Ты же не выдашь меня, верно?

      Она — сука, которая разрушила мою жизнь. Она — сука, которой я доверил всё, что было важно для меня. Она — Ирина Кузнецова.       Эта была первая девушка в моей недолгой жизни, которую я любил не за то, какая она в постели. Её короткие тёмные волосы были шелковистыми и пахли лесными ягодами, карие глаза светились ярче солнца, а улыбка превращала даже самый пасмурный и отвратительный день в чудесный. Я был счастлив с ней, а она… Она сдала меня полиции, и суд продолжался около полугода. Эта тварь не только выдала меня с наркотиками, но и наговорила всякой чепухи на счёт того, что я «пытался подсадить её». Что, блять, нахуй? По решению суда я теперь не выездной из Санкт-Петербурга, должен постоянно общаться с психологом, а так же ходить на ебанные курсы для борьбы с зависимостью. Шикарная жизнь, не правда? И теперь она пытается дозвониться до меня. У этой суки явно не всё в порядке с головой. Меня уже трясёт от одного упоминания её имени или воспоминания, связанного с ней. А слышать её голос… Ха, хуй с маслом!       Наплевав на разлетевшиеся осколки стекла, я зашагал в спальню. Мне хотелось поскорее забыть о ней и окунуться в царство Морфея.

***

      — Арсений Сергеевич, к вам пришли. — послышался женский голос из-за приоткрытой двери.       — Пусть заходит.       В мой кабинет зашёл невысокий парень с небольшой бородой и несносными чёрными очками. Он что-то перебирал в руках, видимо волнуясь. Приятно, приятно.       — З-здравствуйте…       — Ну что?       — Сегодня в 18:00 собрание…       — Я там должен быть?       — Для вас же лучше… — промямлил парень и я тяжело вздохнул.       — Хорошо, я буду.       — Арсений Сер…       — Есть ещё что-то? — я вскинул бровь в ожидании ответа.       — Он тоже должен прийти.       Я выпрямился в высоком кожаном кресле. А вот это уже интересненько. Сегодняшний вечер обещает быть весёлым…       — Я снова сорвался… — слышится хриплый голос мужчины слева от меня.       — Почему, Пётр Андреевич? Мы же уже обсуждали, что наркотики — это не способ уйти от проблем… — отчаянно сказала девушка, перебирая какие-то бумажки.       — Да, знаю, но… — а дальше ещё куча «причин» срыва.       Я посмотрел на часы. 18:23. Уже почти полчаса я торчу на этом бесполезном собрании наркоманов и ничего интересного. Опять нелепые истории о том, как тот или иной сорвался, одни и те же аргументы от девушки-психолога, которая пытается реабилитировать этих недоумков. И она, кажется, уже понимает, что все тщетно. Но по ней видно, что хочет, не хочет, а деньги ей нужны. Выглядит она, конечно, ухоженно и привлекательно, и не вооружённым глазом не увидишь остальных мелочей, но человек воспитанный и интеллигентный заметит застиранный свитер с потёртыми локтями, чёрные джинсы, скорее всего не раз зашитые в области колен и ягодиц, потерявшие достойный вид межсезонные сапожки…       — Здравствуйте, молодой человек! — мои размышления прервало приветствие этой девушки. В помещение зашёл высокий худощавый парень в куртке, с накинутым чёрным капюшоном, из-под которого виднелась несколькодневная щетина. Новоприбывший сел упал на стул.       — Представьтесь.       — Ну блять…       — Здесь не принято материться. — чуть напряженно сказала девушка, но видимо парня это не волновало.       — А меня не ебет, как у вас тут принято. Антон Шастун. 27 год. Эм… Наркоман? Думаю, да. Люблю снюс, марихуану, спайс, кокаин, фен…       — Мы поняли, спасибо. Похлопаем Антону. — сказала девушка и все начали хлопать, включая меня.       На протяжении всей лекции я смотрел на парня, что могло показаться довольно подозрительным. Но, к моему счастью, он рассматривал всех сидящих здесь. Его ярко-зеленые глаза изучающе скользили по телам присутствующих и резко остановились на мне. Я не знаю, как долго мы так смотрели друг на друга, но, когда наши глаза оторвались, мы могли быть свободны.       Пока все приходили в себя и собирались с мыслями, юноша двинулся к выходу, а спустя минуту — я. Я успел выйти до того, как закрылась дверь за ним и отошел в тени елей. Холодный ветер проникал в каждый уголок тела, из-за чего пришлось обнять себя руками.       Я не сводил взгляд с нового объекта моего внимания. Он вытащил из кармана пачку сигарет и закурил. Парень не стал долго задерживаться здесь, поэтому, выдохнув никотин, двинулся вперед, скрываясь в ночных огнях Санкт-Петербурга.       Минут через 10 мне пришло сообщение: Паша. 20:13. Прости, задержался. Через 2 минуты буду. Я. 20:13. Жду.       Через обещанные 2 минуты у дороги припарковался черный BMW. Я подошел к нему, немного дрожа от холода, и сел в теплый салон.       — Извините, Ваше Вашевство, за долгое ожидание автомобиля. — раздался голос сидевшего рядом человека.       — Не ёрничай!       Я посмотрел на собеседника. Тощий мужчина сидел в фиолетовом костюме и широко улыбался. Этот человек со мной чуть ли не с рождения. Этот человек помогает в сложных и почти не разрешимых ситуациях. Этот человек — Павел Воля Добровольский.       — Ахах, прости. Вот твой костюм. — сказал он, передал мне пакет с одеждой и посмотрел на часы. — У тебя 7 минут.       Я люблю Добровольского. Люблю, как друга. Люблю, как товарища. Люблю, как брата. Этот человек никогда не опаздывает, у него расписано все по минутам секундам. За это и другие качества я его и люблю.       Когда я переоделся, машина припарковалась у ночного клуба. Выйдя из салона, я двинулся внутрь. Клуб оправдывал все ожидания. Темно-фиолетовые стены, бардовый ковер, охрана, кружащая по залу, и, разрывающийся от музыки и танцев, танцпол.       — Арсений Сергеевич, пройдемте за мной. — ко мне подбежала маленькая девушка в солидном черном платье.       Юная особа проводила нас в VIP зону и показала места. Паша быстро сел на диван и заказал пару напитков. Я последовал его примеру и сел рядом, поправляя костюм.       — Ну что, как прошло собрание?       — Отлично.       — Это что-то новенькое. — Добровольский поднял бровь. — Неужели…       — Да…       — Ты точно уверен, что… — он не успел договорить, как на моем лице выступила улыбка.       — На все 100%!