пару красных полос на запястье — всё кажется намного лучше, чем было.
пару новых, уже открытых сигарет — это добавляет спокойствие.
пару бутылок дешевого алкоголя — это заставляет забыть о проблемах. об одной большой проблеме. его влюблённость. его преданная любовь.
— эй! хватит пить, как не в себя! — с задержкой хрипит его друг — ким тэхён, наблюдая, как парень вливает всё больше алкоголя.
— отъебись, — чуть слышно рычит и вновь губами прикасается к горлышку бутылки, но ким терпеть больше не может.
он не хочет смотреть на то, как его любимый друг убивает себя. медленно, но разрушает себя. тэхён выхватывает ёмкость и с силой кидает в противоположную стену, отчего та разбивается, а на старой, подранной стене образуется пятно от красного вина.
— ты чё творишь, а?!
— это ты что творишь, сволочь малолетняя! — рявкает и хватает друга за шиворот, тащит его в сторону ванной.
— мне семнадцать! пусти меня, блять!
— это не показатель взрослости! ты ведёшь себя, как депрессивный подросток, утонувший в дерьме!
заталкивает в кабинку душа и сразу же включает холодную воду, слыша у уха визги и маты. пак шипит, толкается и пытается выбраться из плена, но друг держит крепко, с силой вжимает его в стену, позволяя окунутся с головой в ледяную воду.
— пусти! пусти меня! — требует чимин, цепляясь пальцами в плечи кима.
— для начала протрезвей! — хмыкает и видит, как тело успокаивается, обмякает и перестаёт сопротивляться.
пак голову опускает и слёзы пускает, сразу же растирая их ладонями. он реветь начинает. взахлёб, что от этой картины у тэ сердце сжимается. он втягивает, дрожащего от холода и накатившей истерики парня, в свои объятия, при этом выключив воду.
— я… я так устал, тэ. — носом трётся в ключицу, хныча.
ким молча прижимает к себе парня, устало целуя в макушку.
— так люблю его, так люблю… я был готов на всё, правда. на все условия, но он… продолжал меня отталкивать. — всхлип. — он… он мне так нужен.
— тш-ш, успокойся.
тэхён берёт чиминово лицо в свои ладони, смотря, как пак кладёт на его свои. ким разглядывает в чужих глазах столько эмоций, столько чувств: тоска, боль, обида, разочарование и главное — самое чистое, невинное, что даже всё зло не смогло разрушить — любовь. его преданная и чистая любовь. чимин продолжает любить его. он не останавливается, даже после всего, что сделал сам и сделал
он.
— я так скучаю по нему, тэ… — он снова ревёт, заливаясь солёнными слезами.
мин юнги. мин юнги. мин юнги.
— я не могу! я не могу! не могу!
он кричит, бьётся в чужих объятиях. его накрывает самая настоящая истерика. пак, словно наркоман, обезумевший и хотящий новый дозы. его начинает бить крупная дрожь, а руки, что до этого были на ладонях кима, впиваются в собственноё лицо, растирает слёзы, воду, слюни. он выскальзывает из рук друга и бежит в комнату, откуда его вытащил друг.
тэхён не успевает за ним и теперь вынужден топтаться у двери, избивая несчастную дверь, которую чимин запер.
— чимин! открой дверь, чими-ин! — вопил тэ, прекрасно слыша то, как по ту сторону звенят и разбиваются вещи. он громит комнату и кричит.
— ненавижу! я ненавижу тебя!
чимином будто демоны овладели — он больше не соображал: схватив стул, с яростным рыком кидает в зеркало, видя, как его отражение трескается и распадается; но это даже не он, это его сердце. когда-то бившиеся с ранами, которыми он заклеивал всё пластырями.
он его разбил.
он разбил сердце.
пак не может стоять на ногах. он видит, как демоны смеются над ним. над его глупостью и наивностью. оседает на пол, прямо на осколки, что отлетели. не чувствует: ни боли, ни обиды — ничего.
б о л ь н о.
— чимин! родной мой, открой дверь!
он слышит голос тэхёна, сквозь какой-то вакуум. слишком глухо. он больше ничего не хочет.
ничего.
— не молчи, пожалуйста, чимин! пожалуйста, не молчи… скажи, что всё с тобой нормально!
чимин улавливает всхлипы кима. он плачет. тэхён плачет из-за пака.
— прости, тэхён… прости… — хрипит себе под нос, сжимая в ладонях собственные волосы.
у колен появляются капли крови, что размазывались по полу и осколкам.
мне нужна его помощь. очень.
пожалуйста.