Станция "Альбатрос"

      Солнце ещё не вставало. В самый темный час перед рассветом всё вокруг принимало непривычные очертания. Или глаза подводили Алису? Она чувствовала, что идти больше не в силах. Она не ощущала ни ног, ни рук, ни собственного дыхания. В какие-то моменты ей казалось, что она уже умерла, но не заметила этого.       Небо светлело с каждой минутой, и вдали вырисовывался «Альбатрос». Он казался Алисе больше, чем она его себе представляла.       Несколько миль отделяли её от лагеря, когда стая уродливых монстров возникла перед ней. Один из них, с кровавыми когтями, бросился на Алису, а за ним последовали и остальные. Не все они хорошо видели, но прекрасно чувствовали запахи.       В этих тварях не было ничего ни от человека, ни от животного. Они представляли собой нечто настолько омерзительное и хаотичное, что никто не подвергал сомнению их природу — их сочли демоническими созданиями.       Сердце женщины как будто получило разряд тока. Стало тяжело дышать. Она рванулась в сторону, но голод не позволял ей бежать в полную силу. В конечном счете, тело предало её, и в глазах начала множиться чернота. Мир расползался и исчезал, но ноги по-прежнему несли её куда-то. Умирали от бессилия, но несли.       Последние остатки здравого смысла твердили Алисе, что в этом нет никакого смысла, и стая в любом случае догонит и разорвет её на части. Но разве могла она остановиться по собственной воле?       Слезы бежали по её щекам, но она не чувствовала их.       Она не помнит, как оказалась на земле.       Сердце вырывалось из груди, готовое в следующую секунду разорваться. Алиса никогда не думала, что конец настигнет её вот так случайно. Ей хотелось бы умереть в честном бою. А в бою-то она бы уж точно умерла.       Она в последний раз взглянула на небо и закрыла глаза. Однако в следующую секунду ей пришлось их открыть. В метре от неё огромная окровавленная тварь повалилась на землю и, издав свой последний истошный вопль, сдохла.       Алиса не в силах была больше думать. Не могла повернуть головы. Её глаза были широко раскрыты, но она не видела больше ничего, кроме тьмы, которая овладевала ею. Уши заложило. Ей казалось, что она слышит нечто, отдаленно напоминающее людей.       Оружие? Голоса? — Ты, надеюсь, в своем уме? — А что делать? — Каким образом это нас касается? — Надо показать Этель. Она наверняка…       Этот обрывок перепалки каких-то женских голосов неподалеку стал последним, что Алиса услышала. Тело её в конце концов отказало. Больше ничего не существовало ни внутри, ни снаружи. В последние секунды она очень старалась примириться с возможностью того, что больше она никогда не очнется. Теперь её жизнь зависела от незнакомых ей людей, которые сами будут решать, что делать с женщиной. Уже было неважно, что станет с телом: успеют ли голодные люди спасти часть мяса, пока его не поразил трупный яд, выбросят ли его в канаву или ещё куда-то — это всё уже не имело значения. Стоило только ей подумать о том, что ее неравная борьба с судьбой наконец окончена, сердце стало легким, как птичье перо. И даже умереть теперь было не так уж и страшно.       Однако у смерти на Алису в тот день планов не было.       Она очнулась на пыльном покрывале, укрытая каким-то мехом. Руки ее были крепко связаны на груди. Её накидка куда-то пропала. Она понятия не имела, сколько времени прошло — несколько часов или несколько дней. В голове что-то беспрерывно гудело, шумело в ушах. Алиса вспомнила, что случилось в лесу, вспомнила голоса — и вот теперь она лежит на полу связанная. При ней не было ни карты, ни ножа, ни спичек. Стало жутко. В голове мгновенно стали вырисовываться самые страшные картины, поэтому она лежала на полу и боялась открывать глаза. Ей казалось, она слышала, что кто-то рядом точит лезвие ножа. Может, стоило всё-таки умереть там, в лесу, чтобы не умирать какой-то более изощренной смертью? — Очнулась? — раздалось позади.       Алиса ожидала этого, но все равно перепугалась. Все ее тело содрогнулось под меховой накидкой.       Женский голос был безучастным и серьезным. К сожалению, Алиса не умела читать людей по их голосам. Такой навык определенно пригодился бы в этом страшном мире.       Она осторожно повернулась на спину. Первым, что она увидела перед собой, были высоченные, огромные, тяжелые ботфорты с окровавленными носами. Эти ботфорты явно видели лучшие дни, но все же они были в разы целее, чем все, что у Алисы было на себе. Один их вид навевал ужас.       Женщина, которая их носила, сидела на деревянном ящике рядом с пленницей и действительно точила нож. Её лицо было непросто разглядеть из-за черных кудрей, да и зрение у Алисы было уже не тем, что когда-то. — Наконец-то, — бросила незнакомка. В её спокойном голосе без труда читалось недовольство. — Зачем это? — Алиса подняла руки, имея в виду, конечно, веревки, которыми она была связана. — Чтобы ты не задушила меня, пока я сплю, — надменно рассмеялась незнакомка. — Хотя… Это очень вряд ли. Разумеется, она не верила, что маленькая немолодая женщина без физической подготовки способна на это. — Сколько же я была… — Здесь вопросы задаешь не ты, — женщина наклонилась к Алисе, и та наконец увидела её лицо. — Ты в курсе, где ты находишься? Глаза незнакомки сверкали голубым. Это был странный блеск — Алиса тотчас же решила, что женщина была лидером группы, в которой она оказалась. Через левую её бровь проходил глубокий старый шрам. Увидев его, Алиса прижала руки к груди и отвела глаза в пол. Насмешливый вопрос заставил Алису заволноваться. Незнакомка улыбнулась. — То-то же, — она снова выпрямила спину. — Откуда тесак? — Мне повезло, — выдала Алиса. — Я нашла его в лесу. Женщина неодобрительно прищурилась. — Если ты врешь мне, то я рано или поздно узнаю об этом, — она говорила спокойно, но Алиса чувствовала, как что-то внутри неё сжимается от ужаса. — И тогда… Знаешь, что будет тогда? Она продолжала размеренно точить нож. — Вы пытаетесь напугать меня? — Я уже напугала тебя, милая. Признаешь ты это или нет. — Я встретила женщину, и она отдала его мне. Она… Она умерла. В лесу. — Отдала тебе? — Незнакомка снисходительно смеялась. — Ладно, милая. Допустим, ты говоришь правду. — Это правда. — Не перебивай меня, — бросила она, приставив кончик ножа к горлу своей пленницы. Алиса узнала свой тесак. Теперь он был острым, каким ему полагается быть. — Или ты напугана недостаточно? Алиса молчала. Холодное лезвие коснулось её щеки. — Достаточно, — прошептала она в надежде, что этого никто не услышит. Незнакомка потянула пленницу к себе и освободила ей руки. — Пойдешь со мной, — приказала она и встала с деревянного ящика. Она была очень длинной и держалась так уверенно, что Алиса не чувствовала в себе никаких сил вести с ней переговоры. Она поднялась и отряхнула меховой ворот жилетки, под которым лежала. — Так, это моё,  — черноволосая разбойница протянула руку и отняла жилет у своей пленницы. Тогда Алиса заметила ещё один шрам на её плече. — Ты могла бы умереть в лесу вместе со своим тупым тесаком и бездарной картой. Я жду «большое спасибо», как минимум. Максимум обсудим позже. — Большое спасибо, конечно, но благодаря этой карте я вас и нашла. Женщина застыла и уставилась на Алису. — Нашла? — Да. — Зачем ты… Зачем тебе «Альбатрос»? Брови её нахмурились. Она бросила короткий взгляд на свеженаточенный тесак и на Алису. В голове незнакомки сложилась какая-то теория. — Поймите же, я умираю от голода! Я не хотела никому досаждать, поверьте мне. Я хотела только поесть и погреться. Пожалуйста — и вы меня больше никогда не увидите! Алиса взяла женщину за плечо. Черноволосая незнакомка улыбнулась в каком-то хитром прищуре. — Это решать не мне.