Идеальный шторм

На сей раз Бобби приехал даже немного раньше, чем было нужно. Он покурил перед въездом на парковку, чтобы не подавать школьникам дурной пример, а потом вышел из машины и, чтобы убить время, принялся разглядывать красный Шевроле Авео, почти затерявшийся среди массивных внедорожников. Машинка выглядела неплохо, но Бобби заметил ржавчину по низу кузова, несколько царапин на крыльях и небольшую вмятину на заднем бампере. Возможно, конечно, объяснение крылось в не самом аккуратном вождении Ханбина, но что-то ему подсказывало, что с машиной дела обстояли так же, как с квартирой. Эта Шевроле красноречиво воплощала собой финансовые возможности учителя музыки Ким Ханбина на данный момент. Бобби успел даже подумать, кого из знакомых ребят-механиков он мог бы попросить подварить и подрихтовать кузов, когда из школы как вихрь вырвался Раон. - Привет! - Привет. Ты так рад меня видеть? - Я всегда рад тебя видеть, - Раон даже на объятия расщедрился. – Учитель скоро подойдёт, я ему сказал, что ты приехал. - Какой ты предусмотрительный, - Бобби хмыкнул. – Раон, слушай… Скажи мне одну вещь. - Какую? - А ты и правда так этому рад, как хочешь показать? - Чему? - Ну вот тому, что происходит, - уточнил Бобби. – Ты видишь, я ухаживаю за Ханбином по мере возможностей, он, скажем так, принимает эти ухаживания. А ты? - А что я? - Ты не ревнуешь? - А должен? - Должен или нет, я не знаю. Но ты мог бы, - Бобби вздохнул. – Просто ты всегда был центром моих интересов, а тут… - Типа, у меня соперник появился? – Раон задумался. – Нет, - он покачал головой. – Сейчас я точно не ревную. Я даже рад, что ты с ним мутить пытаешься. - Что я пытаюсь? - Мутить. Так у нас говорят. - У вас? - Ну в классе. Помнишь, я тебе рассказывал про Эрика и Чарли? - Припоминаю, - Бобби немного подумал, вспомнил контекст и кивнул более уверенно. – Да, было что-то такое. - Ну вот… Оказалось, что Чарли просто мутил с какой-то девочкой из параллельного класса. Не помню, как её зовут. Магда, Марта, Мымра… - Мымра – это не имя, а оскорбление, если что, - хмыкнул Бобби. - Это Эрик так говорил. Я ж говорю, я имя не помню, я её вообще не знаю, она то ли новенькая, то ли ещё что… Да и какое мне дело до девчонок, которые к Чарли липнут? - Так я не понял, а связь у всего этого какая? Зачем ты мне это рассказал? - Я тебе слово объясняю. Мутить… Это значит, пытаться завязать отношения с поцелуями и вот этим вот всем. Так Эрик сказал. - А вам не рано ещё отношения с поцелуями? – Бобби посмотрел на племянника с тревогой. – Я-то думал, тебе ещё рано некоторые вещи знать, а сейчас боюсь, как бы поздно не оказалось. - Ты про презервативы? - Твоя мать меня убьёт, - Бобби уже привычно закатил глаза. – Я в твоём возрасте стеснялся произносить это слово вслух. - А пользоваться? - Пользоваться не стеснялся, - Бобби прижал ладони к щекам. – О чём мы с тобой разговариваем на парковке перед школой? - О половом воспитании подростков. И раз уж школа в этом вопросе всё ещё не надёжна, вся ответственность на тебе, - Раон подмигнул. - А ты мне расскажешь? - Что? - Какой у тебя был первый опыт? - Тоже на парковке? - Нет, можно дома, - Раон наконец соизволил сесть в машину, демонстративно на заднее сидение. - А ты стесняешься? - Нет, я не стесняюсь! - наверное, излишне громко заявил Бобби, потому что в его сторону обернулись все, кто в данный момент был на парковке. - Чего не стесняйтесь? - Ханбин подошёл незаметно, насколько это вообще было возможно в его заметном издали красном пальто. - Я попросил рассказать о первом опыте, - Раон явно имел в голове свой собственный план, которому следовал. - Опыте чего? - Секса, чего же ещё, - Бобби открыл Ханбину дверь. - Это единственный опыт, о котором я ещё ему не рассказал. - Может, стоит доверить этот вопрос родителям? - Ханбин очень смутился. - Обычно у них лучше получается. - Мои родители поженились, потому что мама залетела мной... Я сомневаюсь, что они могут меня чему-то научить, - чуть резко, но справедливо заметил Раон. - А в Бобби я уверен. - Спасибо, конечно, - Бобби крепко сжал руль. - Но всё же, давай не прямо сейчас. Я сомневаюсь, что это интересная тема... - Ладно, ладно... Вечером расскажешь. - Я вечером уйду на работу. Завтра... - Ладно, завтра вечером, - принял решение Раон. - Но не думай, что я забуду. - Уверен, что не забудешь, - Бобби ужасно хотелось курить. Раон, сам того не подозревая, задел очень чувствительную тему. Бобби до сих пор вспомнал свой первый опыт со смешанным чувством. С одной стороны, ему тогда безумно нравился его партнёр, и это было взаимно. Как им казалось, не просто так. А с другой... Бобби до сих пор помнил ту чудовищную неловкость, дурацкие шутки, которые буквально сыпались из них обоих, суетливые движения и неприятные ощущения. Теоретических знаний на практике оказалось недостаточно, а спартанские условия свели на нет всю недолгую подготовку. Больно тогда было обоим, но каждый стеснялся признаться. И только провозившись с добрый час, Бобби признал, что ничего не выйдет. Тогда ему повезло с партнёром. Он тоже не ждал чудес и признал, что они ещё не готовы. В ход пошли все доступные средства, и пару раз мать едва не поймала Бобби за просмотром гей-порно. Если бы она заметила, что некоторые моменты сын ещё и конспектировал, она бы сдала его врачам на лечение. Удачным получился раз, наверное, десятый, когда они догадались выпить и набрались так, что испортили Бобби кровать. Утром их обоих выворачивало наизнанку, но одно Бобби помнил отчётливо: вечером было классно. - У тебя лицо такое... - Какое? - Бобби тряхнул головой. - Что-то не так? - Нет, просто... Мечтательное. Как будто ты что-то хорошее вспомнил, - пояснил наблюдательный Раон. - Ну, относительно, - признался Бобби. - Я тебе уже сказал, завтра вечером... - Ладно, только тогда не назначай на завтра свидания. - Раон! - А что? Уже можно же, - Раон снова невинно заморгал, мол, а что я такого сказал, что все сразу накинулись. - Уже можно, ты прав, - Бобби проглотил все возражения и вообще все мысли, что посетили его в этот момент. Он решил, что просто откровенно спросит у Ханбина, где граница, которую нельзя переступать, а потом серьёзно поговорит с Раоном. В конце концов, такие шутки могли быть неприятны Ханбину. До самого дома Раон не проронил больше ни слова, и Бобби смог немного расслабиться. Как оказалось, рано. Выбравшись из машины и отгородившись от Бобби калиткой, Раон участливо поинтересовался: - А ты зубы почистил? А то опять будешь стесняться целоваться! - Малой! - Не опаздывай к ужину, бабушка обещала испечь пирог, - Раон словно не заметил раздражения в голосе Бобби. Он в мгновение ока скрылся в доме, и только дрогнувшая занавеска дала Бобби понять, что дальше порога он не ушёл: остался подсматривать. - У вас такие близкие отношения, - Ханбин попытался свести всё к нейтральной теме. - Временами даже слишком... Никакого авторитета, - Бобби потянулся за сигаретами, потом вспомнил о запахе изо рта и смущённо их отложил. - Если вы боитесь курить из-за меня, то зря... Мне нравится запах табака, - Ханбин наклонился к нему и добавил едва слышно: - И вкус тоже. - Ханбин... - пробормотал Бобби, слово в тумане погладил его по щеке, а потом просто поцеловал. По-настоящему, как полагается целовать взрослому и уверенному в себе мужчине. Ханбин не только не отстранился, но ещё и ответил, вернул поцелуй с таким жаром, словно не целовался уже много дней. А может, так оно и было. Наверное, Ханбин просто соскучился по человеческому теплу и близости, а Бобби оказался под рукой. Так думать было проще, чем считать, что Бобби нравился Ханбину так же сильно. Бобби не обижался, он догадался, что разбитое сердце невозможно было склеить парочкой комплиментов. Ему предстояло потрудиться в любом случае. Он мог вернуть Ханбину веру если не в людей, то в чувства и отношения, а мог вдребезги разбить собственное сердце. Для этого ему всего и нужно было, что подпустить Ханбина слишком близко к себе. Поцелуй пришлось разорвать, когда сзади кто-то просигналил. - Ну какого хера? – с тоской поинтересовался у мироздания Бобби, отстранился и обернулся, чтобы посмотреть, кому он мешал проехать на пустой дороге. Оказалось, что невестке. Бобби не планировал целовать Ханбина у ворот своего дома, поэтому остановился с тем расчётом, что сразу же и отъедет. Однако они задержались, и теперь невестка не могла въехать на участок. - Кто это? - Ханбин мудро оборачиваться не стал, наоборот, съехал ниже, чтобы его не было видно. - Мамаша Раона. Чудеснейшая из женщин, - Бобби тронулся с места, с трудом сдержавшись, чтобы не показать невестке средний палец. - Вы не ладите? - Это слишком сложно и очень дорого, - Бобби усилием воли заставил себя ехать аккуратно. В конце концов, он был в машине не один, а значит, отвечал и за жизнь своего пассажира. - Дорого? Почему? - Потому что человек такой. Человек-калькулятор, - Бобби вздохнул. - Я прошу прощения, но эта тема... Может, поговорим об этом позже? - А сейчас о чём? - О поцелуе, - Бобби облизал губы, на которых ещё оставался едва заметный привкус вишнёвого бальзама. - А что с ним не так? - Всё так, - Бобби помолчал немного. - А для вас это нормально? - Что? Целоваться? Вполне, - Ханбин явно не уловил суть вопроса. - Или я произвожу впечатление ханжи? - Нет, вы не так поняли... Ханбин, я могу называть вас на ты? - Уже давно, - Ханбин тоже облизал губы, возможно, слишком демонстративно, но Бобби уловил намёк. - Я хочу знать, не обидел ли тебя своей настойчивостью. Может, тебе сейчас не нужны отношения, а тут я... - Знаешь, я придерживаюсь точки зрения, что всё должно происходить само собой, - Ханбин положил ладонь Бобби на колено. - Отношения, поцелуи... Это нельзя планировать. Как я могу сейчас знать, сколько времени мне понадобится? И смогу ли я потом, когда буду "в порядке", найти тебя снова. - Именно меня? - Тебя... Или кого-то другого, кто будет относиться ко мне, как ты, - уточнил Ханбин. Не очень приятно, зато предельно честно. - А вдруг я снова встречу какого-то придурка? - А вдруг я сам придурок? - Это тоже нельзя исключать, - Ханбин сжал пальцы на колене Бобби. - Прости меня... Но ты честно спросил, и я пытаюсь так же ответить. - Я это ценю, - Бобби улыбнулся. - Я понял, что ты имеешь в виду. И если ты позволишь, я поцелую тебя ещё. - Ты всегда будешь спрашивать? - Нет, только первое время, - Бобби чувствовал волнение в груди. - Я должен понять, как тебе нравится. А потом я уже буду знать... - А в постели ты тоже спрашиваешь? - А ты нет? - Как-то не доводилось, - признался Ханбин. - Знаешь, пожалуй, для такого поворота разговора я слишком трезв. - Тебя смущают разговоры о сексе или я? - И то, и другое... Вернее, пока меня смущают мысли о сексе с тобой. - Я тебе не нравлюсь в этом смысле? - Скорее наоборот, - Ханбин отвернулся к окну, продолжил глухо, словно пытался спрятать лицо за шарфом. - Ты слишком... Слишком хорош, да. - Я? - Да. Я видел тебя в раздевалке... И это... - Я смог произвести впечатление? - Смог, - Ханбин помолчал. - Я никогда такого не говорил, но я... Я так и не думал. А тогда... Я подумал, что если бы ты прямо там подошёл ко мне, я бы пошёл с тобой... Бобби слушал эти слова как музыку. Его совершенно не смущало то, что Ханбина впечатлило его тело. Прежде всего, он к этому стремился. И честно считал своё тело одним из главных своих достоинств, хоть и не первостепенным. К тому же, у Ханбина было мало возможностей изучить его душевные качества. Разве не с внешности Ханбина начался и его собственный интерес? Где он там мог разглядеть всё остальное? Не на заправке же, когда Ханбин метался, не зная, как ему быть, под пристальными взглядами и насмешками людей. - То есть, если я захочу, чтобы ты со мной пошёл, мне нужно будет просто раздеться? - Можешь не раздеваться, - Ханбин неловко усмехнулся. – Я же уже всё видел. - И? - Я хотел бы… Да, пожалуй, я хотел бы испытать это на практике. Но… - Но? - Ещё до того, как я впервые встретил тебя здесь, я уже понял, как я ошибся, когда начал отношения с человеком с постели… И я дал себе обещание никогда больше так не делать, - Ханбин вздохнул. – Ты мне очень нравишься, Бобби, но… - Просто давай познакомимся поближе, - мягко перебил его Бобби. – Как делают все нормальные люди. Я же могу пригласить тебя на свидание? Как будто этого разговора не было. - На свидание? Думаю, да. - Значит, я тебя приглашаю. В субботу вечером. В семь? - Классика, - Ханбин улыбнулся. – Договорились, в субботу вечером. В семь будет в самый раз.