Товар

Трактир встретил Гоголя своим привычным запахом алкоголя, облитого выпивкой паркета и табака. Отовсюду слышались пьяные выкрики, песни и ругательства. Официантки разносили подносы с едой и напитками, весело отвечая на флирт мужиков и молодых парней. Бармен за стойкой протирал стаканы, с хохотом слушая рассказ одного из посетителей. На свободном от столов участке, пьяные в зюзю, танцевали несколько юношей, расплёскивая пенное из кружек на свои и чужие ботинки. Одеты они были по-рабочему, видно, только вернулись со службы. Уже расстёгнутые сюртуки полетели на лавку, давая молодым разгуляться по полной. Коля оглядел помещение, приглядывая себе спокойный уголок и, определившись, прошёл к столу. Усевшись, Гоголь решил подождать, когда к нему подойдёт официантка — кричать через весь бар категорически не хотелось, в дань плохому настроению. Да и привлекать к себе лишнее внимание не грезило чем-то хорошим. Заказав пиво, Коля отдался потоку собственных мыслей. Возможно, в такой обстановке думать о делах насущных — не лучшая идея, но Гоголя шум трактира настраивал на размышления и вводил в некий транс. Из-за обилия звуков со всех сторон, а может из-за выпитого алкоголя, Николай и не заметил, как возле стола вырос молодой мужчина. Им оказался один из тех танцующих юношей. На нём была рубаха и, вроде как, коричневый жилет — при тусклом освещении было не очень хорошо видно. Остальная верхняя одежда была благополучно снята, дабы не стеснять движения и не запачкаться. На вид парню было не больше двадцати трёх: светлые кудрявые волосы, большие зелёные глаза (в этом Коля тоже был не уверен) и раскрасневшееся из-за алкоголя и танцев весёлое лицо. — Здравствуй! — развязно поприветствовал Гоголя парень, в речи уже явно просвечивались пьяные нотки. Он отсалютовал Коле кружкой и покосился на место рядом, своим весьма многозначительным взглядом спрашивая разрешения сесть, но после непонимающего взгляда Коли, всё же спросил: — Можно? — от Гоголя последовал разрешающий кивок, и незнакомец плюхнулся на стул. Последовавшее молчание разбивал только стук кружки о стол и неловкое дыхание Николая, который смутился из-за пристально изучающего взгляда. — Как тебя зовут? — всё же нарушил тишину парень, с лёгкой улыбкой наблюдая за Колей. — Николай. А вас, позвольте спросить? — Гоголь чуть склонил голову вбок, давая волосам скользнуть за ухо, тем самым оголяя шею. Незнакомец хмыкнул и, отпив ещё немного из кружки, ответил: — Пётр, — последовала небольшая пауза и игривая улыбочка. — Но это не столь важно, не считаешь? Мне вот интересно узнать, что ты делаешь в баре совсем один и такой грустный, — молодой человек откинулся на стуле вместе с алкоголем в ожидании рассказа. В глазах его прыгали озорные искры, с лица не сходила заинтересованная улыбка. — Да я всегда один пью. Товарищей по выпивке у меня нет, — проговорил Коля, а после более тихо добавил: — если честно, никаких нет, — Николай чуть улыбнулся и глотнул из кружки, после облизав мокрые губы. Пётр со странным прищуром наблюдал за действиями Гоголя. — Понятно, а я вот с друзьями, — парень развернулся к противоположной части таверны, указывая на смеющихся юношей. — А что ж вы не с ними, Пётр? Обидели вас чем? — Гоголь наклонился чуть ближе к новому знакомому, своими прозрачными глазами заглядывая ему прямо в душу. Пётр непонятно выдохнул, улыбнулся и тягуче-тихо ответил: — Нет, не обидели. Мне просто захотелось передохнуть, с кем-нибудь познакомиться, послушать интересную историю, — Пётр положил локти на стол и наклонился ближе к Гоголю. Коля на секунду застыл, пытаясь понять, что скрыто в глазах у этого человека, но алкоголь, ударивший в голову, не дал учуять звериные нотки в чужом взгляде. — Если вы намекаете на меня, то моя история не столь интересна, могу вас уверить, — Николай хмыкнул, пожимая плечами, и сделал ещё один глоток из кружки. — Многие так говорят, милейший, но это редко бывает так, — сказал Пётр, а Гоголь дёрнулся — милейшим его часто называл Гуро. Какое-то время оба молчали — Коля обдумывал предложение, Пётр ждал, незаметно бродя взглядом по телу, будто что-то разыскивая. Крикнув официантку, молодой человек заказал ещё пива и, подмигнув, сказал, что это за его счёт. Спустя немного времени, Гоголь всё-таки согласился: — Ну, раз вы так говорите, то почему бы не рассказать, — Николай решил наконец поведать кому-то о своих переживаниях, плюс ко всему — Пётр вызывал доверие. Коля начал рассказ… *** — Так этот человек просто уехал? Вот так? Не объяснившись, не попрощавшись? — Пётр с сожалением посмотрел на разгорячившегося Гоголя, который пил непонятно какую по счёту кружку и тёр покрасневшие глаза. — Да, да, вот так вот, — Коля горько вздохнул и опрокинулся назад на стуле, прикрывая веки. — Я так понимаю, это дама весьма необычна, верно? — спросил Пётр, незаметно придвигаясь всё ближе к Гоголю. Коля повернул голову к юноше, не замечая, что расстояние между их лицами до неприличия ничтожно, и скривил непонятливую гримасу. — Что? Дама? Да какая из Гуро дама, чёрт возьми! — пьяно ответил Николай и рассмеялся. Пётр победно улыбнулся и отпил (воду) из своей кружки. Гоголь продолжил рассказывать, не беря во внимание чужую руку на собственном колене. Новый знакомый растерял весь напускной интерес к истории, лишь изредка лживо охая, и принялся за более внимательный осмотр Николая. Глаза его горели страшным пламенем, а Коля, как беззаботная овечка, даже не замечал этого огня. Стопка водки совсем уж развязала язык юному писателю, и Пётр совершенно спокойно стал расспрашивать Колю о его личных делах. Узнав место проживания Гоголя, молодой человек решил действовать. Николай в пьяном бреду с завидным выражением (для нетрезвых) читал стихи любимых авторов и цитировал разных людей, приводя к цитатам примеры из жизни. После очередного монолога юноша чрезвычайно разбушевался и начал рваться на улицу, дабы что-то показать. Пётр удержал его, быстро расплатившись и, пообещав Коле кое-что интересное, под руку с юношей вышел из таверны. — Не повезло парню, конечно, — сказал посетитель бармену и, получив от последнего кивок, продолжил пить. *** Свежий воздух холодил разгоряченные щёки Николая, лёгкий ветер забирался в волосы и под одежду, охлаждая горячую кожу. Гоголь блаженно простонал и попытался расстегнуть жилет, но пальцы не слушались. Спустя несколько неудачных попыток Коля с досадой опустил руки и огорчённо посмотрел на Петра. Молодой человек, всё это время наблюдавший за тщетными порывами Гоголя справиться с жилетом, хмыкнул и подошёл ближе к парню. Оказавшись на совсем неприличном расстоянии перед Колей, Пётр медленно начал расстёгивать пуговицы. Гоголь молча следил за его действиями, но на последней пуговице вдруг произнёс: — У вас очень красивые руки, вы знаете? — Николай обхватил руку Петра и осмотрел её, разгибая чужие пальцы и проводя по линиям на ладони. — Такие длинные. Вы не пробовали играть на фортепиано? Думаю, у вас бы хорошо получилось, — Коля поднял взгляд на нового знакомого и невинно улыбнулся. Пётр на секунду застыл, смотря в глаза напротив, сердце впервые кольнуло сомнением, он нахмурился. Но через секунду лицо разгладилось, глаза вновь загорелись уверенностью. — В детстве играл. А сейчас я в этом не заинтересован, — ответил Пётр, не предпринимая никаких попыток вырваться из хватки Коли. Гоголь молчал рассматривая разбитые костяшки и аккуратно дотрагиваясь до них кончиками пальцев. Он не знал откуда эти раны, в голову лезла всякая чертовщина. — А я пишу, знаете ли, — тихо проговорил Коля и, надрывисто выдохнув, начал: — Склоняется на запад день, Вечерняя длиннеет тень. И облаков блестящих, белых Ярчее алые края; На листьях темных, пожелтелых Сверкает золота струя. И вот завидел странник бедный Свои родимые луга… Коля сглотнул подступивший к горлу ком и также тихо-хрипло продолжил: — И взор мгновенно вспыхнул бледный, Блеснула жаркая слеза. Рой прежних, тех забав невинных И тех проказ, тех дум старинных — Всё разом налегло на грудь И не дает ему дохнуть. И мыслит он: что это значит?.. И, как ребенок слабый, плачет* Гоголь замолк. Голова была склонена к земле, так что не было видно лица, волосы колыхались на ветру. Пётр почувствовал, как на ладонь что-то капнуло, он поднял взгляд в тёмное небо, думая, что начался дождь. Небосвод был прозрачно чист, настолько, что даже казалось, что звёзды сверкают ярче, чем обычно. Молодой человек вновь опустил взгляд на Николая, в груди отчего-то щемило. — Простите, — на грани выдавил из себя Коля и шмыгнул носом. Отвернув голову, дабы слёзы не капали на чужие ладони, Гоголь надрывисто выдохнул и закусил губу. Пётр посмотрел на этого совсем ещё юнца и почувствовал себя необычайно мерзко. Николай ещё раз извинился и разжал пальцы, но Пётр успел почувствовать, как затряслись чужие руки. — Пойдём, доведу тебя до дома, — сказал парень и, перекинув чужую руку через плечо, направился в сторону названного Колей адреса. Гоголь незаметно плакал, а Пётр с каждым услышанным всхлипом чувствовал себя всё более паршиво. *** Чуть ли не за квартал до здания, до Петра начали доноситься крики и детский плач. Несмотря на столь поздний час, звуки не стихали, а только становились громче благодаря пришедшим домой пьяным мужикам и плачущим женщинам и детям. Дойдя до указанного места, Пётр остановился и, потряся засыпающего Колю, спросил: — Какая твоя комната? — Гоголь разлепил сонные заплаканные глаза и, несколько секунд тупо смотря перед собой, всё же ответил: — Ааа… Да я живу на вто-ром этаже в конце коридора, да. Справа, — Пётр вздохнул и, перехватив безвольное тело поудобней, зашёл внутрь. Возле нужной комнаты молодой человек прислонил Николая к стене и принялся рыться в его карманах в поисках ключей. Пётр выудил ключ, параллельно найдя мешочек с деньгами, который он незаметно сунул во внутренний карман пиджака, и отпер дверь. Вместе с Николаем завалившись в комнатку, молодой человек стал осматривать каморку, подмечая потенциальные места для хранения денег. Бросив вырубившегося Гоголя на кровать, Пётр без сомнений кинулся к комоду и обнаружил там то, что хотел — целый сундук с деньгами. Он не запирался на ключ, что было весьма и весьма бестолково со стороны Коли. Быстро растолкав деньги по карманам (всё, конечно, не влезло), Пётр сделал всё как было и встал. Спящий Гоголь посапывал во сне и наверняка даже не думал об обмане. Пётр ушёл, сказав в пустоту, что это самое малое, что он собирался сделать. Проснувшись утром и обнаружив пропажу, Коля долго смеялся, а после долго плакал, коря себя за наивность, которую считал основной причиной всех его бед. Кое-что для себя Николай решил точно — он больше не станет выпивать в барах.