Сгусток

      — Эррор, ох, это было изумительно, — томно простонал Инк.       У Эррора дернулся глаз.       — Что ты несешь?! — выдавил он, успевая выключить телефон до того, как подобные речи достигли бы ушей Дрима. Попытался приподняться над дрожащими от восторга белыми костями.       — Ты себя недооцениваешь, — продолжал хвалебные речи Инк. — Мне очень давно не было так хорошо.       — Инк! Я тебя предупреждаю! — прорычал Эррор. — Еще одна шутка этого рода — и сам будешь выпутываться!       Тело под ним посмеялось и, наконец, начало принимать попытки освобождения. Но лишь сильнее замоталось в путы.       — Эм, Эррор! Кажется, нам нужна помощь.       — Твою ж мать! Скажи спасибо, что я забыл телефон в кармане.       Позвонили Блу, который как раз закончил говорить с Дримом, и попросили прийти. С ножницами. На вопрос, что произошло, что им потребовались ножницы, и почему они не могут взять свои, художник и разрушитель молчали партизанами.       Блу пришел с ножницами и Дастом, который не захотел пропускать мультивселенский цирк. Насчет цирка он не ошибся. Только увидев, в каком положении находятся друзья, залился громким хохотом и свалился на пол от боли в боках.       Блу был чуть более сдержан. Но тоже улыбался от уха до уха. Поигрывая ножницами, он подошел к кровати и спросил:       — И как же вы дошли до жизни такой?       Черный и белый скелеты покраснели и поведали вот такую историю:       Когда Дрим унес Радиера, Инк решил проявить чуть больше напора и деликатно спросил у Эррора:       — Может, попробуем… — запнулся, подбирая слова, — разнообразить наше постельное время не только сном? Обещаю, если не получится, то мы сразу остановимся.       Эррор колебался недолго. Почему бы не попробовать и не выяснить, достаточно ли затянулись нанесенные Найтмером раны?       Поскольку Эррор не проявил инициативы, ее взял Инк. Увел любовника в спальню и начал покрывать его тело поцелуями, прямо через одежду. Медленно прокладывая дорожки вначале к обнаженной шее, затем задирая майку и даря невесомые поцелуи ребрам, касаясь кончиками пальцев бедер и едва задевая чувствительные места.       Стало жарко. Но Эррор дергался каждый раз, когда Инк касался его обнаженных костей. Он с шумом втягивал воздух, стоило языку скользнуть по ним или кончикам пальцев обжечь чувствительные кромки.       Замечая все эти неприятные симптомы, Инк думал отступить, но Эррор сам повел его к кровати. Повалил и впервые сам поцеловал. Довольно боязливо и неуклюже.       Почувствовав его желание и получив долгожданный толчок, хранитель увеличил напор и начал ласкать черные кости, стараясь найти все чувствительные места, распаляя огонь страстного желания.       И Эррор будто не был против, томно вздыхал, прижимал к себе, постанывал, принимая ласку. Однако, когда Инк забрался под резинку шорт, его вновь перемкнуло.       Эррор начал отбиваться, хотя сам прижимал к кровати, и, не сориентировавшись, он применил магию. Но в состоянии аффекта магия сработала не так, как должна была, и нити намертво примотали двух скелетов к кровати, сделав из них эротический бутерброд.       Когда черный скелет пришел в себя и понял, в каком дурацком положении оказался, он только и мог ругаться сквозь зубы. А вот Инк не мог прекратить шутить:       — Мы еще никогда не были столь близки!       — Заткнись, радужный мудак!       К счастью, позвонил Дрим, и Эррор узнал, что не вытащил из кармана телефон — слава пустоте.       Даст от смеха начал задыхаться и теперь просто булькал где-то на полу. Блу держался из последних сил, чтобы не последовать его примеру.       — Да, друзья, вы неподражаемы, — подвел он итог услышанному. — Так кого первого резать?       — Хоть ты давай без шуток, — взмолился Эррор и, как мог, приподнялся, создавая между телами зазор, в который смогли протиснуться ножницы и перерезать загудевшие от натяжения нити.       Наконец-то свобода!       Пара скелетов расползлась в разные углы и смогла отдышаться. Эррор с трудом убрал большую часть лагов с тела и угомонил разбушевавшиеся голоса, которых очень огорчил несостоявшийся интим.       Даст и Блу направились на кухню за наградой: им обещали чай с печеньками, а Инк легонько пихнул Эррора в бок и пообещал:       — В другой раз попробуем. Не расстраивайся. Я буду ждать, — и ушел следом.       А смущенный и жутко покрасневший Эррор отправился на перезагрузку.