Золушка

      Я проснулась сразу, как только в комнате стало чуть светлее. Села на кровати. Солнце только встало. Я поднялась и зашла в ванную. Умылась. Вода набиралась с помощью магии фейри, так что я сделала без особых усилий. Да и для обычных людей была продумана система разных кранов и рычажков. Но вот в них я не смогла бы разобраться. Потом вышла и прошла в гардеробную. Но быстро обнаружила, что ни один наряд не смогу надеть без помощи служанки. Поэтому просто надела халат поверх рубашки.       Я подошла к двери и позвонила. Лили пришла через пять минут и очень удивилась, застав меня бодрствующей. — Леди, вы слишком рано встали, — заметила она, — желаете чего? — Я бы хотела позавтракать.       Та кивнула и умчалась. Уже через пару минут я сидела за столиком и пила из маленькой фарфоровой чашечки великолепный тёплый чай. К чаю были булочки со сливками. Под внимательным взглядом Лили мне пришлось сжевать одну из них, хотя есть не хотелось.       По утрам я обычно вообще не завтракала, а сейчас… Интересно, Лали кормят также хорошо? А доктор уже добрался до поместья?       После служанка унесла посуду и оставшуюся выпечку и прибрала столик.       Я в это время сидела на диване и читала книгу о магических особенностях фэйри, пытаясь сосредоточиться на тексте книги. Но через полчаса Лили с коротким поклоном твёрдо произнесла: — Леди, скоро придут мастерицы и модистка, нам с Вами следует подготовиться.       Я кивнула и пересела за туалетный столик. Девушка расчесала мои волосы и заколола их серебряным гребне. После принесла «домашнее» платье.       Затянув мягкий корсет, она помогла мне надеть эти несколько слоёв невероятно красивого тёмно-синего шёлка. Ткань струилась волнами и переливалась. По подолу и краям рукавов была едва видна тонкая серебряная вышивка. Платье спускалось чуть ниже щиколоток и Лили принесла мне туфельки на невысоком каблуке. Ворот у платья был высоким, почти под горло, но весь верх платья был выполнен из тонкого серебристого кружева. Шёлк же лишь прикрывал края корсета. Впрочем, прямые рукава тоже были выполнены из этой ткани.       Я посмотрела на себя в зеркало. И внезапно, впервые за последние годы почувствовала, что сейчас, именно сейчас я чувствую себя симпатичной. Да, телосложение оставляло желать лучшего: эти четыре года постоянной работы, заботы о брате и поисков врача и лекарства очень подкосили меня. Но в остальном… Дверь хлопнула и незнакомая девушка, поклонившись мне, спросила: — Ваша светлость, там модистка и мастерицы пришли.       Я кивнула: — Пригласи их, пожалуйста, сюда. Служанка кивнула и скрылась за дверью.       А через несколько минут меня смело каким-то ураганом. — О! Ваше сиятельство, как я рада вас видеть! Как рада, что вы, наконец, выбрались из своего захолустья! ООО! Я сотворю из вас принцессу! Нет! Королеву!       Сначала я опешила. Это что такое? Но через несколько секунд меня отпустили и принялись беспардонно вертеть и разглядывать. — Прекратите! — я вырвалась и возмущённо взглянула на ухоженную, светловолосую, чуть остроухую женщину средних лет.       На лице особы, обряженной в чрезмерно яркий малиновый костюм раскаяния совершенно не наблюдалось. — Представьтесь, пожалуйста! — я нахмурилась. — О, простите! Где мои манеры? Представьте меня, милочка!       Лили кивнула и произнесла: — Ваша светлость, перед вами Мадам Рирре, лучшая модистка Скарейма. Мадам Рирре сделала короткий книксен, я присела в не идеальном, но всё же реверансе. — А теперь за работу! У нас крайне мало времени. Сотворить платье, аксессуары к нему, обувь. Вперёд! Раздевайтесь!       Я с сомнением посмотрела на Лили, но та лишь кивнула, подтверждая, что всё идёт, как надо.       Когда я разделась, мадам Рирре смерила меня придирчивым взглядом и вынесла вердикт: — Ужасно! Ваша светлость, нынче в моде стройные девушки, а не скелеты. Я промолчала. А портниха ещё раз меня осмотрел и тяжело вздохнула: — Это будет крайне сложно. В бальных платьях приняты более жёсткие корсеты, а с вашим телосложение они вам противопоказаны. — Почему? — я внимательно взглянула на посертёзневшую женщину.       Она поджала губы: — Они тяжёлые, а вы слишком хрупки. Кроме того, такой корсет будет у вас слишком виден, а это неприемлемо! — Но что-то же сделать можно? — я внимательно на неё посмотрела. Она кивнула и ответила: — Конечно. Мы будем использовать мягкий корсет, хотя это и не принято. Правда, на вас и мягкий корсет несколько висит.       Я машинально кивнула. Лили действительно не смогла до конца его затянуть.       После этого мастерицы зашевелились. — Нам нужно семь бальных платьев и все аксессуары к ним! — Мадам Рирре хлопнула в ладони.       Потом снова посмотрела на меня и спросила: — Какой ваш любимый цвет? Я машинально ответила: — Сиреневый…       Мадам покачала головой: — Нет, сиреневый — это не то… Как насчёт глубокого фиолетового?       Я кивнула. Фиолетовый мне тоже очень нравился. — Так… Глубокое декольте противопоказано, открытые плечи тоже… Хорошо, что в моде длинные платья. Кружево любите? Я кивнула. — Хорошо, тогда с кружевом. Марьяна, неси вот эту ткань, что в руках держишь сюда! Ирона, собери манекен! Нора, найди-ка нам кружево, крупное, цвета ночного неба!       Мастерицы забегали. Вскоре перед женщиной стоял манекен. А она взмахнула руками и я увидела настоящую магию фейри! Из ладоней мадам Рирре заструился мягкий свет. Ткань просто вылетела из рук Марьяны и сама раскрутилась в воздухе. Мадам Рирре взглянула на меня и меня будто обдало тёплым ветерком, а на самом деле окутало на миг магическим светом. А потом вокруг всё закрутилось и завертелось.       Модистка будто дирижировала невидимым аркестром, а Мастерицы сновали рядом, постоянно что-то придерживая и поднося мадам нужные ей детали. Я наблюдала за этим процессом с широко открытыми глазами. А несколько мастериц подошли ко мне и тихо промолвили: — Ваша светлость, давайте пока обсудим цвета и фасоны остальных  ваших платьев?       Я кивнула и нырнул в халат, поданый одной из девушек. Мы устроились за столом, потому что Ирона и Дарвина в процессе зарисовывали понравившиеся варианты. В конце концов, мы пришли к выводу, что все платья будут с длинным и закрытым рукавом. Вырез — либо полукруглый, либо «лодочкой».       Фонари и волны на рукава были безжалостно отринуты. Но одобрены были удлинённые накидки на плечи и плащи. Крупное кружево одобрили и я, и они. А вот против рюш взбунтовалась я.       Варианты с бирюзовым, глубоким синим, лавандовым и изумрудный цветом были сразу одобрены, белый забраковали мастериц, розовый — я. В общем, когда мадам Рирре усталым голосом позвала меня, мы уже очень многое успели обговорить. Я повернулась и ахнула: платье, что висело на манекен, было просто волшебным!       Тёмная, фиолетово-синяя ткань спускалась до самого пола, блестя и переливаясь. Под ней виднелось несколько нижних юбок, придающих платью пышность. Второе же, верхнее платье, было коротким, имело узорный, будто чуть рваный подол и выполнено было из ещё более тёмного, синего кружева. Выше, по корсету, кружево было вышито узорами чёрного жемчуга. Рукава были закрытыми, но из того же кружева.  К кисти они чуть расширялись и заканчивались таким же дизайном, что и подол верхней юбки.       Мадам Рирре, заметив мою реакцию на платье, самодовольно улыбнулась. Потом предложила: — Давайте теперь попробуем подогнать по вашей фигуре.       Девушки сняли платье с манекена и помогли мне его одеть.       В рукава и груди платье смотрелось хорошо, а вот в талии немного висело. Мадам Рирре недовольно нахмурилась, мастериц попытались подтянуть корсет. Ожидаемо, он был мне широк. Модистка недовольно поджала губы, мастериц смерили меня задумчивыми взглядами.       Я посмотрела в зеркало и тяжело вздохнула. Как же хотелось посмотреть на себя в этом платье! И как же жаль, что Лали не сможет её такой увидеть! Я ещё помнила, как в детстве Лаллиэр восторженными глазами смотрел на меня, когда я пела ему колубельную и, смеясь, говорил: — Сестрёнка лучшая! — А вы не можете магией уменьшить корсет? — спросила я модистку. — Нет, — качнула головой она, — моя сила будет резонировать с вашей и вся магия может обнулиться. — Почему тогда сейчас силы не резонируют? — Я делала это не в близости вашего тела, поэтому всё успело стабилизироваться, — объяснила женщина. — А если делать по меркам? — мне не хотелось сдаваться так просто. — Мы и делали по меркам, — пожала плечами мадам Рирре. — Точнее уже нельзя. Но мы что-нибудь придумаем…       Она крепко задумалась.       Я вздохнула. Руки зачесались, а в сердце вдруг потеплело. А потом с моих ладоней полился свет. Не совсем такой, как недавно у мадам Рирре. Светлее и чуть насыщенней. Мастерицы застыли, потрясённо глядя на меня, мадам Рирре шокированное выдохнула.       А магия продолжала течь. А потом закрутил ась светлым искристым смерчем вокруг меня. На миг будто запахло свежестью и в лицо пыхнуло мягким холодным ветерком. А потом всё это вдруг исчезло. Я снова взглянул в зеркало и замерла:  платье теперь было впору! А ещё по корсету будто рассыпались звёзды в том же порядке, что и узор. На подоле же они тоже были, в хаотичном порядке. И теперь платье отдалённо напоминало звёздную ночь…       Мадам Рирре вдруг захлопала в ладоши. Я недоумённо посмотрела на неё и она пояснила: — Вы сейчас использовали практическую магию, миледи. Это крайне редкий дар, хотя Вы и проявили его неосознанно. Я счастлива с вами познакомиться.       Мастерицы согласно закивали. Я кивнула и посмотрела на свои ладони.       Надо будет почитать про это… А модистке ответила: — Мне также было приятно с вами познакомиться.       Я кивнула ей, про себя заметив, что она, похоже, этим редким даром тоже владеет. А Мадам, взглянув на часы, произнесла: — Нам пора заканчивать. Завтра с утра вам доставят все аксессуары к этому платью.       После этого я попрощалась с модисткой и мастерицами и получила обещание как можно скорее прошить и остальные платья. А когда модистка ушла, я вновь посмотрела на себя в зеркало и вдруг подумала, что прежней моя жизнь точно не будет…