PLAYOFF

Суён настраивает объектив, пытаясь передать красоту закатного солнца, когда замечает на маленькой покрытой щебенкой площадке Чимина. Даже в свободное время он продолжал тренироваться. Девушка разглядывает плотно зафиксированное эластичным бинтом колено, прикрытое тёмным наколенником. Парень потирает колени, и она примерно догадывается, что ему больно. Ей как-то приходилось исполнять главную роль в мюзикле музыкальной школы с подвернутой ногой. К концу спектакля она безобразно опухла и ныла так, что невозможно было наступить. На поклоне Суён сильно хромала и спасала только поддержка партнёра. — Не переусердствуй. Чимин оборачивается, замечая спускающуюся по тропинке к нему Суён. Девушка почти в припрыжку добирается до скамейки и присаживается на её край, отодвигая чуть в сторону его телефон. Суён приехала как член клуба медиа, но большую часть времени она проводила у озера, делала фотографии для обновлений блога. Теперь Чимин был подписан на её страницу и по вечерам перед сном листал все посты. Кажется для Суён эта поездка стала возможностью отдохнуть от школьных сплетен и загруженного съемочного графика. — Всё нормально, — улыбается парень, утирая пот со лба. Он выглядел озадаченно, и Суён догадывалась почему. — Переживаешь из-за отстранения Чонгука? Я думаю всё наладится. Это только временная мера. — Если товарищеский выпадет с Ястребами, мы вряд ли справимся. Я не всё успел наверстать и ещё не в лучшей форме. Суён хмурится и качает головой. Тёплый ветер обдувает лицо, принося свежий запах зелени и цветов. Она хочет, чтобы парень тоже отвлекся и насладился приятным вечером. Девушка хлопает по месту рядом с собой, молча приглашая Чимина присоединиться. Он грузно падает рядом, прикрывая глаза. В покое колено начинает поднывать, причиняя небольшой дискомфорт. Телефон между ними вибрирует от очередной звонка. — Чорон постоянно названивает? — уточняет Суён, даже не отпуская взгляд на экран. — Наверное, она даже представления не имеет где ты и с кем. — Мы росли вместе и всегда были неразлучны, поэтому находиться порознь очень непривычно. Родители уверены, что мы в наши отношения вышли за рамки дружбы и грезят о том, как мы станем семьей. Из-за баскетбола я вру им всем. Скрываю от родителей где я и пытаясь избавиться от гиперопеки Чорон. Это было бы ужасно, но мне слишком нравится быть с командой и я не ощущаю вины за это, — усмехается Чимин. — Вокруг тебя столько властных людей, — задумывается Суён. Она вздрагивает, когда понимает что сказала это вслух и сразу поднимает на Чимина взгляд. Парень ладонью убирает чёлку с лица, отчего кажется будто он прячет от неё глаза. Девушка прикусывает язык, понимая, что задела за больное. Не найдя никаких слов, она протягивает руку и касается его пальцев. Мягко, едва уловимо, желая успокоить и извиниться. — Если ты чего-то хочешь, то делай, — просит она. — Ни твои родители, ни Чорон не смогут прожить твою жизни. Возможно они пытаются внушить тебе верный выбор, но последнее слово всегда будет за тобой. Только посмотри, сегодня ты здесь с командой и занимаешься тем, что тебе нравится. Ты нужен как друг и игрок прямо здесь и сейчас. Это прекрасно. Чимин кивает. Безосновательные обвинения, бесконечное давление и боль, которую причиняли близкие люди загоняли его в тупик. В какой-то момент он с горечью осознал, что поводок контроля стал настолько коротким, что ему было сложно дышать. Ему было так страшно уезжать сюда, но что-то больше страха заставляло его двигаться вперёд и рисковать. Он перехватывает пальцы Суён своими, накрывая её ладонь сверху, и медленно выдыхает, прикрывая глаза. Тепло и мягкость её руки кажутся непривычными, но он не чувствует смущения. Девушка тоже не спешит вырваться, едва заметно гладит его большим пальцем и думает о чём-то своём. Он так давно не испытывал покоя на душе и не чувствовал тишины вокруг. Суён разглядывает лицо парня, с восхищением замечая насколько он красив и складен. У него добрые глаза и светлая улыбка, но на площадке он мгновенно менялся — становился необычно серьезным и сосредоточенным. Возможно свяжи Чимин жизнь со сценой, он мог стать очень востребованным артистом, способным к любой роли. Она вспоминает, как Арым просила быть осторожнее и не идти на поводу жалости, но понимает, что ею руководить вовсе не это чувство. Она хочет подставить ему плечо точно также, как когда-то рядом с ней встали Арым и Тэхён. — На прошлой недели я должна была участвовать в съемках клипа айдолов-новичков, но в последний момент всё сорвалось. Кто-то сообщил менеджерам, что моё имя может фигурировать в скандале с наркотиками, который произошёл несколько лет назад, и это плохо скажется на репутации парней. Тогда я была в отношениях с Хосоком, и ты знаешь, что он близко дружил с Чонхёком, капитаном Лисов, — решает рассказать Суён, чтобы отвлечь Чимина. — Сегодня утром я видела девушку, которая заменила меня в проекте, среди группы поддержки какой-то команды. Думаю, она меня тоже узнала. Было неприятно. Я ужасно расстроилась, и забыла, что должна посолить рис, — усмехается Суён, думая как абсурдно и нелепо всё получилось. — Доставила всем неприятности. — Ты прослушивалась в компанию? — Да. Очень-очень много раз. Лишь раз мне удалось пройти на финальный этап. Тогда были все шансы, но… — Суён запинается, не в силах говорить дальше. Она не пережила эту ситуацию. Всё ещё крутила её в мыслях, не зная правильный ли выбор сделала тогда. — Кое-что произошло, и мне пришлось всё оставить. Теперь, когда мой блог получил большую популярность, а радиоэфиры «Dope» стали выходить за пределы школы агентства отказываются со мной работать из-за уже имеющегося внимания публики. Потом я закончила эстрадно-джазовое отделение музыкальной школы, и теперь мой вокал считают слишком академичным, — девушка тяжело вздыхает. — Так что не слушай никого. Будь эгоистом и делай как считаешь лучше для себя. Вокруг много советчиков, но когда ты проваливаешься никто из них не поспешит тебе помочь и утешить. И никто из них никогда не узнает сколько сил ты приложил и что переживаешь, поэтому просто пробуй. Только так ты будешь счастлив. В середине лета у меня ещё два прослушивания. Даже мои родители не верят в успех, а Арым и Тэхён считают, что пробовать надо даже в сорок и шестидесяти. Чимин плотнее сжимает пальцы Суён, словно пытается её утешить и чуть улыбается. Девушка в этом жесте чувствует столько поддержки и понимания. К глазам подкатывают непрошенные слёзы, но на губах остаётся мягкая улыбка. — Всё будет хорошо, — тихо говорит Чимин, робко касаясь её плеча. Суён согласно кивает, хотя понимает, что они оба ещё слабо в это верят.

***

— Вот ты ему врезал, конечно, — Тэхён копирует удар Чонгука, довольно улыбаясь. Единственный кто никак не переживал из-за дисциплинарного взыскания и получал удовольствие от происходящего. — Жаль снять не успел, — вздыхает парень. После новости об отстранении Чонгук пошёл прогуляться до озера и остался сидеть в беседке на берегу. Парень подложил под голову словарик, подаренный Арым, и устроился на скамейке, вслушиваясь в стрекот кузнечиков и цикад, шум воды и шелест кроны деревьев. Молчаливую идиллию разрушил Тэхён. Лохматая голова парня совершенно неожиданно появилась в поле зрения. Парень повис на перилах беседки, облокотившись на них животом, и недовольно кряхтел. — Статья выйдет отличная. Такая интрига. — Может сделаешь хотя бы вид, что расстроен, — усмехается Чонгук и садится. — Не могу. Мне всё нравится, — честно признаётся Тэхён. Он подтягивается и переваливается внутрь беседки, приземляясь рядом. — Тем более ничего криминального не случилось, и сердечко Арым покорил, — играет бровями парень, крутя в руках словарь. Чонгук фыркает и отбирает книгу. Он был уверен, что Арым будет извиняться ещё долго и пытаться загладить ситуацию, но ничьей вины здесь парень не видел. Он сжимает-разжимает правый кулак, ощущая как саднят мелкие наскоро смазанные мазью царапины. — Чтобы ты понимал Арым в средней школе была полной противоположностью себе нынешней. Ввязаться в какие-то разборки ей было раз плюнуть. Она отлично дралась, благодаря старшим братьям, и за словом в карман не лезла. Её прозвище появилось и до инцидента с Джису, но мало кто решался назвать её так в лицо. Короче, все девчонки одинаковые: вчера она сломала тебе нос, а сегодня обиделась, потому что ты назвал её «демоном». Чонгук усмехается, не видя в этом ничего чудного. Они с Арым похожи. Он тоже много чудил и приносил домой неприятностей, чтобы насолить отцу и его любовнице, пока его насильно не запихнули в школьную секцию по баскетболу. Тренировки отнимали столько сил, что он даже домой добирался с трудом. Правда это не мешало по выходным закатывать дикие гулянки и с утра наслаждаться разъяренными воплями родителя. А потом, как это часто бывает, лишь один случай изменил всё. Чонгук думал, что развод родителей и переезд поделили его жизнь на «до» и «после», но оказываются бывают вещи гораздо хуже. Тэхён пинает задумавшегося парня и кивает куда-то в сторону. Чонгук переводит взгляд на тропинку, ведущую к лагерю и замечает Чимина с Суён. Парочка идёт рядом, беззаботно о чём-то болтая. — Интересно, если между ними что-то произойдёт кто первым сойдёт с ума: Хосок или Чорон? — Они просто общаются. Почему ты везде ищешь подтекст. Тем более Суён и Хосок давно расстались. — Я вынюхиваю инфоповод. А ещё слишком хорошо знаю своих друзей. Суён после расставания с Хосоком не проявляла никакой инициативы в знакомствах. Между ними всё закончилось слишком напряженно и сложно. Хотелось бы, чтобы они уже забыли друг друга и жили дальше. — Неужели переживаешь? — Конечно. Она даже нам с Арым не рассказала, что случилось на самом деле. Тебе тоже стоит побеспокоиться. Как это скажется на команде, если Хосок решит выяснить отношения с Чимином. — Что за нелепые выводы? Хватит заниматься желтушностью. — Даже не знаю кто доживёт до конца поездки. На днях они опять вместе дежурят в столовой. Как насчёт того, чтобы запереть голубков до выяснения обстоятельств? Ты ведь теперь свободен. — Мы получим два хладных трупа, — замечает Чонгук. — Или может все четыре, если Арым узнает что ты задумал и для чего притянул меня в это. — Это отличный план. Тебе понравится, — усмехается Тэхён. — Тем более Арым в деле. Мы его вынашиваем давно. Тяжело видеть как Суён болеет прошлым. Тэхён знает, что упоминание Арым быстрее склонит Чонгука на его сторону. Парень кратко обрисовывает весь план, и Чонгук с неохотой соглашаются подсобить. Тэхён понимает, что подруга не обрадуется, когда поймёт, что случилось, но другого выхода не видел. Они как два барана уперлись в свою правду и совершенно отказывались слышать друг друга. Их отношения закончились внезапно и резко, словно лопнувшая от натяжения веревка. Суён даже толком не оплакала их и не отпустила. Болела его взглядами, словами, одобрением и часто повторяла, что виновата во всём сама. — На самом деле, может если они всё решат, то Хосок тоже мог бы вернуться в команду. Чонгук качает головой. Вряд ли парня смущало присутствие его бывшей. Хосок довольно однозначно высказался о происходящем. Подлые приёмы он видел насквозь, а это возможно сильнее его отталкивало от команды. Чонгук вспоминает всё, что снял у отца Арым в кабинете и лезет в телефон. Тренер Кан вёл своё расследование и был убеждён, что его подопечного пытались списать нарочно, но что-то вышло из-под контроля, и Чонхёк погиб. Чонгук хмурится. Вряд ли кто-то насильно мог заставить подготовленного атлета принять дозу. Чонгук доходит до протокола вскрытия и чувствует как его начинает тошнить. Тэхён сразу замечает как резко бледнеет Чон и прекращает болтать. Парень подскакивает со своего места и протягивает ему руку, как раз когда парень выпускает из рук телефон и сгибается, прижимая лоб к коленям. Тело бросает в холодный пот, и кожа покрывается мурашками. Ноги и руки становятся совсем ватные, словно кто-то разом выкачал все силы. С пригорка к ним спускается Арым, неся с собой закуски. Обратив внимание на суету в беседке, девушка прибавляет шаг и торопится к друзьям. Беспокойная мысль, что Джису мог всё-таки навредить Чонгуку не даёт ей покоя. — Чонгук, — девушка касается его плеча и аккуратно давит, помогая ему лечь. Чонгук хватается за её руку, совершенно не ориентируясь в происходящем. В ушах звенит, перед глазами тёмная пелена, сквозь которую он совершенно ничего не видит. Металлический привкус во рту вызывает приступ сильной тошноты. Чонгук не чувствует как из носа начинает капать кровь. Испуганная Арым просит вызвать врача, ни на секунду не отпускает его руки и продолжает о чем-то с ним разговаривать. Каменный язык не шевелится и во рту сильно пересыхает, так что Чонгук не может сказать ей ни слова в ответ, лишь иногда по мере сил сжимая пальцами её ладонь. Сознание медленно угасает, запечатляя лишь вспышками какие-то моменты. Ещё никогда он не чувствовал себя так паршиво.