Идеальный шторм

Бобби уже давно так не волновался. А ведь это было ещё даже не свидание. Он просто приехал в дом, где Ханбин снимал комнату, чтобы поговорить с хозяином, а заодно оценить, что делать с рассохшейся оконной рамой. Ханбин сию минуту занимался с Раоном, поэтому вмешаться не мог, что было Бобби очень на руку. Дверь ему открыла полноватая женщина с редкими волосами, собранными в пучок. Она куталась в огромную шаль и смотрела с тревогой: - Кто вам нужен? - Добрый день, - Бобби кивнул. – Меня зовут Ким Бобби, я друг вашего нового квартиранта, - Бобби почесал лоб. – Я хотел бы помочь ему с ремонтом, кажется, он должен был с вами об этом поговорить. - А… Сейчас, - женщина скрылась в доме, оставив Бобби на крыльце. Он ожидал, что та позовёт мужа, но вместо этого она вынесла на крыльцо два ключа на металлическом колечке. – Вот… Это чтобы вы могли туда сами приходить. Мы с мужем уже не в том возрасте, чтобы… Вы понимаете. А он хороший мальчик, только дикий. - Он просто приехал из большого города и ещё не привык, - Бобби улыбнулся. Он бы не назвал Ханбина диким, но такое определение ему понравилось. Скорее, Ханбин как раз был тем самым домашним котиком, которому ещё предстояло научиться выживать среди своих диких, более приспособленных собратьев. - Привыкнет. Я сама такая была. Всю жизнь спрашивала его, куда он меня привёз. Его… Мужа моего. А потом можно было уже уехать, у нас дочка ещё есть там… на той стороне, в Оттаве. Она давно к себе зовёт, а я как подумаю, что это снова люди, город, шум, машины эти бешеные… И говорю, мол, давай тут останемся. - Я понимаю, - Бобби кивнул. Он вспомнил, что Ханбин что-то говорил об умершем сыне, но не стал уточнять. В конце концов, женщина не обязана была ему обо всём рассказывать. - И сын тут… остался, - она всё-таки продолжила. – Вы приходите, а то он тут сидит один по выходным. Или к нам приходит… Спрашивает, не нужна ли помощь. - Да, он такой, - Бобби улыбнулся, хотя эта черта характера Ханбина стала для него открытием. Ханбин принимал помощь, но и сам старался сделать для других то, что мог. – Вы говорите, если что-то нужно будет. - Да что нам, - женщина пожала плечами. – Нам много не надо. - И всё же… - Спасибо, сынок, - женщина кивнула. – Я пойду тогда, холодно тут стоять. Будешь уходить, закрой там дверь хорошенько, она проседать стала. - Конечно. Бобби с осторожностью поднялся по лесенке в комнату над гаражом, постоял пару минут, собираясь с мыслями, а потом вставил ключ в скважину и повернул. Само собой, дверь даже не шевельнулась. Справившись с замками, Бобби навалился на дверь, толкнул её плечом – и дверь наконец поддалась. Он оказался в маленькой прихожей, где на полу обнаружился небольшой коврик. Не найдя выключателя, Бобби толкнул другую дверь и увидел наконец саму комнату. Довольно просторная, она была разделена на зоны мебелью. Вернее, раньше, наверное, так и было, но сейчас мебель порядком поизносилась и частично пришла в негодность. Бобби осмотрелся и вздохнул: работы предстояло чудовищно много. Ему казалось, что здесь проще было всё сжечь и построить заново, чем постепенно отремонтировать эту рухлядь. Но хозяевам она, наверное, была дорога, раз до сих пор не только хранилась, но и использовалась. Большое окно и впрямь выполняло функцию кондиционера, который заклинило на низких температурах. Бобби даже руку подносить не нужно было, чтобы ощутить, как немилосердно дуло изо всех щелей. Подумав немного, Бобби достал из кармана рулетку, листок и огрызок карандаша и принялся замерять расстояния оконного и дверного проёма. По крайней мере, окно и двери точно нужно было заменить. Увлёкшись, Бобби перестал следить за временем и опомнился только тогда, когда начал пронзительно звонить телефон. - Да? - он прижал трубку плечом, придвинул к себе самый крепкий из имеющихся стульев и попытался замерить маленькое оконце над кухонными шкафчиками. - Привет, это Ханбин, - прозвучало в трубке, и Бобби сглотнул, замер на месте: - Привет. - А где ты? Ты уже едешь? - Я... Я у тебя дома, - признался Бобби. - Только не сердись, я всё объясню. - У меня дома? - искренне удивился Ханбин. - А что ты там делаешь? - В данный момент я пытаюсь не рухнуть со стула и измерить твоё маленькое окно, то, что над кухней. Там, по-моему, рама вообще на соплях держится. И может выпасть тебе на голову в любой момент. - Вот как, - Ханбин задумался. - Тогда, если хочешь, мы сами доберёмся. Моя же машина всё ещё тут. Я бы привёз Раона, он пока домой не рвётся. - А ты заведёшься? - Я попробую… - Ладно, если не получится, я тогда приеду за вами. Мне просто надо здесь закончить ещё немного, - Бобби, конечно, покривил душой. Возиться можно было до глубокой ночи. Состояние мебели его просто убивало. Там скол, там трещина, там расшаталось, там разболталось. За этими невесёлыми мыслями Бобби не сразу осознал, что Ханбин сам позвонил ему. А ведь они, несмотря на тот поцелуй, так и не обменялись номерами телефонов. От души поблагодарив Раона, который и поделился со своим учителем этим номером, Бобби снова принялся за дело. По-хорошему, сегодня вечером ему нужно было бы отдохнуть после смены, но он был полон энтузиазма и планировал всё подготовить, чтобы с раннего утра начать что-нибудь делать. Он рассчитывал многое успеть, пока Ханбин будет в школе. Спускаясь со стула, Бобби неловко опёрся на ближайший к нему кухонный шкафчик – и его дверца мгновенно сорвалась с петли и перекосилась. - Чёрт! – Бобби едва удержал равновесие и тяжело спрыгнул на пол. – Сейчас я здесь сам доломаю всё, что ещё не доломано. Как будто с помойки всё притащили. Он ругался себе под нос, когда спускался к машине за ящиком с инструментами, когда возвращался обратно по откровенно на соплях державшейся лестнице, когда закреплял на месте сорванную дверцу и подкручивал шурупы во всех остальных, чтобы те продержались хоть немного дольше. Ханбин и Раон, который тоже захотел присоединиться, застали Бобби врасплох, когда тот инспектировал состояние труб под раковиной. - Мы пришли, - Раон словно не замечал плачевного состояния комнаты, он промчался внутрь и с размаху плюхнулся на диван, который жалобным скрипом отозвался на такое обращение. - Ура, - вяло заявил Бобби, выбираясь на свет божий, и вздохнул, снизу вверх посмотрел на Ханбина и в сердцах предложил: - Давай я тебе новый дом построю? - Мне? – Ханбин не смог скрыть удивления. - Тебе, конечно, кому же ещё, - Бобби поднялся и отряхнул колени. - Но почему? - Потому что здесь уже всё просто… умерло, я не знаю. Это невозможно описать словами. По-моему, эти люди, хозяева, не заглядывали сюда лет тридцать. Либо, конечно, они сдавали эту комнату каким-то бомжам… - Их сын здесь жил, - Ханбин тронул разошедшегося Бобби за плечо. – Помнишь, я говорил. - Судя по всему, он был далёк от праведного образа жизни. - Но он всё равно был их сыном, они ему помогали, пока могли… Пока ему можно было помочь. - Вот я не понимаю, у них же ещё дочка есть… - Это они тебе сказали? - Она, хозяйка. Я же пришёл сначала в большой дом, думал, сейчас буду убеждать три часа, что я хороший парень и мне можно доверять. Но мне даже не пришлось ничего делать, мне выдали запасные ключи и развязали руки, - Бобби проверил наличие связки в кармане. - То есть, ты теперь в любой момент можешь зайти ко мне в гости? - Технически да, могу, - Бобби посмотрел на Ханина со всей серьёзностью. – Но я не буду. Я верну эти ключи хозяевам сразу же, едва закончу здесь. И я постараюсь побыстрее… - Бобби, - Ханбин прижал палец к губам, призвав Бобби успокоиться и послушать его, - я не боюсь. Приходи, когда захочешь. Бобби сначала хотел было спросить, как это вяжется с их предыдущим разговором о сексе и отношениях, а потом подумал, что это стало бы для него отличной проверкой. Наверное, это и была та сама проверка его порядочности и честности. За своё имущество Ханбин мог не переживать. Драгоценностей у него отродясь не водилось, а потерю каких-то деталей гардероба можно было пережить. Телефон и маленький ноутбук он всегда таскал с собой, машина тоже была или под боком, или на школьной парковке, так что разжиться здесь было особо нечем. Впрочем, Бобби и мысли не допускал о том, чтобы что-то взять в этом доме. Наоборот, он ещё и из своего собирался сюда что-нибудь принести, чтобы Ханбину было комфортнее. - Будете есть? – неожиданно выдернул Бобби из мыслей приглушённый голос Ханбина. Обернувшись, Бобби заметил, что тот старательно исследовал содержимое своего холодильника. - Мне кажется, это не очень удобно, - попытался тактично отказаться Бобби, который понимал, что продуктов, как и денег, у Ханбина было не много. - Почему нет? - Я голодный, - с дивана заявил Раон. – Так что я буду. - Я думаю, что… - Мне хватит продуктов, - Ханбин перебил его. – Не беспокойся, я скажу, если что-то пойдёт не так. И я помню, ты не любишь рыбу. - Это мило, - признал Бобби. – Но я всё же думаю, что если мы ещё попадём к тебе в гости, мы должны принести свои продукты. Ты же не обязан так тратиться… - Бобби, - Ханбин отложил нож, вытер руки полотенчиком и подошёл очень близко, почти вплотную. Бобби бросил взгляд над его плечом на Раона, который притих на диване и постарался слиться с его обивкой, но тот только зажмурился, мол, делайте, что хотите, я на вас не смотрю. – Ты уже забыл, как недавно оплачивал мою новую куртку, ботинки… - Но это же другое… - А ещё шарф, шапку, тёплые перчатки и свитер, - безжалостно перечислил Ханбин. – Ты думаешь, я буду принимать такие подарки и ничего не давать тебе взамен? - Но… - Бобби… - А давай ты меня просто поцелуешь за это, - вдруг пробормотал Бобби, который всё это время смотрел, не отрываясь, на то, как двигались губы Ханбина. - И всё? - И всё. - Нет, этого мало, - ладонь Ханбина скользнула по щеке Бобби. – Поцелуй и ужин. - Два поцелуя? - Два поцелуя и ужин, - Ханбин подошёл совсем вплотную, сжал в пальцах ткань свитера и посмотрел Бобби в глаза. Бобби не нужно было просить дважды. Он тут же с нежностью поцеловал пухлые, чуть сладковатые от вишнёвого бальзама губы Ханбина и чуть не застонал, так ему это понравилось. Удержала его в рамках приличий только мысль о том, что из комнаты за ними пристально наблюдал Раон. Когда поцелуй закончился, Ханбин отступил на шаг и улыбнулся: - Это аванс. - Аперитив, - Бобби облизал губы. - Сладкое после ужина? - Именно так. Ты как себе хочешь к этому относись, а ребёнка я должен накормить, он сегодня целый день отучился. И позанимался ещё дополнительно, - Ханбин снова вернулся к готовке. - Ладно, ладно… - Ты можешь не есть, нам больше достанется, - Раон подобрал под себя ноги. – Жаль, здесь телевизора нет… - Пока нет, - Ханбин развёл руками. – Я собирался купить его в ближайшее время, потому что один в тишине я здесь с ума схожу. Но пока как-то не до того было. Хочешь – возьми ноутбук. - Спасибо, - Раон явно привык к Ханбину и перестал считать его странным. Кроме того, Раон допустил Ханбина в тот самый узкий круг людей, которым было позволено видеть его настоящего, без притворства и масок. В школе, Бобби это отлично знал, Раон всегда храбрился и не позволял себе показывать, что дома у него всё шло не очень хорошо. Наоборот, он всячески демонстрировал свой позитив и давал понять, что его всё устраивало. Сейчас же он позволял себе где-то капризничать, где-то напрашиваться на похвалу, где-то просто искать внимания и доброго отношения. Раон доверял Ханбину, и Бобби это ужасно нравилось. Ханбин не жалел Раона в том самом унизительном смысле. Он сочувствовал мальчишке, заботился о нём, но относился к нему как к взрослому, как к самостоятельному и равному, с мнением которого нужно считаться. Ханбин уважал преимущественное право Раона на Бобби и не претендовал на первенство. Бобби радовался этому, хоть и удивлялся в глубине души, что Раон так легко, так спокойно принял в их тесный круг кого-то со стороны. Но, видимо, они всё же нравились друг другу, что значительно облегчало и упрощало Бобби жизнь. Чтобы не терять времени зря, пока Ханбин готовил, а Раон делал вид, что занят домашним заданием, Бобби снова взялся за инструменты. Стол, стулья, шкафчики и ящики просто нуждались в мужских руках. Бобби успокаивал себя тем, что это не Ханбин довёл их до такого состояния, и не мог не замечать, насколько в этом всё ещё холодном доме было чисто и аккуратно. - У меня всё готово, - наконец позвал Ханбин. – Можете мыть руки и садиться. Ванная, если это можно так назвать, там, - Ханбин кивнул на неприметную дверь в коридорчике. - Иду, - Бобби сложил инструменты в ящик, поднял голову, чтобы позвать Раона и усмехнулся: - А быстро он спёкся. - Устал, - Ханбин подошёл, взял со спинки дивана тяжёлый плед и накрыл ребёнка. – Пусть сейчас поспит, а потом я его покормлю. Чем сейчас его будить и через силу… - Раон – растущий организм, он всегда голоден. Но ты прав, пусть сейчас спит. - Я могу уже обогреватели включать? - А кто тебе мешает? - Ты мешал, - Ханбин засмеялся. – Ты тут без конца что-то делал, инструменты свои включал. А здесь электросети нежные, чуть перегрузишь – и привет. - Не бойся, с тобой лучший пожарный этой недели, - Бобби засмеялся, но себе мысленно сделал пометку: разобраться и с электричеством. Ещё не хватало, чтобы Ханбин стал виновником пожара в этом сарайчике. - Только недели? - На прошлой тоже был я, - Бобби спешно вымыл руки в тесной комнатке, где едва умещались унитаз, раковина и тесный душ, а потом сел за стол. – Я вообще там часто бываю. - Не сомневаюсь, - Ханбин устроился напротив. – Я бы предложил вина, но у меня нет хорошего. - А какое есть? - Есть бутылка самого дешёвого, я её купил, чтобы не так уныло было сидеть субботними вечерами… Но знаешь, как-то до неё не дошло. - Ну и пусть тогда стоит, может, выдержка пойдёт ему на пользу, - Бобби придвинул к себе тарелку и потёр руки. – Выглядит просто изумительно.