Сгусток

      Даст вызывал у хранителей двоякое чувство. Он был ближе к оригинальному Сансу, чем они все вместе взятые. Но он совершил ужасный грех — во благо, как он считал. На самом деле им руководило отчаяние, а затем безумие.       Даст был сломлен. Разбит вдребезги. И никто не думал, будто из этих кусочков можно собрать обратно разумную личность. Все думали, что его безумие — нечто неизменное.       Однако вот он, за столом с хранителями, запивает таблетки крепким чаем. На его лице нет и тени сумасшествия, только смирение. Лечение в АсулумТейле дало свои плоды. Вернее, ростки.       Тот день, когда Даст явился на порог дома к свапам и принес Эррора, стал для него переломным. И пока Эррора лечили, его продолжало ломать, казалось, пополам. Одна половина отвалилась и канула в небытие, оставив после себя сосущую пустоту. Вторая осталась и стала тем, чем чувствовал себя Даст, — куском дерьма.       Раньше у него была какая-никакая стабильность. Комната в замке, Найтмер в качестве мозга и кучка фриков: каждый — олицетворение разных сторон его дерьмовой жизни. Но он все это бросил, как и родной мир когда-то. И теперь вновь не имел ничего, кроме призрачной надежды не проснуться завтра. Потому что, если он проснется, придется разгребать.       В тот день ему задали много вопросов, на которые он не знал ответов. Или притворялся, что не знал. Например, Дрим удивился, что у такого, как Эррор, есть друзья.       — Мы с Эррором не друзья. Под крылом Найтмера рассадник убийц и маньяков, а не уютное гнездышко дружбы. Но он был единственным, кто отнесся ко мне с… пониманием. И попытался помочь. Извращенно, правда. В своем стиле. Но он заставил меня понять, что я не смогу отворачиваться от своих грехов вечно. Рано или поздно мне придется осознать их и принять. Черт, он стал первой каплей в понимании того, что я обосрался! — Даст закрыл лицо руками. — Как же сильно я испоганил все!!!       Блу не выдержал и начал утешать, гладить пыльного по спине. И лишь спустя минуту понял, что на его руках остается не грязь, а прах убитых монстров. Это заставило юного скелета помрачнеть, но руку он не отдернул, продолжил утешать.       — Раз ты это понял, то, значит, уже стал лучше, — твердо сказал он.       Даст убрал от лица руки и с недоверием посмотрел на скелетов за столом. Никто его не осуждал, их лица были полны сочувствия.       — Раз ты это понял, то почему остался с моим братом? — спросил Дрим.       — А что было делать? — невесело ухмыльнулся образумившийся маньяк. — Домой вернуться? Так там в первую очередь будут искать. Да и не хочу я, если честно. Как представлю, что снова придется пройти через череду перезапусков, так руки начинают трястись и сами за ножом тянутся. Нет! Хватит с меня, — он яростно замотал головой. — Я уже вдоволь напрыгался и намахался из-за безумных авторов. Больше я в родной мир ни ногой.       Дрим понимающе улыбнулся, и слово перенял Инк, его интересовало не прошлое, а будущее:       — Как думаешь, как Найтмер воспримет твой побег и пропажу Эррора?       Даст задумался. Скорее всего, Найтмер уже в курсе и… А что и?       — Думаю, он не станет так уж рьяно меня искать. Дело в том, что, когда мне поручили заботу о Эрроре, все решили, что, когда Эррор умрет, я стану его заменой. Найтмер вполне мог счесть меня сбежавшим из-под ответственности трусом. А значит, он будет считать Эррора покойником.       — Тогда давай укрепим его в этой идее, — Инк встал из-за стола и приказал: — Раздевайся!       — Э?       В это время в некогда прекрасной ХэйвенТейл в подвале замка стоял повелитель кошмаров и ничего не выражающим взглядом смотрел на пустые кандалы. В подвале хватало праха и сквозняка, его гоняющего. Может быть, та кучка — это бывший разрушитель, а может эта.       В голове звенел беспокойный голос Даста: «Кажется, Эррору совсем хреново. Может украсть какую-нить Альфис? А то он коньки отбросит».       Отбросил.       Найтмер не думал, что разрушитель умрет. Не хотел думать. Не верил. Он же сильный ублюдок. Сильнее самого Найта. И крепче. Он бы не сдался.       — Эй, Босс, — несмело позвал его Киллер с лестницы, — вы там уже несколько часов. Вы в порядке?       Найтмер не ответил. Просто покинул негостеприимные казематы.       — Даст где? — глухо спросил он.       Глаза Киллера забегали, он заволновался и, истерично улыбаясь, попятился.       — Не видел.       — Найди.       В темной душе кошмара теплилась причиняющая боль надежда: вдруг не умер. И Даст вопреки приказу отнес Эррора к какой-нибудь Альфис, как и предлагал.       Надежда умерла, когда пришел Хоррор. Он был непривычно серьезен и нес в руках какой-то сверток. Положил находку на стол и развернул. Это была одежда Даста. Густо усыпанная свежей пылью. А на груди дыра от ножа. Нож лежал в свертке тоже.       — Босс, — Киллер сипло сказал. — Он думал, что вы возьмете его на замен Эррору. Наверное, он психанул и прирезался.       Найтмер смотрел на одежду бывшего подчиненного ничего не выражающим взглядом.       — Неужели этот дурень думал, что смог бы его заменить? — спросил он сам себя и ушел из комнаты, в которой стало пахнуть, как в склепе.       Даст в который раз удивился жестокой выдумке команды добрячков. И, наконец-то, ощутил себя в безопасности. Его не будут искать. Он больше не в банде Найтмера. Ему больше ничего не нужно делать по указке. Ему вообще не обязательно что-то делать. И некуда идти… и незачем… и не к кому…       Счастье освобождения резко сменилось опустошенностью и ощущением ненужности. А тут еще Инк добил его вопросами.       — Куда ты планируешь пойти дальше и чем заниматься? — Но, ощутив на себе взгляд пустых глазниц, решил дать свои варианты. — Могу предложить диван в гостиной. Ты уж извини, в гостевой комнате Эррор. Но, если подождешь, я нарисую тебе собственную.       Даст колебался. Он не думал, что может остаться в этом доме, где собираются такие дружные скелеты, где царит уют и где готовы помочь таким мразям, как он или Эррор.       И тут всех удивил Блу.       — Если ты не против, Даст, то можешь пожить у меня.       — Меня твой брат поделит на ноль, — усмехнулся Даст, не принимая предложение юного скелета всерьез.       — Нет, — продолжил Блу. — Я не дам. Или ты считаешь, что я — один из хранителей — слабее своего бро?       Дрим и Инк переглянулись. С чего бы это их другу так упорно зазывать в гости столь недружелюбного и проблемного скелета? Но препятствовать не стали. У Блу своя голова на плечах есть.       — Пошли! — не успел Даст начать высказываться против, как его уже схватили за руку и уволокли в портал.       Их провожали задумчивые взгляды друзей.       С тех пор прошла неделя, и Блу не жаловался на нового жильца. А Даст выглядел совсем иначе. Если не знать, что перед тобой тот самый псих, то и не признаешь вовек. И главное, имя ему больше не подходило, так как с него больше не сыпалась пыль. Хотя Даст не имя вовсе. Так, кличка. Но он не стал ее менять. Прошлое не изменить. И он принял его. Так пусть кличка станет именем и станет ему вечным напоминанием о том, что никогда не поздно исправиться.       Даст допил чай и улыбнулся. У него, как и у Эррора, появился шанс начать все с нуля. И Даст собирался по полной использовать этот шанс. И надеялся, что Эррор поступит так же.