Сгусток

      Вечер начался как обычно с ужина и закончился укладыванием малыша спать. А вот дальше Эррор не мог сказать точно, что произошло. Почему-то Инк остался в гостиной, и Эррор спустился за ним.       И то, что там произошло, стало для него полной и малоприятной неожиданностью.       — Инк, спать идешь? — спросил черный скелет у сидевшего на диване Инка.       — А может, займемся кое-чем интереснее сна? — пришел ему ответный вопрос. И вначале Эррор не смог понять смысла сказанного. Но когда хранитель продолжил… — Я знаю, что ты хочешь трахнуть меня.       Инк обжег Эррора голодным взглядом. Встал и начал подходить.       — Чего прости??? — Эррору показалось, будто ему послышалось или он неправильно понял шутку. Слишком нереальным казалось происходящее.       — Ну ты так яростно себя ласкал недавно и все стонал мое имя, что мне подумалось, будто ты был бы не против воплотить свои фантазии в реальность, — художник остановился в трех шагах от черного скелета и продолжал опалять его похотливым взглядом.       Эррор густо покраснел. Он и подумать не мог, что тот момент мог кто-то увидеть. Тем более Инк. О, звезды, он его слышал! Слышал, кого он звал в своих фантазиях! Тогда его вопрос понятен. Непонятно только, серьезно ли Инк предложил переспать или сейчас хлопнет в ладоши и скажет: это шутка!       — Ты это серьезно?       — Нет, Эррор. Я шучу, — Инк-таки про шутку сказал. Вот только тон у него вышел раздраженный и неодобрительный. Просящий воспринять всерьез. — Вообще-то, у меня тоже давно не было секса.       — Твой недотрах не мои проблемы, — черный скелет сделал пару шагов назад, еще и обнял себя в попытке защитить.       — М? Эррор? Я не собираюсь тебя принуждать, звезды! — пошел на попятную Инк. — Извини, если мое предложение выглядело резким. Просто подумалось: мы могли бы помочь друг другу и в этом. Все-таки не чужие. Воспитываем одного ребенка, делим дом, и вообще ты мне симпатичен. А твои стоны… — глаза Инка сменили десятки символов, а лицо вдруг стало мечтательным. — Ох, это было очень возбуждающе. Я потом долго не мог успокоиться. Хах! Давно со мной такого не было. Знаешь, обычно мне надо принять розовую краску, чтобы так завестись. Так что я под впечатлением и в предвкушении.       Эррор смутился еще сильнее. Да, черт, он прав. Они спят в одной кровати, воспитывают одного ребенка, и разрушитель ему доверяет в достаточной мере, чтобы принять ближе и довериться больше. Но секс продолжал ассоциироваться с насилием в его голове, и он еще не был готов доверить кому-то властвовать над телом. Хотя если властвовать будет он…       Эррор бросил на Инка долгий пристальный взгляд. Считал идею дурацкой. Он и без того превратил свою жизнь не знамо во что. И усугублять ситуацию сексуальными отношениями с хранителями миров было в высшей мере глупо. Но Инк не выглядел отталкивающим с физической точки зрения. Даже приятным. А татуировки и пластичные движения делали его привлекательным.       — Ты будешь снизу, — сказал, прежде чем осмыслил.       — Ладно, — поспешно согласился Инк. — Только будь нежнее. Я не фанат лишней боли. Ок?       — Без проблем. Но и ты поаккуратнее с прикосновениями. А то весь настрой собьешь.       Эррор сглотнул. Он до последнего надеялся услышать, что все это шутка или что Инк откажется, посчитав унизительным быть снизу. Но нет, вместо этого хранитель лукаво улыбнулся и начал раздеваться. А Эррор бессовестно за ним наблюдал. И Инк это заметил.       — Я тебе нравлюсь?       Эррор не ответил. Только глаза к потолку возвел, а, когда опустил, с удивлением увидел своего будущего любовника в эротичной позе на ковре. Еще и пальчиком манит, паршивец!       Черный скелет несмело подошел к обнаженной фигуре, сел возле на колени и протянул руку, легонько касаясь плечевых костей. Опустил ниже, провел линию по груди к бедрам, огладил, чем вызвал приятный слуху стон.       Ему нужно было привыкнуть, ему нужно было изучить открывающиеся просторы. И он гладил, целовал, кусал, сжимал, чем доводил партнера до исступления. Инк громко постанывал, сгорал от желания, но не смел подарить ответные касания: соблюдал условия. Звезды, как же ему было приятно!       Эррор приподнялся над Инком, на которого успел лечь в процессе ласк, и понял, что пропал. Разгоряченный, с горящим от похоти лицом, дрожащий от нетерпения, Инк производил одуряющее впечатление.       Раздевался в дикой спешке.       Магия легко скользнула в теплое, чуть влажное пространство между тазовых костей. И Инк блаженно застонал. Сосредоточился и заставил свою магию сжаться сильнее, создавая приятную им обоим тесноту. Подарил улыбку и обнял партнера ногами, помогая взять более удобный уклон.       — Смелее, — прошептал он и двинулся навстречу, заставляя сделать первый толчок.       Стоны заполнили комнату и вырвались за ее пределы.       Эррор испугался, что они разбудят Радиера, и заткнул любовника поцелуем. Ощутил, как острые пальцы царапают ему спину, как сильно сдавливают ноги Инка, как он задыхается от ощущений и теряет остатки самоконтроля.       Он начал двигаться еще быстрее, до судорог в сведенных костях. Ощущал, как расцарапанная спина кровоточит, как Инк под ним дрожит, слышал его мольбы не останавливаться. Стонал все громче, вбивал одуревшего от кайфа любовника в ковер и отодвигал желание кончить как мог долго. Но даже самые сладкие сны заканчиваются. Этот не исключение.       Тело под ним выгнулось дугой. Сладострастный крик огласил конец танца двух тел. И…       Эррор проснулся. Распахнул глаза и понял, что жаркий сон заставил его оставить на простынях пару постыдных пятен. Еще и вспотел весь, как будто бегал кросс. В горле ощутимо пересохло.       Что, где, как, почему? Просто сон?       Черный скелет посмотрел на Инка, который продолжал сладко посапывать и, как он думал, не ведал о грешных снах, где он извивался от наслаждения под бывшим врагом.       Эррор сглотнул. Рука будто обладала своей волей: скользнула на белые кости и провела от шеи вниз. Сравнивала ощущения из сна с реальностью.       Ведь ничего страшного не случится, если произошедшее во сне случится и в реальности? Вряд ли Инк будет против.       Рука дошла до бедер и остановилась. Тело невольно сотряслось от воспоминаний. Уже не таких четких и болезненных, но все еще травмирующих.       Сон не реальность. И как бы сладко не было мечтать о подобном, он понимал, что его раны все еще не затянулись.       Эррор покачал головой, скидывая остатки сна и поднялся. Радиер еще дрых, так что Эррор планировал приготовить завтрак на всех. Он не видел, как Инк зажигает глазницы и огорченно выдыхает.       Такие сны стали повторяться. Горячие, жадные, смущающие, заставляющие терять над собой контроль сны. Но Эррор не был против подобного, ведь это просто сны, верно? Они не должны влиять на отношения в реальности. И так и было, до определённого момента.       Тот сон был особенно ярок, возбуждающ и заставил кровь кипеть. И Эррор потерял грань между сном и реальностью. Потому, когда он проснулся, едва не продолжил делать то, что творил во сне. Подмял под себя спавшего Инка и поцеловал его.       Уже через мгновение понял, какую глупость совершил. Подорвался в ванную. И окатил себя из холодного душа.       — Так, пора заканчивать это безобразие! — решил он.       Хранитель миров спустился вниз, зевая и улыбаясь. Потому не сразу заметил ждущего его для разговора хмурого разрушителя.       Эррор смотрел на Инка взглядом матери, которая обнаружила у сына порнуху под матрасом. Инку от его взгляда стало не по себе, будто под матрасом у него не журналы, а целый Ласт спрятался.       — Инк, — голос тоже не обещал приятной беседы, — я бы попросил тебя остановиться.       Хранитель покраснел. Ему даже не потребовалось пить смущение, чтобы ощутить, как на него давит стыд.       — Давно догадался?       Эррор скрипнул зубами и кивнул:       — На втором сне. Мне подобное не снится. А уж после Найтмера, я думаю, и не должно.       — Тебе не понравилось? — Инк переминался с ноги на ногу, не зная, куда себя деть. — Мне казалось, тебе было хорошо.       — Я не Дрим, — слова ударили плетью. — Не по мне забываться мечтами, радужный мудак!       — Но ты еще не готов к чему-то подобному в реальности. И я подумал, что…       — Что мог бы привязать меня к себе еще больше, если я привыкну спать с тобой во сне и не замечу, как мы сделаем это в реальности? — в глазах разрушителя загорелись опасные огни.       Инк выставил руки в защитном жесте и замотал головой:       — Стоп! Это уже слишком! Да, я хотел бы секса с тобой. И да, я думаю, это сделало бы нас ближе. Но, Эррор, я ни в коем случае не собирался пользоваться тобой, дурманить и заставить потеряться между сном и явью, — он погасил зрачки и отвернулся. — Прости, если перегнул палку. Я думал лишь показать тебе, что такие отношения могут быть приятными и должны такими быть. Думал, это поможет нам. Но мне было так с тобой хорошо мечтать о подобном, что я увлекся. Прости, Эррор. Я ни в коем случае не хотел тебе навредить.       Эррор все еще блестел полными ярости глазами на горе-любовника, но быстро сдулся и махнул рукой:       — Ладно, будем считать: ты отбрехался. Но больше никаких эротических снов!       — Обещаю, — Инк вдруг заискивающе улыбнулся и подбежал вплотную. — Так значит, ты не злишься?       — Если полезешь обниматься, спать с тобой в одной кровати я больше не буду.       Угроза подействовала, и Инк отступил. Вот только Эррор пожалел, что не решил переселиться из комнаты Инка в соседнюю уже следующей ночью.       Нет, эротичных снов, навеянных Дримом, не было. А вот не навеянных им — в достатке.       Следующей ночью Эррор проснулся с полной пошлых мыслей головой и с осознанием, что его магический орган в полной боевой готовности и упирается в ногу Инка, которую Эррор поймал, словно в капкан, своими ногами. А сам хранитель прижимался к нему всем телом и… спал!       — Твою мать, — настолько глупо черный скелет себя давно не чувствовал.