Maintenance

Физические травмы Микки заживают в течение пары недель, но психологические последствия прогулки в космос кажется только усугубляются. Его постоянно мучает яркий повторяющийся кошмар беспомощного вращения в пространстве, и просыпается он на простынях, которые пропитаны холодным потом. Микки пытается спать как можно меньше, глуша энергетики и бесконечные чашки кофе. От этого начинаются жуткие головные боли, с которыми он борется таблетками, но болеутоляющие расстраивают желудок, в результате Микки меньше ест и больше пьет своего самопального алкоголя - лучшее известное ему средство забвения. Андроид, конечно, заметил. Однажды, проходя мимо Микки по коридору, он остановился и прицепился к нему: - Ты болен. - Я в порядке, - буркнул Микки. Но тупой робот был настойчив, как коллекторское агентство. Он поменял направление и засеменил рядом с ним. - Ты похудел, выглядишь усталым и обезвоженным. Тебе нужен медицинский осмотр. - Ни хрена мне от тебя не нужно, жестянка. Ты не можешь исправить то, что со мной происходит. - А что с тобой? Мгновенно разъярившись, Микки набросился на андроида со сжатыми кулаками. - Меня отправили в космос, и я чуть не сдох! Теперь я немного того, бля, не в форме, - он постучал себя по голове. - Вот здесь. Так что если у тебя нет лекарства от этого, убирайся с глаз долой. - Я мог бы помочь, - предложил андроид. - Если ты захочешь поговорить об этом. Микки ржать был готов от мысли о том, чтобы лечь на кушетку и рассказать этому стальному доктору Фрейду о своих кошмарах. - Ну, спасибо, блять, но мне тут шепнули, что у тостера самые дешевые сеансы психотерапии. Думаю, лучше к нему схожу. - Я знаю о психологии столько же, сколько любой человеческий психотерапевт, - настаивал ИН-30. - Даже просто поговорить со мной могло бы.… - Послушай, Милковичи не лежат, плача, на диванчиках и не мусолят свои проблемы. Знаешь, что мы делаем? Мы хороним это дерьмо глубоко внутри и топим его выпивкой, и, в конце концов, становится лучше. Или нет, и ты сносишь себе башку выстрелом из дробовика, как это сделал мой дядя Джимми. И ты так меня достал, что дробовик начинает выглядеть очень заманчивой перспективой. Глаза андроида потрясенно расширились. - Если ты подумываешь о самоубийстве... - Ох, ебать тебя в жопу, расслабься, это была шутка. Твои обширные знания человеческой психологии не включают в себя блядские шутки? - Включают. И я знаю, что шутки о самоубийстве являются одним из основных предупреждающих знаков о том, что человек серьезно рассматривает… - Я не собираюсь сносить себе голову! Блять! - хотя сейчас она начала так болеть, что Микки был уже не против этой идеи. Ему нужна еще одна таблетка обезболивающего. Он отвернулся и направился к своей каюте, на этот раз андроид оставил его в покое. *** Старый рецепт восстановления после психотравм семейства Милкович оказался таким же эффективным, как и всегда, то есть - нихуя не сработал. Ежедневные проверки Микки становились все более небрежными. Он делал больше ошибок. Перестал ходить в спортзал каждый день. Все больше выпивки и потом таблеток, чтобы справиться с похмельем. Это нисходящая спираль, которая гарантировала катастрофу, и в конечном итоге катастрофа разразилась. Микки проснулся от звонка андроида по интеркому. Он застонал и сначала не услышал, что ему бормочут. Голос робота звучит ломано и напряженно. - Какого хрена я тебе сперся?- проворчал Микки. - Тебе нужно спуститься в машинное отделение, - повторил ИН-30. - Один из охлаждающих баков поврежден. Дерьмо. Вчера Микки не очень тщательно проверял машинное отделение. Боже, как же у него раскалывается голова. - Сам не можешь справиться? - поинтересовался он. - Нет, - коротко бросил андроид. Микки со скоростью улитки вылез из постели, натянул комбинезон и спустился на инженерную палубу. Он и не пытался ускориться. Разрыв бака охлаждения - тот еще геморрой, но дело совсем не срочное. Он остановился, чтобы захватить инструменты и ремкомплект по пути, а затем снова сделал привал, чтобы отлить. Наконец, инженер ввалился в похожее на пещеру машинное отделение. - Сюда, - донесся слабый голос, едва слышный из-за шума машин. Андроид сидел рядом с разорванным баком, который плевался клубящимися облаками пара. Когда Микки подошел ближе, он понял, почему тот не может сделать ремонт сам. Его рука - или, вернее, ее остатки - лежала на полу, окруженная ореолом обломков, там где ее, очевидно, оторвало взрывом танка. Андроид встал, крепко сжимая челюсти, когда Микки подошел, с обрубка каплями стекала охлаждающая жидкость. - Ебать, - крякнул Микки, глядя на него. - Почему ты не сказал мне, что тебе руку отхреначило? - Охлаждающий бак - первый по приоритету, - ответил андроид все еще сильно напряженным голосом. Микки с подозрением покосился на него. - Что с тобой? - настороженно спросил он. - Кроме руки, я имею в виду. - Всего лишь рука, - промычал андроид. - Это… больно. Микки опешил. - Ты чувствуешь боль? Какого хера? Андроид поднял неповрежденную руку, чтобы защитным жестом прикрыть свою культю. - По той же причине, по которой люди чувствуют боль. Подсказать мне, что что-то идет не так. Микки упер руки в бока и посмотрел на совершенно изуродованную конечность. - Тебе нужна боль, чтобы понять вот это, да? ИН-30 пожал плечами, а затем сморщился от движения. - Для того чтобы я точно не мог игнорировать это. Более ранние модели могли продолжать работать после повреждений, и из-за ограниченной мобильности портились еще больше. Поэтому многие из них уничтожали себя прежде, чем их успевали починить. Поэтому нам дали боль. Достаточную, чтобы продолжать работать было слишком больно. Микки невольно почувствовал вину. Наверное, это его косяк, что бак взорвался. Если бы он был так скрупулезен в своих проверках, как предполагалось, то обнаружил бы ошибку, и андроид не чувствовал бы сейчас никакой боли. Микки внезапно испытал странное желание извиниться, но сдержался. - Запасные части для тебя в мастерской. Пойди и очисти руку,- он кивнул на мешанину истрепанных проводов, порванной кожи, искореженного пластика и металла, торчащих из плеча андроида. - Я все исправлю, а потом приду и поставлю тебе новую. Андроид кивнул и сказал: - Спасибо, Микки. Милковичу стало еще гаже. Он выключил охлаждающий бак, чтобы приступить к ремонту. И тот занял порядочно времени - больше, чем надо на самом деле, потому что Микки все еще маялся с похмелья. Работая, он не мог перестать думать об андроиде, жалея, что изучил только его инженерную спецификацию. Интересно, чувствует ли он боль так же, как Микки? Он представил, что его руку оторвало взрывом, только потому что какой-то мудак слишком проебался, чтобы делать свою работу должным образом. Если бы это случилось с Микки, он не стал бы спокойно объяснять ситуацию ослу, который так облажался; он бы, блядь, убил бы его нахрен. И тут Микки решил, что баста - хватит. Ему нужно завязывать так бухать. Надо снова начать спать по восемь часов в сутки, даже если эти восемь часов будут полны кошмаров. Ему нужно взять себя в руки, потому что на этом корабле тысячи людей, и их жизни зависят от Микки, делающего свою чертову работу. В следующий раз, если он сваляет дурака, последствия могут быть намного хуже. Когда он добрался до мастерской, андроид уже убрал растерзанные части своей культи и сидел на рабочем месте, опустив плечи. С отсутствующей рукой и понурым лицом он выглядел так жалко, что у Микки попер раскручиваться новый виток вины. Он толкнул панель на стене, за которой прятался склад, полный запасных частей для ИН-30. Есть руки, ноги и головы - около дюжины голов, выстроенных в ряд с отсутствующим, нейтральным выражением лица. Шоу ужасов. Микки быстренько схватил руку и как можно скорее прикрыл панель. Это довольно простая ремонтная работа. Андроиды часто теряют конечности - в конце концов, роботы изначально использовались для выполнения самых опасных работ, чтобы уменьшить число человеческих жертв. Сейчас тот случай, когда конечность просто вставляют на место, а затем проводят серию проверок, чтобы убедиться, что новая рука функционирует должным образом. Как только Микки прикрепил ее и сдвинул края синтетической кожи вместе, чтобы она срослась, ИН-30 осел на сиденье и простонал от облегчения. Микки забеспокоился, что тот может начать благодарить его снова, поэтому, не долго думая, выпалил: - Это была моя вина. Андроид повернулся, чтобы уставиться на него, и Микки быстро опустил взгляд на руку, сосредоточившись на диагностике. - Вчера во время проверок я особо не парился, - слова "Прости, мне жаль", кажется, не могут сорваться с его губ, поэтому вместо этого он говорит. - Этого больше не повторится. Если Микки и надеялся на какой-то прощающий или утешающий спич от робота, то не получил его. Андроид снова развернулся, смотря прямо перед собой, и произнес только: - Хорошо. Микки проглотил горечь и начал по очереди сжимать кончики пальцев на новой руке, каждый раз опрашивая андроида, получает ли он сигналы от своих кожных датчиков, и удостоверяясь, что все в порядке. Затем он заставил его подвигать пальцами по отдельности, сжать их в кулак, и завязать узелок на шнурке, чтобы проверить координацию с другой рукой. Все работало. Однако в глубине души Микки до сих пор что-то скреблось - желание протянуть сраную оливковую ветвь, открыто прийти к общему знаменателю? В конце концов, да, это всего лишь машина. Но то, что андроид может чувствовать боль, выбило инженера из колеи. И у него с языка неожиданно сорвалось: - У тебя типа имя есть или как там? Чтобы было удобнее звонить по интеркому. ИН-30 выглядел слегка удивленным. - Да. Меня зовут Иэн. Микки закатил глаза. - Неа, это твоя модель. Слушай, я знаю, что наши задроченные выпускники академий звали тебя Иэном, потому что думали, что это типа мило, но… - Они называли меня так, потому что я попросил. Я выбрал имя Иэн. Первое решение, которое принимают все андроиды - выбирают себе имя. - Почему ты никогда не просил меня звать тебя так? - Не думал, что ты стал бы. Микки наконец-то поднял глаза на лицо андроида. Этот трахомудень улыбался ему. И казался действительно счастливым, в первый раз, как Микки мог вспомнить. У инженера в голове глубокой, засасывающей воронкой вертелись мысли ... если робот может чувствовать боль и сексуальное желание, что еще он может чувствовать? Микки предполагал, что его реакции были запрограммированы только для того, чтобы сделать его более похожим на человека. Узнал раздражитель - выдал соответствующее выражение лица, без каких-либо других процессов между этим, вроде как та псина Павлова, раздался звонок - потекли слюни, только проще. Но Микки первым готов признать, что в области программирования он самый настоящий чайник. Возможно, мозг Иэна устроен гораздо сложнее. - Э-э, ты в порядке, - пробормотал Микки, он внезапно понял, что его рука все еще лежит на руке андроида и поспешно убрал ее. - Дай мне знать, если что пойдет не так, но ты должен быть... в порядке, - запинаясь, закончил он. Иэн все еще улыбался. - Спасибо, Микки, - нараспев протянул он.