться рядом с Такой было немного неловко, хоть он и рвался к нему всем своим существом. Неясно, понял ли это Таканори, но он пододвинулся ближе к Акире и прижался щекой к его плечу. — Не хочу, чтобы ты думал об этом, — произнёс юноша, взяв его под руку. — Это сложно — не думать. И я действительно должен всё тебе объяснить. — Того, что ты находишься здесь в таком состоянии, недостаточно? — Мне — нет, — серьёзно ответил Аки. — Мы уже выяснили, что вы с Юу поспорили. Потом что-то пошло не так, ты захотел отменить ваш спор, а Юу узнал, что мы с Ютой братья, и тоже попытался тебя отговорить, а ты… ну… — Така замялся. — А я сам сказал ему, что спор отменяется, — закончил за него Акира. — Ну… да, — Матсумото спрятал заалевшие скулы за волосами. — Тогда скажи, о чём были те последние сообщения в вашей с Юу переписке? — Про грандиозные планы на вечер? — Да. — Я же приехал с тобой сюда, чтобы помочь с уборкой, — Акира положил ладонь на щеку Таки и повернул его лицо к себе. — О том те сообщения и были. В такой дурацкой форме, да. В отрыве от контекста можно подумать чёрт знает что. — Мда, — Таканори иронично усмехнулся. — Вот и мама так сказала. — Так… — озадаченно протянул блондин. — Матсумото-сан тоже знает? — Знает, — Така виновато опустил взгляд, — она спросила у меня, почему я ничего о тебе не рассказываю в последние дни, ну, я и… раскололся. А потом она сказала, что я дурень. — Так и сказала? — Сузуки засмеялся. — Ну, не прямо. Она сказала, что я слишком много думаю — вот так это выглядело. О, кстати, — встрепенулся Матсумото и полез в карман своей толстовки. — Тебе два часа назад звонил Юу. Я взял на себя смелость ответить, чтобы он не волновался за тебя. Оказалось, он коротает время в компании моего брата. Он протянул Акире его телефон. — И давно они с Ютой помирились? — Така прищурился. — Позавчера, — Сузуки сконфуженно глянул на него. — Мы решили не тревожить тебя раньше времени. — «Мы»? — Таканори округлил глаза. — О чём ты? — он поднялся, чтобы вернуться к плите и помешать томящееся мясо. — Ты и кто ещё? — Понятия не имею, как, но Юу позавчера смог уговорить Ютаку на встречу с глазу на глаз, даже я не знал, куда Юу намылился на ночь глядя. Поэтому — да, твой брат тоже в деле. — Выходит, все были в курсе, кроме меня, — Матсумото покачал головой. — Юу долго грызла совесть, хоть мы обо всём и договорились, что больше не станем поднимать эту тему. Он не мог не рассказать об этом Юте, особенно, когда всё вскрылось, — Акира встал из-за стола, взял свой чай и подошёл к Таканори, положив свободную ладонь на его плечо. — Злишься? — Нет, — Така поджал нижнюю губу. — Я уже сказал Юу, что раз Юта обо всём знает, и вы остались живы, то всё в порядке. — Примерно так, — Сузуки смелее погладил его по спине. — Твой брат — хороший парень. С отлично поставленным ударом. — Ничего не говори. Аки рассмеялся и поставил чашку на разделочный стол, чтобы не расплескать чай. — Что смеёшься? — Таканори улыбнулся против воли, чувствуя, как в груди разливается тепло. — Я ему потом запястья три дня мазью залечивал. — А… да. Койю слегка перестарался, боялся, что Ютака нас с Широямой на месте прибьёт. — Юта был очень зол в тот день. — Его злость полностью оправданна. — Наверно… — Така нахмурился, желая перевести тему. — Ты ведь будешь есть? — Конечно, буду. Матсумото развернулся к блондину полностью, посмотрев на него снизу вверх. Веки Таканори дрогнули, когда взгляд огладил осунувшееся лицо Аки, его светлую, бледноватую кожу. Юноша больше не собирался убегать — ни от Сузуки, ни от правды. Все эти дни, проведённые порознь, он скучал по Акире. По его теплу, звуку голоса, рукам — по всему нему. Если бы Така знал, как можно выразить словами всё, что он сейчас чувствует… ведь эмоции всегда находились за гранью сухих слов и безжизненных фактов. Но только ли на слова оставалась вся надежда? Таканори на секунду закрыл глаза. Открыл их и медленно протянул подрагивающие ладони к лицу Акиры. Кончики пальцев коснулись подбородка, затем поднялись выше, к скулам. Така оставил одну ладонь на щеке Аки, второй скользнул на затылок и мягко надавил — безмолвная просьба стать чуть ближе, и блондин покорно опустил голову, прижимаясь лбом ко лбу Матсумото. Акира положил ладони на плечи Таканори, не торопясь привлекать его к себе. Просто стоять рядом друг с другом и знать, что бессонные ночи позади, а ощущение тёплой кожи и биение пульса под пальцами — не мираж, рождённый измученным тоской сознанием. Матсумото зажмурился и вдохнул, обвивая руками шею Акиры и чувствуя, как руки блондина ложатся вокруг его талии. — Я по тебе скучал, — тихо проговорил Сузуки, поглаживая его по спине. — И совсем ничего не ел. — Не хотелось. — И не спал. — Не мог. Таканори вздохнул, прижимаясь щекой к его щеке. Он проглотил вставший в горле ком из слёз, зарывшись пальцами в волосы блондина. — Да что ты за человек такой? — всхлипнул Матсумото. — Я с тобой за эту неделю ревел больше, чем за всю жизнь. — Извини. — Давай завтра не пойдём никуда? Тебе нужно отлежаться. И есть без перерыва не меньше суток. — Ну, так я точно не смогу, — Акира улыбнулся. — Ты никуда завтра не пойдёшь, — ворчливо повторил Така. — Не пока ты еле держишься на ногах. — Хорошо, хорошо. — Тебе нужно позвонить или написать Юу, он беспокоился о тебе. — Да, верно, — Аки мягко отстранился. — Если он сейчас с Ютой, не факт, что эти развратники спят. — Почему же сразу развратники… — пробормотал Таканори. — Скоро два часа ночи, они как раз могут спать. — Лучше отправлю Юу сообщение. Ответит, как сможет. — Да, давай. Така вернул Акире его телефон, и блондин набрал сообщение для друга. К удивлению молодых людей, Широяма предпочёл ответить звонком. — Ого, — Аки озадаченно потёр лоб и сел за стол, прежде чем ответить. Он смахнул в сторону значок приёма вызова. — Ты почему не спишь? — Тот же вопрос могу задать и тебе, — голос Широямы звучал и возмущённо, и обеспокоенно. — Ты как? Где ты? — Со мной всё нормально, я у Таки, — успокоил его Сузуки. — Мы решили, что… — он глянул на наблюдающего за ним Таканори. — Завтра никуда не пойдём, скажем так. — Может, оно и к лучшему. Тебе надо прийти в себя. — Да я уже, как бы. — Ты понимаешь, о чём я. — Понимаю, понимаю, — Акира вздохнул. — Можешь не волноваться. — У вас ведь… всё наладится, да? — Да. Я уверен. Мне бы ещё съесть что-нибудь, и жизнь окончательно станет прекрасной. — Другой разговор. Ну, не буду отвлекать. Постарайся выспаться и завтра никуда не рыпайся, а я предупрежу Юту. — Спасибо, Юу. Акира положил свой телефон экраном вниз и потёр усталую шею. Похоже, он переполошил абсолютно всех, да и Матсумото теперь не спит из-за него, а ведь уже глубокая ночь. Не самое приятное чувство, и блондин нахмурился, механически постучав пальцем по задней панели телефона. — Голова болит? — Така коснулся кончиками пальцев его лба. — М… нет. Просто навёл я шороху. У меня в голове сейчас такая… мешанина, — Аки усмехнулся. — Сейчас поешь и полегчает, — Таканори встал и подошёл к плите. — Сиди. Вскоре перед Акирой материализовалась тарелка с дымящимся, ароматным мясом, и молодой человек будто наконец-то понял, как же давно он нормально не ел, насколько он ослабел, что и глаза с трудом держит открытыми. Но, несмотря на это, Аки впервые за неделю чувствовал себя легко. Тот груз, что лежал на его совести и душе каменной плитой, раскрошился и развеялся по ветру искупления. Он молча рассматривал лицо Таканори, просто смотрел, потому что чувствовал, что ему это необходимо сейчас. — Что такое? — смутился Така, неловко улыбнувшись. — Ничего, — Сузуки взялся за лежащую перед ним вилку. — Я теперь могу смотреть на тебя и не думать о том, что меня к тебе привело. — Ты… хочешь о чём-то рассказать? — предположил Матсумото. — Ну, помимо того, о чём я уже знаю. — И да, и нет, — блондин вздохнул. — Всё слишком изменилось, чтобы об этом молчать. — А Юта знал, что ты поедешь ко мне? — Именно он рассказал, где ты будешь сегодня. — Да за моей спиной вершился целый переворот, — беззлобно усмехнулся Така. — Если подробнее, Юу и Юта встретились в аллее студенческого городка, а там, как я понял, Юу стало нехорошо — последствия их с Ютакой более раннего рандеву. Юта довёл его до нашей комнаты, и там уже пришлось поговорить всем троим. — Боюсь представить, что ты почувствовал, когда увидел Юту на пороге, — Таканори сдержанно засмеялся. — Я и сам до конца не понял, что я тогда почувствовал, — улыбнулся Акира. — Удивился — это мягко сказано. — Что ты ему сказал, раз он согласился помогать? — То же, что и тебе. Правду, — Сузуки подцепил вилкой мясо и рис. — Как будто тут можно сказать что-то ещё… Юу из меня душу хотел вытрясти, когда узнал, что вы с Ютой братья. — А ты? — Таканори забыл про ужин, неотрывно глядя на Акиру. — А что я? — Аки опустил глаза. — А я уже был слишком привязан к тебе. Поэтому, — он пожал плечами, — никто и не расстроился. Я хотел поставить точку в этом бестолковом споре. И, знаешь, как раз об этом мне хотелось бы вспоминать как можно реже. Матсумото кивнул, видя, что Сузуки непросто даётся этот разговор. — Согласен, — торопливо произнёс Таканори. — В ванной, в зеркальце, есть запасная зубная щётка. *** 11:48 Акира приоткрыл глаза и медленно повернул голову к зашторенному окну. Судя по его состоянию, близкому к пюре — такому же размятому, спал он долго. Он даже не запомнил, как прошёл после ванной в отведённую ему спальню, разделся и упал на кровать. Сон сморил его моментально, стоило телу принять горизонтальное положение. Молодой человек вытянул руку в сторону и вслепую нашарил лежащий рядом телефон. Ого… а скоро и полдень. Ну, раз он столько времени гостил в королевстве бога сновидений, значит, так нужно. Таканори сказал, что сегодня они останутся здесь, и Акира не особенно-то и противился. Блондин стащил себя с кровати и пока нетвёрдой походкой направился в ванную комнату. Надо умыться и привести себя в чувство. Однако отражение в зеркале сказало, что ему придётся изрядно потрудиться, чтобы вернуть себе товарный вид. Нет, сытный ужин и глубокий сон пошли ему на пользу, однозначно! Цвет лица с нездорово-бледного сменился на ровный, живой, в глаза вернулся привычный блеск. Но лицо слегка припухло, волосы растрепались, и Аки понял, что пара пригоршней холодной воды ситуацию не исправят. В очередной раз взглянув на себя в зеркало, Сузуки хмыкнул и стянул с торса футболку. Ему нужен прохладный душ — и взбодрится, и перестанет быть похожим на неудачливого пчеловода. Благодатная вода резво заструилась по его коже, заставив её покрыться мурашками, Акира фыркнул и встряхнулся всем телом. Ну вот, другое дело — сразу проснулся. Он запустил пальцы в волосы и закрыл глаза, подставив лицо под льющийся поток и массируя кожу головы. Терзавшая его столько дней головная боль отступила, оставив в теле вакуум. Роящиеся в сознании мысли рождали ощущение нереальности — неужели всё позади, и он находится с Таканори в одном доме? И вот сейчас он выйдет из душа, оденется, спустится на кухню, и Така будет ждать его там? Аки похлопал себя по щекам, зажмурился и открыл глаза. Всё, пора бы перестать плескаться и поскорее присоединиться к Таке на кухне — ведь, судя по звуку тихих шагов и переставляемой посуды, юноша именно там. Сузуки спешно почистил зубы, выключил воду, промокнул кожу полотенцем и оделся. Повторная оценка отражения в зеркале дала понять, что реанимационные действия однозначно пошли блондину на пользу — выглядел он не в пример лучше. Да и чувствовал себя, пожалуй, тоже. Суетящийся за последними приготовлениями Матсумото обернулся на шаги позади и замер, оценивающе оглядев Акиру с ног до головы. — Привет, — робко поздоровался он и подошёл ближе. — Ты… хорошо выглядишь. — Получше, чем вечером, это точно, — Аки улыбнулся ему. — Ты давно проснулся? — Может, с час назад… не смотрел. Ты голодный? — Буду рад составить тебе компанию за завтраком. — Отлично, — Така отвернулся к плите, но Сузуки успел заметить, что скулы юноши заалели. Он… смущается? Но чего? — Юта написал перед началом первой лекции, что они с Юу уже в университете. — Хорошо. Така? — Да? Матсумото не стал отрываться от разливания чая по кружкам, и посему не услышал, как к нему приблизился Аки. Сузуки не рискнул подойти к нему вплотную, он остановился, выдержав некоторое расстояние между ними. — Всё нормально? — решил спросить блондин. — Да… да, — Таканори обернулся и поднял голову, посмотрев ему в глаза. — Я, ну… — он стушевался, сжав пальцами край стола позади себя. Сузуки видел и понимал, что Таканори пытается собраться с мыслями, что он хочет что-то сказать, и потому не торопил его. — Когда я увидел тебя вчера вечером, я подумал, что меня хватит удар, — начал Така, подбирая слова. — Я даже сомневался, а ты ли это. И я… хм, — он нахмурился. — Мне казалось, что в этом моя вина. Я хочу видеть и понимать, что ты и правда хорошо себя чувствуешь. Я не думал, что это может быть настолько… невыносимо. — Твоя вина? — Сузуки со снисходительной улыбкой покачал головой. — Дров наломали мы с Юу, а виноват ты? Это очень… странная логика. — Я должен был выслушать тебя сразу, ещё тогда. — Ничего ты не должен. Ты ведь уже знаешь, с чего всё начиналось, и всё равно в чём-то себя винишь? Така, Така… — Я знаю, что я Така, — заворчал Матсумото, заметив, что Аки стоит хоть и близко, но не так, как это было более привычно им обоим. — Почему ты не подойдёшь ближе? Этот вопрос словно застал Акиру врасплох. Он растерянно заморгал и тряхнул головой, а Таканори глазам своим не верил — Акира смущается! — Это вопрос или просьба? — Сузуки всё же подошёл почти вплотную, не решаясь на дальнейшие действия. — Всё вместе. Матсумото приподнял руку, остановился, чуть задержавшись… затем поднял ладонь выше, коснувшись кончиками пальцев выступающих ключиц блондина, провёл по всей их длине и недовольно вздохнул. — Тебе придётся съесть всё, до последней крошки, — изрёк он, — чтобы ты перестал быть похожим на ходячий суповой набор. — Наверно, не всё так плохо, если я гожусь хотя бы на суповой набор. Для супа тоже что попало не возьмут. — Шуточки у тебя, конечно… — Така хмуро глянул на него исподлобья и отвернулся к плите, чтобы разложить по тарелкам сытную яичницу. Сердце юноши так быстро билось, а в ладони вдруг просочилась дрожь, но ему совсем не хотелось выдавать свою слабость перед Сузуки. Но он моментально забыл, что хотел сделать, когда вокруг талии обвились руки Акиры, прижимая Таку к крепкому торсу сзади. Матсумото тихо выдохнул, кладя ладони поверх предплечий блондина. Он чуть откинул голову назад, сразу ощутив тёплые и сухие губы Сузуки на своём виске. — Хорошо, что я снова могу так сделать, — Аки оставил короткий, лёгкий поцелуй на щеке Таки. Затем он спустился ниже, к шее, невесомо коснувшись губами тонкой кожи — но не желая раздразнить или пробудить влечение, таким лишним это было бы. А Таканори наконец-то сумел расслабиться и полностью откинуться на грудь Акиры, доверяясь его рукам. Слава богам, что он выключил плиту, иначе им бы пришлось готовить завтрак по новой. — Ну, ладно… — Матсумото сделал над собой усилие и выпрямился. — Садись за стол. — Я тебе помогу, — Сузуки чуть задержал руки на его талии, но затем разомкнул объятия. — Не тебе же одному трудиться. — Угу, — Така положил половину яичницы в тарелку. — Ичиро сейчас лечится в ветеринарном центре парка, знаешь? — Знаю. — Правда? — Таканори удивлённо уставился на раскладывающего столовые приборы Акиру. — Не чужой же он мне. Я пришёл к пруду, хотел проведать его, и пересёкся со смотрителем — он направил меня в ветцентр. А что именно случилось? В центре сказали, что Ичиро к ним принёс ты и Юта. — Мы пришли к нему в тот день, крекеров принесли. А Ичиро не выплыл к нам, ты же знаешь, он всегда приплывает, стоит его позвать, — Матсумото прервался, и Аки утвердительно кивнул. — Он просто застыл ближе к краю пруда, я зашёл в воду и вытащил его, а он даже не пошевелился. — И в центре док сказал, что Ичиро элементарно перегрелся, — Сузуки закусил нижнюю губу. — Но его ведь скоро выпустят на пруд? — Да, ещё дня два-три — и отпустят. Хочешь, вместе съездим сегодня к маме? Если ты хорошо себя чувствуешь, — спешно добавил Така. — Я так понимаю, Матсумото-сан в моей команде? — Акира заулыбался, увидев, как ощетинился Таканори после этих слов. — Вижу, что да. Съездим. — Я, кстати, тоже давно тебя не спрашивал, — Така сел за стол рядом с ним, — как твой отец? — Весь в делах, как и обычно, но выкраивает время, чтобы помогать с делами дома. Недавно ездили вместе в родовое гнездо, согласовывали с мастерами замену водопровода, старый на ладан дышит. — Дом был давно построен? — В первой половине прошлого века, я бы и на проводку замахнулся, — хохотнул Акира. — Я рад, что… мы с отцом научились говорить друг с другом. Не знаю, как бы я перенёс эту неделю, если бы не ребята и отец. — Я тоже рад, что у вас всё наладилось, — довольно закивал Таканори, жуя свой завтрак. — Во многом благодаря тебе. — А… да ну, — юноша махнул рукой. — Я уже почти не думаю об этом. Я мог только дать пинка, остальное вы сделали сами, не преувеличивай мою роль. — Ну, как скажешь, — Акира хитро приподнял бровь, на что Таканори фыркнул. — Поедем к Матсумото-сан после обеда? — Обязательно.