Вспомни меня (верни меня)

Тони справился. Каким-то образом ему удалось жить в том же пространстве, что и Баки. Это было нелегко и для него, и для Баки, который ходил вокруг него на цыпочках, словно это Тони хотел его убить. Это было почти иронично. Тем не менее, было больно: Солдат никогда не был с ним так осторожен. Конечно, в начале каждой встречи тот казался настороженным, но теперь, видя робкое выражение лица, Тони был уверен, что Солдат был довольно осмотрительным. Может быть, немного неуверенным, но он никогда не боялся Тони. В отличие от Баки. В то время, как Тони решил, что они оставили позади всю эту неприятную историю с "я убил твоих родителей", оказалось, что она сменилась на новое покаяние Баки. И теперь, похоже, Баки просто ждал, когда Тони наступит на те же грабли и наконец вышвырнет его, или что ещё похуже. Кажется, Стив ожидал того же: с Тони он был очень вежливым и чрезвычайно неловким, однако в конце концов тему затронул Сэм. Каким-то образом все они сумели одновременно пересечься на одной кухне. К всеобщему удивлению, чтобы реально поесть (даже Тони), однако когда заглянули в холодильник, то не обнаружили никаких признаков пищи. Тони был готов вернуться в мастерскую, уже решив, что еда сейчас не так важна (в то время как Стив явно хотел заказать доставку, а Баки просто выглядел так, как будто жалел, что сюда пришёл). Когда Тони привлёк внимание Сэма, тот вздохнул. — Хорошо, я готовлю. Тони, ты будешь помогать. — Почему я? Почему не твои супер-бро? — Ты ближе всего к холодильнику, — сказал Сэм, вытащив несколько кастрюль. — Мне кое-что понадобится. — Он перечислил все, что ему необходимо, и Тони покорно это принес. Стива и Баки Сэм заставил нарезать продукты, и они беспрекословно подчинились. Они молча работали, когда Сэм вдруг сказал: — Итак, все задаются вопросом, когда ты нас вышвырнешь. Тони не был уверен, кто сильнее удивился: Баки, Стив или он сам. Тони коротко взглянул на них, но Баки отказался поднять глаза и, казалось, ожидал удара, в то время как Стив просто ждал приговора. Когда Тони оглянулся на Сэма, то увидел на его лице самодовольную улыбку. Тони вздохнул. — Думал, я ясно выразился, — сказал он, не смотря никому в глаза. — Можете жить здесь столько, сколько захотите. Сэм повернулся к Стиву и Баки, но Стив вмешался ещё до того, как он успел открыть рот. — Если скажешь “я же говорил”, то я брошу в тебя этот нож, — предупредил он, не отвлекаясь от нарезки. Сэм подавил слова и снова повернулся к кастрюле, хотя и не смог скрыть улыбку. Тони уже отвернулся, чтобы перемешать содержимое другой кастрюли, когда Сэм подтолкнул его в сторону. Тони посмотрел на него, а Сэм закатил глаза, указав на Стива и Баки за столом. Баки преувеличенно сосредоточенно резал овощи, но Стив выглядел так, будто хотел что-то сказать, но не был уверен, что стоит. — О боже, Стив, просто скажи уже, — воскликнул Тони, и Баки чуть не попал себе ножом по пальцу. — Просто… мы думали, что после… — Что после моей последней попойки вам тут больше не рады. Стив поморщился и сказал: — Я имел в виду последний инцидент, но да. — То, что я не могу нормально справиться со своим дерьмом, не означает, что я вас вышвырну. — Мы просто не хотим, чтобы тебе было неудобно. В конце концов это твой дом. Пришла очередь Тони закатывать глаза. — Единственное, что меня смущает, это ваша вежливость в последнее время. Это нервирует. И, ты, — сказал он и указал на Баки, который, наконец, посмотрел на него, — перестань ходить вокруг меня на цыпочках. Я не сломаюсь, знаешь. Баки опустил взгляд на тарелку. Когда он заговорил, то его голос был настолько тих, что Тони едва его услышал. — Думал, ты не захочешь меня видеть. — Если бы не хотел, то попросил бы Джарвиса сообщать мне, где ты, чтобы не столкнуться. Но не попросил, так что расслабься, хорошо? Дав этот совет, Тони почувствовал себя немного лицемером: в ближайшее время ему точно не будет комфортно рядом с Баки. Но никто об этом не знал, так что всё нормально. Баки резко кивнул, но Тони понимал, что вряд ли в ближайшем будущем он расслабится. Он всегда казался напряженным или на грани срыва; Баки умудрялся выглядеть настороженным, даже когда медитировал, хотя клялся, что это помогало. Так что, наверное, и это нормально. Когда ни Стив, ни Баки ничего больше не добавили, Тони вернулся к кастрюле. Кажется, соус немного пригорел. Он быстро его перемешал, но догадался, что исправить уже ничего не выйдет. — Я сказал им, что они идиоты, и что если бы ты действительно хотел их вышвырнуть, то уже бы это сделал, но зачем меня слушать, — последнюю часть предложения Сэм практически выкрикнул в направлении стола, но в ответ только получил по голове кусочком морковки. Тони не стал фыркать, но порыв был силён. После атмосфера стала чуть более расслабленной. Никто так и не изменил привычке друг другу угождать, но Стив перестал быть таким ужасно вежливым. Баки, похоже, всё ещё было немного некомфортно, но Тони был не уверен, из-за него, или просто такова была его натура. Стив сказал Тони, что он справляется гораздо лучше, чем раньше, но Тони поверил только тогда, когда Баки сам пришёл в мастерскую. Тони был занят улучшением крыльев Сэма, когда Джарвис сообщил: — Сержант Барнс хочет войти в мастерскую. Тони сохранил созданные симуляции и приказал Джарвису открыть дверь. Баки зашёл, но ничего не сказал, и через некоторое время Тони спросил: — Так что я могу для тебя сделать? Баки пошевелил металлической рукой и сказал: — Не могу сжать. Тони указал на верстак, где они обычно занимались рукой, а после того, как Баки замешкался, предложил стул. Тони открыл внешние панели, всё ещё объясняя, что делает (хотя был уверен, что теперь Баки может сам ему всё рассказать), но, заглянув внутрь, на секунду замолчал, чтобы оценить ущерб. — Выглядит не лучшим образом. — Просто исправь, — не смотря на руку, выдавил Баки. Тони осторожно постучал по нескольким проводам, прежде чем снова посмотрел на Баки. — Несколько придётся заменить. — Отлично, — огрызнулся Баки, и Тони вздохнул. — Вероятно, будет больно. И до тех пор, пока я не заменю крупные детали, улучшение будет только временным. Пока не сломается что-то ещё. Новая рука… — Я не хочу новую. Просто почини эту. Тони издал ещё один глубокий вздох; его терпение было под угрозой. — Сначала мне нужно сделать новые провода. Это займёт некоторое время. Баки как мог пожал плечами — панели металлической руки были всё ещё раскрыты, и Тони снова начал закрывать их. Он сказал Баки, что Джарвис позвонит ему, когда всё будет готово, и приступил к делу, как только тот исчез. Появились небольшие затруднения, потому что нужно было выяснить, для чего именно были предназначены эти провода, но выяснить это не было большой проблемой. Пришлось немного потрудиться, чтобы они выглядели так же, как и те, что нужно было заменить, но это заняло у него не больше дня. Когда Баки снова пришел в мастерскую, то сразу направился к верстаку, и Тони последовал за ним. Снова подключить провода — работа сложная, и он был уверен, что Баки больнее, чем он показывал, но Тони не собирался снова поднимать тему новой руки. Раз Баки был так решительно настроен её не принимать, то ладно. Тони мог бы с этим смириться. Но всё будет хорошо только до тех пор, пока Баки не сделает рукой что-то посерьёзнее редкого спарринга со Стивом. Тони успел забыть об этом, когда через неделю Стив объявил, что Баки присоединится к ним на командных тренировках, а затем на миссиях. Стив установил обязательные для всех тренировки, чтобы они могли отточить командную работу, и Тони построил для этого специальную полосу препятствий. Именно после одного из таких сеансов Стив и сообщил новость, и Клинт, Наташа и Сэм, казалось, спокойно к ней отнеслись. Тони — точно нет. Он задержался, чтобы сообщить об этом Стиву. — Ты не можешь брать его с собой на миссии. Его рука — помеха. Она быстро выходит из строя и не выдержит драки. — И что ты предлагаешь? Пусть он вечно тухнет в башне? — Я предлагаю установить новую руку. Он не сможет драться этой полудохлой штукой. Лицо Стива было серьезным. — Ты хочешь, чтобы я заставил его принять новую руку? — Нет. Это всё ещё его выбор. И у его выбора, как и у всего остального, есть последствия. — Я не буду этого делать. — Стив, всё, что нужно — один хороший удар. Рука развалится. Боюсь, буквально, — объяснил Тони. Он правда надеялся, что сможет переманить Стива на свою сторону, но это казалось маловероятным. — Я не стану ему её навязывать. Ему не нужна новая рука. И он отлично держится во время спарринга. — Потому что ты о нём заботишься и сдерживаешься, чтобы не ударить слишком сильно. В настоящей битве этого не будет. — Я сказал нет. Если он захочет руку, то это будет его решением, и ходить на миссии — тоже. Я ему это навязывать не стану. — С этими словами Стив ушёл, и Тони захотел что-то ударить. Это плохо кончится. Немного смешно, насколько легко вписался в команду Баки, когда присоединился к ним на следующей тренировке. Он предпочёл быть снайпером — поначалу Клинт не был доволен этим решением, но потом изменил своё мнение, так как это означало, что он сможет немного больше общаться во время миссии. Баки отлично управлялся с винтовкой, но был хорош и в бою. Он был тяжелым нападающим, как Стив и Тор, и был таким же быстрым и грациозным, как Клинт и Наташа. Это было немного несправедливо. После пяти более или менее безупречных тренировок Стив решил, что Баки может пойти с ними. Все, казалось, были в восторге от этого, но у Тони была последняя проблема. — Не хочу портить настроение, но что насчёт Солдата? — спросил он, только слегка запнувшись на последнем слове. Когда все вопросительно посмотрели на него, он задумался. — В последний раз, когда Баки ударили, он потерял контроль. Что, если это произойдёт в бою? Если он потеряет фокус и одному из нас придётся его остановить? От подобной перспективы все помрачнели, и в конце концов выступил сам Баки. — Я справлюсь. У меня лучше получается. — Тони прав, — признал Клинт. — У тебя лучше получается во время тренировок. Никто не сможет предсказать, что будет во время настоящей битвы. Стив, казалось, ненадолго задумался, прежде чем сказал: — Мы тщательно выберем первую миссию. Может быть, что-то, что не подвергнет опасности весь мир. Хотя, не поймите меня неправильно, если нам нужна будет помощь, он тут не останется. Тони был не вполне доволен, но Стив явно не был настроен менять решение, и поэтому он просто пожал плечами. — Конечно. На кону всего-навсего моя жизнь, — пробормотал он себе под нос, радуясь, что его никто не слышал. *** Первой миссией, на которую разрешили пойти Баки, были гигантские бабочки. Никто не думал, что этим должны заняться Мстители, но оказалось, что бабочки были не только огромными, но и тупыми и неуклюжими. Они врезались во всё подряд, и одного удара крыльями было достаточно, чтобы опрокидывать машины. Когда одна из них столкнулась со зданием и разрушила его, вызвали Мстителей. Это был первый раз с момента освобождения от Гидры, когда Баки столкнулся с реальной битвой, потому все немного остерегались того, что он перейдёт в режим Зимнего Солдата. Тони тайно надеялся на это — не то чтобы он когда-нибудь скажет это вслух. Он чувствовал себя плохим человеком. Во время боя Тони старался держаться подальше от Баки. Он знал, что не сможет сосредоточиться, если останется рядом с ним, а ещё потому, что если Баки перекинется в Солдата (и если Солдат действительно хотел его убить), то не хотел быть в непосредственной близости. Он велел Джарвису следить за рукой, потому что всё ещё был убежден, что она сломается — скорее раньше, чем позже. Тони знал, что это неизбежно, и хотел узнать в ту секунду, как это произойдёт. Они уничтожили почти половину бабочек, (это действительно было не так уж и сложно — непохоже, что они активно сопротивлялись), когда Баки вдруг перестал отвечать на вызовы через коммуникатор. Тони видел сверху — тот двигался больше как Солдат. Он привлёк его внимание, и Тони почти инстинктивно полетел к нему, прежде чем осознал это и снова сосредоточился на насекомых. Команда внезапно напряглась — по совершенно другим причинам, нежели бабочки и причинённые ими массовые разрушения. Стив приказал кому-то оставаться рядом с Баки — не приближаться к нему слишком близко или выглядеть угрожающе. Так как Тони и Сэм были высоко в небе и наиболее эффективны против больших насекомых, а Наташа и Стив — слишком далеко, то приглядывать за Баки выпало Клинту. Тони наблюдал за ними, уничтожая ещё одно гигантское насекомое, и заметил, как Клинт настороженно подкрался к Баки. Солдат, кажется, не заметил его — он был полностью поглощён тем, что сбивал бабочку, опасно приблизившуюся к Тони (тот слишком отвлёкся, чтобы её заметить), однако Клинт всё же держал дистанцию. Никто не знал, как Солдат отреагирует на других людей. — Слишком страшно его нянчить? — не мог не спросить Тони, чтобы сбавить градус очевидного напряжения в воздухе, и практически почувствовал убийственный взгляд Клинта. — Как насчёт того, что я тебя подстрелю? Тогда ты сможешь взять это на себя, — огрызнулся Клинт, и прежде чем кто-либо понял, что случилось, Солдат стоял прямо перед Клинтом, направляя ему в лицо пистолет. Тони едва расслышал рык "не надо", прежде чем в коммуникаторе раздался голос Стива. — Что случилось? — лихорадочно спросил он, и Клинт медленно поднял руки. — Не уверен, чего хочет твой приятель: чтобы я перестал шутить или перестал существовать. Воу, — воскликнул Клинт, когда Солдат сделал ещё один шаг в его сторону, теперь прижимая пистолет к его лбу. — Держу пари, что шутить, — сказал Тони, он видел, как сосредоточился Солдат. Клинт тоже это заметил, потому что сказал: — Может, тебе стоит продолжать говорить, Старк. — А тебе следовало это делать поменьше, — ответил Тони, прежде чем ещё одна бабочка чуть не врезалась в него. Серьёзно, это требовало абсолютной концентрации, и Тони старался не думать о том, что внизу находился Солдат. Он не мог отвлекаться, только не сейчас, потому что бабочки решили целым роем налететь на него, но Джарвис сообщил, что Сэм присоединился к Клинту и Солдату и, похоже, в настоящее время пытался того заговорить. Кажется, ему удалось, потому что менее чем через пять минут Клинт вернулся к Наташе и Стиву. Сэм остался с Баки, и ни один из них не присоединился к битве снова — хотя Тони, возможно, и нуждался в поддержке с воздуха. В конце концов, он справился без Сэма, и когда последнее насекомое упало, Стив уже шёл к Сэму и Баки. Тони тоже полетел вниз и, коснувшись земли, услышал, как Баки сказал: — Прости, Стив, на секунду потерял контроль. Стив, похоже, испытал облегчение, но Тони был благодарен броне за то, что не пришлось контролировать своё лицо. Он был уверен, что прямо сейчас с этим не справится. Солдат был там, прямо там, и Тони снова упустил свой шанс. Для него даже не имело значения, что (по словам Баки) Солдат хотел его убить; в тот момент он почти об этом забыл. Тони не мог сейчас смотреть на Баки. Он отвернулся и с отрывистым "встретимся у башни" улетел прежде, чем кто-либо успел что-нибудь сказать. После Тони присутствовал на собрании, но всё это время играл со своим телефоном, а когда его спросили, почему он так быстро исчез, то придумал какое-то оправдание о компании. Отношения с Баки стали лучше, да, но это не помогло с тем, что Тони хотел видеть только Солдата. Он знал, что это неправильно, что должен порадоваться за Баки, который, похоже, лучше контролирует Солдата, но правда в том, что Тони скучал по нему. Скучал по его внезапным появлениям, по его доверию (хотя Тони ничего не сделал, чтобы это заслужить), и скучал по их встречам в парке. Первые несколько недель после появления Баки в башне Тони все еще ходил туда, но прекратил, как только Баки признал, что Солдат хотел его убить. После возвращаться туда стало слишком больно. И теперь всё, что у него было — те короткие моменты, когда Солдат пробивался сквозь контроль Баки, и это всегда заставляло его сердце биться сильнее. Тони объяснил это как страх перед смертью и больше не задумывался. После этой первой миссии Баки некоторое время находился в башне, потому что, хоть Солдат и не навредил Клинту или Сэму, никто не был уверен, что так оно и останется. Поэтому Баки пришлось сидеть дома. Но потом Мстителям поступил ещё один вызов. Тони видел, что Баки горько: он просто хотел бороться, но, конечно, не мог изменить мнение Стива. Тони до сих пор беспокоился о руке и был действительно рад, что Баки не подверг её ещё большей нагрузке. Когда Баки снова пришёл к нему из-за заклинившей руки, Тони изложил некоторые правила её использования. — Ничего тяжёлого. Никакого поднятия тяжестей, никаких отжиманий на этой руке. Она не продержится вечность, а ты это только ускоришь. Так что прекрати, — пробормотал он в руку Баки, пытаясь соединить конец нового кабеля с пластиной. Ремонт руки становился сложнее с каждым возвращением Баки, и Тони не был уверен, как долго сможет это исправлять. Он сообщил Баки, но тот только посмотрел на Тони и сказал: — На мой взгляд выглядит хорошо. Тони сумел сдержаться и не закатить глаза, но был уверен, что голос его звучал раздражённо. — Она выглядит хорошо снаружи, потому что обшивка из довольно приличного металла, почти такого же качественного, как тот, из которого сделан мой костюм. Меня беспокоит внутренняя часть. Она разрушается. — Тогда прекрати это, — сказал Баки, и Тони закрыл последнюю панель с большей силой, чем необходимо. — Если бы это было так просто, — сказал он и отвернулся от Баки. Он ещё несколько раз пытался поднять тему новой руки, но Баки каждый раз обрывал его. Теперь Тони просто ждал, когда рука наконец откажет, чтобы у Баки не осталось другого выбора, кроме как принять новую. Это напрягало — просто ожидать повреждений и устранять их, но Баки был слишком упрям, так что больше ничего Тони сделать не мог. Рука протянула достаточно долго, чтобы Стив разрешил Баки вновь вернуться к миссиям, хотя с тех пор большая часть внимания Джарвиса и Тони была сосредоточена на наблюдении за ней. Благодаря этому он не раз попадал в опасное положении, а когда Стив подметил, что он слишком зацикливается на Баки, Тони даже не удосужился ответить. Было кристально ясно, на чьей стороне Стив — особенно когда рука так долго и неплохо продержалась. Что удавалось не так хорошо — так это контроль Баки над Солдатом. К настоящему времени стало уже привычно, что Солдат вырывался во время миссии, и никто больше этому не удивлялся. До сих пор Солдат не атаковал никого из них; он всегда понимал ситуацию, потому, когда Баки терял контроль, он, даже не дрогнув, продолжал сражаться. Единственное отличие состояло в том, что Солдат всегда пробирался к Тони, независимо от того, был тот в воздухе или на земле. Стив несколько раз перехватывал Солдата, когда Тони был слишком занят, чтобы его заметить. Вообще-то не был — он просто хотел, чтобы Солдат хоть раз добрался до него, просто чтобы понять его намерения, но, конечно, Стив никогда ему не позволял. Тони не знал, должен ли радоваться или проклинать всё на свете. Чем больше Баки участвовал в миссиях, тем быстрее Солдат пробивался сквозь его контроль, и Баки не мог этого объяснить. Если бы не тот факт, что Солдат, очевидно, всё ещё хотел убить Тони, все, вероятно, были бы этому только рады — потому что Солдат был настоящим, за неимением лучшего слова, агентом. Баки был очень хорошим бойцом, но Солдат лучше использовал свои сильные стороны, и не стеснялся причинить вред своим врагам, если это необходимо; Баки же был слишком осторожен, чтобы не нанести большего урона, чем нужно. Но Солдат всё ещё был непредсказуем, и даже Стив это видел. Однажды он поднял эту тему на тренировке, но ничем хорошим это не закончилось. Все они собрались в начале полосы препятствий, когда Стив сказал: — Я тут подумал. Сэм пробормотал: "о боже", но Стива это не остановило. — Думаю, нам было бы очень полезно тренироваться с Солдатом. Конечно, когда рядом не будет Тони. — Вышвырни меня из команды, почему бы и нет? — сказал Тони, пока остальная часть команды молчала. — Я не хочу тебя выгонять. Думаю, было бы лучше, если бы мы хотя бы раз смогли потренироваться с Солдатом. — Он повернулся к Баки, прежде чем продолжить. — Сейчас ты постоянно теряешь контроль, с каждым разом быстрее. Солдат — препятствие. Мы не знаем, как он действует. Думаю, что тренировка с ним может нам помочь. — Его тренировали в Красной комнате, — проговорила Наташа. — Обычно мы не работаем в команде. — Ты, кажется, хорошо справляешься, — заметил Тони, и Наташа слегка ему улыбнулась. — Это был долгий путь. Просто спроси Клинта. — Ой, нет, не спрашивай Клинта. Она убьёт меня, если я когда-нибудь выболтаю, сколько времени на самом деле это заняло, — спешно сказал Клинт, а атмосфера в зале немного разрядилась. — И это причина, по которой я считаю, что мы должны тренировать его здесь, а не просто надеяться на лучшее, — объяснил Стив, поглядывая на Баки, который всё это время молчал. Когда он заметил, что все смотрят на него, то немного выпрямился. — Я не откажусь от контроля, — сказал он, — и прежде чем кто-то успел запротестовать, пробормотал: — Чувствую себя так, будто они победили. Обсуждение немедленно завершилось, потому что никто не собирался заставлять Баки испытывать это чувство, и Стив никогда больше не поднимал эту тему. И поскольку на заданиях Солдат никогда не вставал у них на пути, а просто делал своё дело, никто не протестовал. Это не изменило тот факт, что Солдат всё ещё двигался в направлении Тони каждый раз, как получал шанс, и что Тони наблюдал за ним внимательнее остальных. И это была единственная причина, по которой Тони первым заметил, что неизбежное наконец-то произошло. Они сражались со сбежавшими из лабораторий гиппопотамами, и это была жесткая борьба. Они были примерно такого же размера, как и должны, но Тони был уверен, что они были модифицированы, потому что ни одно животное не могло быть настолько агрессивным или настолько стойкими к атакам, не говоря уже о том, что они были намного быстрее, чем обычно — по словам Джарвиса. Они, казалось, нападали на людей только потому, что могли, и их было по крайней мере пятнадцать. Наташа и Сэм почти не помогали, так как пули не могли пробить их толстую кожу, и после того, как транквилизаторы Клинта не возымели никакого толку, тот помогал спасти гражданских. Репульсоры были довольно эффективны против них, так же, как щит Стива — сила, с которой Стив метал его, сбивала животных, а Солдат мог нанести кое-какой урон своей рукой. Им троим удалось уничтожить большую часть чёртовых животных, пока их не осталось только двое. Стив был занят борьбой с одним из зверей, в то время как другой понёсся к Солдату. Он был сильно зависим от своей руки — раньше Тони уже бывал тому свидетелем, и поэтому совсем не удивился, когда Солдат протянул руку, чтобы остановить животное. Также не было ничего удивительного в том, что рука не выдержала напряжения, и Тони был уверен, что действительно слышал треск руки. Мчащийся бегемот отшвырнул Солдата в соседнее здание. Оно уже было довольно нестабильно, и теперь животное, казалось, восприняло Солдата как свою личную проблему, потому что оно тут же понеслось на него. Тони не мог этого допустить, потому что без руки Солдат толком не сможет себя защитить, не сможет остановить животное. Он бросился за ним. Джарвис дал ему знать, что Солдат, вероятно, может принять один жёсткий удар, прежде чем что-то сломается (или хуже). Он показал целостную структуру дома — она была не столь хороша, здание могло рухнуть в любой момент. Солдат этого не выдержит. Тони сумел оттолкнуть Солдата прямо перед тем, как животное ударило его и отбросило в следующую, тут же треснувшую под ним стену. Тони успел заметить гнев на лице Солдата, который уже бежал к нему и зверю, прежде чем отключился. *** — О чём, чёрт возьми, ты думал? — было первое, что услышал Тони, когда открыл глаза. Он был немного дезориентирован, перед глазами плыло, но это, вероятно, было связано с пульсирующей головной болью. Стив стоял у изголовья больничной койки, на его лице была смесь раздражения, гнева и облегчения. — Баки? — прохрипел Тони и тут же скосил взгляд в сторону в поисках стакана воды. Горло пересохло, но прежде, чем он успел оглядеться — вдруг кто-то был так заботлив, что поставил его рядом с кроватью, Баки сказал: — Со мной всё чертовски хорошо. Это было совершенно лишним. Я бы справился. И, в конце концов, так и вышло, потому что ты был без сознания! Я бы сделал это. Сказано это было обвиняющим тоном, и Тони хотел ответить, но в горле слишком пересохло, поэтому он, наконец, оглянулся в поисках воды. Удача была на его стороне — прямо у кровати нашёлся полный стакан с соломинкой. Он потянулся к нему, в процессе подмечая всё, что заболело, а затем жадно выпил прохладную успокаивающую воду. Когда он закончил, то посмотрел на Баки, но тот действительно выглядел невредимым (за исключением явно сломанной металлической руки), поэтому Тони расслабился. — По словам Джарвиса — не смог бы. Это был лучший выбор. Баки хотел что-то сказать, Тони видел это по его напрягшейся челюсти, но Стив ему не дал: — Ты просто человек, Тони. Нам позволит выжить сыворотка, — сказал он и сжал переносицу. — У меня есть костюм, Стив. Всё было хорошо. Я всё просчитал, и вероятность того, что я выживу, была намного выше, чем у Баки. Стив уставился на него. — Выше? Ты рисковал своей жизнью, зная, что есть шанс, очень реальный шанс, что ты не выживешь? — Эм… наверное? Шансы Баки… — Меня не волнуют шансы Баки. Ты никогда больше не станешь рисковать своей жизнью. Нет, если есть шанс, что ты умрешь, ты меня понял? Тони попытался сесть, но боль помешала ему это сделать. — Да, верно. Я хочу, чтобы ты повторил это, когда Баки умрёт, и я скажу тебе, что мог что-то сделать. — Стив глубоко вдохнул, но прежде чем он снова заговорил, Тони продолжил. — Не беспокойся. Я бы поступил так снова, и ты это знаешь. Если есть шанс кого-то спасти, я им воспользуюсь. Плевать, что ты скажешь. Тони осмотрительно промолчал о том, что спасёт Баки, даже если это будет означать смерть. Это не поможет разговору: никто из них не поймёт, а Тони им не объяснит. То, что Баки не помнил его, уже достаточно больно. Тони не смог бы жить в мире, где нет Баки — особенно потому что ничего не сделал. Но им это знать не нужно. И судя по кинжалам, которые метали в него глаза Баки, тот и не хотел знать. — Я просто хочу, чтобы ты был осторожнее, Тони. Пожалуйста, — наконец сказал Стив, и Тони пожал плечами. — Я попробую. Не буду давать никаких обещаний. Теперь. Насколько мне досталось? Как оказалось, раны были более раздражающими, чем опасными, и в течение следующих нескольких недель Тони пришлось ходить с рукой в гипсе. Это начало раздражать уже через несколько часов, потому что пусть лекарства и позаботились о тянущей боли, повязка стесняла движения и мешала работать. И особенно — так, как нужно, чтобы починить руку Баки. Баки спустился в мастерскую на следующий день после того, как Тони выпустили из больницы, и привычно сел на скамью. К счастью, Тони сломал левую руку, так что всё ещё мог делать множество вещей, но для починки руки этого определенно было мало. Тем не менее, он осмотрел её, чтобы оценить ущерб, и он был разрушителен. Сустав локтя работал только частично, прежде чем окончательно клинил, плечо потеряло большую часть подвижности, и Баки мог едва разжать руку, не говоря уже о том, чтобы двигать пальцами или что-то держать. Сломано было практически всё, и Тони действительно не был уверен, что сможет исправить столько повреждений. Может и смог бы, будь рука ранее в лучшем состоянии, но поскольку она была в значительной степени изношена, прежде чем приняла последний удар, то Тони ничего не мог поделать. — И? — спросил Баки, потому что Тони молчал слишком долго. — Тебе нужна новая рука, — констатировал он и посмотрел Баки в глаза. — Здесь больше нечего спасать. — Нет. Ты можешь её починить. Тони пришлось посмотреть в сторону — прозвучало слишком похоже на Солдата. Однако он покачал головой. — Приятно знать, что ты так в меня веришь, но я не всесилен. Руке конец. — Нет. Почини её. — Баки, тут почти нечего чинить. В том или ином месте повреждено всё. Я даже знать не хочу, как она выглядит внутри. Эта рука своё отжила. Пока Тони говорил, Баки встал и начал ходить по мастерской, прижимая к боку металлическую руку, а живой зарываясь в волосы. — Ты должен её починить. Должен. Мне всё равно, сколько времени это займёт, — бормотал Баки, и Тони повернулся, чтобы продолжить наблюдать за ним. — Баки, ты должен понять. Я не могу этого сделать. Новая рука… — Мне не нужна новая грёбаная рука! — вдруг закричал Баки. — Я не позволю тебе забрать у меня что-то ещё. Этого не будет! Глаза Баки ненормально блестели, и Тони не знал, говорил ли он с ним или уже с кем-то другим, поэтому приложил все усилия, чтобы оставаться спокойным. — Баки. Послушай. Никто не хочет ничего у тебя отнимать. Но эту руку не спасти. Я даже не знаю, с чего начать. — Тогда, блядь, сделай всё возможное, чтобы это выяснить. Потому что я не возьму у тебя эту руку. — С этими словами он вылетел из мастерской, и Тони действительно захотел что-нибудь сломать. Баки вёл себя неразумно, и Тони знал, что не сможет заставить его принять руку, но сейчас ему так хотелось, чтобы мог. Просто чтобы доказать, насколько удивительна будет новая, и что из-за этого Баки не должен вести себя как грёбаный ребёнок. Тони потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться, прежде чем он попросил Джарвиса показать ему поврежденную руку. Он не солгал Баки, когда сказал, что даже не знает, с чего начать, и не был уверен, что это сработает. Точно не с гипсом, но благодаря ему у Тони появилось время выяснить, что можно сделать. После их последней встречи Баки его избегал, чему Тони был рад. Он не знал, сможет ли выдержать ещё один удар. Гипс сняли спустя пять недель, и да, возможно, он уговорил доктора снять его раньше, чем обычно, но прежде, чем он сможет долгое время работать рукой, придётся поделать кое-какие упражнения. Пять недель дали ему достаточно времени, чтобы разработать что-то вроде плана боя. Рука, вероятно, будет сильно ограничена в движении, но пусть: он был уверен, что сможет восстановить достаточно, чтобы к Баки вернулись простейшие двигательные функции. Баки не был доволен, когда это услышал, но Тони никогда больше не поднимет тему новой руки. Так что пусть Баки справляется с этим сам. Тони был на полпути к исполнению плана, когда АИМ атаковали одно из зданий Старк Индастриз. Технически ни Тони, ни Баки не были допущены на миссию, но поскольку личный заклятый враг Тони атаковал его собственную компанию, он не мог оставаться в стороне, а Баки просто пошел вместе со всеми — очевидно, он был глух к рассуждениям Стива, почему должен сидеть в башне. Клинт и Наташа присоединились к бою, и как только агенты АИМ заметили прибытие Мстителей, то сосредоточили свои усилия на Тони. Это не было большой проблемой, так как он был в состоянии отбиться, но само число нападавших немного тревожило. Остальные вступили в бой, и им было довольно легко выводить агентов из строя, потому как все они атаковали Тони. Никто не знал, что именно они хотели, но позволять им захватить его не казалось хорошей идеей. Они немного отступили, когда поняли, что не смогут отбить Тони и, казалось, придумали новую стратегию. Некоторые из них произвольно стреляли в Мстителей, заставляя отступить, и когда Тони шагнул перед Баки, защищая его от пуль, их цель внезапно изменилась. Агенты снова напали, и на этот раз они сосредоточили свои атаки на Баки, которому было трудно защитить себя из-за до сих пор не отремонтированной металлической руки. После нескольких секунд борьбы он потерял контроль; в дело вступил Солдат, но он, кажется, справлялся не лучше Баки. Остальные были заняты тем, что отбивали атаки, и поэтому следить за тем, чтобы Баки не пострадал, пришлось Тони. Он сделал всё возможное, чтобы оградить Солдата от пуль, и преднамеренно не позволил себе задержаться на мысли, что это самый близкий их контакт с момента последнего визита. А после кто-то вытащил особое оружие и выстрелил в Солдата. Тони протянул руку, чтобы поймать пулю, и Джарвис слишком поздно предупредил, что устройство стреляло электромагнитными зарядами. Костюм упал — без системы поддержки он был слишком тяжёл для Тони, и тот быстро обдумал альтернативы. Оставаться беспомощным в костюме и оставить Солдата без защиты ещё на три минуты, пока не восстановится система, или же выйти из костюма и сделать всё возможное, чтобы нанести урон врагам и спасти Солдата. Решение было не очень трудным, и поэтому Тони использовал рычаги ручного управления костюмом. Когда Солдат заметил, что он делает, то приблизился к костюму, все ещё пытаясь сдержать агентов, и Тони показалось, что он расслышал, как тот сказал: “нет, идиот”, однако шум выстрелов был слишком громким. Оказавшись вне костюма, Тони порадовался, что Стив заставил его практиковать навыки рукопашного боя, потому что сейчас это пришлось весьма кстати. Он сумел вырубить трех агентов АИМ, прежде чем они снова переключись на него. А ещё они перестали стрелять, что было немного странно, но у Тони не было времени задаться вопросом почему: ему нужно было убедиться, что его никто не вырубит. Он сражался с Солдатом спина к спине, и когда в пылу сражения они почти соприкоснулись плечами, тот быстро потянулся сжать руку Тони. Тони отвлёкся на секунду, и этого хватило. Удар по голове — Тони успел осознать только собственное падение, прежде чем перед глазами все потемнело.