PLAYOFF

Первое, что слышит Хосок после пробуждения звуки гитары и звонкий дуэт голосов. Парень оглядывает комнату, понимая, что почти все проснулись. Ребята лежали в кроватях, урвав возможность растянуть удовольствие, и не торопились заняться делами. Только Чимин сидел на подоконнике и увлечённо наблюдал за происходящим во дворе. Его колено было залеплено ярко-зелёными тейпами и обтянуто плотным наколенником. Скорее всего, парень посещал с утра тренера. Несмотря на дискомфорт в суставе, тренировался Чимин в полную силу и активно отрабатывал отдельный комплекс для укрепления связок. Последние результаты на тренировках показали насколько сильно он продвинулся. Хосок сразу понимает, что поёт Суён. Её голос звонкий, свободный, словно парящий. Несколько лет он наблюдал как она развивалась, росла, почти всё свободное время проводила в репетициях и прослушиваниях. Суён была одержима своим желанием добиться успеха и признания, и тогда он всячески старался её поддерживать. После их разрыва Хосок отпустил многие вещи, но радиоэфиры и редкие трансляции в её социальных сетях почти не пропускал. Она была прекрасна в такие моменты. Непринуждённа, привлекательна и невесома. После проигрыша вступает Тэхён. В песне между его героем и героиней Суён завязывается диалог. Переходы между девичьим фальцетом и бархатным мужским басом звучат завораживающе, словно в лучших традициях прекрасных сказок про принцесс и принцев. Им хочется верить. Хосок поднимается с кровати и подходит к окну, упираясь плечом в стену рядом. Арым, расположившись на ступеньках крыльца, аккомпанировала ребятам. Длинные пальцы легко и уверенно скользили по тугим настроенным струнам. Она играла на слух, так как чувствовала и понимала. Сколько Хосок знал её, Арым никогда не расставалась с инструментом. Раньше он не зацикливался на таких вещах и считал гитару не более, чем дворовым инструментом для шумных компаний, но она когда-то смогла изменить его отношение, показав насколько серьёзно можно относиться к инструменту. Другие команды, направляющиеся на стадион, тоже собирались у их крыльца, чтобы послушать и снять маленький импровизированный концерт. — Не знал, что вживую это так круто, — улыбается Чимин, не сводя восхищённого взгляда Суён. Хосок хмурится и согласно кивает. Арым в завершение бьёт по струнам, и зрители громко аплодируют. Ребята берутся за руки, выстраиваются перед крыльцом в шеренгу и шутливо кланяются. Хосок наблюдается, как Суён трепетно обнимает Тэхёна, а потом крепко зажимает подругу, благодаря их обоих. Она ярко улыбается, без сомнений, выглядя искренне счастливой. В комнате сразу начинается возня, доносится довольный гул, и команда собирается на утреннюю пробежку. После конфликта Лисов и Ястребов администрация решила, что будет отличной идеей заставить команды хотя бы по утрам проводить время вместе. Взъерошенный как воробей Юнги недовольно жалуется на ранние подъёмы, но стоит ему заметить плетущегося в ванную Намджуна, мгновенно подрывается с тёплой кровати и спешит опередить его. Суён откидывается на перила крыльца и прикрывая глаза, подставляя лицо под солнце. Лёгкий тёплый ветер треплет волосы, пробирается под спортивную куртку и приносит с собой сосновый запах из леса. Ей нравилось на базе. Здесь у неё было много времени, чтобы разобраться в себе. Вчера Тэхён смог закончить сценарий для драмкружка, и им оставалось заняться музыкальным сопровождением для спектакля. Они уже немного прогорали по срокам, но Тэхён был привычно спокоен и уверен в происходящем, что внушало доверие. Арым рядом настраивает гитару, неспешно пробует аккорд за аккордом, погруженная в свои мысли. Суён открывает глаза, упираясь взглядом в бескрайнее голубое безоблачное небо. — Это было потрясающе, — к крыльцу подходит высокий парень в фирменной форме сеульской старшей школы. Он улыбается Суён, и девушка отвечает взаимностью. — Видел и слышал вас до этого, но вживую это совершенно другие ощущения. Арым и Тэхён переглядываются, понимают, что к подруге набивается очередной ухажёр, и продолжают заниматься своими делами, наблюдая за происходящим просто со стороны. — Спасибо! Это приятно слышать, — кокетничает девушка. Она спускается со ступенек и подходит к нему. — Суён, — она протягивает руку в знак знакомства. — Шихёк, — парень мягко пожимает ей, перекладывая баскетбольный мяч подмышку. — Ты свободна сегодня? Придёшь на игру? В домике наконец поднимается шум и становится слышно голоса парней, суетящихся в сборах. Намджун и Юнги активно спорят кто больше времени проводит в ванной, когда в резко распахнутую дверь выбегает новичок-первокурсник, а за ним, сиганув через перила, спешит Чимин. Тэхён поднимает взгляд на дверь, будто ожидая чьего-то появления. — Думаю, я свободна. Приду поболеть, — соглашается Суён, успевая бросить взгляд в удаляющуюся спину Чимина. Парень грозился открутить младшему уши, но её больше беспокоило после таких трюков его травмированное колено. В этот момент выходит Хосок и оглядывает любезно болтающую парочку. Неприятное горькое чувство оседает на языке. На мгновение оба парня переглядываются, но этого хватает, чтобы между ними повисло отчётливое напряжение. — Разве верному болельщику не надо драить кухню сегодня? — интересуется Хосок у девушки, зацепившись за обрывок разговора. — Ты сама вписала своё имя в график дежурств, — напоминает он, замечая мелькнувшее в девичьем взгляде раздражение. Суён недовольно фырчит, скрещивая руки на груди. Повар на базе был один, с ним работал один человек на раздаче и ещё две посудомойки, поэтому ребята отдельно дежурили по графику в столовой и помогали по необходимости. Суён специально вписала своё имя в графике и собиралась наладить отношения с Хосоком, который возился на кухне почти каждый день. И в отличие от бывшего парня, работающего не первый год в популярном баре официантом, а иногда и помощником на заготовках, у неё всё получалось из рук вон плохо. Она совершенно не умела готовить, и даже не справлялась с варкой риса. Вчера он слипся и был недосолен. Многие даже не смогли его есть. — Разве она для этого здесь? — самодовольно усмехается Шихёк. — Найди себе кого-то другого, твоего уровня, — обращается он к Хосоку. — Так что, Суён? Хосок зло усмехается, явно ощущая издевательские нотки в его словах. В своё время, когда Лисы были на пике, школьная ассоциация по баскетболу признавала его одним из лучших игроков в Лиге. Тренер Кан даже поощрял, когда Хосок проводил мастер-классы для других и тренировал новичков. Парень с пяти лет упорно занимался баскетболом и считал, что не сможет жить без спорта. За прошедшие два года понял, что всю жизнь себе лгал. Сейчас баскетбольная площадка казалась бескрайним океаном. Настолько пугающей и тяжелой для него была мысль вновь выйти играть за команду. Суён бросает взгляд на Хосока, понимая, как его это могло задеть. Она чувствует как в груди оседает неприятная тяжесть. — Зачем ты это делаешь? — прямо спрашивает она у Шихёка. — Его уровня? Если пришёл кичиться своими достижениями, то я о тебе впервые слышу. Громкая команда, — Суён указывает на герб школы на его груди, — не делает тебя достойным игроком, — девушка разворачивается и собирается уйти, когда он резко хватает её за руку. Тэхён сразу подрывается к подруге, но его опережает Хосок. Парень сбивает чужую руку с Суён и встаёт между ними, загораживая девушку собой. — Убирайся, пока я даю шанс, — шипит Хосок. — У вас в команде это фишка такая решать вопрос кулаками? Но ты же не Лис, — глядя прямо в глаза Хосоку, продолжает издеваться Шихёк. Арым грубо бьёт по струнам и откладывает гитару в сторону, собираясь тоже вмешаться, когда её останавливает Юнги. Парень сбегать по ступенькам и сразу направляется к ребятам. — К чему этот лишний шум? — он встаёт между парнями, отталкивая Хосока назад и заслоняя его спиной. — У вас игра вечером. Вместо того, чтобы чесать языком поспешил бы на тренировку. У тебя тоже есть дела, — чуть оборачивается он к другу. — Я не доложу о конфликте тренерам, но если повториться, то молчать не стану. Хватит с нас всех лишнего шума. По местам. Шихёк усмехается, но с Юнги отчего-то спорить не решается. Парень неспешно уходит, направляясь на стадион. Лишь убедившись, что всё в порядке, Юнги тоже спешит нагнать свою команду. Он задержался, вспомнив, что забыл взять блокнот с тактическими схемами, пока упорно спорил с Намджуном. Арым желает успешной тренировки и провожает взглядом широкую спину капитана, где-то внутри радуясь, что он оказался рядом и так легко разрулил всю ситуацию. Суён оборачивается к Хосоку, ожидая от него каких-то слов, даже замечания, но парень просто переглядывается с ней и уходит. Один взгляд оказывается громче любых слов. Она его раздражает. Он её презирает, но всё ещё боится возненавидеть. Тэхён обеспокоенно оборачивается на Суён, замечая как девушка побледнела и поникла. Он закидывает руку ей на плечо и ободряюще приобнимает. — Пора перестать так дрожать перед ним. Суён тяжело вздыхает и согласно кивает. Они вдвоем направляются к корпусу столовой на дежурство. Нужно было успеть подготовить всё к приходу спортсменов после утренней тренировки. Арым обещает зайти позже за едой для Чонгука и ускользает в домик. Пока работники столовой ушли в административный корпус, Хосок начинает готовить раздачу. Тэхён присоединяется к нему, хотя упёрто отлынивал от любой работы по лагерю все прошлые разы. Подозрительно активный парень пропадает на кухне, поднимая там невыносимый грохот кастрюлями и посудой. Хосоку приходится оставить дела в зале и уйти к нему, чтобы тот не натворил дел и не разбил ничего. — Что-то ещё нужно сделать? Суён заходит на кухню к парням и сообщает, что уже накрыла столы. Тэхён сразу отправляет девушку к умывальнику с подносом грязной посуды. Большая просторная кухня делилась на две зоны: для готовки и уборки, и соединяла их единственная дверь и небольшое окно для раздачи. Тэхён берет другой поднос и следует за Суён, пропуская к раковине девушку первой. Здесь Хосок заливал водой кастрюлю с вчерашним налипшим рисом и его недовольство составляло сто из десяти баллов по выдуманной в секунду шкале Тэхёна. У Суён сразу краснеет шея. Это она вчера затолкала кастрюлю под один из шкафов и напрочь о ней забыла. — Прости, — шепчет девушка, аккуратно ставя поднос на стол около раковины. — Можно ножом поковырять, — предлагает Тэхён, выглядывая с кухни. — Можно было просто… — но Хосок не успевает договорить, когда дверь с хлопком закрывается. — Эй, Тэхён, на черта ты её закрыл? Парень дергает ручку, но та не поддаётся. Створка окошка сбоку от раковины открывается и в неё заглядывает Тэхён. — Открой дверь. Не смешно, — кидается к нему Суён. В помещении душно, сыро и сильно пахнет моющими средствами, и ей совершенно не хотелось оставаться здесь дальше. — Друзья мои, помните убийство и причинение тяжкого вреда здоровью уголовно наказуемо. В остальном разрешаю вам делать, что пожелаете. Камер здесь, вроде как нет, — довольно сообщает парень. — Обещаю вернуться через минут пятнадцать. Суён только собирается высказать ему всё, что думает, как Тэхён с хлопком закрывает створку. — Ну что за дурак! — визжит девушка. — Вышиби эту чёртову дверь, — обращается она к Хосоку. — У меня нет никакого желания оставаться с тобой наедине даже три секунды. Это становится последней каплей. Суён правда долго терпела, пыталась разобраться в себе и людях вокруг. Она старалась делать вид, что всё хорошо и у неё получается справляться с бесконечным негативом и потоком сплетен вокруг, но это было совершенно не так. Девушка наконец была готова признаться, что совершенно устала и абсолютно истощена происходящим. — А я прям получаю удовольствие от происходящего, — огрызается в ответ Хосок, утирая рукавом футболки пот с виска. Суён выключает горячую воду в раковине. В их планы точно не входило устраивать здесь сауну. Воздух нагнетенный произошедшим с утра разве что не искрился. Оба заведенные они чувствовали себя как на иголках. Суён резко оборачивается и задевает один из подносов, отчего тот опрокидывается и битая посуда разлетается по всей маленькой кухне. — Почему твои друзья такие странные? Что Тэхён с шилом в одном месте, что Арым с этой тупой идеей вернуть Лисов. Всё, что происходит сейчас со всеми нами лишь их больное желание, — срывается парень. — Не смей так говорить про моих друзей! — от возмущения Суён чуть не подпрыгивает. Девушка в два шага оказывается рядом с Чоном и поднимает на него разъяренный взгляд. Она макушкой достаёт ему лишь до плеча, и когда-то считала это очень милым, но сейчас жутко бесилась. Вряд ли её нападки выглядели устрашающе с такой разницей в росте и силе. — Если ты ещё не забыл, то твоими друзьями они были тоже. Лишь из-за своего дурного характера ты потерял всё, а теперь воротишь свой нос. Если в тебе нет ни сил принимать чужие победы, ни гордости признать свои ошибки это не значит, что все такие. Ты сам упустил свои возможности и виноват в этом лишь ты! — она в отчаянии бьет его кулачком в плечо, словно пытается вбить это осознание не только словами, но и силой. Хосок стискивает кулаки и выдыхает сквозь зубы. Суён его очень хорошо знала. Она долгое время была его тылом и отдушиной, переживала вместе победы и поражения, находила нужные слова в важные моменты. В их тандеме гармонично сочетались её вера и его упорство. Он до сих пор считал эти годы лучшими ровно до смерти близкого друга. Тогда всё покатилось по наклонной. Хосок, сбитый с толку произошедшим, тяжело переживал потерю не только друга, но наставника и почти идеала. Первое время Суён с ним боролась, пыталась вернуть всё назад и уговаривала начать с нуля, словно была одержима мыслью всё исправить. На этой почве они постоянно ругались и ссорились. Она настаивала на смене школы и новой команде, он даже представить себе не мог большего предательства. Не прекращались разбирательства и проверки среди Лисов, команда была разбита, а Суён продолжала наседать на него. Хосок не выдерживал и начинал её избегать. — Ты всегда во всем обвиняешь меня! Но сама не без грехов. — Да, я не святая, — неожиданно резко и спокойно соглашается Суён. Тяжелый камень, оставшийся на груди после расставания, вновь дал о себе знать. Она задыхалась, смотря ему в глаза. Острое чувство недосказанности и незавершенности подтолкнули её вперёд. — Когда всё случилось с Чонхёком вместо того, чтобы бороться дальше за себя, свою карьеру и команду ты сразу сдался. Бросил все попытки. С чего-то взял, что недостоин ни кубка, ни регалий лучшего игрока. Знаешь как мне было больно от этого? Столько лет мы шли к этой цели и в один день всё потеряли. — Что ты несёшь? У меня умер лучший друг. О каких кубках я мог думать, когда шли суды и распускали команду. Как я мог отвернуться от них всех?! — Я же отвернулась от своей мечты из-за тебя, — неожиданно тихо признаётся девушка. — В тот день, когда ты позвонил, чтобы сказать мне об этом я проходила последний этап прослушивания. У меня были все шансы стать стажером в компании, о которой я мечтала. Но я сорвалась за номер до своего и бросилась к тебе. Я провалилась, когда решила, что ты мне дороже мечты. — О чём ты? — удивляется парень, впервые услышав что-то подобное. — Мне было страшно провалиться в очередной раз, поэтому, чтобы не слушать утешений, я держала всё в секрете. Когда прошла на последний этап решила, что будет круто сделать сюрприз к вашей победе. Мы бы оба добились успеха, и не было бы никого круче нас, — Суён отворачивается в сторону, смаргивая непрошенные слёзы. — Я пыталась уничтожить эту мысль, жить дальше. Понимала, что я нужна тебе, чтобы пережить весь этот кошмар. Но внутри меня жила и росла обида на тебя, хотя ты ни в чем и не виноват. Я старалась быть хорошей девушкой и помочь тебе пережить это. Думала, если ты вернёшься в спорт у меня тоже отляжет и всё будет как раньше. Если совсем честно… Я до сих пор презираю себя за этот выбор и виню тебя в этом, — решает быть откровенной до конца Суён. — Ты разрушил всё. Я могла бы уже дебютировать, если… — Если бы не мой звонок… Верно? — горько усмехается Хосок, наконец находя объяснения всему. Её слёзы не трогают его, но вызывают противоречивые эмоции. Он разочарован и благодарен одновременно. Странное ощущение. — Знаешь, — Суён делает вдох, пытаясь успокоиться. — У тебя всё ещё есть шанс чего-то добиться. Судьба, будто своему любимцу, подкинула тебе этот год, но ты так нелепо упускаешь такую возможность. Наверное, Лисам нужен сейчас новый Чонхёк, который бы поддержал, сплотил и поверил бы в них. Суён утирает руками слезы. Со временем она поняла, что не помогала ему, а лишь эгоистично желала удовлетворить свои потребности через него. Её раздражало его состояние, она испытала гадкие низкие чувства и мысли в тот момент. Их идеальные отношения не смогли пережить большого шторма. Она ушла за мгновение до ненависти, но не смогла отпустить до конца. Поэтому она скрыла всё от близких и друзей. Боялась, что её будут презирать за подобное и не попробуют понять. Суён сама жила под гнётом этих беспомощных чувств почти два года, а сейчас будто стало легче. Хосок молчит. Слышится возня в замочной скважине, и дверь наконец распахивается. Тэхён, решив не рисковать, попросил о помощи освободившегося Чимина. Парень не совсем понял что к чему, но просьбу выполнил. Он заглядывает к ребятам, сразу останавливая взгляд на заплаканной Суён. Парень хмурится, но девушка лишь мотает головой. Она выскакивает из помещения и убегает прочь, не заметив стоящей у стены Арым. Хосок тяжело выдыхает и бьёт по стоящему рядом столу кулаком, вымещая на нем всю злость.